Смена вывески

Смена вывески

В феврале 1920 года, после сдачи Одессы, белогвардейские войска уже не занимали ни пяди территории Украины. Но в «мягком подбрюшье» Советской Украины на Крымском полуострове (в те времена входившем в состав России) концентрировались белогвардейские силы. Однако эти части разгромленной Добровольческой армии не особенно тревожили советское командование, которое первоочередной своей целью считало разгром деникинцев на Дону и Кубани.

Крымский полуостров успешно удерживал (с 8 января 1920 года) Крымский корпус генерала Слащова (всего около 5 тысяч штыков и сабель). Зная о малочисленности белогвардейских частей в этом районе, красные попытались 23 января 1920 года провести наступление в Крым, советским частям даже удалось взять Перекоп с его укреплениями, но контратакой сил Слащова прорвавшиеся части были выброшены за перекопскую укрепленную линию. 28 января штурм повторился с тем же результатом.

5 февраля 1920 года красные штурмовали Крым уже через лед замерзшего Сиваша. Но и этот штурм был отбит генералом Слащовым, силы которого были во много раз меньше, чем у нападающих. 24 февраля красные прорвались через Чонгарскую переправу, но были также отброшены Слащовым. Зимняя стужа заставляла белогвардейцев держать на позициях только патрули, а основные силы Слащова находились в населенных пунктах, в окрестностях укреплений. Как только красные прорывались через линии укреплений и, утомленные боями и морозами, двигались по перекопскому дефиле, свежие силы Слащова концентрировались и наносили неожиданные удары по красным частям. Но тактика Слащова была очень рискованная и могла и не сработать, если бы красные успели сконцентрировать на переднем крае наступления большие массы конницы.

8 марта 1920 года ударная группа 13-й и 14-й советских армий взяла Перекоп, но у юшуньских укреплений была разбита и изгнана с перешейка, с большими потерями среди наступающих. После этого неудачного штурма советское командование на время «забыло» о крымских сидельцах, оставив на выходе из Крыма только заслон из 13-й армии, состоящей из 9 тысяч штыков и сабель.

В то же время в Крыму в январе — марте 1920 года нарастал внутренний кризис. Крымский полуостров был беден продовольствием, ресурсами, военной промышленностью. Отсутствие хлеба, конского состава, бензина, угля, снарядов и патронов делало длительную оборону Крыма бесперспективной. Кроме того, стан белых раздирали противоречия. 4 февраля белогвардейский капитан Орлов с 300 бойцами поднял мятеж и захватил Симферополь, арестовав нескольких генералов Добровольческой армии и губернатора Таврической губернии. Орлов заявил, что он представляет «молодое офицерство», которое выступило против лиц, «разлагающих тыл», что не помешало Орлову заигрывать с большевистским подпольем и местными красными партизанами. Отряд, высланный генералом Слащовым, выбил бунтовщиков из Симферополя, но «орловцы» ушли в горы и стали вести партизанскую войну против властей, «беспокоя» Алушту и Ялту.

10 февраля в Крым из Одессы прибыл генерал Шиллинг (главнокомандующий Новороссии), имея целью полностью перехватить власть на полуострове. Часть офицерства выступила против власти Шиллинга, требуя передачи власти генералу Врангелю. Врангель, находившийся в Севастополе, возглавил офицерскую оппозицию не только против Шиллинга, но и против самого Деникина, стремясь взвалить на него всю вину за проигрыш кампании 1919 года. Вместе с тем «спаситель Крыма», популярный генерал Слащов, выступил за сохранение Шиллинга как командующего силами Крыма.

21 февраля внутренняя оппозиция была подавлена и Деникин вынудил уйти в отставку ее лидеров — генералов Врангеля и Лукомского, адмиралов Ненюкова и Бубнова. Врангель был выслан из Крыма в Стамбул. 23 февраля мятежник Орлов был амнистирован и выступил на фронт. Однако, вскоре Орлов снова снял отряд с позиций и выступил на Симферополь, надеясь захватить город. Но на этот раз город он взять не сумел и вынужден был вновь довольствоваться Крымскими горами.

