Борьба с космополитизмом. «Дело БАК» и «Дело врачей»

Борьба с космополитизмом. «Дело БАК» и «Дело врачей»

Особое место в поздних сталинских репрессиях занимает еврейская тема. Политика по отношению к евреям являлась проблемой не только Сталина, но и всего мира. Поздний период правления Сталина многие характеризируют как антисемитский.

Сам антисемитизм представляет собой сложное явление. Можно сказать, что оно не столько сложно, сколько искусственно осложнено. Национальный вопрос всегда был слабым местом Российской империи, но если проблема других наций не выставлялась напоказ, о проблемах с евреями знали все, и именно они считались самыми дискриминированными. Причиной этому было вовсе не то, что евреи как-то по-особенному преследовались. Просто они более афишировали свое положение и в правильное русло направляли антиеврейскую пропаганду.

Сам термин «антисемитизм» превратился в оружие «потерпевших». Как мы могли удостовериться, национальная политика Сталина была грубой и сложной. С этой точки зрения репрессии были направлены не на какую-либо одну нацию и носили не столько национальный характер, сколько политический. Такова была политика по отношению к полякам, народам Кавказа, украинцам, прибалтам и т. д. Несмотря на такой большой выбор, основной акцент в национальной политике делается именно на антисемитизм.

Если углубиться в данный процесс, установим, что, спекулируя этим термином, игнорируют его политическую подоплеку, тогда как именно она занимала основное место.

Нужно отметить и то, что евреи внесли большой вклад в революцию. Правда, они не выступали как единая национальная сила, но, несмотря на это, в глазах народа именно евреи создавали революционную погоду. Как национальная организация, евреев представлял «Бунд», но и вне этой партии, в кругу меньшевиков и большевиков, число евреев было немалым. В партии меньшевиков достаточно вспомнить таких лидеров, как Аксельрод, Дейч, Мартов и т. д.

В рядах большевиков числились такие деятели еврейского происхождения, как Лев Каменев (Розенфельд), Григорий Зиновьев (Гершен Радомысльский), Яков (Янкель) Свердлов, Лев Троцкий (Лейба Бронштейн). Этого достаточно, чтобы оценить их роль в облагораживании общества.

Что тому причиной – стечение обстоятельств или они действительно стоят на голову выше других по интеллекту, как преподносят нам сами евреи, ответить трудно, но неожиданно по численности в революционном правительстве они превысили даже русских, и становится немного неясно, кто кого притеснял.

Борьба за наследие Ленина была непростой, но это была политическая борьба, а не еврейский погром, как нам стараются преподнести. В данной борьбе каждая сторона использовала то орудие, которое помогло бы в достижении цели. Лидерами в этой борьбе считали себя Троцкий, Каменев и Зиновьев, и именно в борьбу между ними вмешался Сталин, который использовал Каменева и Зиновьева против Троцкого.

Сталин вышел победителем, но утверждать, что его победа носила антисемитский характер, было бы абсурдом. Во-первых, излишне говорить о какой-то национальной окраске борьбы, в то время как победителем вышло лицо кавказской национальности, который в отличие от противников даже не мог говорить без акцента.

Интересно, если бы победителем вышел Троцкий, считалась бы его политика в отношении Сталина антикавказской? Думаю, нет. Что касается процентного состава евреев, его число в будущем уменьшилось, но все же было высоким. Антисемитизмом было признано то, что евреи не были в большинстве.

Никаких национальных предрассудков у Сталина не было, и его действия в отношении евреев носили чисто политический характер, а не антисемитский. Особенно это выразилось в последние годы. Как уже сказано, антисемитский окрас имели «Дело ЕАК» и «Дело врачей». До того как перейти к вопросу борьбы с космополитизмом, еще раз подчеркну, что по национальным признакам преследовались не только евреи. Наглядным примером может служить «Ленинградское дело», которым Сталин осудил русский национализм и помешал выделению Компартии РСФСР по национальному признаку.

Если политическая подоплека «Ленинградского дела» всем ясна, политическую окраску «Дела ЕАК» полностью игнорируют и переводят ее в национальное русло.

