АНГЛИЯ И ФРАНЦУЗСКИЙ ФЛОТ

АНГЛИЯ И ФРАНЦУЗСКИЙ ФЛОТ

Операция "Катапульта"

Под этим термином мы понимаем все те операции, которые развернулись 3 июля 1940 г. против французских кораблей, укрывшихся в британских портах, а также собравшихся в Мерс-эль-Кебире и Александрии.

Англия всегда в своей истории атаковала морские силы своих врагов, друзей и нейтралов, которые казались ей слишком развитыми, и не считалась ни с чьими правами. Народ, защищавшийся в критических условиях, пренебрегал международным правом. Франция же всегда следовала ему, и в 1940 г. тоже[66].

Французские моряки после июньского перемирия должны были опасаться англичан. Но они не могли поверить, что боевое товарищество будет так быстро забыто. Англия же опасалась перехода флота Дарлана к неприятелю. Если бы этот флот попал в руки немцев, то ситуация из критической стала бы гибельной для них. Уверения же Гитлера, в понимании британского правительства, не имели значения, и вполне был возможен союз Франции с Германией. Англичане утратили свое хладнокровие[67].

Захват кораблей

К 3 июля в британских портах находились следующие корабли.

В Портсмуте: линкор "Курбэ", лидер "Леопар", миноносцы "Бранльба", "Кордельер", "Флор", "Энкомприз", "Мельпомен", авизо "Бразза", "Амьен", "Аррас", "Каприсьез", "Дилижант", "Эпиналь" и минный заградитель "Поллюкс".

В Плимуте: линкор "Париж", лидер "Триомфан", миноносцы "Буклье", "Мистраль", "Ураган", авизо "Бельфор", "Шеврей", "Куси", "Коммандан Дюбок", подводные лодки "Сюркуф", "Жюнон", "Манере".

В Фалмуте: корабль-цель "Энпассибль", авизо "Коммандан Домине", "Мокез", "Сюипп", подводные лодки "Орьон", "Ондин".

В Данди: подводная лодка "Рюби".

Это не считая вспомогательных и торговых судов, всего около 200 единиц, из коих некоторые в аварийном состоянии, в силу чего не могли уйти в Северную Африку. Британские морские власти отказывались ремонтировать те из них, которые проявляли желание уйти.

Командующий британским флотом первые инструкции своего правительства получил 27 июня. 29-го в Лондоне происходило совещание лордов адмиралтейства, на котором рассматривались широкие планы.

В Портсмуте старшим французским начальником был адмирал Годен де Вилэн. Английский адмирал Джеймс вежливо предложил ему ввести в порт и те корабли, что стояли на Спитхедском рейде, где захватить их было бы труднее. Он обосновал это необходимостью освободить рейд для учений. Французский адмирал согласился.

2 июля вечером в Плимуте адмирал Несмит пригласил к своему столу адмирала Кейоля, старшего французского начальника. За ужином царила сердечная обстановка. Тем временем британские военные отряды направились в порт. Операция началась в 03:45 на всех французских кораблях. Начиналось с переговоров с командиром корабля, затем британские солдаты и матросы с оружием в руках арестовывали французов. Линкор "Париж" был захвачен отрядом из 700 человек. Сопротивления оказано не было, кроме как на подводной лодке "Сюркуф" и эсминце "Мистраль", где имелись убитые[68]. В общем же, никто такого не ожидал. Что теперь делать с захваченными кораблями?

Возникновение военно-морских сил Свободной Франции[69]

Небольшое число французских офицеров и матросов выразило желание воевать на стороне Англии. 26 июня подводная лодка "Нарваль" (капитан-лейтенант Дрогу) вышла из Суса и пришла на Мальту. Позже (в декабре 1940 г.) она пропала без вести в боях против итальянцев. Адмирал Мюзелье, который в 1939 г. командовал флотом в Марселе, смещенный со своего поста адмиралом Дарланом, упрекнул последнего в интригах с парламентерами. Мюзелье был человеком интеллигентным и энергичным. Он оставался в Марселе до 23 июня, когда тайно покинул его на британском угольщике "Цидония" у ушедшим в Гибралтар. Там он собрал под свое начало несколько торговых судов: "Форбэн", "Анадир", "Рен", а также вооружений траулер "Президан Удюс" и итальянский приз "Капо Ольмо". Затем он прибыл в Лондон, 1 июля встретился с генералом де Голлем и был им назначен командующим оставшимися свободными морскими силами Франции, которые имелись в различных пунктах дислокации. Он также получил временное назначение командующего ВВС. Сотрудничество этих двух людей, проходившее не без трения, завершилось два года спустя отставкой Мюзелье. После захвата 3 июля адмирал затребовал эти корабли. Но он не имел достаточно людей для их укомплектования, а призывы к "отказникам" остались тщетными. Англичане предоставили ему следующие корабли: крейсер "Сюффрен"[70], авизо "Коммандан Дюбок", подводную лодку "Минерв", траулеры "Вейян", "Викэн".

В августе Мюзелье получил лидер "Триомфан", авизо "Саворньян де Бразза", "Шеврей", "Коммандан Домине", "Мокез", подводные лодки "Сюркуф" и "Жюнон", тральщики "Конгр", "Люсьен-Жанн" и "Пульмик". Наконец, в сентябре — лидер "Леопар" и миноносец "Мельпомен"[71]. Требовалось достаточно времени, чтобы привести эти корабли в боеготовое состояние.

С экипажами, покинувшими свои корабли, после 3 июля обращались без церемоний, также как и с уцелевшими французскими торговыми судами. "Мекнес" был атакован в Ла-Манше германскими торпедными катерами и потоплен с большим числом жертв[72].

Англичане говорили: "Вы видели, с какой легкостью мы захватили эти корабли. Немцы могли бы сделать то же самое во французских портах". Это было не совсем так, как мы увидим позже в Тулоне[73]. Напоследок напомним, что пять французских торговых судов были захвачены 3 июля в зоне Суэцкого канала. Это были транспорты "Президан Думер", "Феликс Руссель", "Кап-Сен-Жак", танкеры "Мельпомен" и "Роксан".

