Придворная челядь

Придворная челядь

Зимний дворец был своеобразным айсбергом. Грандиозный хозяйственный механизм, включил в себя все необходимое для обеспечения жизни. Хозяйственные подразделения Императорского двора обслуживались многочисленным штатом чиновников и служителей. Причем большая часть из них проживала в непарадных помещениях императорских резиденций. Только в Зимнем дворце к моменту пожара 1837 г. поживало около 3500 человек311, главным образом прислуги.

В результате неоднократных изменений придворных штатов на рубеже XIX – начале XX вв. общее число должностей придворнослужителей в Петербурге с дворцовыми пригородами и в Москве составило около трех тысяч человек. В Придворной Петербургской конторе числилось 104 чиновника и 800 человек прислуги в Зимнем и Аничковых дворцах. В Царскосельском дворцовом правлении – 52 чиновника и 300 человек прислуги в Екатерининском и Александровском дворцах. В Петергофском дворцовом правлении – 40 чиновников и 245 человек прислуги в Большом Петергофском дворце, Коттедже, Ферме и Нижнем дворце. В Гатчинском дворцовом правлении 30 чиновников и 175 человек прислуги в Гатчинском дворце. В Придворно-конюшенной конторе – 57 чиновников и 656 кучеров, конюхов при 97 лошадях. В Московской дворовой конторе числилось 80 чиновников и 180 человек прислуги в Большом Кремлевском дворце. Общее число чиновников составило 363 человек, прислуги – 2356 человек312. Всего 2719 человек.

Великий князь Александр Михайлович упоминает в воспоминаниях цифры этого же порядка: Зимний дворец обслуживал персонал в 120 человек придворных служителей и лакеев. Александровский и Екатерининский дворцы содержал персонал

Царскосельского дворцового управления, достигавший 600 человек. Петергоф и Крымские имения также требовали большого персонала, а главное, значительного количества садовников. Все императорские резиденции обслуживало около 3000 дворцовых служащих313.

На вершине этого людского айсберга находилась императорская семья, которую обслуживало множество людей. Значительную часть населения дворца составляла придворная челядь, или, по терминологии того времени, «придворнослужители». Состав придворной челяди был разнообразным. Как правило, слуги имели специальности или специализации, так или иначе связанные с обслуживанием либо самого дворца, либо императорской семьи. При этом степень влияния любого человека в Зимнем дворце прямо определялась степенью его близости к императорской семье.

Примечательно, что у дворцовых слуг было достаточно четкое представление о своих служебных перспективах. Поскольку в николаевской России все было жестко регламентировано, то и для придворных слуг был определен порядок выслуги чинов. В 1827 г. для них был выработано «Установление классных чинов для придворных официантов и порядок производства в оные». Под «придворными официантами» в документе имелись в виду гоф-фурьеры, мундшенки (виночерпии), кофешенки (придворнослужитель, отвечающий за приготовление не только кофе, но и всего необходимого к «кофейному столу»), тафельдекери и прочие мундкохи. В документе отмечалось, что классные чины дворцовым слугам давались еще в XVIII в., но в «Придворном штате», изданном 18 декабря 1801 г., ни кому из них «никаких классов не назначено». Николай I счел возможным вновь дать возможность дворцовым слугам выслуживать чины. Получение классного чина становилось возможным только после 10 лет беспорочной службы при императорских дворцах. Карьерным «потолком» для гоф-фурьеров и мундшенков стал 9 класс, для всех прочих – 12 класс314.

В силу тех или иных причин законодательные нормы менялись. В декабре 1839 г. введен в оборот новый «Порядок производства в чины камердинеров, гоф-фурьеров, мундшенков, камер-фурьеров и прочих официантов»315. Общий смысл этого документа сводился к дальнейшему ужесточению норм, связанных как с выслугой лет, так и классами чинов. Однако в России даже при Николае I, если законы принимались, то в них тут же начинали вноситься поправки. Уже в сентябре 1840 г. в Закон было внесено дополнение «О порядке производства в чины камердинеров». В дополнению к правилу о производстве камердинеров (7 декабря 1839 г. № 12954), «постановить, чтобы камердинеры по выслуге в 7 лет или вообще в официантском звании 10-ти лет производимы были в чин X класса, следующие же не далее 8 класса, награждались на общем основании с гражданскими чиновниками 3 разряда». Видимо, поводом к этой поправке стало ходатайство младшего брата царя, великого князя Михаила Павловича, по которому его камердинер Иван Павлов, пребывавший в XII классе, был произведен в X класс316.

