Глава 12 Михаил Меченый, Борис Беспалый, далее — кто угодно…

Глава 12

Михаил Меченый, Борис Беспалый, далее — кто угодно…

Передо мной лежит распечатка из Интернета от 17 февраля 2009 года со списком лиц, включённых в первую сотню резерва управленческих кадров, находящихся под патронатом Президента Российской Федерации.

Константин Акимов, Максим Акимов, Игорь Баринов, Саид Баткибеков, Олег Белозёров, Олег Бударгин, Андрей Буренин, Сергей Вельмяйкин, Вячеслав Гайзер, Татьяна Горбачик, Сергей Гуриев, Гарри Минх, Владимир Назаров, Лиана Пепеляева, Александр Перцовский, Павел Чинилин и т. д. — всего сто представителей федеральных и региональных органов «власти», «бизнеса», «науки», «образования» и «общественных организаций» (все сферы деятельности приходится брать, увы, в кавычки).

Сто фамилий потенциальных кандидатов на высшие государственные посты. Кто они? Эти и прочие фамилии из списка ничего не говорят не только мне, но и стране. Однако можно предполагать, что ни за одной из этих фамилий не стоит серьёзный опыт реального управления — не отправления «власти», а управленческой школы принятия таких решений, которые укрепляли бы мощь страны и её экономику, развивали бы их и приносили бы благо и пользу народу, а не отдельным «лучшим представителям народа».

Не приходится сомневаться в том, что без труда можно было бы составить и другой подобный список, с другой сотней фамилий.

И третий список можно было бы составить, и четвёртый, и десятый… И «управленческий» «потенциал» любой такой сотни был бы примерно одинаковым — нулевым, если оценивать его с позиций обеспечения процветания народов России.

Точнее, надо говорить о глубоко отрицательном «потенциале», ибо по делам их узнаете вы их, а дела их — вот они, у всех на глазах. И дела эти очень неудалые — если иметь в виду не резкий рост числа миллиардеров в России, а резкий и всесторонний рост её комплексного цивилизационного потенциала — как это было в былые времена.

Но речь далее — о другом…

Я смотрю на список из Интернета и думаю — а ведь имелся же, надо полагать, где-то и список лиц, включённых в резерв будущих управленческих кадров в «Россиянин» и «СНГ», которые должны были составить «власть» после развала СССР? Имелся же где-то список резерва «прорабов измены», находящихся под патронатом мировой частнособственнической элиты?..

В подтверждение того, что такого списка не могло не быть, сегодня можно сослаться на ту многочисленную литературу о развале СССР, о которой я упоминал в начале книги и которую читатель при желании может так или иначе найти и прочесть. Однако я приведу лишь одно признание — Михаила Полторанина, бывшего верного ельцинца, ныне размышляющего о «бесчеловечной, людоедской» системе Ельцина в своей нашумевшей книге «Власть в тротиловом эквиваленте». Полторанин пишет:

«Идею президентства в России Ельцин привёз из поездки в США, когда в 89-м встречался там с функционерами Бнай Брита. Они не знали, кто персонально может стать лидером республики, скрепляющей (точнее, конечно, разрушающей. — С. К.) Советский Союз — это было не так важно. Важен был сам принцип, когда рядом с полулегитимным Президентом СССР, назначенным группой депутатов (то есть Горбачёвым. — С. К.), появлялся всенародно избранный Президент России. Возникала коллизия: кто «первее»… Между институтами власти закладывался конфликт. Его масштабы должны зависеть от амбиций политиков. А если Бнай Брит будет держать этих политиков под контролем, можно разруливать ситуацию как угодно»…

Уж не знаю, понимает ли сам Полторанин, что он, во-первых, написал, а во-вторых, какую мешанину из верного и неверного представляет собой это его «откровение».

