IV. Центральное управление, чати и царь

IV. Центральное управление, чати и царь

На центральное управление трудилась целая армия писцов. Существовал ряд учреждений, ведающих земельными, ремесленными, юридическими вопросами, имевшими дело с армией, храмами. Детальной информацией об этих учреждениях или их начальниках мы не располагаем, но можем выделить определенные прерогативы двух крупных чиновников, которые с XII династии управляли государством вместе с царем. Это хранитель печати (imra szat) и чати (tati).

Хранитель печати являлся главным казначеем, то есть министром финансов (dioiketes в период Птолемеев). Он контролировал потоки сырья и промышленных товаров, поступавших в царскую казну в качестве доходов и уходивших из хранилищ в виде платежей. В его компетенцию входил надзор за дворцовыми расходами, проверка счетов на оплату содержания двора (список натуральных платежей – расходов на содержание двора, датируемый концом Среднего царства, сохранился в Каирском папирусе). Забота о царских сокровищницах – то есть управление казной – была делом непростым. Из списка платежей, сохранившегося, например, в папирусах Кахуна, мы видим, что в царскую казну поступали и хранились там самые разные вещи. «На одной и той же странице перечислено зерно, финики, мука, рыба, лепешки, изделия из дерева различных пород, кожа, благовония, сухая краска, ларцы из золота, бронзы и меди, тушь для глаз, парики… Чтобы понять, что представляли собой конторы сборщиков налогов, вообразите себе что-то вроде ломбарда, куда принимаются самые разные предметы, при условии, что они обладают хоть какой-нибудь коммерческой ценностью. Разница лишь в том, что египетское государство выплачивало своим работникам заработную плату в натуральной форме и вынуждено было принимать товары, которые не могли храниться более одного-двух дней и которые современные ломбарды просто отказались бы принять» (Масперо).

Ежедневно хранитель печати представлял своему непосредственному начальнику, визирю, отчет об экономическом положении. Обязанности последнего были весьма обширны, поскольку он контролировал все службы и ставил свою печать на все документы, необходимые для распределения земельных участков, занятий и административных должностей самого разного рода, включая военные и храмовые. К визирю стекались отчеты от номархов, именуемых теперь «наместниками и правителями резиденций» (hatiu hequ het), а также отчеты всех прочих чиновников. Визирь издавал указы и рассылал их с «гонцами» (uputu), которые наводили справки и «отчитывались» непосредственно визирю. Но ему подчинялись не только царские чиновники, он мог использовать Сару и кенбетов для работы в администрации. Когда возникала проблема, местный кенбет предлагал визирю нанять одного из его членов для наведения справок. Такого уполномоченного называли «уполномоченный чиновник» (nti m sar). Решение мог принимать только визирь. При Рамессидах один или несколько судов, именуемых Великий кенбет, заседали в Гелиополе, Мемфисе и других городах.

Председательствовал на этом верховном суде визирь. Судебные иски и другие вопросы, уже представленные в местные кенбеты, могли быть затем перенаправлены в Великий кенбет, решение которого, поддерживаемое авторитетом визиря, было окончательным.

Любопытно отметить, что при всей централизации власти, сосредоточенной в руках царя, местные кенбеты и Великий кенбет находились под властью визиря. В автократических монархиях, как, например, в царской России, относительно независимые местные институты иногда корректируют ошибки чрезмерной централизации. Видимо, в этом и заключалась роль, которую играли собрания Сару в отношении визиря и других чиновников царя[244]. Они давали возможность людям принимать участие в центральном управлении страной при одной из самых абсолютных монархий, известных в Древнем мире.

В эпоху XVIII династии обязанности визиря так усложнились, что его должность была разделена на несколько должностей. Так, в определенные периоды времени существовали визирь Нижнего Египта в Мемфисе, визирь Верхнего Египта в Фивах, наместник Нубии, называемый «царевичем Куш».

Эти влиятельные деятели уже не избирались царем из числа собственных родственников, как в эпоху Древнего царства. Они продвигались к этим должностям по карьерной лестнице, как номархи. С другой стороны, согласно правилам, должность визиря могла передаваться по наследству.

