КОРОЛЕВСКИЙ БРАСЛЕТ

КОРОЛЕВСКИЙ БРАСЛЕТ

Пожилой потомственный ювелир Абрам Круминьш безбедно жил одиноко в собственном небольшом особняке на окраине Риги, Страстно любил он в жизни две вещи: золото и молоденьких женщин. Если Золотой Телец был его неизменной страстью, то женщин он менял, как перчатки. За последние годы, чтобы приваживать женщин, он периодически помещал в местной газете объявление: «Сдается недорого комната для одинокой молодой женщины с полным пансионом».

Если по внешним или каким-либо другим признакам откликнувшаяся на объявление женщина ему не нравилась, он отказывал под благовидным предлогом. Понравившимся же охотно предоставлял жилье, проявляя радушие и гостеприимство, но всегда на определенный срок. Будучи человеком не жадным и довольно эрудированным, он задабривал и располагал к себе своих постоялиц и, как правило, добивался сексуальной привязанности.

Когда мы говорили о любви Абрама к золоту, то несколько обобщали. Да, золото он любил всякое и во всех видах, неплохо делая различные украшения, но всецело был поглощен доставшимся ему по наследству ожерельем, принадлежавшим когда-то, по словам отца, некой королевской семье. Оно было поистине уникальным. Древний мастер вложил огромный талант в каждую деталь украшения. В центре золотая фигура геральдического орла с распростертыми крыльями и выпущенными когтями. Голова птицы, ее хвост и крылья украшены перегородчатой эмалью синего, бирюзового и зеленого цветов. Над головой орла расположены три изумруда, по девять карат каждый. Вся подвеска унизана крупными бриллиантами и сапфирами. Орел, по всей видимости, означал королевскую власть. Считалось, что он летает выше всех остальных птиц, и именно поэтому символизирует высшую власть.

Абрам был влюблен в ожерелье, как в самую прекрасную женщину, и никогда не расставался с ним. Днем хранил на поясе в специально сделанном кожаном чехле. Ночью — на шее или в руках, согревая его своим теплом. Он мог часами любоваться изумительным этим изделием и не мыслил свою жизнь без него.

Он не показывал ожерелье никому, даже понравившимся женщинам, каждый раз прятал его от них в специально отведенном месте.

Лишь один раз он нарушил это святое правило, в порыве страсти надев ожерелье на тонкую шейку молодой очаровательной студентки, оказавшейся в его постели.

Это было началом его конца.

Дело в том, что у девушки, назовем ее Леной, был возлюбленный — молодой начинающий адвокат Петр, которому она не преминула при первом же свидании с восторгом рассказать об ожерелье. А Петр, от природы человек честолюбивый и жадный, но недалекий и напрочь обделенный талантами, в период горбачевской перестройки и первоначального накопления капитала стремился в жизни к одной цели — разбогатеть любой ценой.

Рассказ Лены был для него бальзамом на душу. Удача сама шла в руки. В уме он сразу прикинул шанс стать независимым и богатым. «Когда еще доведется такое, — подумал он, — старый одинокий человек и королевское ожерелье, которое никто не видел».

Вслух же он засыпал Лену вопросами: сколько ювелиру лет, с кем и где живет, где прячет ожерелье, не намерен ли он подарить ожерелье Лене?

Лена смекнула, что его интерес к ожерелью не случаен. Он и раньше неоднократно делился мечтами о богатстве, неожиданном наследстве, кладе и т.п. Отвечая на вопросы, она видела, как загораются у него глаза, как в голосе появляется дрожь, как охватывает его какой-то внутренний трепет. Не понравился Петру ответ, что с ожерельем ювелир не расстанется и что о дарении не может быть и речи.

Расставаясь, Петр попросил, чтобы она пригласила его в ближайшее время в особняк в отсутствие хозяина. Лена пообещала это сделать на следующий день. Это была первая ошибка Петра: при посещении особняка, которое, по существу, ничего не дало ему, его увидела и запомнила старушка из соседнего дома.

Петр лихорадочно думал, как завладеть ожерельем, перебирая все возможные варианты. Наконец, твердо остановился на одном — физически устранить ювелира с помощью Лены.

Зная, что она на откровенное убийство не пойдет, он решил обмануть ее. План был таков: под видом сильного снотворного вручить Лене цианистый калий. Она подмешивает Абраму в напиток яд, думая, что это снотворное, и когда он отключается, похищает ожерелье и исчезает из города. Когда через некоторое время она узнает, что ювелир мертв, то добровольно возвращается в город и заявляет в милицию, что страшно испугалась, увидев Абрама на полу после выпитого бокала вина, и, думая, что он покончил с собой, бежала из города. Ничего, конечно, не брала из дома, что, действительно, будет легко установлено. Если все же подозрение падет на нее, адвокатом будет выступать Петр, который обязательно выиграет процесс.

Услышав вторую часть плана, Лена в принципе согласилась, но требовала гарантии своей свободы. Петр, как мог, убеждал ее, говоря, что все будет выглядеть вполне правдоподобно и никаких доказательств ее вины не будет, так как не будет установлено главное — мотив. Правосудие наше чуткое, сейчас все сомнения толкуются в пользу подозреваемого.

— Зато какая райская жизнь ждет нас после некоторых волнений! — восклицал Петр. — Мы поженимся, уедем за границу, купим дом на берегу океана и будем любить друг друга всю жизнь…

— Ты чиста и невинна, — продолжал искуситель, —никто не поверит, что ты способна на преступление. Если и будет установлен легкий флирт со стариком, то это в наше время поймет каждый и простит.

