Дома

Дома

Кельтские дома в плане были круглыми или прямоугольными. В докельтский период европейской первобытной истории (культура полей погребальных урн) предпочитали прямоугольные дома. Преобладают они и в гальштатской и латенской фазе. Круглые дома предпочитали в Западной Европе: они были обычными в Испании и Португалии и их продолжали строить вплоть до периода римского завоевания. Круглые дома мы находим также в Британии и Ирландии; их «родословная» восходит по меньшей мере к бронзовому веку, и наши данные заставляют предполагать, что это была строительная традиция Атлантического региона. В ирландских текстах упоминаются и прямоугольные постройки, однако можно думать, что речь идет о ритуальных строениях, в то время как обычный дом был круглым. Однако большой королевский зал, судя по всему, все-таки был прямоугольным. Археологам не удалось обнаружить в Европе круглые дома к востоку от Рейна. Страбон пишет о белгах: «Что же касается их домов – больших и куполообразных, – то они строят их из досок и плетней, набрасывая наверх массу тростника».

Рис. 30. Котел, висящий над огнем на железных цепях.

Видимо, это точная параллель к круглым домам островных кельтов. Одним из примеров является хорошо известный дом в Литл-Вудбери (рис. 29) и другие. Прямоугольные дома в Центральной Европе восходят еще к эпохе неолита, в то время как круглые дома вдоль Атлантического побережья имели предшественников по крайней мере в бронзовом веке. Круглый дом был постоянным жилищем, построенным из дерева, которое поддерживали столбы. В Центральной Европе пока таких домов на раскопках не находили.

Внутренняя обстановка таких кельтских домов должна была быть чрезвычайно грубой, и все наши данные предполагают, что кельты обожали украшать и выставлять себя напоказ, в то время как примитивное жилье их отнюдь не смущало. В круглых домах очаг располагался в центре комнаты, а в центре камышовой крыши было отверстие, через которое выходил дым. Над огнем висел огромный котел, подвешенный к матице дома (рис. 30); в нем варили огромное количество мяса, которое так любили кельты (в тех случаях, когда не жарили его на вертеле). Аристократия использовала хлеб в небольших количествах. Рыбу варили или пекли. Афиней, цитируя Посидония, упоминает о кое-каких гастрономических предпочтениях кельтов, и они хорошо засвидетельствованы и в ирландских текстах: «Пища их – немного хлеба и много мяса, вареного и зажаренного на углях или рожнах… Те из них, что живут по рекам и по побережью внутреннего и внешнего моря[41], питаются печеной рыбой, приправляя ее солью, уксусом и тмином».

Вдоль всей стены такого дома (по крайней мере, насколько мы можем судить по древним рассказам об ирландских домах) шли своеобразные отсеки, которые называли imdae[42]. Это было нечто вроде спальных отделений, в которых происходили различные виды хозяйственной деятельности аристократического дома. Вероятно, если нужно было уединиться, то такое отделение можно было закрыть от остального зала ширмой, тканью, кожей или плетеным экраном. Если можно верить рассказам античных писателей о том, как галлы спали, то люди, видимо, спали вместе в таких отсеках и, несомненно, зачастую на полу. Вот что пишет Диодор Сицилийский: «В обыкновении у них спать прямо на земле на звериных шкурах, перекатываясь вместе с возлюбленными, которые находятся и с той и с другой стороны».

Типичный диаметр круглого дома железного века составлял около 50 футов. Сами отсеки могли быть отгорожены плетеными или деревянными стенами[43]. В так называемых «домах-колесах» на западных островах Шотландии (рис. 29) при постройке отсеков камень заменил дерево, поскольку на безлесном севере дерево было роскошью – отсеки отгораживали радиальными каменными стенками. Древнейшие ирландские саги соответствуют информации, которую дают нам античные авторы и планы и другие детали постройки кельтских домов, известные археологам.