Ну, в то, что идею президентства в России Ельцин привёз из поездки в США, можно бы и поверить. Но уже это сомнительно. У лично Ельцина никаких идей не было и быть не могло, даже если ему или Полторанину казалось, что некие идеи пришли им в голову самостоятельно. Сценарий финишных действий по уничтожению СССР был задуман не ими, задуман давно, не раз совершенствовался и уточнялся. «Конфликт» между институтами власти как видимая причина развала СССР закладывался в самую ткань сценария, и развитие этого «конфликта» зависело не от амбиций Горбачёва и Ельцина, а от их кукловодов внутри СССР и от режиссёров и сценаристов вне СССР.

А сценаристы вне СССР находились, надо понимать, отнюдь не в руководстве Бнай Брит (слабоват уровень), хотя и могли представляться Ельцину функционерами Бнай Брит. Так что «идея президентства в России» была экспортирована в Россию не в 1989 году и не Ельциным. Хотя, да, конечно, — лично Ельцину эту «идею» могли подбросить и через Бнай Брит. А могли подбросить и через одного из ельцинских «серых кардиналов» — таковых ведь вокруг Ельцина хватало.

Так или иначе не от воли Ельцина зависело — быть или не быть РСФСР «президентской республикой» накануне развала СССР.

А вот ещё один «прокол» Полторанина… Написать, что для Запада было не так уж и важно, кто персонально может стать лидером России, значит написать чепуху!

Тогда, в 1989 году, это было крайне важно. «Надувалил-то изо всех сил именно Ельцина, и в одночасье заменить его, скажем, Чубайсом, было невозможно. Поэтому заявление Полторанина о том, что функционеры мировой «элиты» якобы «не знали», кто будет «лидером России» — тоже чепуха!

Держать всю банду политиканов, окончательных разрушителей и убийц СССР под контролем Запад, естественно, мог, и держал. И хотя у каждого в этой банде были своя роль и задача, фигуры второго ряда имели дублёров и друг друга подстраховывали.

Но вот относительно двух главных кукол у Запада, тем более в 1991 году, выбора не было просто потому, что уже к началу «катастройки» в СССР эти две куклы были тщательно отобраны Западом персонально, и отобраны именно на первые роли.

И это были именно Горбачёв и Ельцин, даже если они сами о том — до поры до времени — не знали.

Впрочем, Горбачёв скорее всего знал, ибо связь «Андропов — Горбачёв» не могла быть случайной. А вот Ельцина, весьма вероятно, использовали — с учётом особенностей его натуры — «втёмную» (как за десятилетия до этого «втёмную» использовали Хрущёва). И не исключено, что так было до самого конца. Режиссёры были опытными, и «царём Борисом» они могли вертеть так, как им надо было, даже не посвящая его в свои истинные планы. Достаточно было верно ориентировать и инструктировать кукловодов внутри СССР, а потом — «Россиянин».

Вот почему к 1991 году как у Горбачёва, так и у Ельцина уже не могло быть дублёров на роль высших убийц СССР внутри СССР. Если мы посмотрим на состав высшего руководства СССР «догорбачевского» времени, то не найдём там ни одной фигуры, которая оказалась бы впоследствии, после 1991 года, прямо предательской. Можно указать на несколько подозрительных кандидатов типа Громыко, но все они были уже стары для первой роли.

Если же мы посмотрим на состав ЦК КПСС, избранный на XXVII съезде КПСС в 1986 году, то из 303 его членов к развалу СССР оказались зримо причастными лишь члены Политбюро Горбачёв, Ельцин, Яковлев, ряд «национальных» секретарей (Алиев, Кравчук, Назарбаев и т. д.), академик Арбатов, министр внутренних дел Бакатин, председатель КГБ Крючков, предсовмина РСФСР Силаев, министр газовой промышленности Черномырдин, в определённой мере — генерал Бобков из КГБ, зав. отделом ЦК Вольский, министр здравоохранения СССР Чазов. Можно назвать ещё несколько имён из «горбачёвского» ЦК, но все они — упомянутые или неупомянутые — к 1991 году не могли заменить Горбачёва на посту высшего разрушителя СССР.

Точно так же было и на уровне руководства РСФСР — Ельцин как разрушитель СССР был там безальтернативен.