К началу 1850-х гг. окончательно сложился порядок карьерного роста придворнослужителей. Согласно «Правил о производстве в классные чины официантов, певчих и других лиц Министерства Императорского Двора», утвержденных в декабре 1852 г. после 10 лет безупречной службы гоф-фурьерам жаловался чин IX класса. Прочие слуги могли быть удостоены чина XII класса, но это был их служебный потолок, если только они не переходили на должности камердинеров или камер-фурьеров. Камердинеры при высочайших особах при безупречной выслуге в 7 лет (и еще в официантских чинах 10 лет) производились в XII класс и могли быть производимы в следующие чины до VIII класса в установленные календарные сроки. Если слуга назначался на должность камер-фурьера из камердинеров или гоф-фурьеров, уже имея классный чин, то вместе с назначением на должность он получал чин 6 класса, но далее не производился. Примечательно, что в этих «Правилах» закреплялся кастовый, наследственный характер придворной службы. Придворнослужителям категорически запрещался переход из дворцовой на гражданскую службу. Их дети должны были служить по Придворному ведомству. Переход в другие ведомства был возможен только с разрешения министра Императорского двора317.

Следует заметить, что некоторые из детей придворной челяди делали себе карьеру совсем по другому ведомству. «Старт» карьере давали члены Императорской фамилии, которые на свои средства давали возможность этим детям получить добротное образование. Один из мемуаристов упоминает, что во время пребывания в Москве эрцгерцога Альбрехта Александр II, обращаясь к эрцгерцогу, заметил, что «дежурными при нем в этот день были флигель-адъютант Ильинский, сын горничной сестры государя, и генерал свиты Эллис, сын горничной матери императора». При этом исполнявший обязанности походного гофмаршала, генерал Воейков, «имевший в то время звание генерала Свиты, не знал, куда деваться»318.

Дворцовые слуги могли получать различные награды. В марте 1828 г. на «придворных официантов», выслуживших классные чины, распространено право на получение знака отличия «беспорочной службы»319. Однако уже через два месяца против подобной практики с категорическим протестом выступил Канцлер Капитула российских орденов. Николай I принял сторону Капитула и запретил награждать «официантов» по выслуге лет орденами, но при этом разрешил носить орденские знаки тем, кто их уже имел320. Во второй половине XIX в. «официантов» вновь стали награждать медалями и, судя по фотографиям, лакеев с «иконостасами» медалей, делалось это нередко.

Императорские резиденции были своеобразными общежитиями, жестко разделенными на зоны обитания. От императорских половин до кухонных помещений. Поэтому и дворцовые слуги, обслуживающие разные половины занимали разное положение. Безусловно, главенствующее положение занимали те придворнослужители, которые непосредственно обслуживали императорскую семью. Те, кто обслуживал окружение императорской семьи, стояли в придворной иерархии несколько ниже. Но у них имелась своя высокая цель – стремление «выбиться в люди», то есть войти в круг тех, кто топил печи на императорской половине, подавал кофе, мгновенно появлялся на звон колокольчика и выносил ночной горшок. «Ближний круг» российских императоров формировали не только слуги-аристократы, но и многочисленные простолюдины, они выкармливали их детей, накрывали на столы, готовили еду, убирали и протапливали комнаты, служили кучерами и выполняли множество других работ. Одни из них были ближе к царственной особе, другие видели царя только изредка, но все они служили при императорских резиденциях и, так или иначе, входили в «ближний круг» императорской семьи. Царские дети знали их с детства, иногда по именам. Императоры из своих «Гардеробных сумм» выплачивали им наградные на дни рождения, Рождество и Пасху. Эти люди, своей работой обеспечивали комфорт повседневной жизни российских императоров.

Характерной особенностью дворцовой челяди было то, что достаточно быстро, уже к началу XIX в. их работа превратилась в наследственное дело, переходившее от отцов к сыновьям. В результате сообщество придворнослужителей превратилось в почти замкнутую касту со своей этикой и жизненными ценностями. Для хозяев дворцов это было, безусловно, выгодно и удобно. Дети росли во дворцах, с малолетства впитывая все писанные и не писанные правила и обязанности. Начальство проявляло своеобразную заботу об этих детях, обучая их грамоте в придворнослужительской школе, давая им ту профессию, в которой нуждался дворец.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Гетман ранен, челядь взбунтовалась

Из книги История московской войны автора Мархоцкий Николай

Гетман ранен, челядь взбунтовалась Тем временем и мы под столицей не бездействовали: часто бывали сражения[106], в одном из которых гетман князь Рожинский был опасно ранен в бок стрелой из лука, — так, что острие ему вытащили насквозь через поясницу. Однако ему хватило