Что касается «борьбы с космополитизмом», данная кампания не начиналась как антисемитская. Поначалу она ничего общего с евреями не имела, ее вектор был направлен не на ущемление какой-либо нации, а на возвеличивание русского народа. Часто данная кампания сопровождалась прямой фальсификацией истории. Иногда она принимала комический характер, вплоть до того, что пытались доказать, что Россия – это родина слонов.

Часто рекламирование русской нации происходило за счет уничижения так называемых западных ценностей и его целью являлась пропаганда русской культуры и ликвидация низкопоклонничества перед Западом. Легче будет передать цель кампании опять же словами Сталина, сказанными Константину Симонову: «Если взять нашу среднюю интеллигенцию, научную интеллигенцию, профессоров, врачей, у них недостаточно воспитано чувство советского патриотизма. У них неоправданное преклонение перед заграничной культурой. Все чувствуют себя еще несовершеннолетними, не стопроцентными, привыкли считать себя на положении вечных учеников. Это традиция отсталая, она идет от Петра… Сначала немцы, потом французы, было преклонение перед иностранцами… засранцами».

В данной ситуации мы видим старую политику Сталина, целью которого было выведение людей нового сорта. Приоритетом во время «эксперимента» считалась русская культура.

Такая шовинистская политика была неприемлема для многих других национальностей, проживающих в СССР, которые выступали в качестве младших братьев великого русского народа, но повторюсь еще раз, она не носила антисемитский характер. Еврей мог считать себя ущемленными ровно настолько, насколько грузин, армянин, украинец и т. д.

Происходило отмежевание от западной культуры. В холстах буржуазных живописцев видели «идеи агрессивного империализма» и т. д. Впоследствии борьба с космополитизмом отчасти приняла антиеврейский характер, хотя в этом был виновен не столько Сталин, сколько ретивые исполнители его воли, такие, как, скажем, Жданов и Суслов.

В конце концов этот процесс приостановил именно Сталин, который раскритиковал перегибы в проведении данной политики. О том, что антисемитский характер «борьбы» был сильно преувеличен, говорит хотя бы тот факт, что в 40-х годах, включая 1949–1953 гг., треть лауреатов Сталинской премии были именно евреями. Так, например, Самуил Маршак получил премию в 1942, 1946, 1949, 1951 годах; Илья Эренбург – в 1942, 1948, 1951 годах; Эммануэль Казакевич – в 1948, 1950 годах; Юрий Райзман – в 1941, 1943, 1946 (дважды), 1950, 1952 годах; Марк Рейзен – в 1941, 1949, 1951 годах, Иван Козловский – в 1941, 1949 годах, Игорь Ильинский – в 1941, 1942, 1951 годах и т. д.

Таким образом, борьба с космополитизмом была направлена не против евреев, а против интеллигенции, и еврейская интеллигенция в этом вопросе ничем не отличалась от интеллигенции других национальностей. Рассматривать отдельно евреев – значит всего лишь спекулировать вопросом.

«Дело Еврейского антифашистского комитета» является наглядным примером того, что отношения между евреями и государством решались в политическом аспекте, а не в национальном. Камнем преткновения стал вопрос Крыма, и по стечению обстоятельств данная проблема стала эпизодом дела.

Крымская проблема не была новой. Старт она взяла еще при Ленине. Поскольку этот вопрос крайне засекречен, понять, что там происходило в реальности, трудно, и на данный счет существуют только версии и домыслы.

В соответствии с одной из версий в 20-х годах компания «Джойнт», которая защищала интересы евреев по всему миру, проводила переговоры с руководством РСФСР, которому предоставляла крупные кредиты. Возвращение долга должно было начаться с 1945 года. Взамен РСФСР брала обязательство заселить евреев на полуостров и предоставить им широкие права.

В конце концов, как известно, в 1934 году Сталин создал Еврейский автономный округ на Дальнем Востоке со столицей в Биробиджане, но, несмотря на это, вопрос Крыма закрыт не был. Во время Второй мировой войны полуостров опять превратился в объект спекуляции теперь уже между США и СССР. США были заинтересованы в решении вопроса в пользу евреев, но трудно поверить, что ими двигало чувство гуманности, а не политика.

Повторюсь, что насчет данного вопроса существуют только версии, которые не подтверждаются документально, поэтому воздержусь от комментариев, приведу лишь те документы, которые рассекречены.