Крушение похода Деникина на Москву, развал огромной Добровольческой армии привели к изменению отношения Англии к своему протеже — генералу Деникину. Англия решила, что продолжение Гражданской войны в России будет губительным для европейской стабильности, и надеялась остановить войну, став посредником между Кремлем и белогвардейцами в переговорах о почетной капитуляции белых. Но Советы были согласны только на полную и безоговорочную капитуляцию Деникина. Англия отказалась от поддержки и помощи белогвардейцев, бросив своих союзников в самую трудную минуту. Такая позиция английского правительства привела к окончательной дезорганизации белогвардейского движения, к полной утрате веры в победу в среде окружения Деникина. В армии царило моральное и физическое утомление, нервозность — в связи с поиском виноватых в поражении. Часть войск вышла из подчинения, превратясь в ватаги дезертиров…

В конце марта 1920 года остатки белых армий, сдав Дон и Кубань, эвакуировались в Крым. Ставка Деникина оказалась в Феодосии. В Крым из Кубани сумели эвакуироваться 33 тысячи добровольцев и донцев (в том числе раненые, запасные и тыловые части). Но остатки частей Донского корпуса были полностью деморализованы, не желали продолжения бойни, мечтая уйти на Дон. 5 апреля 1920 года, как гром среди ясного неба, прозвучал приказ Деникина, в котором главком заявлял о своей отставке и передаче своего поста генералу Врангелю.

Это решение Деникина не было внезапным порывом, а являлось закономерным решением вождя, которого бросили ближайшие союзники: Англия и Франция. Причем, если Франция, отказываясь вмешиваться в «крымские дела», решила разгромить Советские республики с помощью войск буферных государств, прежде всего Польши, то Англия вообще самоустранялась с восточно-европейского театра военных действий. Франция только в середине 1920 года признала правительство Врангеля как российское де-факто, пообещав помощь вооружением и деньгами.

Врангель, получив власть над Крымом, не замедлил с провозглашением «нового курса», который фактически являлся полной ревизией политики Деникина. Врангель отказался от главного лозунга деникинцев — «единой и неделимой России». Он решил объединить в борьбе против большевиков все оппозиционные им силы — от анархистов и «сепаратистов» до правых монархистов. Однако эта политика широких блоков «хоть с чертом» не принесла ожидаемых результатов. Врангель так и не смог наладить с Польшей реального военного союза, хотя проявил гибкость в вопросах о будущих границах. Попытки планирования общих кампаний не пошли дальше разговоров, хотя Франция подталкивала Польшу и Крым к взаимному сближению. С Петлюрой Врангель также не смог заключить военный союз, определив только сферы влияния и театры военных действий в Украине. Врангель пошел на обещания полной автономии Украины, а также автономии всех казачьих земель, но и эти обещания мало помогли в привлечении союзников.

Переговоры с украинской группой федералистов С. Маркатуна (соперника С. Петлюры), которая прибыла в Крым решать «украинский вопрос», вообще были лишними, так как у Маркатуна не было даже батальона своих войск, не было влияния в украинском обществе. В поисках союзников Врангель даже сделал попытку договориться с вождем крестьянства Юга Украины батькой Махно. Но и тут Врангеля постигла неудача. Махно не только казнил врангелевских парламентеров, но и призвал крестьянство к сопротивлению режиму Врангеля. Неудачными были и переговоры с лидерами крымско-татарского народа, которые мечтали о восстановлении своей государственности. Некоторые лидеры татар Крыма обратились к диктатору Польши Пилсудскому с просьбой взять Крым под свое покровительство, гарантировав автономию крымским татарам.

Провозглашая «новый курс», Врангель объявил о создании новой — Русской армии, надеясь, что в ней будут сражаться не только офицерство и казачество, но и крестьянство. Для привлечения крестьянства была задумана широкая аграрная реформа. Но крестьянин, несмотря на страх перед продразверсткой и продотрядами красных, не пошел в Русскую армию. Старый «добровольческий» генералитет этой армий, традиции и золотые погоны были убедительнее врангелевских листовок, и крестьяне опасались, что с победой Русской армии вернется в село помещик.

В момент воцарения Врангеля в Крыму у белых господствовали выжидательные, пораженческие настроения. Большинство бойцов-деникинцев рассчитывало отсидеться в Крыму (пользуясь особенностями оборонительного свойства Перекопского перешейка), до гипотетического нового восстания казаков на Дону и Кубани или до начала войны Антанты против Советов. Однако более 200 тысяч гражданских беженцев в Крыму и до 50 тысяч отступивших в Крым военных быстро уничтожили все продовольственные запасы полуострова. Крым, отрезанный от материка и лишенный помощи Запада, оказался на пороге голода и топливного кризиса. «Продовольственные соображения» толкали Врангеля к наступлению в район Северной Таврии, где к маю 1920 года созрел богатый урожай зерновых.

