Параграф XXXIV О неожиданностях для армий

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Параграф XXXIV

О неожиданностях для армий

Я не буду здесь говорить о неожиданностях, создаваемых небольшими отрядами, которые относятся к основным характерным особенностям в войнах партизан и летучих отрядов, к которым так привычны русская и турецкая легкая кавалерия. Ограничусь рассмотрением неожиданностей для целых армий.

До изобретения огнестрельного оружия фактор внезапности легче производил эффект, чем в настоящее время, потому что артиллерийские и ружейные выстрелы слышны на таком большом расстоянии, что неожиданность для армии почти невозможна. Разве что забывается первейшая обязанность, боевое охранение главных сил, и противник оказывается среди армейских подразделений, прежде чем его присутствие обнаруживается по причине отсутствия передовых постов, которые должны бить тревогу.

Семилетняя война дает незабываемый пример внезапных действий при Хохкирхе (1758) (австрийцы разбили Фридриха II, и если бы не последующая медлительность их командующего Дауна, могли совершенно уничтожить его армию. – Ред.). Они показывают, что внезапность не состоит просто в том, чтобы обрушиться на войска, которые спят или плохо ведут наблюдение, но что она может быть результатом комбинации внезапной атаки и окружения края армии. Действительно, чтобы застать врасплох армию, совсем не требуется, чтобы ее войска, ни о чем не подозревая, даже не выходили из своих палаток, важно атаковать ее значительными силами в определенном месте, прежде чем могут быть сделаны приготовления к отражению атаки.

Поскольку в наши дни армии редко становятся лагерем в палатках, когда совершают марш, заранее подготовленные неожиданности редки и трудновыполнимы, потому что для того, чтобы спланировать такое нападение, появляется необходимость в точных сведениях о лагере противника. При Маренго, Лютцене и Прейсиш-Эйлау было нечто вроде неожиданности, но этот термин следует применять только к абсолютно неожиданной атаке. Единственной большой неожиданностью, которую можно привести в пример, был случай под Тарутином (на р. Чернишне 6 (18) октября) в 1812 году, где Мюрат (26 тысяч) был внезапно атакован и разбит Беннигсеном. В оправдание своей беспечности Мюрат сделал вид, что действовало короткое перемирие, но на самом деле не было ничего подобного, и он был застигнут врасплох из-за своей небрежности (могло быть гораздо хуже, если бы не несогласованность действий русских колонн, заплутавших в лесу. – Ред.).

Очевидно, что наиболее удачный способ атаки армии состоит в том, чтобы обрушиться на ее лагерь как раз перед рассветом, в тот момент, когда ничего подобного не ожидается. Замешательство в лагере, конечно, произойдет, и, если нападающий располагает точными сведениями о данной местности и может дать верное тактическое и стратегическое направление массам своих войск, он может рассчитывать на полный успех, если только не произойдут непредвиденные события. Это такая операция, которой ни в коем случае не следует пренебрегать в войне, несмотря на то что она бывает редко и менее примечательна, чем большая стратегическая комбинация, которая обеспечивает победу даже еще до того, как сражение началось.

По той же причине, по которой преимущество должно быть получено из всех возможностей взятия противника врасплох, необходимые предосторожности должны быть приняты, чтобы предотвратить такие же атаки. В положениях по управлению хорошо организованной армией должны быть указаны меры по их предотвращению.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.