Как уже не раз отмечали, натиск немецкой армии в 1941 году был тяжелейшим для Советского Союза. Итогом были не только человеческие жертвы, но и материальный урон. Экономическая помощь ему не помешала бы. С этой целью в начале 1942 года силами НКВД из представителей еврейской интеллигенции был создан «Еврейский антифашистский комитет», целью которого было сплочение мирового еврейства против Германии.

Во время войны эта организация действительно сыграла определенную роль в экономическом плане. Ею было привлечено для военных нужд 30 миллионов долларов. Кроме того, она помогала Союзу техникой и оборудованием.

Было бы наивно считать, что эта помощь была безвозмездной. Если евреи, проживающие на территории Союза, принимали полномасштабное участие в войне, то их заграничные сородичи интересы СССР вовсе не рассматривали. Однако на кону стояли интересы не только Союза, но и всемирного еврейства, поскольку война шла против страны, которая огромное значение придавала борьбе именно с евреями. Исходя из антисемитской политики Гитлера, еврейство было заинтересовано в победе над фашизмом не менее, даже можно сказать более, чем США, Британия и Советский Союз, вместе взятые. Так что выделенная евреями помощь должна была принести значительную выгоду, в том числе и политическую, им же самим. Мировое еврейство помогало Советскому Союзу по принципу: враг моего врага мой друг. Поскольку такая дружба не могла быть долгосрочной, еврейство за предоставленную «безвозмездную» помощь все же рискнуло потребовать у Сталина ответный «подарок».

Если верить Черчиллю, в политике не существует постоянных друзей, существуют лишь постоянные интересы. Взаимоотношения Советского правительства, а вернее Сталина, и «Еврейского антифашистского комитета» были сладкими до тех пор, пока их интересы совпадали. Как только их интересы разошлись, эра дружбы тут же закончилась.

Если рассуждать логически, «ЕАК» должна была потерять свою функцию после победы над фашизмом. Но этого не произошло, и данная организация продолжала функционировать, даже не сменив наименования. Зато она изменила вектор деятельности, которая уже заключалась в оказании помощи евреям Советского Союза. Эта организация переросла в придаток «Джойнта».

«Джойнт» не оставил своей мечты об осуществлении проекта «Крымской Калифорнии» и уже от имени «ЕАК» продолжал работу над вопросом передачи Крыма евреям. Уяснить этот вопрос невозможно, если не принять во внимание сложившееся в мире политическое положение, а именно ситуацию, созданную по вопросу выделения территории евреям.

Как известно, много веков назад евреи лишились собственной территории и были разбросаны по всему миру. Эта проблема стала особо актуальной в XX веке. Нужно признать, что Гитлер первым выступил с идеей выделения земли евреям в Палестине, но против этого была Британия, управлявшая данной территорией.

В будущем Гитлер проявил новую инициативу, предложив переселить евреев на Мадагаскар. Осуществить этот проект оказалось невозможным, поскольку очень скоро началась Вторая мировая война.

Во время войны и после нее шли переговоры по вопросу Палестины, в чем евреев поддерживал Советский Союз, и не только политически. В будущих войнах евреев за овладение территориями Палестины Советский Союз предоставлял им оружие и технику.

Несмотря на это, евреи продолжали настойчиво муссировать крымский вопрос, что было на руку американцам. В дружбу США и СССР никто не верил, тем более евреи.

Попытки протолкнуть крымский вопрос начались еще во время войны. В 1944 году, когда Крым еще был оккупирован немцами, члены ЕАК обратились с письмом к Сталину. Именно это письмо стало причиной будущих неприятностей членов ЕАК. Поэтому было бы резонно привести его:

«До войны в СССР было до 5 миллионов евреев, в том числе приблизительно полтора млн евреев из западных областей Украины и Белоруссии, Прибалтики, Бесарабии и Буковины, а также из Польши. Во временно захваченных фашистами советских районах, надо полагать, истреблено не менее 11/2 млн евреев.

За исключением сотен тысяч бойцов, самоотверженно сражающихся в рядах Красной Армии, все остальное еврейское население СССР распылено по среднеазиатским республикам, Сибири, на берегах Волги и в некоторых центральных областях РСФСР.