В подтверждение своих слов Петр цитировал отрывок из только что прочитанного произведения Валентина Лаврова «Золотой браслет» о «гении сыска графе Соколове»:

"… Телефонят в сыск из ювелирного магазина Свиридова, что на Большой Полянке, казус какой-то у них вышел. Сел я на извозчика, приехал. Хозяин, человек молодой. Объясняет мне: «Задержали вора! Спрятал в карман массивный золотой браслет с изумрудами стоимостью в триста рублей и хотел унести».

Вижу приличного на вид господина. Он с большим апломбом заявляет: «Я сюда пришел купить подарок жене. Этот браслет мне понравился, и я направлялся к кассе, чтобы заплатить за него. За невиданное оскорбление личности подам в суд», — грозит покупатель.

Соколов задумался и сказал «Так заплатите!» Господин покраснел, порылся в карманах — там всего трешник. Деться некуда. Признался в краже. Я командую: «В Бутырку!» Но ювелир Свиридов заступился:

— Давайте для первого раза простим! Внял я этой просьбе…"

Петр дал время Лене подумать и произнес:

— Видишь, даже очевидные преступления прощаются, а у нас вообще невинный случай.

Лена созрела для выполнения плана. Оставалось где-то добыть яд. Петр вспомнил что его родной дядя, с которым он не виделся несколько лет, работает в аптеке. «Надо же, какое совпадение, как нарочно все складываегся удачно». — подумал он. Нашел телефон. Позвонил, Оказалось, работает по-прежнему провизором. Напросился в гости. Получил вежливое согласие. Во время беседы завел как бы случайно разговор о ядах, их хранении. Дядя охотно делился профессиональными секретами, даже обещал дать понюхать яд. Петр специально остался у него на ночь, а утром заглянул в аптеку, якобы с целью приобрести дефицитное лекарство. Напомнил дяде о его желании показать яды. Когда тот отвернулся, украл один маленький пузырек и срочно уехал. Это была вторая серьезная ошибка Петра — дядя, конечно, заметил пропажу, но шум поднимать не стал, замаскировал исчезновение одного пузырька, думая, что Петр взял его, чтобы отравить собаку, о чем был беглый, ничем не завершившийся разговор накануне.

Лена свою задачу выполнила успешно: на следующий день после передачи ей яда принесла Петру ожерелье, остаток яда в пузырьке и уехала за город к бабке.

Тот непривычный факт, что всегда аккуратный и пунктуальный Абрам не вышел на работу, вызвал беспокойство в небольшом коллективе ювелирной мастерской. Пришли проведать, вскрыли дверь вместе с представителями жилищной конторы.

Так милиция столкнулась с очередным трупом без каких-либо внешних повреждений. Впрочем, вскрытие быстро установило причину смерти: цианистый калий. Все вещи и ценности не тронуты. Самоубийство? Почему тогда нет предсмертного письма, да и сослуживцы в один голос заявляют, что покойный любил жизнь — красивую жизнь! — и отправляться в мир иной не высказывал ни малейшего намерения.

Следователь районной прокуратуры, возбудивший уголовное дело, выдвинул несколько версий. Первая и основная, как он считал, имея в производстве еще пять просроченных дел, — самоубийство. Среди прочих версий: убийство по корыстным или личным мотивам; убийство, связанное с производственной деятельностью, и др. Чтобы быстро и четко разобраться с ювелирной мастерской, где работал Абрам Круминьш, он позвонил начальнику УБХСС МВД Латвии Роману Арнольдовичу Зинтарсу, которого лично знал как исключительно толкового и опытного специалиста службы, попросил выделить сотрудника для проверки мастерской. Зинтарс пообещал и через десять дней сообщил, что убийство (если это убийство) никак не связано с производственной деятельностью Круминьша. А вот хороший знакомый студентки Лены, последней проживавшей в особняке, имеет родного дядю, работающего провизором в аптеке на улице Мельникайте.

Следователь попросил опросить этого дядю и установить, не пропадал ли у него цианистый калий.

Зинтарс лично пригласил к себе провизора и добился признания под угрозой комплексной проверки аптеки. Так в деле появился первый реальный подозреваемый. Во время обыска на квартире Петра удалось найти и изъять пузырек с остатками яда. Ожерелье он где-то надежно спрятал.

Лена к этому времени тоже рассказала, что налила в вино Абраму снотворное из пузырька, переданного ей Петром, якобы для того, чтобы избежать сексуальных приставаний.

Будучи зла на Петра за то, что он обманом добился своей цели и сделал ее убийцей, Лена рассказала своим закадычным подругам правду об ожерелье. У одной из подруг отец работал в службе БХСС. Петр был арестован, осужден, но долгое время не выдавал ожерелья, желая, видимо, воспользоваться им после отсидки.

Лишь через год он Лене, которая, любя его, все ему простила и навещала его в тюрьме, сказал, где хранится ожерелье, чтобы убедиться, не пропало ли оно.

Алчность и страх не давали ему покоя. Лена же, убедившись, что настоянное на крови богатство не приносит счастья, нашла ожерелье и передала его следственным органам.

Подобных историй, где с затейливыми небылицами переплетается самая доподлинная быль, вам десятки могут рассказать работники отдела БХСС, занимающиеся вопросами борьбы с хищениями и незаконным сбытом драгоценных металлов и камней.