Вечером 22 июня 1940 г. британское правительство получило сведения об условиях перемирия по флоту, запрошенного Францией. До сих пор памятна атмосфера ужаса, безнадежности, которая господствовала в этот период нашей истории. Франция лежала разгромленная, обессиленная. Ее граждане беспорядочно бежали по всем дорогам под бомбежками, моля, чтобы, наконец, перемирие было подписано любой ценой.

Англия уже видела угрозу своим берегам, атакованным парашютистами врага. Чего требуют победители? А что будет с французским флотом, превосходным, могучим, непобежденным, чей выход из боевых действий приведет к громадному смещению равновесия в морских силах? И что произойдет на Средиземном море, где итальянский флот окажется в положении, когда его не смогут сдержать слабые британские эскадры, состоящие, к тому же, из старых кораблей?

Ошибка в толковании

По всей видимости, англичане ошибочно истолковали фразу, что французские боевые корабли будут "демилитаризованы и разоружены под контролем Италии и Германии". Они полагали, что эти корабли, как боевые единицы достанутся Германии и Италии. Британцы опасались, что это на самом деле будет не демилитаризация под контролем победителей, а что сами корабли перейдут под контроль, т. е. в руки врага и станут его оружием. Следует сказать, что это было также интерпретацией генерала де Голля, о чем он и заявлял в своих выступлениях по британскому радио 26 июня, 2 и 8 июля: "Наш флот, наши самолеты, наши танки, наше оружие, неповрежденными попавшие в руки противника, могут использоваться против наших союзников…" (26 июня). "Дюкен, Турвилль, Курбэ, Гепрат никогда не согласились бы с тем, чтобы их неповрежденные корабли попали в руки противника" (2 июля). "В силу позорных переговоров, которые вело правительство в Бордо, оно согласилось передать наши корабли в распоряжение врага" (8 июля).

Британское адмиралтейство пришло к заключению, что какие бы ни были приняты предосторожности, попытки затопления или выведения из строя по приказу адмирала Дарлана будут нереальными в портах, оккупированных противником. Практически невозможно уничтожить наши корабли в портах, которые могут быть быстро захвачены. Возможно, британское адмиралтейство и не сомневалось в уверенности адмирала Дарлана и французского правительства, но куда как меньше верило в добрые намерения немцев.

Но возможности противника были переоценены. Комиссии по "контролю" не были еще готовы к работе по крайней мере 15 дней после подписания перемирия. Эти комиссии состояли из незначительного количества офицеров и секретарей и были не в состоянии захватить наши могучие линкоры и крейсера. Новые экипажи (германские или итальянские) и через много месяцев не смогли бы освоить управление кораблями и стрельбу их артиллерии. Французское адмиралтейство подразумевало, что корабли будут демобилизованы в портах Северной Африки или в неоккупированных портах метрополии. Но не ожидая необходимых уточнений, правительство в Лондоне решило 27 июня принять все меры по овладению французскими боевыми кораблями, находящимися вне метрополии, или хотя бы вывода их из строя. Эту операцию следовало провести во всех местах, доступных Королевскому флоту, в частности, в Оране и Мерс-эль-Кебире.

Миссия адмирала Норта

23 июня британский адмирал сэр Дадли Норт, начальник морской станции в Гибралтаре, получил приказ встретиться с адмиралом Жансулем, командующим французским Атлантическими флотом, стоявшим тогда на якоре в Мерс-эль-Кебире. Цель визита — прозондировать и выяснить возможное поведение французского флота в случае подписания перемирия. Два адмирала встретились утром 24 июня на борту "Дюнкерка" — одного из лучших наших боевых кораблей. Жансуль изложил Норту позицию, принятую французскими моряками, которые последуют приказу своего правительства, иными словами, — приказу маршала Петэна. Он уточнил, что основывается на распоряжениях, полученных им от адмирала Дарлана 21 и 22 июня, а именно: что ни в коем случае боеспособные французские корабли не должны попасть в руки противника. "Какие бы ни поступили приказы, сказал Дарлан, — ни в коем случае ни один боевой корабль не должен попасть в руки врага". Адмирал Жансуль отверг также всякие предположения, что его флот может перейти под британское командование. В 11:00 адмирал Норт возвратился в Гибралтар.

26 июня он получил от британского адмиралтейства следующий запрос: "Считаете ли Вы, что французский флот, находящийся в Оране, может подчиниться нам, если британские корабли появятся перед портом с таким предложением?" Норт ответил: "Из моей вчерашней беседы с адмиралом Жансулем я заключил, что они нам не подчинятся".

27 июня британское адмиралтейство получило заверение, что ни одна единица французского флота не попадет в руки врага. Но англичане сомневались в том, что хватит сил это выполнить.

Сомервилл и оперативное соединение "Н"

Адмиралтейство приказало адмиралу сэру Джеймсу Сомервиллу прибыть в Гибралтар, чтобы принять командование соединением "Н", состоящим из трех линкоров, авианосца, двух крейсеров, 11 эсминцев и двух подводных лодок ("Протьюс" и "Пандора")[74]. Лодки были отправлены в патрулирование перед Ораном. Адмирал покинул Портсмут 26 июня и, 30-го прибыв в Гибралтар, поднял свой флаг на линейном крейсере "Худ". Его задача заключалась в обеспечении перехода в британский порт, сдачи или уничтожения французской эскадры в Мерс-эль-Кебире. При нем находились офицеры связи с французским командованием — кэптен Холланд, коммандеры Дэвис и Спирмэн.

По прибытии адмирал собрал совещание. Все без исключения высказались против применения силы, поскольку, по их мнению, на силу французы ответят силой. Было решено, что кэптен Холланд отправится для объяснения ситуации Жансулю.

1 июля Сомервилл получил приказ быть готовым к выполнению операции "Катапульта" 3 июля. Он должен был сообразовывать свои действия, исходя из того, что Жан-суль получит четыре предложения:

— отвести свои корабли в британский порт и продолжать войну на стороне Великобритании;

— увести свои корабли в британский порт, откуда экипажей кораблей будут полностью репатриированы;

— разоружить свои корабли под наблюдением англичан;

— затопить свои корабли.

