Раздел I. Место хранения, обстоятельства обнаружения и легализации.

Раздел I. Место хранения, обстоятельства обнаружения и легализации.

Не ясны ни место архивного хранения документов «закрытого пакета» № 1 до декабря 1991 г., ни обстоятельства их «чудесного обретения» сотрудниками архива Президента СССР.

М. С. Горбачев утверждает, что до декабря 1991 г. он этих документов не видел, а в двух «закрытых пакетах» Политбюро по Катыни хранились совершенно другие документы – о виновности в катынском расстреле немецкой стороны. И что лишь за несколько дней до ухода Горбачева с поста Президента СССР 24 декабря 1991 г. архивисты, якобы по своей инициативе, передали ему через руководителя президентского аппарата Григория Ревенко папку с найденными документами. («Жизнь и реформы». Кн. 2, М., 1995, с. 348–349).

А. Н. Яковлев в книге «Сумерки», а также в статьях и выступлениях неоднократно утверждал что до 24 декабря 1991 года и он этих документов никогда не видел. Кроме того, Яковлев сообщил такую важную деталь, что внутри переданной в этот день Горбачевым папки с документами по Катыни находилась также и некая «записка Серова». Однако в архивном перечне документов «закрытого пакета» № 1, переданных 24 декабря 1991 г. от Горбачева к Ельцину, эта записка отсутствует.

А ответчик по нашему делу А. Ю. Яблоков в своей книге «Катынский синдром…» на стр. 386 утверждает: «В июле 1992 г. в Архиве Президента РФ тогдашний руководитель президентской администрации Ю. В. Петров, советник Президента Д. А. Волкогонов, главный архивист Р. Г. Пихоя и директор архива А. В. Короткое просматривали его совершенно секретные материалы. 24 сентября они вскрыли «особый пакет № 1».

То есть кто?то лжет – или Горбачев с Яковлевым, утверждающие, что документы хранились у Горбачева и в начале зимы 1991 года были переданы последним Ельцину в присутствии Яковлева, или архивисты, утверждающие, что нашли этот пакет сами только осенью 1992 года. Однако в данном случае понятно, что лгут и те, и те – ни в каких архивах и пакетах эти документы не находили – их сфабриковали, но не сумели придумать единую легенду и заставить ее заучить всех фигурантов дела, особенно, больших начальников, посему каждый из них врал, что сумел запомнить.

Впервые данные документы были введены в оборот осенью 1992 года на заседании Конституционного суда как доказательства вины КПСС в Катынском деле, но даже при беглом осмотре их судьями вскрылась подложность этих документов, в результате Конституционный суд в своем итоговом постановлении даже не упомянул об этом эпизоде обвинения.

О подделке свидетельствует также и то, что эти действительно сенсационные «документы» не были сразу же представлены российской общественности после их обнаружения, хотя вся пресса была заполнена цитатами из них. После фиаско в Конституционном суде текст некоторых из этих документов опубликовали только через 2 года, и не в известных исторических изданиях, а в подставном, как бы периодическом издании – журнале «Военные архивы России». После выпуска № 1 журнала, в котором и была опубликована часть подделок в массе иных, подлинных документов из российских архивов, этот журнал вместе с редакцией бесследно исчезли.

В этой первой публикации «документов» публикаторы не указали, вопреки правилам, те делопроизводственные особенности этих документов, которые прямо подтверждали их фальшивость, то есть сами публикаторы понимали, что публикуют подделки.

Номер журнала «Вопросы истории» № 1 за 1993 год, в котором впервые в России были описаны эти «документы», описал только три из пяти документов, но даже при таком сокращении этот номер до 1995 года не поступал подписчикам и в библиотеки.

В России до сих пор так и не был официально опубликован самый выдающийся по степени поддельности документ «закрытого пакета» № 1 – так называемая «выписка для Шелепина». Это еще раз подтверждает, что сами публикаторы прекрасно осознавали и осознают подложность публикуемых ими документов.