Михаил Полторанин о днях ГКЧП пишет так:

«Августовские события 91-го обросли такими гроздьями мифов, что иногда начинаешь плутать в истоках (Ха! — С. К.): как всё было на самом деле. Плутать и удивляться неведомым событиям. Хотя я находился в их эпицентре с первых и до последних часов противоборства с ГКЧП. В организации путча (Полторанин имеет в виду, конечно, не ельцинский путч, он называет путчем образование ГКЧП. — С. К.), в поведении главных действующих лиц с одной и другой стороны мне тогда уже показалось много странного, подозрительного…»

И чуть ниже:

«Похоже, создание ГКЧП и планировалось как верхушечная акция, как попытка нагнать на общество страхи. Была, не исключаю, и задняя мысль у кремлёвского (выделение курсивом моё. — С. К.) режиссёра: при благоприятном для него развитии событий придержать шаг Ельцина — слишком широко расшатался…»

Да, хотя Полторанин и находился в «эпицентре событий», он или ничего не понял, или притворяется непонимающим. При чём здесь кремлёвский режиссёр?! Полторанин имеет в виду, конечно, Горбачёва. Но Горбачёв в событиях августа 1991 года (как и до них, и после них) был не режиссёром, а такой же куклой, как и Ельцин, с той лишь, очевидно, разницей, что Горбачёв знал, что он кукла, а Ельцин считал себя творцом истории.

Между прочим, об «эпицентре» событий. Вообще-то правильнее говорить в «центре событий», потому что эпицентр — это точка на поверхности Земли, находящаяся непосредственно над очагом (гипоцентром) землетрясения или под точкой воздушного ядерного взрыва. Однако Полторанин, употребляя слово «эпицентр» и совершая при этом стандартную формальную ошибку, в данном случае невольно попал в точку.

Истинная причина того, что происходит в эпицентре, находится не в нём, а в совсем другом месте. Так и причина событий августа 1991 года в Москве находилась далеко от Москвы — в одном из зарубежных центров мировой «элиты». Это оттуда шли «подземные» толчки, это там рождалось «землетрясение», разрушившее СССР, или, если угоден иной образ, рождался «ядерный взрыв», уничтоживший вторую сверхдержаву мира.

Уж сегодня-то это можно было бы и понять — через двадцать-то лет после тех событий и после ряда прямых признаний (точнее — полупризнаний, конечно) некоторых (второстепенных, конечно) сценаристов и режиссёров.

Так что дело было не в сварах Горбачёва и Ельцина и их амбициях — просто внешние режиссёры при помощи внутренних кукловодов уверенно разыгрывали умело поставленный ими фарс, обернувшийся для народов СССР трагедией.

При этом режиссёры оставались за рубежом, а непосредственные кукловоды находились в Москве и дёргали за ниточки как две главные куклы, так и те куклы, которые составляли окружение двух главных кукол.

Кто был главным кукловодом в Москве, мы вряд ли узнаем, да это не так уж и важно. Важно то, что кукловодов не могло не быть, и они были. Ведь СССР рухнул в 1991–1992 годах не от органических болезней, а был добит после медленного отравления в течение многих лет. Об этом уже говорилось и ещё будет сказано.

Спланировать, организовать, а затем реализовать план подрыва и уничтожения огромной, мощной и всесторонне развитой державы было более чем непросто. Надо было выявить её слабые места, найти болевые точки, надо было научиться корректировать свои планы. На всё это ушли десятилетия. А ведь ещё и кадры будущих разрушителей надо было подобрать!

Сегодня утверждается — членом Совета по развитию гражданского общества и правам человека при Президенте РФ Дмитрием Орешкиным, например, — что знаменитая цитата из «плана Аллена Даллеса» о подготовке разрушения СССР и кадров для этого разрушения — всего лишь фальшивка, якобы запущенная в оборот «советским агитпропом».

Но, во-первых, эта цитата стала достоянием общественного внимания в 90-е «ельцинские» годы, то есть тогда, когда «агитпроп» в Москве был уже напрочь антисоветским.

Во-вторых, даже если эта цитата не аутентична, что с того? Ведь суть отражена верно.