Адмирал Сомервилл был честным моряком. Ушедший в отставку перед войной, он был призван для выполнения этого грязного дела[75]. К своим французским коллегам он не питал никакой враждебности. Он считал, что жестокость недопустима; что французы в результате поражения оказались в тяжелых обстоятельствах, и не следует приводить их в ярость. Он направил длинное послание в адмиралтейство с тем, что применения силы следует избежать любой ценой. Он также убежден, что любые агрессивные действия настроят против англичан всех французов, где бы они ни находились, и побежденные союзники превратятся в активных врагов… Он получил весьма ясный ответ адмиралтейства: "Твердое намерение Правительства Его Величества заключается в том, что, если французы не примут никаких наших предложений, которые Вам известны, их корабли должны быть уничтожены. Ваши предложения приняты быть не могут". Послание завершалось так: "Вам поручена самая неприятная и трудная миссия, которая когда-либо выпадала британскому адмиралу. Мы полностью Вам доверяем и уверены, что Вы выполните ее решительно". Тем не менее, 2 июля адмирал получил компромиссное решение: отвести с уменьшенными экипажами французские корабли на Антильские острова, где они будут демилитаризованы, и, если мы пожелаем, поставлены под контроль Соединенных Штатов до конца войны. Да, это было решение. К несчастью, оно было поставлено не на первое место, а на третью позицию. Суровость двух первых предложений привела к тому, что оно осталось незамеченным. Если британские предложения отвергаются, Сомервилл должен уничтожить корабли в Мерс-эль-Кебире, и в первую очередь "Дюнкерк" и "Страсбур". Таким образом, в 16:00 2 июля соединение "Н" покинуло Гибралтар. В его состав входили линейный крейсер "Худ", линкоры "Вэлиант" и "Резолюшн", авианосец "Арк Ройял", крейсера "Аретьюза" и "Энтерпрайз", эсминцы "Фолкнор", "Фоксхаунд", "Фирлесс", "Форсайт", "Кеппел", "Эктив", "Рестлер", "Видетте" и "Вортиджерн"[76]. Французский флот становился добычей, но не остановился перед самопожертвованием.

Флот в Мерс-эль-Кебире

Атлантический флот под командованием адмирала Жансуля, называемый также "ударной эскадрой", уже некоторое время находился распределенным между Мер-эль-Кебиром и Алжиром в предвидении действий против Италии. После перемирия передвижение флота зависело от одобрения комиссий по перемирию в Висбадене и в Турине, деятельность которых всерьез еще не начиналась. Единственный приказ, данный флоту, запрещал проход Гибралтарского пролива и уход из Средиземного моря. Корабли общим водоизмещением 120 тыс. тонн представляли всего пятую часть ВМФ Франции. В Алжире находились 3-я ("Марсейез", "Ла Галиссоньер", "Жан де Вьен") и 4-я ("Жорж Лейе", "Глуар") дивизии крейсеров, 8-й ("Эндомтабль", "Малэн") и 10-й ("Фантаск", "Одасье") дивизионы лидеров.

В Мерс-эль-Кебире: 1-я ("Дюнкерк", "Страсбур") и 2-я ("Прованс", "Бретань") дивизии линкоров, 4-й ("Тигр", "Линкс", "Керсен", последний — в аварийном состоянии) и 6-й ("Могадор", "Террибль", "Вольта") дивизионы лидеров, авиатранспорт "Коммандан Тест", корабли береговой охраны "Лилиа" (A.D.275), "Надаль" (V.P.77), "Сэ нэ-па-вотр-аффэр" (V.P.84), лихтер "Пюиссант", буксиры "Эстерель", "Керуан", "Арман", "Кольгрен", "Котантэн", "Фрондёр", танкеры "Фреш", "Торран".

Рис. 31 Лидер "Тигр"

В порту Орана: эсминцы "Борделе", "Тромб", "Трамонтан", "Торнад", "Тифон", "Брестуа", "Булонэ", "Каск", "Корсар", миноносец "Пурсюивант", авизо "Риго де Жануйи", "Грандьер", "Шамуа", "Энпетюоз", "Батайоз", "Кюрьёз" (неисправный), сторожевики "Ажаксьенн" (Р.136), "Тулоннез" (Р.138), "Сетуаз" (Р.139), "Тер-Нёв" (Р.18), "Мариго" (P.1), тральщики "Анжель Б" (A.D.73), "Рэймон" (A.D.277), подводные лодки "Диан", "Данаэ", "Эридис", "Ариан", "Псише" и "Ореад". Морская авиация состояла из эскадрильи HS1 (шесть самолетов "Луар-130"), эскадрильи Е2 (летающие лодки "Бизерта") в Арзеве и двух "Луар-130" на борту "Дюнкерка" и "Страсбура".

Рис. 32 Бортовой разведчик "Луар-130" на катапульте линкора "Дюнкерк"

Базовая авиация в Ла-Сенья и Сен-Дени-Дю-Сиг насчитывала приблизительно 50 истребителей M.S.406 и "Хок-75" и еще 50 неисправных самолетов.

Батареи береговой артиллерии в Иране, Канастеле, Сантоне, Гамбетта, Сен-Грегуаре, Мерс-эль-Ке-бире и на "Испанской батарее" насчитывали 19 орудий калибром от 75 до 240 мм.

Рис. 33 Авиатранспорт "Коммандан Тест"

Демобилизация экипажей началась 2 июля, но шла медленными темпами. Меры по отношению к технике еще не предпринимались, поскольку после подписания перемирия прошло немного времени. Ни один корабль еще не был разоружен. Однако не было никакой возможности принять эффективные меры защиты против внезапного нападения. Средства разведки больше не функционировали. Ни один из самолетов не мог взлететь в воздух. Господствовала атмосфера неопределенности и страха. Но все оставались еще в большой надежде на союз с Англией, чтобы предположить возможность нападения без переговоров, без полного согласия и взаимопонимания.

Порт Мерс-эль-Кебир представлял собой закрытый рейд, расположенный в бухте алжирского побережья от мыса Эгий до мыса Фалькон в трех морских милях к западу от Орана. Он был оборудован в 1929 г. в качестве военно-морской базы французского флота. Его строительство замедлилось в годы финансовых трудностей. Мол длиной в 2500 метров, который должен был закрывать рейд от зыби с моря, к 1940 г. закончен не был. Была завершена всего лишь часть длиной 900 метров — перпендикулярно к мысу Мерс. За его оконечностью ставились сети, защищавшие рейд от нападения подводных лодок. На скалах, окружавших бухту, размещались форты Мерс, Сантон, Сен-Круа и батарея Канастель, чьи орудия теоретически могли обстреливать всю бухту. Так было к концу апреля, когда стало ясно, что Италия вступит в войну, а линкоры будут стоять на якоре под прикрытием легких сил из Орана и Алжира.

