Из биографии: родители, семья, судьба

Из биографии: родители, семья, судьба

Родился в семье дворянина, офицера морской артиллерии Василия Ивановича (1837–1913), участника Крымской войны, генерал-майора, впоследствии инженера, крупного специалиста в области артиллерии. Мать — Ольга Ильинична, урожденная Посохова (1855–1894). У него были две сестры — Екатерина и рано умершая Любовь. Род Колчаков довольно древний, все его представители были связаны с военной профессией. По семейным преданиям, Колчаки получили русское дворянство и герб еще при Елизавете Петровне, около 1745 года. Сын А. В. Колчака от первой жены Ростислав указывает, что их род происходит от половцев.

Один из предков Колчака упоминается как сербохорват, он принял мусульманство и служил туркам. В войне с русскими в 1711 году отличился полковник Колчак, или по-турецки Булюбаш. Потом он стал визирем, то есть высшим чиновником — и даже был сераскером турецкой армии — главнокомандующим в русско-турецкой войне 1737 года. Но попал в плен к русским. Его вместе со старшим сыном увезли в Петербург. О нем упоминает в своей оде на взятие Хотима М. В. Ломоносов: «Коль скоро толь тебя, Колчак, учит российской сдаться власти, ключи вручить в подданства знак и большей избежать напасти?..»

После плена, отпущенный в Турцию, Колчак туда не поехал, а обосновался в Галиции и вернулся в христианскую веру. С тех пор все его потомки служили России. Во время Павла I и Александра I в источниках упоминается сотник Бугского казачьего войска Лукьян Колчак — прадед А. В. Колчака.

Внешность и характер

Образование Александр Васильевич получил в 6-й петербургской классической гимназии, где пробыл до 3-го класса. С 1888 года обучался в Морском кадетском корпусе, собираясь продолжить семейную традицию — службу на флоте. Среди кадетов считался талантливым по природе своей и отличался упорством в учебе. Выделялся он и внешним обликом — невысокого роста, худощавый, лицо южного типа с орлиным носом, глаза выразительные, взгляд сосредоточенный, голос грудной, прекрасная образная речь. Но главное — ощущение в нем моральной силы, которой невозможно не повиноваться.

На поиски пропавшей экспедиции

Блестяще окончив корпус, Колчак получил звание мичмана. Началась его долгая и блистательная служба на флоте. Судьба свела его с легендарным адмиралом С. О. Макаровым. Под его влиянием Колчак увлекся Севером и написал свои первые исследования по океанографии. Его пригласили принять участие в первой русской полярной экспедиции под руководством Э. В. Толля. Летом 1900 года экспедиция отправилась на судне «Заря» на поиск неведомой Земли Санникова, якобы расположенной в Северном Ледовитом океане к северу от Новосибирских островов. Но обнаружить ее не удалось. Однако Толль не хотел отступать и во главе маленького отряда из четырех человек двинулся в сторону острова Беннета. Надеялся, что оттуда, с высоких ледяных куполов, ему удастся увидеть желанную Землю. Остальные участники экспедиции вернулись в Петербург, а от Толля никаких известий не было. Решено было летом идти на его поиски. Колчак предложил смелый, если не сказать, безумный план — отправиться к острову Беннета на весельном вельботе. Никто до этого не отваживался плавать на шлюпе по Ледовитому океану. Риск был более чем велик.

Преодолевая торосы, штормы, снег и ветер, смельчаки спасательного отряда во главе с Колчаком прошли более пятисот верст по тяжелым всторошенным льдам. Однажды Колчак провалился в ледяную полынью, и его едва удалось спасти. С тех пор всю жизнь его мучили ревматические боли.

С величайшими трудностями достигли острова Беннета, где рассчитывали обнаружить живыми или мертвыми Толля и его спутников. И тут узнали из записки, оставленной ими в хижине, сложенной из камней и плавника, что Толль покинул остров и двинулся при самых неблагоприятных погодных условиях на юг к Новосибирским островам. Больше о нем и его товарищах ничего узнать не удалось.

Восемь месяцев спустя спасательный отряд Колчака вернулся на Большую землю. В телеграмме, отправленной в Академию наук, Колчак доложил, что найти Толля не удалось, но что все члены его собственной поисковой группы живы и здоровы.

