Глава III Пугачевское золото

Глава III

Пугачевское золото

1. Прерванный полет, оказавшийся золотым

Как-то на Байконуре у меня выдалась свободная неделя из-за перерыва между испытаниями ракет. Решил съездить в столицу Кызыл-Ординской области, на территории которой находится наш ракетно-космический порт.

Город Кызыл-Орда оказался сугубо провинциальным, мало чем отличающимся от других таких же пятиэтажных населенных пунктов. Удивил меня его ювелирный магазин. Много было в нем золотых колец, цепочек в то время, когда в европейской части страны их надо было поискать, чтобы приобрести. А сколько было там ювелирных изделий из янтаря!

– Откуда у вас все это богатство? – спросил я у продавца. – С золотом все ясно. Восток всегда любил золото. Янтарь тоже почетают жители Востока?

– Зачем спрашиваешь? Лучше покупай. Не пожалеешь! В Европе тебя за золотую или янтарную покупку расцелуют! Все высшей пробы!

Зашел я и в краеведческий музей. В нем на видном месте экспонировалось, что бы вы подумали? Конечно, золотые украшения и бусы из янтаря. И конечно, древние! Я удивился. Спросил экскурсовода:

– Откуда у вас эти диковинные прелести?

– Так это же находки из скифских курганов.

– Курганы местные?

– Конечно! Скифы кочевали по всей Великой Степи. Великая Степь – это и Казахстан. Скифы кочевали и у нас. В нашем музее янтарные бусы подлинные. Демонстрируется скифская бронзовая утварь из наших курганов. Золотые украшения – это копия. Привезены из города Уральска на нашу кызыл-ординскую скифскую выставку.

Молодцы скифы! Отхватили огромнейшую территорию! Кстати, не мешало бы оказаться на продолжительное время в Уральске. Летаем на собственном самолете на Байконур и обратно (в нашем ракетно-космическом конструкторском бюро «Южноен» был свой авиоотряд), по пути зачастую заправляемся керосином в Уральске. Сделать бы в Уральске остановочку на пару деньков, познакомиться с его достопримечательностями. Город ведь был основан яицками казаками, в нем Емельян Пугачев попытался сразиться с российской несправедливостью…

Прошло полгода. В конце ноября снежный циклон накрыл всю европейскую часть СССР. Из Байконура удалось долететь до Уральска. А дальше стоп машина! Засели мы в уральском аэропорту. Прошли сутки, другие. Что делать? Как победить дипрессию? Принялся за любимое дело – стал сочинять стихи. Ныне отыскал я их в своей старой поэтической тетрадке. Не обессудьте, уважаемые читатели, но что было, то было:

МЕТЕТ НА УЛИЦЕ, МЕТЕТ,

УРАЛЬСК ЦИКЛОНОМ ЗАДУВАЕТ.

УСНУЛ В ЗАГОНЕ САМОЛЕТ —

КОГДА ВЗЛЕТИМ – НИКТО НЕ ЗНАЕТ.

ВТОРЫЕ СУТКИ КОРИДОР,

УНЫЛЫЙ, НИЗКИЙ И ХОЛОДНЫЙ,

А ЗА ОКНОМ ЗАМЕРЗШИЙ ДВОР,

АЭРОПОРТОВСКИЙ, ГОЛОДНЫЙ.

НЕ ВИДНО СТОРОЖА, СОБАК,

ИСЧЕЗЛО БУДТО ВСЕ ЖИВОЕ.

В ДРУГОМ ОКНЕ – ОДИН ЛИШЬ ФЛАГ

В ТИСКАХ УРАЛЬСКОГО «РАЗБОЯ».

ПОТОКИ ЗМЕЙ ЧЕРЕЗ ШОССЕ

ИЗ СНЕЖНОЙ ПЫЛИ ПУЛЕЙ МЧАТСЯ,

СУГРОБ НА ВЗЛЕТНОЙ ПОЛОСЕ.

КОГДА ВЗЛЕТИМ – НЕ РАЗОБРАТЬСЯ!

ЗАКРЫТЫ ХАРЬКОВ, ВОЛГОГРАД,

САРАТОВ, ПЕНЗА И ВОРОНЕЖ.

КАК МНОГО В ЖИЗНИ ЕСТЬ ПРЕГРАД,

КОТОРЫЕ НЕ ПОХОРОНИШЬ,

КОТОРЫЕ НЕ ПРЕВОЗМОЧЬ,

ЛИШЬ НУЖНО ЖДАТЬ ИТОГ ПОНУРО…

НА РАСКЛАДУШКАХ ДЕНЬ И НОЧЬ

ЛЕЖИТ СПЕЦРЕЙС ИЗ БАЙКОНУРА.

А РЯДОМ РЕЙС ЛЕЖИТ ДРУГОЙ.

ТАКОЙ ЖЕ СПЕЦ… ЕМУ ТРЕВОЖНО.

ПОЛКОВНИК ТВЕРДОЮ РУКОЙ

ГРОЗИТ В ОКНО. ВСЕ В ЖИЗНИ СЛОЖНО.