Утро 3 июля

Утром 3 июля вдоль мола с востока на запад выстроились "Коммандан Тест", "Бретань", "Страсбур", "Прованс" и "Дюнкерк". В глубине бухты стояли лидеры "Могадор", "Вольта", "Тигр", "Линкс", "Террибль" и "Керсен". На мачте "Дюнкерка" развевался флаг командующего адмирала Жансуля, на "Провансе" — флаг контр-адмирала Бузена, командира дивизии линкоров, а на "Могадоре" — флаг контр-адмирала Лакруа, начальника миноносных сил. Погода была прекрасной. Что же происходило во Франции? Никто ничего не знал. Национальное радио молчало. В то же время радиостанции нейтральных стран сообщали, что территория Франции на 2/3 оккупирована немцами. Но флот еще побежден не был. Моряки готовы были продолжать борьбу в уверенности, что их корабли останутся под французскими флагами. Они знали, что их командующий никогда не позволит врагу захватить корабли. В этом они были уверены. Эти люди не допускали и мысли, что немцы или итальянцы смогут захватить их прекрасные корабли.

Рис. 34 Линкор "Бретань"

Расположение линейных кораблей за молом было таково, что орудия главного калибра "Страсбура" и "Дюнкерка" не могли стрелять в сторону моря. Лидеры стояли носом к выходу.

В 02:00 3 июля британский эсминец "Фоксхаунд", на борту которого находились кэптен Холланд и коммандеры Спирмэн и Дэвис, отделился от соединения "Н". В 04:45 "Фоксхаунд" прибыл к мысу Фалькон и в 15:15 семафором послал такое сообщение: "Н69 "Фоксхаунд" адмиралу Жансулю. Британское адмиралтейство направляет кэптена Холланда для переговоров с Вами. Пожалуйста, разрешите прибыть".

Миссия Холланда

Кэптен Холланд — блестящий морской офицер и обаятельный человек — перед войной был военно-морским атташе в Париже. И вполне естественно, что в 1939 г. он был аккредитован в ставке генерала Дарлана в Ментеноне. Там он завел дружеские связи с нашими офицерами, в совершенстве владел французским языком. Удостоен командорского креста "Почетного легиона". И если кто и мог договориться с французами, так только он. Именно по этой причине его выбрали посредником в этом исключительно щекотливом деле. Холланд хотел избежать непоправимого, поскольку это имело бы ужасающие последствия. Он был всем сердцем со своими друзьями-французами.

Адмирал Сомервилл хотел обставить все как можно лучше, но дальнейшие события подтвердили его опасения.

Прошло достаточно длительное время, пока ответ пришел к Холланду. Только в 06:45 адмирал Жансуль приказал своему офицеру капитан-лейтенанту Дюфэ, говорившему по-английски и, к тому же, давно дружившему с Холландом, подняться на борт "Фоксхаунда" для того, чтобы прежде всего сказать "добро пожаловать"; затем сообщить, что на основании инструкции французского адмиралтейства британским кораблям запрещено сноситься с сушей, или получать снабжение из французских портов. Дюфэ не должен брать от Холланда документы, с которыми тот прибыл. И, наконец, в случае, если бы англичане пожелали "побеседовать", адмирал пошлет им своего начальника штаба.

В 07:05 на "Фоксхаунде", который в течение двух часов стоял на выходе из Мерс-эль-Кебира за противолодочными сетями, стали выражать нетерпение и передали на "Дюнкерк": "Адмиралу Жансулю. Британское адмиралтейство посылает кэптена Холланда для переговоров с вами. Флот Его Величества надеется, что мои предложения позволят Национальному флоту Франции, доблестному и славному, стать на нашу сторону. В этом случае ваши корабли останутся в ваших руках, никому не придется беспокоиться о своем будущем. Британский флот, стоящий в море перед Ораном, радушно вас встретит".

Пока это послание шло к адмиралу Жансулю, Дюфэ уже был на пути к "Фоксхаунду", на который он прибыл в 07:45. Холланд его приветствовал и поблагодарил за прибытие. Он надеялся вернуться вместе с ним для встречи с адмиралом. "Нет, — сказал Дюфэ, — это все, что я имею Вам сказать". Холланд сильно расстроился. Он имел на руках для передачи Жансулю важные документы и хотел дать разъяснения на словах, но не мог вступать в переговоры с кем-либо другим, разве, что с начальником штаба. Он настаивал на встрече лично с адмиралом.

Реакция Жансуля

В 07:25 Дюфэ покинул "Фоксхаунд", в 07:45 прибыл на борт "Дюнкерка" и представил отчет адмиралу. Адмирал, получив британское послание еще в 07:05, был в ярости. Он понимал, какую угрозу таило стоявшее перед Ораном британское корабельное соединение. Он отказался принять Холланда и просигналил на "Фоксхаунд" немедленно удалиться.

Кто такой адмирал Жансуль? Хороший моряк, около шестидесяти лет, уроженец Лиона, сын чиновника, патриот, готовый на самопожертвование, восприимчивый, воспитанный и приветливый, преданный своему долгу, требовательный к себе, друг адмирала Дарлана, с твердой убежденностью в прерогативах своего ранга, с врожденным чувством иерархии на "рыцарский манер". И здесь, в отдаленном Алжире, он был единственным начальником флота. Связь с Францией была полностью прервана. Главнокомандующий ВМФ находился в Клермоне, где маршал Петэн предлагал ему принять морское министерство. Его помощник адмирал Ле Люк находился в Нераке. Связаться с ним было невозможно, и тщетно было надеяться на скорое восстановление этой связи. А англичане, похоже, слишком торопились. Иными словами, вся ответственность пала на плечи Жансуля. И поначалу он растерялся.