Нам известна семья из Фив, жившая в эпоху Нового царства, из которой вышло несколько визирей (Усер, Рехмар), и такая же семья из Мемфиса. Как и в период Древнего царства, визирь управлял «Городом», то есть царской резиденцией – Фивами на юге, Мемфисом и Пер-Рамсесом на севере. В гробницах фиванской семьи визирей было найдено несколько копий весьма инструктивной надписи, касающейся обязанностей визиря. Многие фрагменты текста утеряны или непонятны в силу использования терминов, точного значения которых мы не знаем. Далее приводится часть текста, которую скорее можно назвать резюме, чем переводом: «Ни один [местный] Сар не имеет права судить. Если таковая узурпация власти случится, он должен предстать перед визирем, который назначит должное наказание. Гонцы, которых визирь рассылает к каждому Сар, от первого до последнего, должны прибывать в номы неожиданно. Посланник приводит номархов и наместников в суд. Если Сар провинился, визирь судит и назначает ему наказание сообразно проступку. Все административные документы должны скрепляться печатью визиря. Если это не секретные документы, писцы и контролеры визиря направляют их визирю, который читает документы и скрепляет их своей печатью. Если же документы секретные, их доставляют визирю особые гонцы.

При рассмотрении дела, касающегося обработки земли, визирь призывает к себе истца, предварительно выслушав Начальника Полей. Если земельный участок находится в провинции Нижнего или Верхнего Египта, дело разбирается в течение двух месяцев. Если же он находится в пределах столицы, Фив, дело должно быть рассмотрено в течение трех дней. Выслушав истца, визирь призывает к себе членов кенбета провинции и заслушивает их. Визирю должны быть представлены все необходимые «инвентарные описи». Визирь скрепляет их своей печатью и распределяет земельные наделы между членами семьи. Если человек говорит: «Пограничные камни на наших полях были передвинуты», проверяются все ранее скрепленные печатью документы, визирь перераспределяет наделы и передает дело Начальнику Полей, который возвращает пограничные камни на их законные места.

Визиря извещают обо всех жалобах, поступающих к царю, в том случае, если они представлены в письменном виде. Он направляет царских посланников к номархам и наместникам для наведения всех необходимых справок по делу.

Визирь назначает уполномоченных [nti m saru] в Верхний Египет, Нижний Египет и Центральный Египет. Каждые четыре месяца они отчитываются перед ним по всем рассмотренным ими делам, а также передают ему все документы, приходящие от Начальника полей его округа.

Визирь собирает войска, чтобы сопровождать царя, когда тот отправляется вверх или вниз по Нилу. Он принимает всех командиров и инструктирует их.

Визирь надзирает за вырубкой деревьев, производящейся по велению царя. Он направляет кенбеты округов на постройку плотин по всей стране. Он направляет номархов и наместников пахать землю и собирать урожай. Он принимает [отчеты] номархов и наместников.

Визирю направляются все отчеты, касающиеся крепостей Верхнего Египта и всех арестов за грабеж. Он поддерживает порядок во всех номах страны. Он собирает эскорт для царя из воинов и писцов. Он учреждает должности, осуществляет надзор за собственностью храмов и утверждает каждый контракт.

Визирь заставляет каждого говорить, выслушивает каждое заявление, когда человек приходит со своим неприятелем.

Визирь контролирует все прибыли и убытки храмов, облагает налогом доходы храмов… Великое Собрание [zazat urt] отчитывается перед ним по всем вопросам, связанным с налогами. Он надзирает за всеми делами, что рассматриваются в суде. Он открывает двери Золотого Дома с Хранителем Печати. Он проводит перепись всего крупного скота, каждые десять дней инспектирует резервуары с питьевой водой, а также проверяет запасы провианта.

Рис. 59а. Предкамера визиря. Гробница Рехмары

Рис. 59. Житницы фараона

Визирь заслушивает все дела, переданные в суд. Номархи, наместники и частные лица отчитываются перед ним по уплате налогов. Визирю же представляются сведения о восходе Сотиса и разливе Нила[245], о дождях. Он направляет местным властям указы о постройке укреплений. Он облагает налогом каждое грузовое судно…

Визирь отправляет гонцов из царского дворца. Он управляет Двумя Землями, когда царь на войне, со своей армией.

Он представляет отчеты о положении в стране его величеству. К нему стекаются все отчеты кенбетов, от первого до последнего. Он скрепляет своей печатью каждый указ царя».

Аудиенция визиря описана в начале документа, а в гробнице Рехмара текст сопровождается рисунком (рис. 59а):

«Предписания для Главы Города, Визиря Города (столицы) Юга и страны, в Колонном Зале Визиря.