ОН РВЕТСЯ В НЕБО, БУДТО В БОЙ,

ДА АЗИЯ НЕ ОТПУСКАЕТ,

МЫ, КАК И ОН, ХОТИМ ДОМОЙ.

КТО ТОСКОВАЛ, ОБ ЭТОМ ЗНАЕТ.

НАШ МУДРЫЙ ЛЕТНЫЙ ЭКИПАЖ

ИГРАЕТ ВЕСЕЛО В «ДЕВЯТКУ».

ВДРУГ ПАРНИ ВВОДЯТ НА ЭТАЖ

ДЕВИЦ НЕ РОБКОГО ДЕСЯТКА,

ДРУЗЬЯ – ПИЛОТЫ МЕСТНЫХ ТРАСС,

У НИХ НАД НАМИ ОБЩЕЖИТЬЕ.

КРИЧИТ ДЕЖУРНАЯ: «НУ, КЛАСС!

РАЗВРАТНО-ПЬЯНОЕ ОБЛИЧЬЕ!

ПЯТНАДЦАТЬ СУТОК ИМ БЫ ДАТЬ,

ПРИВЕЛ, САШОК, ТЫ МОРДУ – СТЕРВУ,

ЗАПРЕЩЕНО МНЕ ИХ ПУСКАТЬ,

ТАКУЮ СТАРУЮ КОНСЕРВУ.

ВЕДИТЕ ИХ СЕЙЧАС НАЗАД!

НЕ ТО СВАРГАНЮ ДОКЛАДНУЮ!»

РЕВЕТ БУРАН. ВЕТРОВ ПАРАД!

МЫ ВСПОМИНАЕМ МАТЬ РОДНУЮ

И ТЕЛЕВИЗОР НАДОЕЛ —

ПРОГРАММА «ВЕСТИ», МАТЧ ХОККЕЙНЫЙ,

КУПИТЬ БЫ ПИВО, ДА ПРОБЕЛ,

ЗДЕСЬ ПИВА ВКУС УЖ СЛИШКОМ СКВЕРНЫЙ…

ИДУ В БУФЕТ. ТАМ КРЕПКИЙ ЧАЙ,

НО ОН ЛИШЬ ЛЕТНОМУ СОСТАВУ…

НУ, И УРАЛЬСК! ЧУДЕСНЫЙ КРАЙ!

БОРЕЦ ЗА НРАВСТВЕННУЮ СЛАВУ!

Один из наших руководителей Николай Федорович Герасюта подошел ко мне:

– Станислав, кропаешь стихи! Что сварганил? Дай почитать

Николай Федорович прочитал их, задумался. Что-то в его умной голове созрело потому, он – доктор наук, профессор. Николай Федорович обратился к окружающим:

– Аверков подал интереснейшую идею, как победить депрессию. У меня же в Уральске живут родственники жены. Игдалов, обеспечь нашей дружной испытательской компании ракетостроителей время, чтобы мы до окончания этого сумасшедшего циклона смогли побывать у моих дорогих родственников.

Иосиф Менделевич смачно выразился:

– Действительно, зря бес толку теряем драгоценное время!

Сказал и кое что другое, непечатное.

– Заодно посетим Уральский музей краеведения, – обрадовался я.

Иосиф Менделевич посмотрел на меня с удивлением:

– Стасик, и твоя идея великолепна!

Николай Федорович улыбнулся:

– Аверков! Найдите-ка мне Оганесяна! Как отнесется к нашей всеобщей задумке Вазген Арутюнович?

Командир нашего летного экипажа Вазген Арутюнович Оганесян нахмурился:

– Я сам бы составил вам компанию, да мне нельзя, отвечаю за контакт с авиадиспетчером. Что он скажет по поводу вашего стремления смыться? Насколько?

Николай Федорович глянул на часы:

Сейчас восемь утра. Если до шестнадцати?

Оганесян побежал к авиадиспетчеру.

Тот вздохнул:

– Вот уж эти спецрейсы! Сидите на моей шее! Кроме вас еще три специальных сверхсекретных торчат в городских гостиницах. Через каждый час, звонят, тормошат меня. Всем секретным надо срочно улететь! А что я могу поделать? Я не Бог! Управлять погодой не умею. Москва сказала – снежный циклон надолго. Так что валяйте спецрейсовцы-байконуровцы в город. Но чтобы в 24.00. были в аэропорту!

Погрузились мы в автобус. По обе стороны дороги – сугробы снега. Ураганный ветер поднимал на асфальте снежные вихри. До центра города еле добрались. В музее нас встретили, как дедов морозов.

– Где у вас настоящее скифское золото? – огорошил я музейного работника.

Тот оказался не робкого десятка:

– А кто вы такие? Пистолеты выбросте на пол и предъявите документы!

Иосиф Менделевич рассмеялся:

– Пошутил Станислав Иванович! – и показал свое удостоверения доктора наук и профессора.

А Николай Федорович расстегнул спецкуртку. На груди засияла звезда Героя Социалистического Труда.

С удовольствием я расскал хранителю музейных драгоценностей о новочеркасских сарматских курганах Хохлач и Садовом. Тем его и успокоил. А далее последовала его настоящая удивительная лекция о скифах из Прикаспийской низменности.