По получении семафора на "Фоксхаунде" не стали настаивать, и эскадренный миноносец удалился. Бесполезно было усложнять ситуацию, лучше проявить осторожность. Но с эсминца спустили катер, на котором Холланд и два его товарища направились к "Дюнкерку". Навстречу ему на катере направился со всей поспешностью Дюфэ с решительным запретом Холланду приближаться к линкору. Оба катера причалили к бочке в 200 метрах внутри заграждения. Холланд не стал настаивать, поскольку ситуация ухудшалась, и передал Дюфэ пакет для адмирала Жансуля. Он решил ждать ответа на месте, а Дюфэ в 08:45 поднялся на борт "Дюнкерка".

На эскадре занимались обычными делами, часть экипажа сошла на берег для занятий и прогулок. Дневные работы продолжались, а драма была уже близка.

Ультиматум

Документ, который передал Холланд для адмирала Жансуля, содержал "напоминание", которое не было составлено адмиралом Сомервиллом, а было им получено из кабинета министров в Англии.

Это был, по существу и по форме, ультиматум, сводившийся к следующему: "Сдавайтесь или мы вас потопим". У вас три возможности: "присоединяйтесь к нам и продолжайте войну"; "приходите к нам с уменьшенными экипажами, если вы не хотите сражаться, а после войны ваши корабли будут возвращены"; и, наконец, "отправляйтесь на остров Мартиника, где корабли будут демилитаризованы и будут находиться под наблюдением американцев". "Или вы предпочтете затопиться? Что же касается меня, то я [77] силой воспротивлюсь тому, чтобы ваш флот попал в руки врага".

В 09:00 Дюфэ снова встретился с Холландом и передал ему ответ ясный и не двусмысленный: "Я, Жансуль, уже сказал адмиралу Норту, что мои корабли никогда не попадут целыми в руки врага. Я это повторяю. Но, в ответ на теперешний ультиматум, я Вам сообщаю, что мои корабли будут сопротивляться применению силы". Холланд снова попытался объяснить Дюфэ британское понимание ситуации: "Правительство в Лондоне убеждено, что адмирал Дарлан не в состоянии больше самостоятельно командовать флотом и, следовательно, французский флот обязан сражаться до конца. Никто не ставит под сомнение добрую волю французских моряков, но как они смогут затопить свои корабли, если те останутся в портах метрополии под контролем немцев?" Наконец, Холланд представил Дюфэ еще одну памятную записку, в которой он высказал несколько аргументов, которые он лично хотел бы представить адмиралу Жансулю, если бы тот согласился его принять. В 09:25 Дюфэ вернулся в порт. В 10:00 начальник штаба французской эскадры капитан 1 ранга Данбе, специально посланный адмиралом, передал Холланду следующее послание, которое мы цитируем полностью:

"1. Адмирал Жансуль подтверждает ответ, переданный ранее капитан-лейтенантом Дюфэ.

2. Адмирал Жансуль решил защищаться всеми имеющимися в его распоряжении средствами.

3. Адмирал Жансуль обращает внимание адмирала Сомервилла, что первый же орудийный выстрел против нас практически немедленно поставит французский флот против Великобритании. Это — результат диаметрально противоположный тому, что ждет британское правительство".

Холланд прочел текст, глубоко вздохнул, и сказал начальнику штаба: "Позвольте Вам заметить, как офицер офицеру, что на Вашем месте и мой ответ не был бы другим". И каждый направился к себе. Все это время адмирал Сомервилл пребывал в нетерпении.

В 08:10 линейный крейсер "Худ", прибывший к Мерс-эль-Кебиру, передал прожектором: "Адмиралу Жансулю от адмирала Сомервилла. Мы надеемся, что наши предложения будут приняты и Вы будете на нашей стороне". И стал ждать.

Рис. 35 Мерс-эль-Кебир

Последние переговоры

Холланд сообщил Сомервиллу о полном провале переговоров. В 10:50 через "Фоксхаунд" Сомервилл передал: "С сожалением информирую Вас, что в соответствии с имеющимся у меня приказом, я не позволю Вам покинуть порт, если предложения Правительства Его Величества не будут приняты". Затем он дал приказ поставить мины в проходе. Он был намерен открыть огонь в 12:30, но воздушная разведка сообщила ему, что французские корабли не готовы выйти в море, поэтому он решил ждать до 14:00, а в 13:10 сообщил: "Если Вы принимаете наши предложения, поднимите на грот-мачте квадратный флаг, иначе в 14:00 я открою огонь".

Получив это послание, Жансуль объявил боевую тревогу. Он хотел выиграть время и, по возможности, дождаться ночи. Он готовился к быстрому снятию с якоря, приготовил к бою береговые батареи и зенитную артиллерию, а самолетам приказал быть готовыми к взлету. В 13:15 он сообщил на "Фоксхаунд": Я не намерен выходить в море. Я телеграфировал своему правительству и жду его ответа. Не допустите непоправимого". В 13:30 последовало другое послание: "Я готов лично принять Вашего посланца для почетного обсуждения". И снова Сомервилл решил подождать, чтобы избежать беды. На "Фоксхаунд" он передал: "Адмирал Жансуль готов принять лично для переговоров нашего посланца. Огня не открывать".

Холланд почувствовал надежду и вместе с коммандером Дэвисом отплыл на катере. Катер с "Дюнкерка" встретил его и отконвоировал до линкора. Это было в 14:12. Англичане прождали еще час встречи с Жансулем. А тем временем три британских самолета поставили магнитные мины на выходе из порта Оран.

Переговоры продолжались 1 ч. 15 мин. Обе стороны старались прийти к согласию. Но позиции сторон были слишком жесткими. Может быть, они были и близки к компромиссу, но Холланд опасался, не сделал ли он ошибки. Жансуль резюмировал свою позицию:

"1. Французский флот не может не подчиниться условиям перемирия и пренебречь правительством Франции, которое им следует.

2. Флот получил приказы, переданные командирам всех кораблей, что после перемирия, корабли, которые рискуют попасть в руки противника, должны пойти в Соединенные Штаты или затопиться.

3. Эти приказы будут исполнены.

4. Корабли, находящиеся в Оране и в Мерс-эль-Кебире, начали вчера, 2 июля, демобилизацию (сокращение экипажа)".