В первую очередь, естественно, ставится и для эвакуированных еврейских масс, равно как и для всех эвакуированных, вопрос о возвращении в родные места. Однако в свете той трагедии, которую еврейский народ переживает в настоящее время, это не разрешает во всем объеме проблемы устройства еврейского населения СССР.

Во-первых, в силу необычайных фашистских зверств, в особенности в отношении еврейского населения, поголовного его истребления во временно оккупированных советских районах, родные места для многих эвакуированных евреев потеряли свое материальное и психологическое значение. Речь идет не о разрушенных очагах – это касается всех возвращающихся на родные места. Для огромной части еврейского населения, члены семей которого не успели эвакуироваться, речь идет о том, что родные места превращены фашистами в массовое кладбище этих семей, родных и близких, которое оживить невозможно. Для евреев же из Польши и Румынии, ставших советскими гражданами, вопрос о возвращении вообще не стоит. Оставшиеся там родственники их истреблены, и стерты с лица земли все следы еврейской культуры… весь еврейский народ переживает величайшую трагедию в своей истории, потеряв от фашистских зверств в Европе около 4 миллионов человек, т. е. 1/4 своего состава. Советский Союз же единственная страна, которая сохранила жизнь почти половине еврейского населения Европы. С другой стороны, факты антисемитизма, в сочетании с фашистскими зверствами, способствуют росту националистических и шовинистических настроений среди некоторых слоев еврейского населения».

Сразу вникнуть в суть этого письма очень даже нелегко, так же как и прочесть мысль, сказанную между строк. Возможно, авторы письма и не понимали той игры, которую вела «Джойнт», но это хорошо понимал Сталин, которому оно и было адресовано.

С первого взгляда это безобидное письмо, сутью которого является просьба об оказании помощи многострадальному еврейскому народу. Но, вглядевшись, можно удостовериться, что оно не так уж и безобидно. Даже можно сказать, что оно имеет нагловатый оттенок. Здесь авторы письма в первую очередь апеллируют к жертвам, которые понес многострадальный еврейский народ в этой войне. В письме сказано, что только в качестве людской жертвы еврейский народ принес богу войны 4 млн человек (авторы письма немного поторопились, не то, дождись они Нюрнбергского процесса, узнали бы, что это число возросло до 5,9 миллиона человек). Апелляция к этим цифрам как минимум смешна, если принять во внимание, что Советский Союз потерял в войне свыше 30 миллионов человек.

Не менее цинична мысль, что евреи не могут возвратиться в «родные» края по той причине, что они уничтожены фашистами. Война уничтожила почти всю инфраструктуру Советского Союза и, так же как и евреям, начинать жизнь с нуля приходилось всем жителям Европы – и русским, и белорусам, и украинцам, и полякам, и чехам. Нежелание же возвращаться на массовое кладбище родных и близких указывает на то, что евреи не были корнями связанны с «родными» краями и для них было все равно, где поселиться. Особенно смешно следующее утверждение: Для евреев же из Польши и Румынии, ставших советскими гражданами, вопрос о возвращении вообще не стоит. Как смогли новоявленные «советские граждане» в течение нескольких лет добиться того, чего не смогли сделать в течение десятилетий и веков? Если они с такой легкостью смогли распроститься с «родными» краями в Польше и Румынии, где проживали в течение столетий, не продали ли они бы новую землю обетованную, появись более выгодная партия?

Между строк письма читается большая политика. Это не политика Михоэлса или ЕАК. Эта политика смотрела далеко вперед.

Наконец перейдем к цели письма:

«С целью нормализации экономического роста и развития еврейской советской культуры, с целью максимальной мобилизации всех сил еврейского населения на благо советской родины, с целью полного уравнения положения еврейских масс среди братских народов, мы считаем своевременной и целесообразной, в порядке решения послевоенных проблем, постановку вопроса о создании еврейской советской социалистической республики».

Интересен вопрос, по какому признаку должна была быть выбрана территория новой социалистической республики. Еврейское население так было распределено по всему Союзу, что о конкретном компактном месте проживания не было и речи. В данном вопросе скорее должны были привлекать Польша, Румыния или даже Германия, где они проживали более компактно, но к этим государствам с просьбой о выделении земли они не обращались.