На каждой аудиенции в Зале Визиря визирь сидит в кресле, перед ним стоит скамеечка для ног, над ним – балдахин, сидит он на шкуре, под ногами его шкура, на нем белые одежды, в руке скипетр, перед ним развернуты сорок свитков пергамента[246].

Десять Великих Юга, разделенные на две группы, стоят перед ним[247]. По правую руку стоит Глава Правительства; по левую руку – Хранитель Вещей; рядом с визирем – его писцы. Каждый из присутствующих говорит по очереди; аудиенция не дается тому, кто хочет пройти без очереди. Когда первый в очереди говорит: «Передо мной никого нет», тогда глашатаи визиря представляют его.

Визирю представляют отчет о крепостях Юга и Севера; ему докладывают обо всем, что поступает[248] в Царский Дом; ему сообщают обо всем, что изымается[249] из Царского Дома; ибо обо всем, что поступает и изымается на землях Двора, докладывают ему начальники сотен, начальники надсмотрщиков»[250].

Каждое утро визиря принимает фараон.

«И вот он входит, осведомляется о здоровье владыки [царя] и ежедневно докладывает ему обо всем, что происходит в Двух Землях, в его дворце.

Он входит в Двойной Великий Дом[251] в то же время, что и Хранитель Печати. Затем визирь выходит вперед и направляется к двери Двух Великих Дворцов. Хранитель Печати встречает визиря и приветствует его так: «Все дела моего владыки в порядке»[252]. Все главы служб говорят: «Все дела моего владыки в порядке. Дворец в порядке».

В свою очередь, визирь приветствует Хранителя Печати так: «Все дела моего владыки в порядке. Каждая служба двора в порядке. Все главы служб доложили мне о закрытии зданий в желаемый момент и их открытии в желаемый момент».

Затем, после того, как два чиновника обменялись докладами, визирь направляет людей, чтобы открыть каждую дверь во дворце, чтобы позволить всем входить и выходить.

И его глашатаи следят за тем, чтобы все входящие (и выходящие) записывались».

Какую роль лично царь играл в управлении? Несомненно, фараоны были большими тружениками, они принимали близко к сердцу все, связанное с управлением страной. Визирь являлся доверенным слугой фараонов, но сама власть находилась исключительно в руках царя. Фараон все видел и все слышал сам или узнавал обо всем от своих высокопоставленных сановников, которых называли «глаза и уши царя» (таков был, например, эпитет визиря Усера и некоторых других). Каждый египтянин, бедный или богатый, имел право обратиться к царю с письменным ходатайством, направленным против любого злоупотребления властью. В основном обнаруженные до сих пор ходатайства датируются периодом, начиная с XVIII династии, однако уже при XII династии царские инспекторы разъезжали по стране, собирая жалобы и прошения. Народная сказка, часто переписываемая египтянами, донесла до нас горестные жалобы крестьянина, с которыми тот обратился к царю в период Среднего царства.

Крестьянин направлялся на рынок, гоня перед собой своих ослов, нагруженных солью, деревом и различными съестными припасами. Он вышел на дорогу, что шла мимо поля, где в то время другой крестьянин работал на царского управляющего. Этот крестьянин, уверенный в том, что положение его хозяина позволит ему избежать неприятностей с законом, украл ослов у первого крестьянина и к тому же хорошенько поколотил несчастного. Прошение потерпевшего отражено в «Жалобах крестьянина», которые и являются главным сюжетом истории. Во-первых, ограбленный крестьянин пожаловался на управляющего, сославшись на Священное Право и Божественную Справедливость. Управляющий посоветовался с Сару и направил доклад царю[253].

