ИТАЛЬЯНСКАЯ КАМПАНИЯ

ИТАЛЬЯНСКАЯ КАМПАНИЯ

Начало

Получив императорский рескрипт Суворов занял у старосты 250 рублей на дорогу и отбыл в Петербург. Там он встретился с Павлом I и обсудил предстоящую кампанию. Император предоставил полководцу большие полномочия. Во-первых, ему в подчинение передавались оба русских корпуса, направленных в Австрию. Во-вторых, Суворову пожаловано право свои просьбы об увеличении численности войск направлять прямо царю. Наконец, полководцу была предоставлена большая свобода действий. Говорили, будто Павел I сказал ему: «Веди войну по-своему, как умеешь». Однако еще до появления Суворова в Петербурге царь издал другой высочайший рескрипт — генералу Герману, заместителю Суворова в 1791–1792 гг. В нем Герману предписывалось «вести наблюдение за его, Суворова, предприятиями, которые могли бы повести ко вреду войск и общаго дела…».

Из Петербурга Суворов отправился в столицу Австрии Вену и пробыл там с 14 (25) марта по 24 марта (4 апреля), скрупулезно изучая условия предстоящей кампании. Они сильно отличались от того, с чем сталкивались Суворов и русские войска в прошлых войнах. Театр военных действий представлял собой равнину, ограниченную с севера и запада крутыми склонами Альп, а с юга — Апеннинами. Имелось много рек и речек, садов и виноградников, сильных крепостей и укрепленных населенных пунктов. Это осложняло проведение широких маневренных операций.

Император Франц I назначил Суворова главнокомандующим союзной армией. На аудиенции 23 марта (13 апреля) австрийский монарх вручил ему инструкцию, в которой возложил на Суворова «главное начальство над всеми действиями Моей Итальянской армии, предоставляя вам и все сопряженные с сим почести и полную власть». Правда, при этом Франц I обязал нового главнокомандующего сообщать обо всех своих намерениях. Снабжение войск было возложено на австрийского генерала Меласа.

К тому времени у Суворова уже имелся собственный план ведения войны с французами. Еще в 1798 г. в письме генералу Прево де Люмиану он изложил его в общем виде:

1. Ничего, кроме наступления.

2. Быстрота в походах, стремительность.

3. Не нужно методизма — хороший глазомер.

4. Полная власть командующему.

5. Неприятеля атаковать и бить в поле.

6. Не терять время в осадах…

7. Никогда не разделять сил для охранения разных пунктов…

8. Сражаясь, идти далее, не останавливаясь, прямо к Парижу как главному пункту…

9…Не мешкать.

Таким образом, главной стратегической целью кампании Суворов считал поход на Францию и завоевание Парижа. Действия в Италии были первым этапом решения этой задачи и соответствовали задаче, поставленной перед союзными войсками Францем I: защита австрийских владений в Италии и самой Австрии путем изгнания французов из итальянских областей Ломбардии и Пьемонта. Ввиду разного видения целей войны с французами столкновения Суворова с венским двором были в дальнейшем неизбежны.

Война в Италии, по замыслу Суворова, должна была отвлечь часть сил французов из Швейцарии и долины Рейна и тем самым помочь союзникам разбить неприятеля на этих театрах войны. Поэтому Суворов решил нанести главный удар на Брешию — Милан. Захват Милана прервет связь между французскими армиями, действовавшими в Италии и Швейцарии, и позволит Суворову установить связь с швейцарской и рейнской группировками австрийцев. Одновременно он приблизится к Савойе, откуда предполагал вторгнуться во Францию.

Въезд Суворова в Верону в 1799 г. Художник Н. С. Самокиш.

После Вены Суворов прибыл 3(14) апреля в итальянский город Верону. Начиналась Итальянская кампания. Там он принял верховное командование союзной армией. Генерал Розенберг торжественно представил главнокомандующему весь генералитет — русских и австрийских военачальников. Розенберг произносил звание и фамилию каждого из представляемых, а Суворов стоял с закрытыми глазами. Если представляли незнакомое лицо, Суворов открывал глаза, кланялся и говорил: «Не слыхал, познакомимся». А когда называлось имя знакомого Суворову человека или известного ему по заслугам, то полководец обращался к нему с теплым приветствием. Особенно рад был Суворов князю Багратиону, с которым приходилось служить, и генералу Милорадовичу, которого помнил еще ребенком.

Суворов объезжает строй русских войск в Северной Италии. Художник К. Венцо.