Кроме того, как отметили сами авторы письма, уже существовал Еврейский автономный округ на Дальнем Востоке, и даже шла речь о превращении его в республику. Но у данного округа был один большой недостаток в глазах евреев, они желали более комфортной территории. В письме касаются и этой темы:

«В свое время была создана еврейская автономная область в Биробиджане с перспективой превращений ее в еврейскую советскую республику, чтобы таким образом разрешить государственно-правовую проблему и для еврейского народа. Необходимо признать, что опыт Биробиджана, вследствие ряда причин, в первую очередь недостаточной мобилизованности всех возможностей, а также ввиду крайней его отдаленности от места нахождения основных еврейских трудовых масс, не дал должного эффекта».

Какой эффект должен был дать автономный округ? Если вопрос стоит о сохранении самобытности еврейского народа, его религии и культуры, то добиться этого на Дальнем Востоке можно было бы с таким же успехом, как и в Крыму. Самой важной причиной «недостаточного эффекта» был дискомфорт. Отдаленное месторасположение мешало не сохранению самобытности, а продолжению традиционной деятельности. Вопрос торговли и ростовщичества в Биробиджане, конечно же, оставлял желать лучшего.

Но почему именно Крым? У авторов письма есть ответ и на этот вопрос: «Нам кажется, что одной из наиболее подходящих областей явилась бы территория Крыма, которая в наибольшей степени соответствует требованиям как в отношении вместительности для переселения, так и вследствие имеющегося успешного опыта в развитии там еврейских национальных районов».

На вместительность, мягко говоря, не жалуются ни Сибирь, ни Дальний Восток, и апелляция к данному факту более чем смешна. Что касается успешного опыта в развитии там еврейских национальных районов, не надо забывать, что ради поселения в Крыму евреев пришлось бы выселить местное татарское население. В конце концов, позже их депортация произошла, но ничего общего с данным процессом она не имела.

Не брезговали авторы и большевистской патетикой, которой старались ублажить Сталина: «Создание еврейской советской республики раз навсегда разрешило бы по-большевистски, в духе ленинско-сталинской национальной политики, проблему государственно-правового положения еврейского народа и дальнейшего развития его вековой культуры. Эту проблему никто не в состоянии был разрешить на протяжении многих столетий, и она может быть разрешена только в нашей Великой социалистической стране.

Идея создания еврейской советской республики пользуется исключительной популярностью среди широчайших еврейских масс Советского Союза и среди лучших представителей братских народов.

В строительстве еврейской советской республики оказали бы нам существенную помощь и еврейские народные массы всех стран мира, где бы они ни находились».

Наконец они требовали создания автономии в Крыму и создания специальной комиссии.

Дошло ли письмо до Сталина, неизвестно, но позиция Сталина по данному вопросу была ясна. Она была строго отрицательной, и «Еврейскому антифашистскому комитету» об этом дали знать посредством их соотечественника Лазаря Кагановича.

Данный отрицательный ответ сейчас преподносится общественности как антисемитская выходка Сталина. Но задумаемся, что сделал Сталин не так. Сами авторы письма отмечают, что: Эту проблему никто не в состоянии был разрешить на протяжении многих столетий, и она может быть разрешена только в нашей Великой социалистической стране. Но почему? Почему не могли решить эту проблему демократические страны Запада? Почему решились построить свой новый мир не на бескрайних просторах США, которые славятся сильнейшим еврейским лобби, а в тоталитарном Союзе?

Для евреев было неприемлемо создать свою республику за счет Германии или другой европейской страны. Более того, «семитофильская» Британия не давала им разрешения вернуться на историческую родину в Палестину, в чем евреев поддерживал Сталин. Почему политика Британии или США не признана антисемитской?

На свою беду, ЕАК оказалась более чем упрямой и, несмотря на отрицательный ответ Сталина, продолжила добиваться своего уже по другому каналу, посредством Молотова.

Молотов был никудышным политиком. О проведении им независимой политики не могло быть и речи, но, несмотря на это, он имел смелость утаить информацию о переговорах с еврейскими представителями от Сталина. Инициатором данного смелого поступка была жена Молотова, которая имела на него большое влияние и по авторитету стояла для него выше, чем Сталин.