Резиденция ирландского аристократа, вероятно, была достаточно мощной постройкой, которая включала в себя укрепленную ограду, парадную лужайку (по-ирландски «faithche») снаружи ограды; она, возможно, была и домашним пастбищем, и площадкой для военных игр и спортивной тренировки. Внутри ограды находилась собственно резиденция короля или аристократа и другие значительные постройки из дерева: жилища слуг, сараи и так далее. Основа ирландских домов, как и в других частях кельтского мира, была деревянной, причем деревянные планки клались внахлест; применялось и плетение из ивовых прутьев. Крышу поддерживали столбы, которые зачастую были украшены сложной резьбой; наверное, это было еще одним прекрасным средством, благодаря которому кельтские художники, нанятые для их украшения, могли показать свое мастерство. Снаружи имелись большие ворота и домик привратника, который следил за посетителями и разными задирами. В сагах всегда подчеркивается роль привратника: ничего жизненно важного не могло случиться без того, чтобы этого не увидел привратник. Первостепенную важность имело запирание ворот на закате; так поступали даже в домах простых свободных людей, то есть ремесленников высшего разряда.

Так, когда король Конхобар, дядя Кухулина, отправился в дом кузнеца Кулана, чтобы воспользоваться его гостеприимством (на которое он имел полное право), Кухулин, который в то время был еще маленьким мальчиком, заявил, что предпочтет остаться дома, пока не закончит игру с другими мальчиками в Эмайн Махе, и уже потом придет в крепость Кулана: «По следам воинов, лошадей и колесниц отправлюсь я». Конхобар прибывает раньше, чем мальчик, в сопровождении множества своих дружинников, как и позволял ему закон по такому случаю: «Принял Кулан короля, и никто не был обойден почестями согласно его рангу, занятию, праву, деяниям и благородству. Свежие циновки из тростника постелили гостям, и принялись они пить да веселиться». Кулан, узнав, что никто другой больше не придет – поскольку король забыл о своем маленьком племяннике, – выпускает свою страшную сторожевую собаку, которая охраняла его жилище. Собака быстро бегает вокруг ограды: «Спустили пса с цепи и, быстро обежав окрестности, направился он к холму, где обычно лежал, сторожа дом, и улегся, положив морду на лапы». Приходит мальчик, собака нападает на него, и он убивает ее голыми руками. Это был один из величайших подвигов Кухулина, поскольку именно благодаря ему он получил свое имя, без которого герой не существует как личность. Это произошло так: король услышал лай собаки, вспомнил о мальчике и воскликнул:

«– О воины, лучше б и вовсе не быть нам на этом пиру!

– Отчего же? – воскликнули разом улады.

– Да ведь сгубил сейчас пес того мальчика, что решил идти следом за нами, сына моей сестры, Сетанту, сына Суалтайма.

Немедленно вскочили улады, и, хотя двери дома были отворены, все устремились в поле за ограду».

Кузнец, узнав о случившемся, был потрясен потерей собаки: «Лучше бы вовсе не звать мне вас в дом да не потчевать питьем и кушаньями, ибо отныне добро все равно что пустошь, а припасы уж не пополнятся. Верного слуги лишили вы меня, что стерег стада и отары моего скота». Мальчик добровольно вызывается играть роль сторожевой собаки для кузнеца, пока он не вырастит щенка – сына того самого пса – и он не станет достаточно взрослым, чтобы стеречь крепость. Услышав это, друид Катбад изрек: «Отчего бы теперь не носить тебе имя Кухулин?[44]». Мальчик соглашается и обретает свое подлинное, героическое имя – Кухулин.

Это лишь одно из многих реалистичных описаний жизни, обычаев и домашнего быта древних ирландцев, которое вполне согласуется с другими источниками информации. Таким образом, основной социальной единицей в Ирландии, как и в Британии, был преимущественно изолированный круглый двор крестьянина с оборонительными сооружениями и другими постройками, а отнюдь не деревня с прямоугольными домами, как мы видим во многих районах кельтской Европы. Британский и ирландский тип изолированного дома был почти неизвестен в Европе в гальштатский и латенский периоды.