В конце приема Суворов потребовал у Розенберга «два полчка пехоты и два полчка казачков». Тот не понял смысла просьбы и ответил, что войско в его, Суворова, распоряжении. Суворов нахмурился и вышел из зала. Точно такая же просьба повторилась на следующий день. Но Розенберг вновь не сообразил, чего надобно главнокомандующему. Тогда вперед вышел Багратион и сказал: «Мой полк готов, Ваше сиятельство!» Суворов обрадовался и велел князю готовиться к выступлению. Через полчаса Багратион пришел к Суворову с докладом, что авангард в составе 6-го егерского полка, сводного гренадерского батальона подполковника Ломоносова и донского казачьего полка майора Поздеева готов к выступлению. Багратиону была поставлена боевая задача: очистить от передовых отрядов французов крепости, стоящие на восточном берегу река Адда, создав тем самым необходимые условия для успешного наступления русско-австрийской армии. «Помни: голова хвоста не ждет; внезапно, как снег на голову», — напутствовал Багратиона старый фельдмаршал.

Австрийский генерал-фельдмаршал П. Край.

4 апреля Суворов выехал из Вероны в Валеджио. Там он выпустил прокламацию, в которой обратился к итальянскому народу, призывая его взяться за оружие и обратить его против французов. Он обещал освобождение Италии и требовал содействия, предостерегая при этом, что активные сторонники французов будут расстреливаться, а их собственность отбираться.

На следующий день Суворову представились генералы этой 55-тысячной австрийской группировки. Русская дивизия Повало-Швейковского еще не дошла до Валеджио. Суворов был особенно приветлив с Меласом, 70-летним командующим австрийскими войсками, и генералом Краем, которому сделал комплимент, сказав, что тот открыл ему путь к дальнейшим победам. Край в самом деле был одним из лучших австрийских полководцев, возможно, самым лучшим. Однако сама австрийская армия, как и большинство ее военачальников, была далека от суворовских представлений. Ее подготовка отстала от требований времени лет на сорок. Ведение боя основывалось на залповом огне из сомкнутого строя. Колонны использовались только в походном марше. Командиры не отличались самостоятельностью действий. Это обстоятельство объясняется в первую очередь тем, что у австрийцев большую роль в управлении войсками играл гофкригсрат — военный совет при императоре. Своей дотошной опекой и контролем этот орган подавлял инициативу армейского руководства всех уровней.

Видя состояние австрийского войска. Суворов решил поучить союзников методам ведения наступательного боя. В австрийские полки с этой целью были посланы русские офицеры. Они помогали австрийским солдатам и офицерам овладеть способами действий холодным оружием, штыком. Его Суворов считал главным орудием боя. «Штыком может один человек заколоть троих, где и четверых; а сотня пуль летит на воздух… Быстрота и натиск — душа настоящей войны», — говорилось в одном из Суворовских наставлений. Подготовка союзников-австрийцев продолжалась всего два дня, но за этот короткий срок удалось поднять их боевой дух, заразить энергией, решительностью и готовностью к штыковым атакам.

7 (18) апреля дивизия Повало-Швейковского численностью 12 тыс. человек подошла к Валеджио. Таким образом, в распоряжении Суворова имелось 48,5 тыс. человек (12 тыс. русских и 36,5 тыс. австрийцев). Он решает начать наступление к реке Адда и 8 апреля двинул свои войска вперед. Французская Итальянская армия Шерера своими главными силами (44 тыс. человек) 14 апреля заняла линию обороны по западному берегу реки Адда. Правда, две дивизии общей численностью 16 тыс. бойцов опоздали по каким-то причинам, и переправу через реку защищали 28 тыс. французов на фронте протяженностью около 100 км.

Река Адда была сложным препятствием и удобным оборонительным «сооружением»: достаточно глубока и вброд непроходима; в верхней части от озера Комо до Кассано ее берега высоки, а порой и круты, причем правый берег всюду выше левого; ниже Кассано берега становятся низменными, болотистыми, а сама река разделяется на множество рукавов, которые сильно затрудняют переправы. Мосты же — у Лекко, Кассано и ряд других — были захвачены французами.

Главный удар союзников наносился на города Брешиа и Бергамо. Предполагалось обойти армию Шерера с ее левого фланга, сблизиться с австрийскими войсками, расположенными в Тироле, и продолжать наступление на юго-запад, оттесняя неприятеля к реке По. В авангарде союзного войска двигались отряд Багратиона (3 тыс. человек) и австрийская дивизия К. Отта; общее командование авангардом осуществлял генерал Край. За ним шли главные силы, руководимые Меласом. Дивизия Ф.К. Гогенцоллерна (6,5 тыс. человек) занимала левый фланг наступающих войск и направлялась через Поццолу на Кремону. Ее задача состояла в обеспечении безопасности главных сил на случай возможного удара по их левому флангу.