Холланд хотел немедленно сообщить результаты переговоров своему адмиралу. И попросил, чтобы прожектором было передано на "Фоксхаунд" следующее: "Адмирал Жансуль подтвердил, что экипажи начали демобилизовываться. В случае угрозы со стороны противника, корабли направятся на Мартинику или в США. Но это не совсем то, что мы предлагали. Но большего мы достичь не смогли".

Это послание было принято на "Худе" в 16:20. К тому времени Сомервилл получил от британского адмиралтейства уведомление, что непосредственно контр-адмиралом Ле Люком, находящимся в Нераке, отдан приказ всем французским кораблям собраться в Оране в повышенной боеготовности. Тогда, не ожидая окончания переговоров с Холландом, британский адмирал передал по радио и прожектором французскому адмиралу следующее: "Если британские предложения не будут приняты к 17:30 B.S.T.[78], повторяю, к 17:30 B.S.T., я потоплю Ваши корабли". Жансуль принял это послание в 16:25 в тот момент, когда британская делегация готовилась покинуть борт "Дюнкерка". Она отчалила в 16:35. Дюфэ проводил этих двух офицеров и вернулся в 16:50.

Диспозиция к бою

Каково же было положение французских кораблей к этому моменту?

В 07:58 Жансуль определил боевой распорядок. Он приказал развести пары в 09:00 и в то же время просигналил всем своим командирам: "Британский флот прибыл, чтобы предъявить нам ультиматум, который мы принять не можем. Будьте готовы ответить силой на силу".

В 13:00 горны протрубили сигнал боевой тревоги. Несколько позже лидеры получили приказ сменить свои якорные стоянки на внутреннем рейде. Они подняли якоря между 16:30 и 16:55. Истребительные авиагруппы на аэродромах Сен-дени-Дю-Сиг и Релизан были приведены в боевую готовность, но адмирал запретил им подниматься в воздух без его приказа. В 16:45 он приказал подняться через пять минут в воздух трем разведывательным самолетам.

Что же в это время происходило во Франции? Первый доклад от Жансуля адмиралом Ле Люком, находящемся в Нераке, где временно обосновалось адмиралтейство, был получен в 07:56. Жансуль докладывал: "Британский флот, состоящий из трех линкоров, авианосца, крейсеров и эсминцев, находится перед Ораном. Прислан ультиматум: "Затопите корабли в течение шести часов или мы заставим вас силой". Ответ: "Французские корабли ответят силой на силу".

Дарлан в это время находился в Клермон-Ферране. Ле Люк немедленно приказал 3-й эскадре в Тулоне развести пары, а затем по телефону передал адъютанту адмирала Дарлана сообщение Жансуля. Этот офицер по фамилии Негадель догадался, что новая катастрофа разразится над нашей страной, и что это вопрос чести. Он переговорил с Дарланом и послал Ле Люку приказ сосредоточить все имеющиеся на Средиземном море корабли и ответить силой на силу.

В 12:05 сам Ле Люк телефонограммой передал в Тулон приказ сниматься с якоря, а в 12:10 адмиралу Буррагэ немедленно отправляться в Оран в полной боевой готовности. В 13:00 в Нераке получили от Жансуля более подробное сообщение, в котором с большим запозданием говорилось, что он ранее не упомянул о третьем предложении англичан, а именно уйти с флотом на Антильские острова. Это предложение, на первый взгляд, казалось, согласуется с посланием адмиралтейства 24 июня, которое предписывало в случае возможности захвата врагом наших кораблей, отправить их без нового приказа в Соединенные Штаты. На самом же деле предложения англичан и распоряжения французского адмиралтейства относились к совершенно различным ситуациям.

Англичане настаивали на уходе нашего флота на Антильские острова, в то время, как нет никакой угрозы ему со стороны противника и нет и речи о том, чтобы этот уход осуществлялся под контролем врага. В таком случае уход на Антильские острова означал бы разрыв перемирия.

Рис. 36 Лидер "Могадор"

В конечном счете, адмиралтейство и правительство, уяснив полный текст ультиматума, не придали никакого значения этим предположениям, поскольку считали их также неприемлемыми, как и сделанные ранее. Очевидно, сообщения были различными. В 1949 г. на парламентском разбирательстве адмирал Жансуль выразил сожаление, что он упустил процитировать эти предложения в своем сообщении. Точка зрения тех, кто участвовал в критических событиях 1940 г. в Совете Министров Франции изменилась спустя несколько лет. Одни, в частности, генерал Вейган, полагали, что согласия можно было достичь, другие — что предложение отправиться на Мартинику не могло внести никаких изменений в тогдашнюю ситуацию. В 13:05 адмирал Ле Люк передал по радио адмиралу Жансулю: "Вам известно, что главнокомандующий отдал приказ всем силам Средиземного моря немедленно присоединиться к Вам. Вы отвечаете силой на силу. Если необходимо, примените подводные лодки и авиацию. Комиссия по перемирию предупреждена. Подписано: Ле Люк, Морис Атанас". (Для того, чтобы не было сомнения в личности посылающего). Это означало — бой.

Избиение

В 16:56 соединение "Н" шло курсом 70°. Первый залп англичан лег в северо-западной части бухты, непосредственно около мола. Артиллеристы Его Величества имели достаточно времени, чтобы занять удобную позицию и вести огонь, как на учениях. На французских кораблях в это время был спущен сигнал с приказом "отчаливать" и отдан приказ "открыть огонь". Сниматься с якорей следовало в таком порядке: "Страсбур", "Дюнкерк", "Прованс", "Бретань". "Страсбур" успешно снялся с якоря и в 17:09 на скорости 15 узлов вышел через проход в заграждении, пройдя всего лишь в нескольких метрах от его южной сети. Сразу же затем он развил скорость 28 узлов.

Рис. 37 Мерс-эль-Кебир, 3 июля 1940 г.