Монарх, желая поступить по справедливости, решил также подшутить над ограбленным, у кого, кстати, «был хорошо подвешен язык». Царь приказал изложить всю историю в письменном виде, чтобы оценить красноречие истца. Затем он велел накормить крестьянина и его семью и хорошо с ними обращаться. Крестьянин ухватился за возможность поведать всем о своем горе. Девять раз он обращался к управителю, причем с изяществом и красноречивостью, не уступающими речам великих христианских ораторов. Затем крестьянин обратился к доверенному лицу царя так, словно тот был самим фараоном, и прочитал ему следующие наставления: «О мой Повелитель! Ты – Ра, Владыка Неба; ты подобен разливу реки; ты – Нил, что питает поля… [Так будь же справедлив, как Солнце и Нил.] Накажи грабителей, защити страдающих. Не губи того, кто обращается к тебе с мольбой, подумай о приближении Вечности и вспомни сказанное: «Жизнь есть творение справедливости». Еще он говорит: «Твори справедливость, Повелитель Справедливости, ибо справедливость – для Вечности. Справедливость сопровождает в Херт-Нетер всякого, кто был справедлив в жизни…» Действуй согласно этим словам, сказанным самим Ра: «Изрекай истину, твори справедливость, ибо справедливость – могучая сила, ибо она велика, ибо она вечна, ибо она ведет к Блаженству»[254]. К концу своей девятой речи крестьянин утомился и напоследок сказал: «Увы! Я изложил вам свою жалобу, и вы к ней не прислушались; я пожалуюсь на вас Анубису»[255]. Царь и его управляющий перестали смеяться над жалобщиком. Чтобы возместить ущерб, царь повелел вернуть красноречивому крестьянину ослов и припасы, кроме того, он дал ему шестерых рабов, женщин и мужчин»[256].

Крестьянин был прекрасно знаком с доктриной царской власти в эпоху Среднего царства. Автор истории с юмором, присущим египтянам, излагает главные принципы правосудия, которым цари XII династии (а также и XVIII) учили своих чиновников. Если крестьянин осмеливается поучать царских судей, то только потому, что царь позаботился ознакомить своих подданных с обязанностями чиновников.

Среди наиболее любопытных текстов того времени встречаются «Поучения», автором которых, предположительно, является визирь Птаххотеп, живший при V династии. Эти «Поучения» призваны были привить юным аристократам и чиновникам благопристойные манеры (поведение в обществе, за столом, на приемах). Кроме того, в этом сочинении рассказывалось об обязанностях царского посланника, о почитании Великих и кенбетов, об искусстве вести себя с достоинством при встрече с задирами, болтунами и проявляющими неприязнь людьми. Уважение к справедливости и традициям, вежливость, благоразумие, ум и хорошая репутация – вот качества хорошего сына, который «умеет слушать», то есть повиноваться, а также верного слуги царя.

Тот, кто обладает всеми этими качествами, становится Слугой Гора, он следует по дороге, проложенной основателями династий фараонов.

Это литературное произведение весьма ценно с исторической точки зрения. Оно показывает, что фараоны настойчиво проводили в жизнь политику социальной справедливости и демонстрировали великодушие, отраженное в подобных «Поучениях». Благодаря этой политике «справедливые законы» правили повсеместно. Подтверждение этому мы находим в поучительных надписях, которыми царские чиновники украшали свои гробницы и которые призваны были служить своеобразной гарантией того, что деяния чиновников полностью соответствовали доктринам Дворца.

Сведения об этой доктрине мы можем получить из первоисточника, благодаря официальному документу, выгравированному на гробнице визиря. Текст документа появился, видимо, при XII династии. Это речь, с которой фараон обращался к визирю в тот день, когда «посвящал» его в должность.

«Наставления, данные визирю Рехмаре. В Зале Приемов фараона собрались кенбеты. Визирь N входит, и все приветствуют его, как подобает приветствовать визиря. Царь говорит ему: «Теперь твое место в Зале Приемов визиря. Надзирай за всем, что делается там, ибо там закладываются основы государственного устройства.

Смотри же! Быть визирем не означает быть милостивым.

Визирь должен быть тверд, как его имя[257]. Визирь – стена из бронзы и золота, вокруг дома его Владыки. Смотри же! Ты не должен принимать сторону чиновника, не должен никого превращать в раба. Смотри же! Человек в доме его Владыки должен действовать во благо Владыки, и не обязан он ничем никому другому.

Смотри же! Когда жалобщик приходит из Верхнего или Нижнего Египта… твоя забота проследить, чтобы все делалось согласно закону [hap] и чтобы все было сделано согласно правилам, ибо у каждого человека есть права. Смотри же!

Лицо чиновника должно быть открыто. Вода и ветер знают все, что он делает. Ни одно из его деяний не останется неизвестным… Смотри же! Лучше для чиновника поступать по закону, разбирая жалобы. Тот, кто предстает перед судом, не должен говорить: «У меня нет прав».