На войну

Так тогда наметилось, можно сказать, будущее главное поприще Колчака — путешествия и научные исследования. Однако началась русско-японская война, и Колчак попросил направить его на фронт. В Порт-Артуре он встретился с адмиралом С. О. Макаровым, которого считал своим учителем, и был определен им на боевую должность. Вскоре стал свидетелем гибели своего учителя на подорвавшемся и затонувшем флагманском корабле — эскадронном броненосце «Петропавловск».

Колчак воевал на минном заградителе, командовал миноносцем. Но тут сказался суставный ревматизм, к тому же он потерял почти все зубы — наследие цинги, полученной в Арктике, — и перешел на берег, где командовал батареей морских орудий. На ней он оставался до последнего дня войны, здесь и был взят в плен японцами. К этому моменту он был легко ранен и едва ходил из-за своего проклятого ревматизма.

Во главе флота

В конце апреля 1905 года он был освобожден и вернулся из Японии в Россию. Врачи признали его совершенным инвалидом. Тем не менее с флотом он не порвал. В Первую мировую войну командовал четырьмя миноносцами на Балтике. На минах, поставленных им, подорвались четыре германских крейсера, восемь миноносцев и одиннадцать транспортов. Руководил высадкой десанта на Рижском побережье в тылу у немцев. За это был представлен к ордену Георгия Победоносца. Потом назначен командиром минной дивизии и произведен в контр-адмиралы. А летом 1916 года Колчак уже в чине вице-адмирала командовал Черноморским флотом. Здесь его застала Февральская революция 1917 года. Когда начался развал дисциплины и революционные матросы потребовали от командующего флотом сдать золотое оружие, он бросил свой кортик в море со словами: «Море меня наградило, морю я возвращаю награду». После чего телеграфировал о своей отставке в Петроград, не согласившись с постановлением матросских команд о сдаче офицерами личного оружия как позорящим флот. Вскоре на кораблях начались массовые самосуды и расправы над офицерами, но Колчак к тому времени был уже в Петрограде.

Что делать дальше?

При Временном правительстве Колчак был назначен главой военной миссии в США. Здесь его принял президент Вильсон. Колчак знакомился с американским флотом, участвовал в маневрах. В Сан-Франциско получил известие об октябрьском большевистском перевороте, но ему казалось, что это не надолго и не серьезно. И когда получил из России телеграмму с предложением выставить свою кандидатуру в Учредительное собрание от партии народной свободы и группы беспартийных по Черноморскому флоту, ответил согласием. Но ответ его опоздал. События в России развивались стремительно. Большевики затеяли сепаратные переговоры с немцами, заключили позорный Брестский мир — Россия вышла из войны, нарушив свой союзнический долг. Колчак понял, что от Ленина и его партии ничего хорошего для России ожидать не приходится. Перед ним встал вопрос: что же делать, как действовать дальше? Служить большевикам он и подумать не мог. «Единственная форма, — позже скажет он, — в которой я мог продолжать свое служение Родине, оказавшейся в руках германских агентов и предателей, было участие в войне с Германией на стороне наших союзников». Колчаку хорошо было известно о связях Ленина и других большевистских лидеров с германскими властями, получении от них денег за выход из войны и вообще поддержке ими большевистского переворота. Колчак все больше проникался мыслью о необходимости борьбы с большевиками. Но как и где ее начинать?

Путь на дальний восток

В этот момент англичане предложили ему отправиться на Месопотамский фронт. Они рассчитывали, что Колчак, став офицером английской армии, будет способствовать соединению их войск в Месопотамии с русскими войсками, находившимися еще с царских времен в Персии и сражавшимися против турок.

Но к тому моменту русские войска в Персии и Месопотамии фактически разбежались. Правительство Ленина, верное своей предательской политике по отношению к бывшим союзникам царской России, передало Турции огромные территории. Так что Колчаку пришлось возвращаться в Россию, на Дальний Восток. Он оказался сначала в Шанхае, затем в Пекине и, наконец, в Харбине. Вот когда пригодилось ему знание китайского языка, который изучил во время долгих своих плаваний по морям в молодые годы (европейскими языками — английским, французским и немецким — он владел свободно).

Сидеть и ждать у моря погоды было не в его правилах. У него был деятельный характер. Но вместе с тем Колчак был книжным, кабинетным человеком. Две эти ипостаси — активный, рвущийся в жизнь и замкнутый, угрюмый, книгочей и созерцатель — противоречиво сочетались в нем, рождая в душе дискомфорт и смятение. И тем не менее этот человек станет в глазах надеждой нации, благородным знаменем белой идеи. Честность и бескорыстие были его основными чертами.