В-третьих же, ярый «десталинизатор», член президентского Совета Дмитрий Орешкин — это не тот ли, категорически не приемлющий эпоху Сталина, Дмитрий Борисович Орешкин, старший научный сотрудник Института географии АН СССР, который за год до уничтожения СССР, в 1990 году, в интервью о судьбе Арала (спору нет, это одно из преступлений брежневщины) говорил некие любопытные вещи?

Например, такие:

«…Что есть равновесие? О каком равновесии идёт речь? О равновесии, в котором человек каменного века находился со средой ледникового периода? Если бы кроманьонец умел голосовать, он отдал бы свой голос за консервацию оледенения, ибо оно означало существование обильных стад, хорошую охоту и мясную пищу!..»

Намёк был для 1990 года прозрачным… Мол, граждане СССР, не будьте допотопными кроманьонцами и не держитесь за свой оледенелый СССР, даже если он способен дать вам обильные стада и мясную пищу… «Мы будем жить по-новому, мы будем жить по-новому», — как пела тогда группа «Любэ».

Тот Дмитрий Орешкин «пел» — на свой манер — в 1990 году нечто подобное и говорил так:

«Срочно нужны альтернативы! Главное — вернуть земле хозяина… Тогда у нас будут продукция, сэкономленная вода, будут люди с осознанным экономическим интересом, которым небезразлично, что делается на их земле. Тогда многое будет. В том числе и неравенство, и обострение социальных трудностей (выделение курсивом моё. — С. К.). Ситуация сегодня поистине революционная…»

Вот как кое-кто смотрел в 1990 году «прозорливо» в историческую даль, видя в будущем России и социальное неравенство, и обострение социальных трудностей…

Появились после 1991 года в жизни России и люди «с осознанным экономическим интересом». И каков результат? А таков, что все экологические преступления (не спорю, преступления), которые были совершены хрущёвщиной и брежневщиной, выглядят чуть ли не детскими шалостями по сравнению с тем, что творят в России эти «революционеры» с «осознанным экономическим интересом».

Одна выжженная Россия образца 2010 года чего стоит!

А хищнически вырубаемые леса?

А хищнически используемые недра и воды?

А то ли ещё будет…

И вот я читаю то, читаю это, и думаю — кто вы, Дмитрий Орешкин?

А?

А вот ещё «прозорливцы» образца 1991 года… Тогда в Москве под крылом Агентства печати «Новости» издавался тиражом в 100 тысяч экземпляров маленький и скромный, но любопытный журнал «Век XX и мир». И вот в № 4 за 1991 год некто Денис Драгунский — за четыре месяца до ельцинского путча — «провиденциально» заявлял: «Быть мировым полигоном — вот смысл России…»

При этом Драгунский уверял сограждан:

«Эта роль отнюдь не была нам навязана злокозненными западными силами. Конечно, удобнее думать, что ты — не соучастник, а жертва великого эксперимента, и вообще всё происходящее — плод мирового заговора (например, сиономасонского)».

Ведь и здесь есть что анализировать, начиная с того, что эксперимент эксперименту рознь!

Работа по строительству первого в мире государства трудящихся без власти денег и акций была открыто названа новой Россией социальным экспериментом! Да и как могло быть иначе, если это был действительно смелый социальный эксперимент, предпринимаемый наиболее деятельными силами народов СССР в интересах народов СССР.

С другой стороны, действительно не приходится говорить о «заговоре» — оставим эту чепуху неославянофилам, «евразийцам» и прочим олухам от «конспирологии». Пресловутая «конспирология» глупа (или провокационна — кому как угодно) уже потому, что рассматривает мировой социальный процесс не через призму классового анализа. А если смотреть на мир через эту призму, становится понятным, что надо говорить не о «заговоре», а о вполне логичном и давно замышленном плане мировой «элиты» по противодействию идее всемирного объединения трудящихся в интересах трудящихся, и только трудящихся.

И вот в этом смысле Советская Россия с конца 50-х годов действительно оказалась для мировой «элиты» полигоном, где была отработана технология демонтажа социализма.