Смотри же! Помни, что было сказано о визире Хети: «Он принимал сторону тех, кто выступал против его родственников, выносил решения в пользу тех, кто не был членом его семьи»[258]. Это больше чем справедливость. Бог любит, когда торжествует справедливость. Бог ненавидит, когда одной стороне оказывается большая благосклонность, чем другой.

Это и есть Учение [sebait]. Действуй согласно ему. Относись к тому, кого ты знаешь, как к незнакомцу, а к тому, кто близок тебе, как к чужаку. Смотри же! Сар, чтящий закон, будет долго процветать на своем посту.

Не отсылай прочь жалобщика, не выслушав его. Когда жалобщик приходит к тебе, не прерывай его речей. Если же ты вынужден отказать ему, не отказывай без объяснения причин. Смотри же! Говорят: «Жалобщику не так важно решение дела в его пользу, как возможность поведать о своих обидах и быть выслушанным».

Не гневайся на человека напрасно. Не сдерживай свое негодование только тогда, когда оно обоснованно.

Сей страх вокруг себя, чтобы люди испытывали благоговение перед тобой. Только тот Сару, кто внушает трепет, ибо на нем строится величие Сару, творящего справедливость.

Но не внушай ужас, ибо в этом случае люди сочтут Сару жестоким. Они не скажут о нем: «Это достойный муж!»…

Только тогда ты внушишь почтение к своей должности, когда будешь поступать по справедливости.

Смотри же! Люди ждут от визиря лишь справедливости.

Смотри же! Вот закон справедливости со времен бога [Ра].

Слушай, что говорят о писце визиря: его называют «Писцом Истины». Зал, в котором ты отправляешь правосудие, называется Залом Двух Истин. Визирь – тот, кто сеет справедливость.

Смотри же! Если человек находится в должности, он должен действовать так, как ему предписано. Счастлив тот, кто поступает так, как должно! Никогда не отвергай Справедливость, чьи законы тебе неведомы. Смотри же! Вот что происходит с надменным [чиновником]: царь возвышает скромного и принижает надменного. Действуй же так, как предписано тебе».

Можно не сомневаться, что эти возвышенные слова нашли отклик в сердцах людей и вызвали стремление применять их на практике. Мы не можем подвергнуть анализу законы (hapu) Египта, поскольку до нас не дошел ни один кодекс, подобно тому кодексу, что издал Хаммурапи в Вавилонии.

Однако царь и его чиновники постоянно ссылались на закон, знакомя людей с царской доктриной.

Другой характерной чертой нового Египта является то почтение, с которым относились к интеллекту и ораторскому искусству как средствам управления.

Рис. 60. Царевич Куша получает официальную печать

«Будь мастером слова, – говорит царь своему наследнику Мерикаре, – чтобы упрочить свое положение, ибо язык – меч царя, и слова могут сделать больше, чем сражение. Ничто не способно захватить умного человека врасплох… Мудрый [царь] – [наставник?] для Великих… никакая беда не грозит ему. «Правда приходит к нему приготовленной»[259], как говорили наши предки. Когда царь подает пример, придворные состязаются в усердии и находчивости. Вот что говорится о великих сановниках: «Будь милостив слушая, будь мудр говоря, будь искусен в поиске истины», «Опытен тот писец, кто искусно обращается со словами», «Будь точен, как весы Тота», «Чиновники – это психологи, проникающие в тайные мысли и знающие все извилистые пути сердца»[260].

Царь требует от своих чиновников не только повиновения, не просто усердия и преданности, он требует от них сообразительности, понятливости и предприимчивости – короче говоря, проявлений характера, индивидуальности.

Сам царь стремится подавать пример великодушия и щедрости. Мы уже отмечали, как изображения монархов Древнего царства отражали невозмутимость их сверхчеловеческой власти и величия. После смуты царя-бога стали одолевать сомнения. Он размышляет, задумывается. Он пошел на уступки людям, ему пришлось учиться управлять подданными. Поэтому лица Аменемхета или Сенусерта уже не так безмятежны, как лица их предшественников. Теперь лица фараонов кажутся утомленными заботами, тревогами, они о чем-то вопрошают или погружены в размышления. Чувствуется, что фараоны призвали всю силу воли, они борются сами с собой и другими, стремясь достойно выполнять свои обязанности и отстоять свои права (илл. 25).