Вернемся к обстановке кельтского дома. Знатные люди сидели каждый в своем отсеке: там они обедали в окружении своих слуг и избранных дружинников. Обедающий мог видеть весь остальной зал и внимать общему веселью – музыке, чтению стихов и преданий, выступлениям акробатов и тому подобному; его защищали его собственные слуги и копейщики. Афиней, цитируя Посидония, судя по всему, описывает именно такую обстановку, говоря: «Кельты… принимают пищу за деревянными столами, под которые подкладываются охапки сена, так чтобы они лишь немного возвышались над землей… Когда обедают большой компанией, усаживаются в круг, а в середину, как предводитель хора, садится самый влиятельный, превосходящий всех или военным умением, или знатностью, или богатством. Рядом усаживается гость, а затем по обе стороны, согласно своему достоинству, занимают места остальные. Позади них становятся телохранители с длинными щитами, а напротив, усевшись в круг по примеру господ, пируют копьеносцы».

Поразительную параллель этому описанию мы находим в только что процитированном нами древнеирландском пассаже, где в доме Кулана, дабы принять короля и его спутников, постилают камыш и траву и люди рассаживаются, как и говорит Афиней, по своему первенству, в чем бы это первенство ни заключалось.

Конечно, должны были быть какие-то варианты в обстановке, особенно в тех случаях, когда речь шла о прямоугольном доме, в противоположность круглому. Мебель, видимо, была редкостью, и стульями в доримское время, во всяком случае во время еды, не пользовались. Античные авторы говорят о сундуках.

Есть данные и о том, что ирландские дома были двухэтажными. На уровне верхнего этажа была какая-то комната или закрытый балкон, выдававшийся наружу. Его называли grian?n, то есть буквально «солнечная комната», «светлица». В ней размещались женщины, и она, возможно, была расположена впереди, над общей жилой комнатой. Здесь женщины проводили время, шили, вышивали и сплетничали – вдали от своих драчливых и обидчивых мужчин. В загадочной саге «Пир Брикрена», которая может восходить к VIII веку, Брикрен строит великолепный дом, в котором намерен принять Конхобара и ульстерских героев. Но Брикрен – зловещий персонаж, который обожает ссорить других, – позаботился о том, чтобы не присутствовать на своем празднике. Он строит светлицу со «стеклянными» окнами, так что он может обозревать зал и наблюдать за тем, что там происходит. Один из забавных эпизодов в этой саге – самой длинной в уладском цикле после «Похищения быка из Куальнге» – касается женщин. Подвыпившие дамы вступают в соревнование за первое место среди уладских женщин в красоте, мудрости и красноречии. Три женщины произносят речь, восхваляя своих супругов; в пьяном возбуждении мужья вырывают столбы дома, чтобы позволить своим женам, которые вышли наружу, снова войти в дом. А Кухулин просто поднимает одну стену дома: теперь его жена и ее свита могут войти. Когда стена упала обратно на землю, вся крепость вздрогнула и светлица рухнула на землю. Несмотря на весь юмор и комический характер этой ситуации, описание дома с его легкостью и того, как расположена светлица, судя по всему, отражает подлинные предания об описанных нами постройках железного века.[45]

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

1. ДОМА

Из книги Нечистая сила автора Максимов Сергей Васильевич

1. ДОМА Хотя чертям для их похождений и отведена, по народному представлению, вся поднебесная, тем не менее, и у них имеются излюбленные места для постоянного или особенно частого пребывания. Охотнее всего они населяют те трущобы, где дремучие леса разряжаются сплошными


3. Дома

Из книги Эпоха Рамсесов [Быт, религия, культура] автора Монте Пьер


Дома

Из книги Кельты-язычники. Быт, религия, культура автора Росс Энн

Дома Кельтские дома в плане были круглыми или прямоугольными. В докельтский период европейской первобытной истории (культура полей погребальных урн) предпочитали прямоугольные дома. Преобладают они и в гальштатской и латенской фазе. Круглые дома предпочитали в


ДОМА И ЖИЛИЩА

Из книги Древний Рим. Быт, религия, культура автора Коуэл Франк


ЖИЛЫЕ ДОМА

Из книги Нубийцы [Могущественная цивилизация древней Африки (litres)] автора Шинни Питер

