Приволжские «Помпеи»

Приволжские «Помпеи»

Татаро-монгольское нашествие привело к образованию в середине 40-х годов XIII века в степях Поволжья обширного полугосударства-полукочевья – Золотой Орды. В короткие исторические сроки на Нижней Волге выросли огромные города. На рубеже XIII–XIV веков рост золотоордынских городов обеспечивался сильной ханской властью. Благодаря этому они превратились в крупнейшие торговые и экономические центры. Но когда власть ханов ослабела и в Орде начались смуты, быстрый подъем золотоордынских городов сменился столь же стремительным упадком. Их короткая история завершилась в 1395 году, когда войска Тимура разгромили золотоордынские центры в Поволжье. На их развалины быстро вернулась степь.

Эта заброшенная и пустынная земля на протяжении многих лет привлекала кладоискателей, завороженных легендами о несметных сокровищах, таящихся среди плоских серо-лиловых холмов, под которыми лежат руины забытых татаро-монгольских городов. Самыми большими и известными из них были две золотоордынские столицы: Сарай-Бату, или Эски-Сарай (Старый Сарай), и Сарай-Берке – Новый Сарай. Оба древних городища находятся на реке Ахтубе, между Волгоградом и Астраханью. Земля этих протянувшихся на многие километры холмов усыпана щебнем, глиняными черепками, мельчайшими осколками керамики красновато-коричневого, зеленого, белого, синего цвета, фрагментами изразцов и каменных сосудов. Иногда попадаются и редкие вещи, например обломки иранских фаянсовых чаш с золотистой росписью и блестящей глазурью. На таких чашах обычно изображались сцены из придворного быта и строки персидских стихов.

Наиболее внушительно выглядит городище у села Селитренного, названного так по старому селитренному заводу, устроенному здесь в петровское время. Городище поражает своими размерами. Его восемь огромных пологих холмов – Каменный бугор, Маячный, Красный и другие – тянутся по левому берегу Ахтубы более чем на пятнадцать километров. Еще во 2-й половине XVIII века академик Паллас видел здесь груды щебня, простиравшиеся «в ширину на версту или две», следы зданий и «кирпичом выкладенных рвов», а на одном из бугров – «великолепнейшее строение города и, как кажется, большою стеною окруженный замок». Кроме того, Паллас описывает «великие остатки» еще двух зданий, «из коих второе было жилым домом со многими отделениями, первое можно почитать за могилу». Оба строения были отделаны поливными изразцами. Трудно сказать, были ли это руины построек золотоордынского времени – первые исследователи вполне могли спутать их с постройками, оставшимися от селитренного завода. Впрочем, к середине XIX века здесь уже не было ничего: остатки руин разобрали местные жители, для которых Селитренное городище начиная с конца XVI столетия служило настоящей каменоломней.

В XIX веке после пробных раскопок археологов М.И. Рыбушкина и А.А. Спицына у ученых появились первые догадки о том, что на месте Селитренного городища могла располагаться первая ханская столица – Сарай-ал-Махруса, или Сарай-Бату, основанный Батыем между 1242 и 1254 годами. В 1920-е годы здесь работала экспедиция Ф.В. Баллода. Баллод пришел к заключению, что городище у Селитренного и есть давно искомый «город Батыя». Ему же принадлежит ставшее крылатым определение «приволжские Помпеи» – так Ф.В. Баллод назвал свою книгу, посвященную раскопкам на Нижней Волге15.

С 1958 года исследования золотоордынских городов в Нижнем Поволжье ведет Поволжская археологическая экспедиция, долгие годы возглавлявшаяся известным археологом, доктором исторических наук Г.А. Федоровым-Давыдовым. Собранный здесь значительный археологический материал позволяет сегодня делать выводы о социальной жизни, архитектуре и искусстве золотоордынских городов.

В считанные годы Сарай стал столичным городом, по красоте и великолепию не уступавшим красивейшим городам Востока. Город среди степей вырос почти мгновенно. В начале XIV века это была уже огромная цветущая столица – с тысячами домов, с многочисленными мечетями (из которых одних только соборных было тринадцать), с дворцами, стены которых сверкали многоцветными майоликовыми плитками затейливого геометрического или растительного орнамента. Знаменитый арабский путешественник Ибн-Баттута, посетивший Сарай в 1333 году, был поражен его богатством, великолепием и многолюдством. В центре города, по сообщению арабского путешественника Ал-Омари, находилось место пребывания хана – «большой дворец, на верхушке которого находится золотое новолуние». Дворец был окружен стенами и башнями. Вокруг ханской резиденции располагались дворцы эмиров.

Сарай-Бату имел традиционный облик восточного города. Разве что улицы в центре были несколько шире тесных и узких улочек, которые характерны для городов Востока. Основная масса населения жила в домах, сложенных из кирпича-сырца или выстроенных из дерева. Беднота ютилась на окраинах в землянках. Воины-монголы, видимо, долго не могли расстаться с кочевым бытом: и в Сарае-Бату, и в Новом Сарае – второй столице Золотой Орды – археологи находили немало юртообразных строений. Хотя город и разрушал вековой быт монголов, но традиции, видно, цепко вживались в новые условия.