Люди с восторгом слушали обещания монархов; придворные обращались к проводящим реформы фараонам с гимнами, полными изумления и трепета. Высокопоставленный сановник по имени Сехетепибра, живший при Аменемхете III, передает своим детям «Наставления», полученные им от царя: «Я скажу вслух, я заставлю вас слушать, я поведаю вам вечное правило, правило новой [или справедливой] жизни, ибо соблюдение этого правила ведет к жизни полной блаженства. Чтите царя Менмаат-Ра в сердце своем! Возлюбите его величество в сердце своем! [Царь] есть Бог Са[261], обитающий в сердцах, чьи глаза проникают в сердце каждого. Он – бог Ра, чьи лучи заставляют нас прозреть, он освещает Две Земли больше, чем солнечный диск [Атон], благодаря ему все на земле зеленеет больше, чем при разливе Нила. Он наполняет Две Земли силой и жизнью, он освежает ноздри,

когда борется со Злом… Он дарует пищу тем, кто служит ему и тем, кто идет по его дороге. Царь есть Ка, его уста – изобилие[262]; его бытие – созидание. Он – бог Хнум, что лепит плоть; прародитель всех людей. Он – богиня Баст, защищающая Две Земли. Он – защитник каждому, кто поклоняется ему. Но он также и богиня Сехмет[263] для того, кто нарушает его волю… Сражайся во имя его, защищай его жизнь…

Воздерживайся от враждебных действий. Друг царя становится Имаху, но не будет гробницы у того, кто восстанет против его величества, и тело его будет брошено в воду.

Поэтому делай так, как я сказал тебе, и твоя плоть будет здорова и будет тебе благо вовеки»[264].

В конце этой главы я хотел бы привести гимн в честь Сенусерта III. В нем нашла отражение благодарность, которую народ испытывал к своему владыке за то, что тот вернул в страну порядок, мир, процветание, сделал радостной земную жизнь и восстановил уверенность в жизни загробной. Гимн состоит из ряда строф, каждая строка которых начинается одними и теми же словами.

I

Сколь велика радость

Богов: ты умножил жертвоприношения.

Сколь велика радость

Твоих [детей]: ты определил их границы.

Сколь велика радость

Твоих [предков]: ты умножил приношения им.

Сколь велика радость

Египтян: ты защитил их древние права.

Сколь велика радость

Людей: твоя власть дарует им пищу.

Сколь велика радость

Двух берегов: ты расширил их владения.

Сколь велика радость

Молодых воинов: ты возвысил их.

Сколь велика радость

Твоих престарелых

Имаху: ты вернул им молодость.

Сколь велика радость

Двух Земель: ты защитил их цитадели.

II

Сколь велик Владыка Города!

Он один, но имя ему – миллион; другие умалились перед ним.

Сколь велик Владыка Города!

Он подобен плотине, делящей реку.

Сколь велик Владыка Города!

Он подобен прохладному чертогу,

где человек может укрыться от палящего зноя.

Сколь велик Владыка Города!

Он подобен цитадели, что защищает Гошен.

Сколь велик Владыка Города!

Он подобен святилищу,

где всякий может укрыться от преследования.

Сколь велик Владыка Города!

Он подобен убежищу, что спасает страшащегося от его врагов.

Сколь велик Владыка Города!

Он подобен тени в весенний день,

купальне с прохладной водой в день летний.

Сколь велик Владыка Города!

Он подобен теплому прибежищу зимой.

Сколь велик Владыка Города!

Он – защита от ветра, когда бушует ураган.

Сколь велик Владыка Города!

Он – Сехмет для всех врагов, нападающих на его границы.

III

Он пришел к нам: Он завладел Верхним Египтом

и возложил Псхент на свою голову.

Он пришел к нам:

Он объединил Две Земли и соединил тростник с пчелой.

Он пришел к нам:

Он завоевал Черную Землю и покорил Красную Землю.

Он пришел к нам:

Он защитил Две Земли и даровал мир двум берегам.

Он пришел к нам:

Он даровал мир Египту и избавил его от страданий.

Он пришел к нам:

Он даровал жизнь людям и воскресил мертвых.

Он пришел к нам:

Он попрал чужеземцев и сразил троглодитов,

что не страшились его.

Он пришел к нам:

Он сражался за свои границы и отбросил прочь грабителей.

Он пришел к нам:

Он позволил нам растить наших детей и хоронить наших стариков!

Данный текст является ознакомительным фрагментом.