Военные теории и доктрины

Военные теории и доктрины

Сразу по окончании Первой мировой войны военные теоретики всех стран приступили к обобщению ее опыта с тем, чтобы определить направления строительства вооруженных сил, характер войны будущей и роль в ней различных родов войск. Сильнейший толчок для развития военной мысли дало появление на поле боя новых видов вооружения – танков, авиации, химического оружия. Именно им многие энтузиасты и создатели не существовавших ранее родов войск отдавали пальму первенства в грядущих сражениях.

Так, итальянский генерал Джулио Дуэ горячо любил бомбардировочную авиацию. Он полагал, что если создать воздушную армию в 1000 бомбовозов и ежедневно использовать по 500 самолетов для разрушения промышленных центров, коммуникаций и т. п., то очень быстро противник потеряет не менее половины своих важнейших объектов. А главное, считал генерал, воздушным террором будет сломлен дух гражданского населения, что повлечет за собой дезорганизацию всего государственного аппарата и военного командования.

Дуэ изложил свои взгляды в книге «Господство в воздухе». В ней он утверждал: «Страна, потерявшая господство в воздухе, увидит себя подвергающейся воздушным нападениям без возможности реагировать на них с какой-нибудь степенью эффективности; эти повторные, непрекращающиеся нападения, поражающие страну в наиболее сложные и чувствительные части, несмотря на действия его сухопутных и морских сил, должны неизбежно привести страну к убеждению, что все бесполезно и всякая надежда погибла. А это убеждение и означает поражение». Согласно его теории, после нанесения «деморализующего» воздушного удара сухопутным войскам останется лишь оккупировать территорию подвергнувшейся разрушению авиацией страны.

В США адептом стратегических бомбардировок был генерал Уильям Митчелл. Америка оказалась единственной страной, которой удалось создать в ходе Второй мировой войны стратегическую авиацию, но сломить экономический потенциал Германии и вывести ее из войны одними бомбардировками не удалось – сухопутным силам союзников хватило работы в 1944–1945 годах.

Новую жизнь идеи Дуэ и Митчелла получили в конце ХХ века, с появлением высокоточных средств доставки с мощными боеголовками. Примеры тому – воздушные наступательные операции «миротворцев» против Ирака и Югославии.

Широкой известностью пользовалась в 20-е годы также теория «малой войны», которую пропагандировали Дж. Фуллер, Б. Лиделл-Гарт, Г. фон Сект, Ш. де Голль. Основная ее идея сводилась к созданию профессиональной, мобильной, полностью моторизованной армии.

В 1922 году бывший начальник штаба английского танкового корпуса генерал Фуллер опубликовал книгу «Танки в Великой войне 1914–1918 гг.», в которой доказывал, что войну Антанте удалось выиграть исключительно благодаря танкам. Следовательно, будущая война будет войной механизированной. Она потребует мало людей и много новейшей боевой техники. По мнению Фуллера, идеальная армия, к которой надо стремиться, – это не вооруженное население, а профессиональная армия наемников. Из призывников должны формироваться лишь войска второй линии, назначением которых является оккупация вражеской страны. Главный же удар будет наносить механизированная армия в составе 6–8 танковых дивизий (до 2400 танков и 100 тысяч наемников). Современную армию США можно назвать воплощением идей английского генерала.

Уточним, что все эти военные теории – лишь мнения теоретиков, изыскания частных лиц, не носящие официального характера. Но достижения теоретической мысли в той или иной степени повлияли на формирование военных доктрин разных стран. А вот военная доктрина означает систему официальных взглядов политического и военного руководства по вопросам подготовки страны и вооруженных сил к войне и способов ее ведения. От того, насколько доктрина соответствует военно-политическим и экономическим реалиям, зависит степень подготовленности государства к грядущим конфликтам.

Великобритания