Полина Жемчужина (Перл Карповская) была более амбициозна, чем ее муж, и даже пыталась играть роль первой леди государства. Для Сталина такой, даже почетный титул был неприемлем. Свою жену Надежду Аллилуеву он к политике не подпускал, чего нельзя сказать о Молотове. После самоубийства Аллилуевой жена Молотова поднялась еще на одну ступеньку почетной иерархии и даже позволяла себе официально встречаться с дипломатами.

Несмотря ни на что, до конца жизни Жемчужина осталась ярой сталинисткой, однако сам Сталин ее недолюбливал, особенно после смерти жены, в самоубийстве которой он отчасти обвинял Жемчужину. Ситуацию осложнял демарш Полины Жемчужиной, связанный с ее еврейским происхождением. Достаточно вспомнить, что она демонстративно встретилась с Голдой Меир в то время, когда отношения между вновь созданным еврейским государством и СССР оставляли желать лучшего.

Обмана Сталин никому не прощал, в данном же случае мы имеем дело не с обманом, а с проведением независимой внешней политики за его спиной.

Это было чересчур, особенно если учесть тот факт, что Сталин довольно хорошо видел опасности, связанные с предоставлением Крыма евреям. Реальность данной опасности стала очевидна после создания нового еврейского государства в Палестине (мандат Британии уже был слишком условным, и ей пришлось уступить Палестину). Несмотря на то что Сталин принимал личное участие в решении данного вопроса, Израиль скоро забыл о благодетеле, «который, – по их же словам, – сохранил жизнь почти половине еврейского населения Европы», и повернулся к нему спиной, став сателлитом и союзником его противника США.

Думаю, не нужно гадать, каким был бы приоритет Крымской Социалистической Республики. Опыт истории Израиля говорит о том, что приоритет был бы на стороне Штатов и в данном случае самый грозный враг Союза получил бы пятую колону в таком стратегически важном месте.

Таким образом, «дело ЕАК» было не чем иным, как политической борьбой между США и СССР, и к антисемитизму оно никакого отношения не имеет.

Каков будет результат расследования, которым занялся Абакумов, было ясно как день. Большинство членов комитета были расстреляны, Полина Жемчужина арестована и сослана.

После столь долгой истории небезынтересно рассмотреть, какова была роль Берии в данном деле. Ответ очень прост – никакая. Если «антисемитизм» Сталина и порождает некоторые вопросы, об антисемитизме Берии никто даже не заикается. Более того, некоторые его даже считали грузинским евреем.

Что касается «Дела врачей», оно фактически стало продолжением «Дела ЕАК». Трудно сказать, что произошло в этом деле в реальности, но можем предположить, что, исходя из агрессивной политики США и использования ими «еврейского козыря», Сталин действительно поверил в существование неких врачей-вредителей.

Это дело началось банальным профессиональным доносом, инициатором которого была кремлевский кардиолог Лидия Тимашук. Перед смертью Жданова 28 августа 1948 г. ею была сделана кардиограмма и был поставлен диагноз – инфаркт миокарда. С этим диагнозом не согласились ведущие врачи Егоров, Виноградов и Майоров, которые исключили инфаркт и продолжили лечение методами, которые были опасны в данной ситуации. В реальности место имела профессиональная врачебная ошибка, но Тимашук письменно сообщила о данном факте компетентным органам. Письмо, сделав круг, попало на стол к тому, на кого и была написана жалоба, начальнику Лечсанупра профессору Егорову. 30 августа 1948 г. Жданов скончался, вскрытие же не подтвердило факт инфаркта.

За установление неверного диагноза Тимашук была понижена и переведена в филиал поликлиники. После этого она направила второе и третье письмо на имя Кузнецова, но письма остались без реакции.

Как ни удивительно, эти письма сыграли дурную роль в судьбе Абакумова. 2 июля 1951 г. старший следователь следственного отдела МГБ подполковник Рюмин обратился с письмом к Сталину, в котором донес на собственного министра. Вместе с другими фактами в письме было указанно, что Абакумов мешал Рюмину в расследовании дела, связанного с террористической деятельностью врача-терапевта профессора Этингера. Этингер был арестован 18 ноября 1950 г. за антисоветскую деятельность, но при его допросе Рюмин выявил еще один эпизод. С помощью Рюмина Этингер «вспомнил», что вместе с профессором Виноградовым до смерти залечил Секретаря ЦК Щербакова.

