448. Екатерина II — Г.А. Потемкину

448. Екатерина II — Г.А. Потемкину

После 15.IV.1776

Автограф. РГАДА. Ф. 5. Д. 85. Ч. 1. Л. 269.

Публикация — ВИ, 1989, № 10. С. 112.

До 26.IV Екатерина безвыездно находилась вместе с сыном в Царском Селе. Принц Генрих предложил ей устроить новый брак безутешного Павла. Невестой названа принцесса София Доротея Виртембергская (двоюродная внучка короля Фридриха II), которой исполнилось 16 лет. 18.IV императрица просила фельдмаршала Румянцева «наипоспешнее» прибыть в Царское Село, чтобы сделать его участником «в верном, нужном и приятном деле, о котором инако не хочу Вам объявить, как при моем свидании с Вами» (СА. 1822. Ч. 2. № 7-12. С. 415). Но преданный фельдмаршалу Завадовский предупредил своего патрона о «царевой тайне» — Румянцев будет сопровождать Павла Петровича в Берлин, где прусский король готовит смотрины невесты.

21. IV в Царском Селе был отпразднован день рождения государыни. Через 5 дней она отправилась со свитой в Невский монастырь для погребения тела великой княгини. В свите Г.Г. Орлов, Потемкин, Л.А. Нарышкин, П.А. Брюс, Безбородко, Завадовский и другие лица. Наследник отсутствовал на похоронах своей жены. Факт примечательный. В литературе существует версия о так называемом «панинском заговоре». Об этом писал со слов своего отца М.А. Фонвизин (видный декабрист, племянник знаменитого драматурга). Он отнес заговор, ставивший якобы целью свергнуть с престола Екатерину и возвести на него ее совершеннолетнего сына, к 1773–1774 гг. По Фонвизину, среди заговорщиков были братья Панины, Репнин, Дашкова, «чуть ли не митрополит Гавриил и многие из тогдашних вельмож и гвардейских офицеров», «Душою заговора была супруга Павла великая княгиня Наталья Алексеевна, тогда беременная» (см. Фонвизин М.А. Соч. и письма. Иркутск. 1982. Т. 2. С. 123). Заговор якобы выдал секретарь графа Н.И. Панина П.В. Бакунин. Участники заговора подверглись опале. Все это плохо согласуется с фактами. Грубые ошибки бросаются в глаза. Французский дипломат маркиз Корберон в своем дневнике приводит (некоторое время спустя после смерти великой княгини) слова одного из вельмож: «Если она не устроила переворота, то никто его не сделает» (РА. 1911. № 5. С. 102). Он же рассказал о рыданиях графа Андрея Разумовского, потрясенного смертью жены наследника. Упоминает Корберон и о каких-то разговорах умирающей с императрицей о ее сыне, после чего она (великая княгиня) беседовала наедине с Павлом (РА. 1911. № 5. С. 64). Екатерине удалось завладеть письмами покойной, которые подтвердили ее близость с Андреем Разумовским (о чем императрица давно знала). Существеннее оказалось другое: какие-то денежные займы, сделанные через посредство Разумовского великой княгиней у французского и испанского посланников. Этого государыня не могла простить. Разумовский был выслан в Ревель, затем к отцу в Батурин. Он оказался единственным человеком, подвергшимся опале (временной). (См. РБС. Т. 11. С. 119–120).