В свете последующих событий крайне разоблачительно выглядит следующий пассаж «провидца» Драгунского:

«Сейчас (это было написано в апреле 1991 года! — С. К.) на полигоне идёт последний эксперимент. Этот суперэксперимент должен дать ответ на вопрос: сколько можно жить, продлевая состояние эксперимента?»

«Пророк» (или, может быть, всего лишь хорошо осведомлённый человек?) Драгунский задал этот вопрос за несколько месяцев до гибели СССР, и с тех пор прошло 20 лет. Эксперимент мировой «элиты» над Россией всё еще длится, и поэтому мы сегодня вправе задать тот же вопрос, что и Денис Драгунский двадцать лет назад: «Сколько можно жить, продлевая состояние этого антиисторического, антигуманного и антироссийского эксперимента?»

В том же апрельском номере занятного журнальчика «Век XX и мир» за 1991 год некто Владимир Каганский в воображаемом диалоге Радикала и Охранителя от имени Радикала заявлял:

«У вас какая-то страсть пугать грядущими «катастрофами». А у нас строй — вечная катастрофа, и всё общество живёт в ГУЛАГе (так, стервец, в 1991 году и написал! — С. К.), ячейки которого административные единицы».

Через четыре месяца разразилась первая из вселенских катастроф в России, открывшая собой целую вереницу их, длящуюся по сей день и всё ещё не прерванную.

Так готовили эту катастрофу враждебные СССР силы или нет?

Увы, они её готовили, заранее запасаясь многочисленными «домашними заготовками».

Михаила Меченого наметили давно — иначе его так настойчиво не лоббировал бы Андропов.

Бориса Беспалого отыскали попозже и начали его поднимать в верхи по крутой спирали. На первом же Пленуме ЦК после привода к власти Горбачёва первый секретарь Свердловского обкома КПСС Борис Ельцин выразился в том смысле, что между ЦК и народом образовался вязкий слой чиновников и шкурников. Это было правдой, которую было непривычно слышать с высшей трибуны, и все сразу встрепенулись.

Имя Ельцина — никому ничего не говорящее до его выступления имя партократа средней руки — после его выступления сразу стало популярным.

С той фразы и пошло, и «попёрло». И это был хороший ход со стороны сценаристов и режиссёров будущего развала.

Через пять лет Михаил Меченый стал могильщиком партии, а Борис Беспалый вместе с Михаилом Меченым — могильщиком СССР.

И только после того, как главное было сделано, можно было ставить во главе «Россиянин» кого угодно — один бесцветнее другого. Во всё том же откровенном — к 1991 году — журнальчике «Век XX и мир» будущий ведущий идеолог-политолог «Россиянин» Глеб Павловский, оттачивая своё «разящее» перо, писал (в апреле 1991 года):

«Уже с некоторых пор мы наблюдаем, как появилась и обретает уверенность фигура вчерашней шестёрки, распоряжающейся в качестве будущего босса…

За идеей сильной эффективной власти, мощной реформистской структуры — крадётся сукин сын, не имеющий ничего, кроме похоти самого властвования…

Этот тип ничего не умеет и никогда не умел. В лучшем случае — толковый посредник, аппаратный гешефтмахер, знающий сто нужных телефонов…»

Обобщённый портрет грядущего элитарного ельциноида дан вполне точно. А вот и персональная иллюстрация к этому портрету — «ближний» ельцинский наперсник Валентин Юмашев. Сам Ельцин в книге «Президентский марафон» писал, что Юмашев однажды откровенно признался ему:

«Знаете, Борис Николаевич, всё-таки это какая-то не моя жизнь. Я чувствую себя как герой из повести Марка Твена «Принц и нищий», которому дали государственную печать. Я ею колоть орехи, конечно, не буду, но желание такое есть…»

«Государственные деятели» типа Юмашева, рекрутированные режиссёрами ельцинской «эпохи» в высшие эшелоны государственной власти, и не стали колоть ею, этой властью, орехи. Они стали крушить ею Россию и занимаются этим по сей день.