13 апреля красные (силами усилившейся 13-й армии — 12 тысяч бойцов, 150 пушек) попытались снова ворваться в Крым. Красные даже сумели захватить твердыню Турецкого вала на Перекопе, но части Слащова сумели выбить их с перешейка. 13–18 апреля конница, танки и броневики новой Русской армии вырвались из Перекопа и овладели выходами из Перекопского и Саликовского дефиле на материке. Десанты врангелевцев овладели городком Геническ и сивашскими укреплениями со станциями Сиваш и Сальково, Чонгарским полуостровом. Это первое наступление новой армии подняло дух бойцов и рейтинг нового главкома. В конце апреля 1920 года поражение красных на польском фронте вселило надежды на успех будущего наступления и развязало руки Врангелю, ведь с крымского фронта красные сняли единственную кавдивизию, направив ее против армии Польши.

Большое значение в удержании крымских перешейков имел белый флот. 1-й Черноморский отряд флота прикрывал огнем своих пушек оборону у Перекопа. 2-й Азовский отряд флота силами в две канонерские лодки удерживал фланг фронта у Арабатской стрелки. Помогали в обороне Стрелки малочисленному отряду 250 человек и 2 орудия полковника Границкого.

Обладая полным превосходством на Черном и Азовском морях, белый флот провел ряд удачных десантных операций. 15 апреля 1920 года был высажен десант врангелевцев Дроздовской бригады (2 полка при четырех орудиях) в Хорлах (40 км западнее Перекопа). Части бригады прошли с боями по тылам красных до 60 км, разрушив подготовку к очередному наступлению. Из Хорлов бригада дошла до Перекопа, ударив по красным с тыла и посеяв в их частях панику. В ходе десанта врангелевцы потеряли около 600 человек убитыми и ранеными. В тот же день врангелевцы высадили десант у Кирилловки (отряд капитана Машукова в 450 человек при одном орудии). Этот отряд разрушил железную дорогу, посеял панику, оттянув на себя до 5 тысяч красных, и через Геническ вернулся в Крым, потеряв 80 человек.

15 мая состоялся налет врангелевского флота на Мариуполь, в ходе которого был произведен обстрел города и увод некоторых судов, которые должны были стать основой красного флота, в Крым.

Уже в конце апреля 1920 года Врангель одобрил план общего наступления из Крыма. План предполагал молниеносный захват района Днепр — Александровск — Бердянск, при успехе первого этапа операции следовал второй этап — выдвижение на линию Днепр — Синельниково — Гришино — Таганрог, и далее третий — наступление на Дон и Кубань. Предполагая перенести на Дон и Кубань главный удар наступления, Врангель рассчитывал оставить для прикрытия Крыма только 1/3 своих сил. Не веря в мобилизационные возможности Украины (понимая, что украинского крестьянина будет сложно затянуть в Русскую армию) и не желая сталкиваться с армией Петлюры, Врангель считал, что на Дону и Кубани находится главный людской ресурс — казачество, которое могло бы дать Русской армии еще тысяч 50–70 бойцов для нового похода на Москву. Таким образом, захват украинских земель также не был самоцелью Врангеля (как и его предшественников Каледина, Колчака, Деникина). При неудаче общего наступления планировалось захватить продовольственные запасы Северной Таврии и вновь укрыться за перешейком. Успех наступательной операции Врангелю виделся в связи с организацией широкого фронта с польской армией, частями Петлюры, Булах-Балаховича[31] и украинскими повстанцами, с восстаниями на Дону и Кубани.

5 мая Врангель праздновал успех эвакуации окруженных частей Кубанской и Донской армий из района Сочи, что давало Русской армии новое боевое пополнение. Общая численность врангелевцев выросла до 40 тысяч человек, однако во фронтовых частях их количество не превышало 22 тысяч штыков, 2 тысяч сабель, объединенных в 4 корпуса. 13-я советская армия в мае 1920 года перед наступлением врангелевцев усилилась до 15 тысяч штыков и 4 тысяч сабель.

Реорганизация армии в конце апреля — мае 1920 года прошла успешно, в связи с тем что большевики оставили свои планы вторжения в Крым после серии поражений под Киевом. Врангель подавил оппозиционность в войсках казаков, отстранив командующего Донской армией генерала Сидорина. Но несмотря на перелом в боевом духе белогвардейцев, армия Врангеля была еще ослаблена вследствие малого количества конницы (до 2 тысяч сабель, хотя созданию конницы Врангель придавал исключительное значение), артиллерии и пулеметов.