Для Абакумова такие дела не были внове, но факт абсурдности данного обвинения был ему ясен. Тем более ясен, что автором этого эпизода был необразованный псевдоследователь Рюмин. Но если этот факт не привлек внимание Абакумова, им заинтересовался Сталин.

15 июля 1951 г. Абакумов был арестован, и ему предъявили обвинение в измене Родине и участии в сионистском заговоре. Как видно, Сталин серьезно поверил в факт существования заговора, раз уж арестовал своего фаворита. На место Абакумова был назначен Семен Игнатьев, который всю жизнь был партийным функционером и на новой работе проявил верх некомпетентности. Управлять безынициативным Игнатьевым было много легче, чем Абакумовым.

Рюмин добился своего и был назначен заместителем министра, по совместительству и начальником следственной части. Хотя необразованный Рюмин не мог уяснить для себя, насколько опасно порхать вокруг открытого огня. Близость к Сталину его не смущала. А ему было чего опасаться, ведь на новую должность он был назначен с условием, что выведет врачей-вредителей на чистую воду. Сделать это оказалось труднее, чем представлял себе Рюмин, который был более горазд на донос, чем ведение следствия.

Рюмин использовал все средства, были подняты старые дела, вспомнили о письмах Тимашук, арестовали врача Карпай, и в сентябре Игнатьев представил Сталину докладную записку Рюмина, где было указано, что кремлевские врачи умышленно убили Щербакова и Жданова.

В этом деле начался новый этап. Были арестованы врачи Г. Майоров, А. Бусалов, П. Егоров, В. Виноградов, В. Василенко, М. Вовси, Б. Коган, А. Гринштейн, А. Фельдман и др.

Несмотря на применение старых методов при допросе, Рюмин не смог связать воедино факты и выполнить задание. Ни к какому сионистскому заговору он не вышел, вследствие чего 14 ноября 1952 г. он был переведен в наркомат госконтроля рядовым сотрудником.

Рассматривая дела, мы, казалось бы, отошли от нашего героя и забыли о нем, но это вовсе не так. Противники Берии в этих делах ищут руку интригана и садиста, и инициацию данных дел опять же приписывают ему. Сказать правду, Берия действительно не остался в стороне от этих дел, но его участие в их судьбе было совсем другим.

В отличие от других дел в случае с «Делом врачей» я сделаю исключение. Забегу немного вперед и укажу на позицию Берии по отношению к данному делу, которая была высказана им не в мемуарах или газетной статье, а в официальном постановлении.

После смерти Сталина «Дело врачей» было приостановлено, хотя еще при жизни Сталина началась ревизия этого дела. Пересмотр дела был возложен на следователя по особо важным делам МГБ Николая Месяцева, который вспоминает следующее:

«Искусственность сляпанного «дела врачей» обнаруживалась без особого труда. Сочинители даже не позаботились о серьезном прикрытии. Бесстыдно брали из истории болезни высокопоставленного пациента врожденные или приобретенные с годами недуги и приписывали их происхождение или развитие преступному умыслу лечащих врачей. Вот вам и «враги народа».

Он также утверждал, что его коллеги приступили к работе по надзору за делом 19 января 1953 г. В середине же февраля было подготовлено заключение, что дело сфальсифицировано. Все попытки привязать его прекращение к смерти Сталина в начале марта являются спекуляцией.

Назначение по делу ревизии указывает на то, что Сталин удостоверился в абсурдности дела и, возможно, сам же собирался принять по нему решение, но это после его смерти сделал уже Берия.

Самым наглядным примером позиции Берии по этому делу будет служить его докладная записка, которую и приведу.

«№ 17/Б

1 апреля 1953 г.

Совершенно секретно

Т. МАЛЕНКОВУ Г.М.

В 1952 году в Министерстве государственной безопасности СССР возникло дело о так называемой шпионско-террористической группе врачей, якобы ставившей своей целью путем вредительского лечения сократить жизнь активным деятелям советского государства. Делу этому, как известно, было придано сенсационное значение и еще до окончания следствия было опубликовано специальное сообщение ТАСС, сопровождаемое редакционными статьями «Правды», «Известий» и других центральных газет.