В порядке дополнительной «информации к размышлению» сообщу читателю, что среди приведённой к власти в РФ ельциноидной «властной» «элиты» высшего уровня (не ниже федеральных министров) родом из советской «элиты» не столь уж и многие. Их нетрудно перечислить поимённо.

Так, один из зампредов премьера Касьянова (был и такой ельциноид) Борис Алёшин — сын замминистра торговли СССР, а банкир Геращенко — сын первого заместителя Госбанка СССР и затем — крупного чина в МИДе СССР.

Дед Сергея Кириенко, премьер-министра «дефолта», лично знал Ленина и своего сына назвал в его честь Владиленом. Отец Кириенко — Владилен Яковлевич Израитель, профессор кафедры марксистско-ленинской философии Горьковского института водного транспорта — свою фамилию сыну не передал, а вот ультракоммунистическое отчество у Сергея Кириенко осталось, что не помешало ему сделать антикоммунистическую карьеру.

Отец крупного ельциноида Николая Бордюжи стоял у истоков создания советских Ракетных войск стратегического назначения, а отец Андрея Николаева, директора Федеральной пограничной службы РФ при Черномырдине, был первым заместителем начальника Генштаба ВС СССР (и был дружен с Ельциным, с которым жил на одной лестничной площадке).

Отец министра иностранных дел РФ Игоря Иванова — московский полковник КГБ (мать, Элико Сагарашвили, была майором милиции, начальником ГАИ Советского района Москвы); отец Главного военного прокурора РФ Дёмина — целый генерал-майор КГБ, а отец одиозного министра образования и науки РФ Андрея Фурсенко — академик, специалист по истории США, академик-секретарь Отделения истории РАН.

Советник Ельцина Михаил Лесин родился в семье строителя брежневского комплекса в Завидово «Русь» и дачи министра обороны СССР Гречко, а ещё один молодой «соратник» Ельцина Руслан Орехов — в семье лечащего врача члена Политбюро, первого секретаря ЦК КП Казахстана Кунаева и члена Политбюро первого секретаря ЦК КП Казахстана Назарбаева.

Первый зампред Черномырдина Владимир Потанин — сын советского руководителя внешнеэкономического объединения «Востокинторг», а Галина Старовойтова — дочь элитного профессора-«оборонщика» и троюродная племянница дважды Героя Социалистического Труда Старовойтова, председателя колхоза «Рассвет» в Белоруссии.

Отец доблестного «чрезвычайщика» Сергея Шойгу был замом Председателя Совета Министров Тувинской АССР. А вот мать будущего ельцинского вице-президента Руцкого всего-навсего торговала в Курске пивом. Сын поднялся выше — он стал торговать уже Родиной.

Имелись среди ельцинской «элиты» и два истинно шляхетных «соратника». Пресс-секретарь Ельцина Сергей Ястржембский происходил из семьи гоноровых шляхтичей, а сменивший его пресс-секретарь Дмитрий Якушкин — так и вообще потомок знаменитого декабриста Якушкина.

Отец Якушкина, генерал-майор КГБ, был резидентом внешней разведки не где-нибудь, а в Вашингтоне, а сын учился в американской школе. Затем отец стал начальником отдела США в ПТУ КГБ СССР и в этом качестве взял на работу в КГБ известного предателя Олега Гордиевского, позднее сбежавшего к англичанам. Впрочем, и сын видного чина КГБ не очень-то скрывал свою нелюбовь к советскому строю, хотя и работал в ведущих советских СМИ. Можно представлять, как он «укреплял» идейную мощь СССР.

Непревзойдённый Дмитрий Анатольевич Медведев — тот самый, из Кремля — имеет тоже достаточно элитарные корни, он — из ленинградской профессорской семьи. Не бог весть что, конечно, но по сравнению с почти «рабоче-крестьянским» происхождением Владимира Владимировича Путина это кое-что.

Впрочем, у Путина тоже было кое-что в родословной. Его дед, скончавшийся в 1965 году, вначале работал поваром в Горках, когда там жили Ленин и его семья. Потом деда перевели на одну из дач Сталина, а в последние годы он жил и готовил в доме отдыха Московского ГК КПСС в Ильинском. Так что если не коридоры, то кухню власти его внук осваивал с малолетства.