ЖИЛЫЕ ДОМА Мы имеем весьма скудное представление о жилищах мероитов, поскольку было найдено очень мало остатков обычных домов. Строения царского квартала в Мероэ не могут считаться типичными для страны, большая часть народа которой жила так же, как живет и сейчас – в


Дома

Из книги Боги и люди Древнего Египта [litres] автора Уайт Джон Мэнчип

Дома Сначала мы осмотрели пирамиды и храмы Египта. Действительно, было бы просто невозможно не отвести им в нашем повествовании достойного места.Теперь мы вполне можем обратить внимание на менее значимые вещи и посмотреть, в каких домах жили древние египтяне, что было


Дома

Из книги В тылу врага автора Омельянович Александр

Дома


Дома № 89, 91

Из книги Московский проспект. Очерки истории автора Векслер Аркадий Файвишевич

Дома № 89, 91 Ныне здание вместе с домом № 91 и двором между ними занимают закрытое акционерное общество «Маяк» и некоммерческое партнерство «Центр исследований и развития швейной отрасли». Здания объединены единой системой подачи энергоресурсов.Участок дома № 91 имел


Дома № 157–159, 161–163

Из книги Такая удивительная Лиговка автора Векслер Аркадий Файвишевич

Дома № 157–159, 161–163 Шестиэтажные жилые дома, объединенные высоким арочным проездом, возведены архитектором В. В. Поповым в 1938–1940 гг. Первые этажи выделены более темным цветом, шестые, отделенные от основной массы сложно декорированного фасада тягой, полностью лишены


Дома № 193 и 195

Из книги автора

Дома № 193 и 195 В 1953–1956 гг. архитектор С. Б. Сперанский построил два одинаковых дома, фланкирующих новый проезд от проспекта им. И. Сталина на запад – проспект Героев (1962–1977 гг.), с 1977 г. – Ленинский проспект.Оба дома, хотя и в разной степени, связаны с именами деятелей


Дома № 200–204

Из книги автора

Дома № 200–204 Комплексная застройка завершающей части Московского шоссе вблизи строительства Дома Советов стерла с карты Ленинграда неказистые постройки, занимавшие к началу 1930-х гг. бывшие участки А. М. Огромнова, Н. Д. Нефедова, А. Н. и П. П. Дойниковых (№ 64–68). В 1938 г.


Дома № 206, 208

Из книги автора

Дома № 206, 208 И. С. Соколов-МикитовВ 1937–1949 гг. на месте бывших участков Е. В. Коваленской (№ 78–82) архитекторами Гегелло и Васильковским построены два однотипных жилых дома для работников Дома Советов. С домом № 11 по Демонстрационному проезду они образуют замкнутый


Дома № 142

Из книги автора

Дома № 142 Дом № 142В 1840—1850-х гг. на участке ямщиков Ивана и Василия Петровичей Гороховых имелся одноэтажный каменный дом.В конце XIX в. участком владел Сергей Петрович Горохов, а в начале ХХ в. – Евдокия Васильевна Коваленко, жившая в доме № 34 по Вознесенскому проспекту. В


Дома № № 154 и 156

Из книги автора

Дома № № 154 и 156 Дом № 154Участок наследников ямщиков Анны Ивановны, Елены Яковлевны и Прасковьи Сидоровны Камчатовых. В 1865–1875 гг. купец 2-й гильдии Иван Тимофеевич Давыдов содержал здесь маслоочистительный завод, купчиха 2-й гильдии Пелагея Григорьевна Давыдова –


Дома № 259 и № 261

Из книги автора

Дома № 259 и № 261 Дом № 261В середине XIX в. участки принадлежали наследникам ямщика Петра Ивановича Плотникова (№ 246) и жены ямщика Настасьи Григорьевны Кирсановой (№ 248). В 1890 г. объединенным участком владел крестьянин Вологодской губернии Евграф Федорович Пелевин,


Дома № 236 и № 238

Из книги автора

Дома № 236 и № 238 Дом № 236Ныне под этим номером числятся три отдельно стоящие здания, используемые коммерческими предприятиями (включая дом № 2 по Тосиной ул. – их около 20).В середине XIX в. участок (№ 259) принадлежал ямщику Александру Гавриловичу Росадину, затем участком