Ввиду особой важности этого дела Министерство внутренних дел СССР решило провести тщательную проверку всех следственных материалов. В результате проверки выяснилось, что все это дело от начала и до конца является провокационным вымыслом бывшего заместителя Министра государственной безопасности СССР РЮМИНА. В своих преступных карьеристских целях РЮМИН, будучи еще старшим следователем МГБ, в июне 1951 года под видом незаписанных показаний уже умершего к тому времени в тюрьме арестованного профессора ЭТИНГЕРА сфабриковал версию о существовании шпионско-террористической группы врачей. Это и положило начало провокационному «делу о врачах-вредителях».

Для придания правдоподобности своим измышлениям РЮМИН использовал заявление врача ТИМАШУК, поданное ею еще в 1948 году в связи с лечением А.А. ЖДАНОВА, которое было доложено И.В. СТАЛИНУ и тогда же направлено им в архив ЦК ВКП(б).

Встав на преступный путь обмана ЦК ВКП(б) и таким путем продвинувшись на пост заместителя Министра и начальника следственной части по особо важным делам МГБ СССР, РЮМИН принял все меры к тому, чтобы как можно больше раздуть это дело. Нужно отметить, что в Министерстве государственной безопасности он нашел для этого благоприятную обстановку. Все внимание Министра и руководящих работников Министерства было поглощено «делом о врачах-вредителях». Заручившись на основе сфальсифицированных следственных материалов санкцией И.В. Сталина на применение мер физического воздействия к арестованным врачам, руководство МГБ ввело в практику следственной работы различные способы пытки, жестокие избиения, применение наручников, вызывающих мучительные боли, и длительное лишение сна арестованных.

Не брезгуя никакими средствами, грубо попирая советские законы и элементарные права советских граждан, руководство МГБ стремилось во что бы то ни стало представить шпионами и убийцами ни в чем не повинных людей – крупнейших деятелей советской медицины. Только в результате применения подобных недопустимых мер удалось следствию принудить арестованных подписать продиктованные следователями измышления о якобы применяемых ими преступных методах лечения видных советских государственных деятелей и о несуществующих шпионских связях с заграницей.

Для того, чтобы придать доказательность полученным таким путем «признаниям» арестованных, следствию удалось сфальсифицировать заключение врачебной экспертизы по методам лечения, примененным в свое время к А. С. ЩЕРБАКОВУ и А.А. ЖДАНОВУ. В этих целях следствие включило в состав экспертной комиссии врачей-агентов МГБ и утаило от экспертов некоторые существенные стороны лечебной процедуры.

Бывший Министр государственной безопасности СССР т. ИГНАТЬЕВ не оказался на высоте своего положения, не обеспечил должного контроля за следствием, шел на поводу у РЮМИНА и некоторых других работников МГБ, которые, пользуясь этим, разнузданно истязали арестованных и безнаказанно фальсифицировали следственные материалы.

Так было сфабриковано позорное «дело о врачах-вредителях», столь нашумевшее в нашей стране и за ее пределами и принесшее большой политический вред престижу Советского Союза.

Зачинщик этого дела РЮМИН и ряд других работников МГБ, принимавших активное участие в применении незаконных методов следствия и фальсификации следственных материалов, арестованы.

Постановление специальной следственной комиссии с подробным изложением результатов проверки материалов следствия по этому делу прилагается.

Министерство внутренних дел СССР считает необходимым:

1) всех привлеченных по этому делу к ответственности и незаконно арестованных врачей и членов их семей полностью реабилитировать и немедленно из-под стражи освободить;

2) привлечь к уголовной ответственности бывших работников МГБ СССР, особо изощрявшихся в фабрикации этого провокационного дела и в грубейших извращениях советских законов;

3) опубликовать в печати специальное сообщение;

4) рассмотреть вопрос об ответственности бывшего Министра государственной безопасности СССР т. ИГНАТЬЕВА С.Д.

Министерством внутренних дел СССР приняты меры, исключающие впредь возможность повторения подобных извращений советских законов в работе органов МВД.

Л. Берия».

Как видим, позиция Берии по этому вопросу ясна как день. Его записка скоро принесла плоды, и уже 3 апреля Президиум ЦК принял постановление, в соответствии с которым предложение Берии было принято.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.