Удивительно богата и разнообразна керамика Сарая-Бату. Здесь была чрезвычайно развита традиция украшения парадных зданий – ханского дворца, усадеб сановников, мечетей и мавзолеев – многоцветными майоликовыми изразцами. Красочные поливные плитки покрывали карнизы, обрамления дверных и оконных проемов, образовывали фризовые пояса и целые панно. Узоры были традиционно восточные – использовались так называемая «плетенка», растительный орнамент, звезды и лилии с причудливо переплетающимися стеблями, эпиграфический орнамент «куфи» – причудливая арабская вязь. Специалисты усматривают в сарайских изразцовых «кружевах» художественные традиции Хорезма, Ирана и Закавказья, однако из этого конгломерата уже рождалось что-то свое, присущее только золотоордынскому искусству. Ф.В. Баллод, сравнивая мозаику Сарая-Бату с самаркандской и персидской, писал: «Татарская мозаика светлее, нежнее, отсутствует изобилие черных и красных, вообще ярких пятен; созвучие нежных темно-синих, голубых, светло-зеленых и белых тонов лишь изредка прерывается более яркими зелеными изразцами. Но эти порой кричащие пятна, подобно позолоте, лишь драгоценные камни, которыми усеян ковер инкрустации стен».

Раньше считалось, что основная часть сарайской керамики была привозной. Однако раскопки Поволжской экспедиции открыли в Сарае остатки нескольких керамических мастерских. О том, что здесь занимались именно производством керамики, свидетельствуют найденные среди руин тысячи заготовок, полуфабрикатов, прошедших различные стадии технологического процесса, бракованных сосудов. В их числе – роскошные чаши, покрытые красочной поливой с многоцветными узорами, сочетающие высокую технику с безукоризненным вкусом. Такие чаши и ранее попадались археологам. Считалось, что их привозили из Средней Азии, однако теперь доказано местное, сарайское производство этого типа посуды. Открытие мастерских дало возможность выяснить и то, как делали эту керамику: обнаружены десятки форм для оттисков рельефного орнамента и лепки самих сосудов, найдена даже раковина, в которой гончар-художник растирал и разводил краску. Остатки горнов разнообразной конструкции позволили понять устройство тех сооружений, в которых посуда подвергалась обжигу.

Сходную картину дали раскопки обширного Царевского городища в Волгоградской области, скрывающего руины второй золотоордынской столицы – Нового Сарая (Сарая-Берке). Раскопки Царевского городища, начатые в 1843 году под руководством А.В. Терещенко, стали самыми масштабными археологическими исследованиями в России в середине XIX века. Однако научный уровень этих раскопок была крайне низок. Фактически все работы свелись к добыванию ценных предметов (их, кстати, было найдено очень много), которые отправлялись в Петербург, в то время как массовые, рядовые находки попросту выбрасывались или уничтожались. Собранная во время раскопок огромная коллекция золотоордынских монет – 4337 штук – была распылена по провинциальным музеям и фактически пропала.

С 1958 года на Царевском городище работали ученые из Поволжской археологической экспедиции. За многие годы раскопок исследователи вскрыли значительные площади культурного слоя, были зафиксированы и изучены десятки домов, усадеб, ремесленных мастерских, собран и классифицирован обширный археологический материал – керамика, стеклянные изделия, фрагменты архитектурного декора, тысячи монет и т. п. Собранные коллекции бытовых вещей дают яркое представление о жизни золотоордынских городов XIII–XIV веков.

Большой интерес представляют аристократические кварталы, располагавшиеся преимущественно в восточной части Царевского городища. Здесь вдоль улиц с арыками тянулись обнесенные кирпичными или глинобитными стенами обширные усадьбы золотоордынской знати. Большинство из них погибло или пришло в упадок примерно в одно и то же время – в конце 60—70-х годов XIV столетия. Через одну из усадеб в середине 1360-х годов даже был проведен вал и ров – вероятно, по распоряжению ханских властей. Несомненно, что эти события связаны с борьбой за власть в Золотой Орде, когда после прихода очередного хана его противники вырезались почти поголовно. Можно предполагать, что один из ханов, взошедший на престол в 1360-х годах, приказал окружить город стеной и при этом ров и вал были проведены прямо через усадьбы уничтоженных им вельмож.

Пышными были города полукочевого государства. Но их великолепие, как и великолепие всей золотоордынской культуры, было недолгим. Оно и не могло быть долгим – как справедливо заметил Г.А. Федоров-Давыдов, золотоордынские города были историческим пустоцветом. В 1395 году со стороны Дагестана на Нижнюю Волгу прорываются полчища Тамерлана. Короткий, как вспышка, расцвет городов Золотой Орды сменился долгими столетиями забвения, пока руин «приволжских Помпей» не коснулась лопата археолога.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Помпеи и Геркуланум

Из книги 100 великих археологических открытий автора Низовский Андрей Юрьевич

Помпеи и Геркуланум «На Италию обрушиваются беды, каких она не знала никогда или не видела уже с незапамятных времен: цветущие побережья Кампании где затоплены морем, где погребены под лавой и пеплом…» – записывал римский историк Корнелий Тацит. Не только он, но и все его


Мексиканские «Помпеи»

Из книги 100 знаменитых чудес света автора Ермановская Анна Эдуардовна

Мексиканские «Помпеи» Плодородная долина Мехико издавна манила к себе людей. Ее земля буквально нашпигована памятниками самых разных эпох. Приблизительно 25–20 тысяч лет назад долину освоили первобытные охотники. Позднее эта долина стала местом рождения трех


Помпеи и Геркуланум — остановившееся время

Из книги автора

Помпеи и Геркуланум — остановившееся время Утро 5 февраля 62 года было спокойным, жители города Помпеи занимались своими обычными делами. В полдень неожиданно послышался зловещий гул, а потом один за другим последовали сильные подземные толчки. В Помпеях обрушились