Проблема состояла в том, чтобы пройти через всплески от падающих снарядов. Несколько драматических моментов возникли при выходе: "Террибль" открыл огонь по замеченному британскому эсминцу. Но 138-мм снаряды "Террибля" и присоединившегося к нему "Вольта", были выпущены впустую. Англичанин скрылся за дымовой завесой. Появился идущий на большой скоростью другой эсминец, по которому также был открыт огонь. По-видимому, он был поражен четвертым залпом[79] и также скрылся за дымовой завесой. Эти два эсминца, по-видимому, корректировали огонь. Залп 381-мм орудий, к счастью, упал перелетом на берег. И вот величественный и неповрежденный "Страсбур" вышел в открытое море. Его командир — капитан 1 ранга Коллине сосредоточил свое внимание на проходе через сетевые заграждения, к которым он должен был подойти "впритирку", для того, чтобы избежать поставленных англичанами мин. И все это под ужасающий грохот разрывов снарядов. Пройдет ли он? Он прошел. Орудия его башен были направлены в сторону врага, к сожалению, не видимого за дымовой завесой.

Рис. 38 Линейный корабль "Страсбур"

"Дюнкерк" отдал свои кормовые швартовы в то же время, что и "Страсбур", и стравил носовую якорь-цепь. Пришвартованный к его левому борту буксир, пробовал перерубить свой буксирный канат, когда второй залп англичан попал в мол. "Дюнкерк" начал стрельбу в 17:00 и выпустил около сорока 330-мм снарядов по "Худу". Видимость была плохой, дальномер работал с трудом, и стрельба была прекращена в 17:10 в связи с неисправностью в электросети. "Дюнкерк" был буквально окружен многочисленными всплесками 381-мм снарядов. Один из них попал и вывел из строя электромотор подъемного крана для самолетов. Затем корабль был поражен двумя 381-мм снарядами, причинившими тяжелые повреждения и пробившими нижнюю броневую палубу. Состояние корабля не позволяло ему выйти в море[80]. В 17:10 адмирал Жансуль приказал командиру капитану 1 ранга Сегэну перейти в порт Сент-Андре, находящийся под прикрытием форта Сантон. Там в 17:13 на глубине 15 метров "Дюнкерк" бросил якорь. В связи со значительными повреждением корабля, началась эвакуация экипажа, а затем "Дюнкерк" был отбуксирован к 8-метровым глубинам перед самым портом.

"Прованс" (капитан 1 ранга Барруа) постигла лучшая участь. Перерубив швартовы с левого борта, он двинулся вперед. В 11:04 381-мм снаряд попал в корму линкора. Но ему удалось избежать дальнейших попаданий и приткнуться на мель между Розвиллем и Сен-Клотильд (ночью его сняли с мели). "Прованс" вел огонь, стреляя над "Дюнкерком". Но прицел был взят неверно — на 65 кабельтовых, в то время как "Худ" вел огонь с 85 кабельтовых. "Прованс" дал 10 залпов, выпустив 23 340-мм снаряда. Старший артиллерист линкора был тяжело ранен и телефонировал своему помощнику: "Я тяжело ранен, примите командование".

"Бретань" (капитан 1 ранга Ле Пивэн) попытался скрыться, но в 16:59 был накрыт третьим залпом англичан. В воздух поднялся колоссальный столб пламени. Вся его артиллерия вышла из строя. Командир попытался выбросить корабль на мель, но в 17:09 линкор был поражен еще одним залпом, перевернулся через правый борт и затонул вместе с экипажем. "Худ" добил его.

Многие наблюдали эту быструю агонию "Бретани". Клубы дыма закрыли часть неба. Взрывы боеприпасов следовали один за другом. Через пробоину в корме вода поступала сотнями тонн. Корабль переворачивался, и не оставалось ничего другого, как его эвакуировать. Был отдан приказ. Несчастный корабль, который получил новый снаряд в основание треногой мачты, представлял собой настоящий "пылающий костер". Внезапно последний взрыв, вспышка и столб дыма и пламени взметнулся на высоту 200 метров. Через несколько секунд линкор "Бретань" затонул.

Рис. 39 Взрыв и гибель линейного корабля "Бретань" (три фазы)

"Коммандан Тест" остался на своем месте в окружении всплесков от падения 381-мм снарядов. Он не получил серьезных повреждений… Чудо! Из лидеров только "Могадор" в 16:50 был тяжело поврежден и вскоре представлял собой всего лишь развалину[81].

Между 16:56 и 17:10 "Страсбур", лидеры "Вольта", "Террибль", "Линкс", "Тигр" и "Керсен" ушли с рейда Мерс-эль-Кебира и направились в сторону Канастеля, а потом в Тулон.

Рис. 40 Линкоры "Прованс" (слева) и "Страсбур" под обстрелом в Мерс-эль-Кебире

Прошу прекратить огонь!

В 17:12 Сомервилл приказал прекратить огонь. Снаряды французских кораблей и береговой батареи в Сантоне, поначалу падавшие с большими недолетами, стали приближаться к британским кораблям. Стрельба береговых батарей становилась более точной. Оперативное соединение "Н" после 36-го залпа 381-мм орудий сменило позицию на более безопасную. Избиение приостановилось. Линкор "Бретань" затонул. "Прованс" выбросился на берег. Тяжело поврежденный "Дюнкерк" стал на якорь. "Могадор" лишился кормовой оконечности.

Когда в 16:30 британские парламентеры покидали борт его корабля, адмирал Жансуль воскликнул: "Я сделал все, для того, чтобы выиграть время. Теперь все кончено".

Французскими флот, которым он командовал 3/4 часа тому назад перестал существовать. В 17:15 он передал по радио Сомервиллу: "Прошу прекратить огонь". Это было уже сделано, но Сомервилл ответил: "Я открою огонь еще, пока не увижу Ваши корабли потопленными". С другой стороны, у английского адмирала было, о чем подумать. Он знал, что линкор типа "Дюнкерк" вышел из порта и направился на восток. С авианосца "Арк Ройял" немедленно были подняты бомбардировщики и посланы для нанесения удара по "Страсбуру", а соединение "Н" бросилось в погоню, прекратив обстрел Мерс-эль-Кебира.

В 20:30 от адмирала Жансуля его "счастливому сопернику" поступило сообщение: "Боевые корабли в Мерс-эль-Кебире выведены из строя. Я эвакуирую с них экипажи". Вместо ответа в 20:53 он получил приказ французского адмиралтейства: "Прекратить переговоры с врагом".

Соединение "Н" прекратило преследование "Страсбура" в 19:20. Два бомбардировщика и истребитель с "Арк Ройяла" были сбиты зенитной артиллерией "Страсбура"[82].