Не так уж много среди примерно четырёх сотен высших ельциноидных функционеров, включая путинско-ельцинских, и выходцев из семей, так или иначе обиженных Советской властью.

Из репрессированных происходят Пётр Авен, внук расстрелянного в 1937 году латышского стрелка; зам. премьера Черномырдина Максим Бойко — внук расстрелянного в 1952 году видного советского функционера Соломона Дридзо (Лозовского); Егор Гайдар, Герман Греф и Альфред Кох. Родителей двух последних как немцев в 1941 году выселили в Казахстан. В 1937 году был расстрелян дед Виктора Христенко, как и дед по матери Ирины Хакамады, члена КПСС с 1984 года.

Так же, как дед и родители Бориса Ельцина, были раскулачены родители Ивана Силаева — председателя Совета Министров РСФСР в момент развала СССР. А дед председателя КГБ РСФСР в составе правительства Силаева Виктора Иваненко был репрессирован как член секты баптистов.

Можно назвать ещё две-три фамилии, и всё. Подавляющее же большинство ельцинско-путинской «номенклатуры» имеет вполне рядовое происхождение вплоть до самого рядового — из рабочих и крестьян, как, например, председатель Конституционного суда РФ Валерий Зорькин, родившийся в 1943 году в селе Константиновка Приморского края.

Биографии — тоже обычные, типично советские.

Поразительно, но факт!

Одно в ельциноидной элите первого и второго призыва несколько нестандартно — обилие выходцев из Питера. Такую деталь часто связывают с влиянием Путина, но это вряд ли. Скорее надо говорить о «школе Собчака», в рейтинге «прорабов измены» занимающего далеко не последнее место.

Возможно влияние и других, уже безымянных ленинградских «школ». Теневые структуры Запада любят шутить, и идея подготовить кадры ельцинской контрреволюции преимущественно в «колыбели революции» вполне могла показаться мировой «элите» забавной и заслуживающей реализации.

Однако и среди «ленинградцев» элитарные дети не преобладают.

Приведу краткие сведения о двух крупных (не по масштабу личности, а по занимаемым постам) постперестроечных фигурах, фигурирующих на вершинах власти при президенте Медведеве. Как раз — из «ленинградцев».

Председатель Государственной думы Борис Грызлов, МВД в правительстве Касьянова с 2001 по 2003 год, родился в 1950 году в Воронеже в семье военного лётчика, с 1954 года жил в Ленинграде, с золотой медалью окончил физико-математическую школу и затем — Ленинградский электротехнический институт связи имени М. А. Бонч-Бруевича, работал в области космической связи и разработки интегральных схем… Вроде бы должен был расти и вырасти советским патриотом, ан нет — вырос в одного из крупных разрушителей Отечества.

«Непотопляемый» «ваучеризатор» Анатолий Чубайс, 1955 года рождения, родился в г. Борисове Минской области БССР в семье полковника-политработника, заканчивавшего службу аж начальником кафедры марксистско-ленинской философии в одном из военных вузов Ленинграда. Мать, Раиса Хаимовна Сагал, по образованию экономист, домохозяйка. Тоже вроде бы могла воспитать сына достойным человеком — и образования, и времени у Раисы Хаимовны на это вроде бы хватало. Нет же, воспитала нравственного урода и разрушителя.

В 1972 году Чубайс поступил в Ленинградский инженерно-экономический институт имени Пальмиро Тольятти, написав на вступительных экзаменах сочинение на тему «Как я понимаю строки поэта Евтушенко «Светить всегда! Не будет в душах света, нам не помогут никакие ГЭС», а по окончании института остался в ЛИЭИ преподавателем и вступил в КПСС.