Верховный правитель

Отныне цель Колчака — формирование на Дальнем Востоке вооруженных сил, способных противостоять большевикам. Позже адмирал Колчак, став Верховным правителем России и Верховным главнокомандующим российскими войсками, будет признан (не сразу) всеми руководителями белого движения и представителями Антанты. Представляя программу, он скажет: «Я не пойду ни по пути реакции, ни по гибельному пути партийности. Главной своей целью ставлю создание боеспособной армии, победу над большевизмом и установление законности и правопорядка, дабы народ мог беспрепятственно избрать себе образ правления, который он пожелает, и осуществить великие идеи свободы, ныне провозглашенные по всему миру».

С началом Гражданской войны в Сибири белые армии во главе с Колчаком одержали ряд крупных побед, дошли до Екатеринбурга, приблизились к Казани и Самаре. К весне 1919 года войска Колчака насчитывали 400 тысяч человек. Силы белых и красных были примерно равны. Но в мае белые потерпели ряд поражений. Это было началом конца, хотя еще и неблизкого. Отдельные успехи не имели решающего значения.

Как многие заметили, адмирал стал раздражительным, его посещали частые вспышки гнева, нередко он срывался на крик и, швыряя предметами, мог быть жестким, хотя по натуре был мягким и чутким. Тогда же стала особенно заметна его приверженность к спиртному. Что касается утверждений об употреблении им наркотиков, то никто из хорошо знавших адмирала об этом не упоминает. Из развлечений в мирное время предпочитал верховую езду, у него была отличная верховая канадская лошадь. Стрелял из ружья, бывал в театре, любил и понимал музыку. Обожал романс «Гори, гори, моя звезда», и долгое время, пока не стали известны подлинные обстоятельства его гибели, ходили слухи, что он встретил свой конец со словами этой любимой песни на устах.

Исход

За два дня до падения Омска — своей столицы — Колчак покинул город в специальном поезде и двинулся на Иркутск. Из Омска эвакуировались войска, генштаб, канцелярии и администрации, беженцы. Начался массовый исход, перешедший в самое настоящее бегство. Не могли спасти положения ни такой отважный и талантливый командир, как генерал-лейтенант В. О. Каппель, ни генерал-лейтенант С. И. Войцеховский. 4 января 1920 года Александр Васильевич Колчак отрекся от власти. Он понимал, что конец близок. Все заметили, что он враз поседел и сильно осунулся.

Арест

Когда эшелон Колчака 15 января 1920 года прибыл в Иркутск, адмирал был арестован эсерами — тогда союзниками большевиков — из так называемого Политцентра и взят под стражу. Несколько дней его допрашивали эсеры, а затем коммунисты из ЧК. Сегодня сохранившиеся протоколы этих допросов — ценнейший исторический материал: дело состоит из девятнадцати томов. Колчак на допросах держался с поразительным самообладанием и достоинством, был словоохотлив, подробно отвечал на вопросы, не скупился рассказывать о своей жизни, о событиях, в которых довелось участвовать. Что конец близок, он не сомневался, но то, что его казнят без суда, такого не ожидал. В Иркутском архиве не так давно была обнаружена любопытная шифрованная телеграмма. «Ленин — Склянскому (зампредседателю Реввоенсовета Республики). Пошлите Смирнову (РВС-5) (т. е. председателю Реввоенсовета 5-й армии. — Р. Б.) шифровку: не распространяйте никаких вестей о Колчаке. Не печатайте ровно ничего. А после занятия нами Иркутска пришлите строго официальную телеграмму с разъяснениями, что местные власти до нашего прихода поступили так под влиянием угрозы Каппеля и опасности белогвардейских заговоров в Иркутске». Подпись «Ленин» и тоже шифром. В конце приписка: «Беретесь ли сделать архинадежно?»

Последняя папироса

Так и было сделано — архинадежно. Колчак без суда был расстрелян на берегу Ангары глухой ночью 7 февраля 1920 года. После чего его тело утопили в проруби, из которой монахини брали воду.

Говорили, что перед казнью он снял папаху, перекрестился (тут все увидели, что он абсолютно седой), потом спокойно выкурил последнюю папиросу и бросил свой золотой портсигар красноармейцам из расстрельной команды со словами: «Пользуйтесь, ребята!»

Данный текст является ознакомительным фрагментом.