Рис. 41 Залп главного калибра линейного корабля "Страсбур"

В 20:10 4 июля "Страсбур" и сопровождавшие его эсминцы пришли на рейд Тулона. Семь миноносцев из Орана: "Борделе", "Тромб", "Трамонтан", "Торнад", "Тифон", "Брестуа" и "Булонэ" пришли в Алжир, "Пурсюивант" достиг Тулона. Авизо "Шамуа", "Батайоз", "Эмпетюоз" и "Риго де Жануйи" также ушли из Орана. Последний был торпедирован 4 июля британской подводной лодкой[83]. Остальные скрылись в Бизерте.

Отряд кораблей в Алжире, входящий в состав Атлантического флота, находился под командованием контр-адмирала Марки. Он состоял из двух дивизий крейсеров ("Mapсейез", "Ла Галиссоньер", "Жан де Вьен", "Жорж Лейг", "Глуар") и двух дивизионов эсминцев ("Эндомтабль", "Малэн", "Фантаск", "Одасье"). Их отбытие из Алжира состоялось после полудня, с получением приказа собраться в Тулоне. "Коммандан Тест"[84] ушел из Мерс-эль-Кебира 4 июля и 7-го прибыл в Бизерту.

Британская эскадра вернулась в Гибралтар в 18:00 4 июля. Хотелось надеяться, что она там и останется. Но нет.

Повторный удар

Сомервилл прислал отчет о своем "блестящем подвиге" британскому адмиралтейству. Его воздушная разведка не могла точно оценить степень повреждения "Дюнкерка", хотя и доложила, что он выбросился на мель. Адмиралтейство сообщило ему, что если нет убеждения в том, что "Дюнкерк" выбыл из строя и не может быть отремонтированным, по крайней мере, в течение года, он должен подвергнуться повторной атаке. Это решение, возможно, является следствием довольно глупого сообщения, посланного адмиралом Эстева, "Адмиралом Юг", считавшим, что лучше преувеличить степень аварий, полученных кораблями в Мерс-эль-Кебире, которые не были в том плачевном состоянии, в каком хотелось бы англичанам[85]. Таким образом, новая операция была намечена на утро 6 июля.

Адмиралу Сомервиллу уже надоело играть роль палача. При выходе из Гибралтара в 19:00 5 июля он напомнил своему адмиралтейству, что ввиду положения, которое занимал "Дюнкерк", обстрел с моря неизбежно приведет к потерям среди мирного населения и вызовет разрушения жилых строений. Увеличит ли это доверие к британской нации? В ночь с 5 на 6 июля он получил ответ: "Обстрел с моря может быть заменен воздушной атакой".

Утром 6 июля "Дюнкерк" стоял, приткнувшись к мели перед портом Сент-Андре, в 200 метрах от малого мола. На борту находились не более трехсот человек экипажа. В случае угрозы нападения с воздуха, его командир решил немедленно эвакуировать экипаж, среди которого и так имелись большие потери. "Прованс" оставался на мели в 300 метрах к западу от бакена на глубине 12 метров. На его борту оставалось 120 человек. "Могадор" пришвартовался к западной оконечности большого мола.

Рис. 42 Британский палубный пикирующий бомбардировщик "Скьюа"

Авианосец "Арк Ройял" поднял свои бомбардировщики в 30 милях от Орана. Первая волна — шесть "Суордфишей" — атаковала в 05:30. Торпеда попала в сторожевой корабль "Тер-Нёв". В 05:40 атаковала вторая волна из трех "Суордфишей" и пяти истребителей, встреченная огнем зенитной артиллерии. "Тер-Нёв" был добит. Третья волна в том же составе в 08:04 потопила буксир "Эстерель". На "Тер-Нёве" взорвались глубинные бомбы и причинили новые повреждения "Дюнкерку". Всего англичане израсходовали 11 торпед. Поднявшиеся французские истребители сбили один британский истребитель[86], но "Дюнкерк" был надолго выведен из строя.

Рис. 43 Взрыв сторожевого корабля "Тер-Нёв", стоящего у борта линкора "Дюнкерк"

Французские потери за 3 и 6 июля составили 1297 убитых (из них 47 офицеров) и 351 раненых. Только "Бретань" унесла с собой 1012 жизней моряков, а на "Дюнкерке" насчитывалось 210 погибших.

Рис. 44 Адмирал Жансуль на похоронах моряков, погибших в Мерс-эль-Кебире 3 и 6 июля 1940 г.

О событиях 3 июля генерал де Голль писал в своих мемуарах: "По нашим надеждам был нанесен страшный удар. Приток добровольцев немедленно сократился. Многие, хотевшие присоединиться к нам как военные, так и гражданские лица, отказывались от своих намерений. С другой стороны, в отношениях к нам властей в империи, также, как и у охранявших их морских и военных частей, было немало упреков, снятых лишь спустя много времени".

Рис. 45 Линкор "Дюнкерк" после налета британской авиации 6 июля 1940 г.

Соединение "X" в Александрии

С 21 июня в Александрии под начальством вице-адмирала Годфруа находилась небольшая эскадра французских кораблей, называвшаяся соединением "X". Она состояла из крейсеров "Дюкен" (капитан 1 ранга Безино), "Турвилль" (капитан 1 ранга Мальруа), "Сюффрен" (капитан 1 ранга Диллар), "Дюге-Труэн" (капитан 1 ранга Тролэ де Прево), линкора "Лоррэн" (капитан 1 ранга М. Рей), эсминцев "Баск" (капитан 3 ранга Карон), "Форбэн" (капитан 3 ранга Шатэлье), "Фортюне" (капитан 2 ранга Серрэс), подводной лодки "Проте" (капитан 3 ранга Гарро).

Рис. 46 Крейсер 1 класса "Сюффрен"

Это соединение было послано в Восточное Средиземноморье для усиления британской эскадры, вместе с которой оно готовилось провести операцию против берегов Сицилии, планировавшуюся на 23–26 июня 1940 г. Операция была отменена британским адмиралтейством в ночь на 22 июня. Британской эскадрой командовал адмирал Эндрю Каннингэм.

Рис. 47 Адмирал Эндрю Каннингэм