Не могу не заметить, что, судя по постперестроечной деятельности Чубайса, строки «поэта Евтушенко» запали в душу Анатолия глубоко, и поэтому он, руководя Единой энергетической сетью России, не очень-то обращал внимание на техническое состояние электростанций, включая Саяно-Шушенскую ГЭС. Зато он верно усвоил мысль одного из будущих «элитных» изменников СССР: надо под нужным углом светить в души, и тогда всякие там Днепрогэсы и прочие ГЭСы — дело десятое. Ведь если у «дорогих россиян» не будет в душах света «демократии», им не помогут никакие ГЭС.

Вот Чубайс нам и светит.

И пока он нам светит, нам, увы, ничего не светит.

Если же оценивать общую динамику изменения уровня высшей власти в РФ с течением лет, то можно сказать одно: даже по сравнению с серой ельцинской «элитой» нынешняя, путинско-медведевская, оказывается ещё более серой и некомпетентной, несмотря на поголовное высшее законченное образование и обилие тех или иных «учёных» степеней.

Впрочем, сейчас даже намёк на личностность и самобытность для высокого руководителя в «двуглавотандемной» «Россиянин» невозможен. Такие уже не требуются.

Тайный список агентов влияния, которым предстояло провести основные действия по развалу СССР внутри СССР, был подобен, как я понимаю, патронной обойме. Каждый «патрон» был отобран, протёрт и вошёл в общую «обойму» точно и прочно.

Нельзя было просто взять, например, кого-нибудь из этого списка — назовём его условно Бурбулисом или Чубайсом — и заменить его каким-нибудь наспех отобранным, просто подвернувшимся под руку, скажем, Тары-Баркиным.

Агента влияния, условно именуемого Бурбулисом или Чубайсом, можно было, конечно, при необходимости заменить, но — на тоже давно отобранного и подготовленного агента влияния из тайного списка, например, на агента, условно именуемого Собчаком.

Да и то вряд ли это было так просто — ведь этого условного Собчака надо было ввести в близкое окружение Ельцина, а это в один день не делается.

Я потому здесь развёл «политес» с условностями, что «демократия» у нас сейчас крутая, чуть что — «обиженные» бегут в суд, а я ведь со свечкой при подписании тех или иных подписок не стоял, на тайных инструктажах не присутствовал.

Так что уж лучше назвать условные имена, лишь случайно совпадающие с реальными.

Да, сомневаться не приходится: лица из того, доперестроечного, списка были отобраны и подготовлены тщательно. Им предстояло решать великую и почти невыполнимую задачу — изнутри СССР обеспечить уничтожение СССР.

А что, если вернуться к списку «лиц, включённых в первую сотню резерва управленческих кадров, находящихся под патронатом Президента Российской Федерации» от 2009 года, с которого началась эта глава?

Вот тут-то можно выдвигать в «эпицентр» событий кого угодно — сойдёт любой. Лица из нынешнего списка «кандидатов во власть» легко заменяемы на других — сегодня в подобные списки можно рекрутировать любые не только духовные, но и интеллектуальные отбросы. Лишь бы слушаться умели, совести не имели и «бабло в хавло» любили.

Михаил Меченый дублёров, как я понимаю, не имел.

Не имел их и Борис Беспалый.

Ходили, правда, одно время слухи о том, что у Ельцина были двойники, и этому можно поверить. С какого-то момента Ельцин прихварывал и мог в одночасье преставиться — человек смертен. А допустить этого сценаристы и режиссёры не могли, поэтому для них было бы только разумно подготовить одного-двух ельцинских двойников, чтобы в случае неожиданной кончины «всенародно избранного» иметь какой-то резерв времени для манёвра. Но двойник — не дублёр.

Сейчас же одного дублёра можно менять на другого, и наоборот — спрос на уникальные фигуры упал. Путин и Медведев тому — не яркий (откуда яркость?), но вполне убедительный пример. А при нынешней электронной системе «голосования» можно быстро и успешно «надуть» до размеров очередного «всенародно избранного» президента даже Чубайса.

Дело-то, считай, сделано и катится по давно накатанной колее к финишу— развалу уже «Россиянин». И если народы России этого вовремя не поймут, их до него и докатят.

Поэтому разбираться в ситуации нам надо поскорее, поняв при этом — почему пал СССР?

Данный текст является ознакомительным фрагментом.