17 июля – 2 августа 1945 г

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

17 июля – 2 августа 1945 г

23 июля 1945 г.

Седьмое заседание

Трумэн открывает заседание.

(Докладывая о заседании министров иностранных дел, советская делегация сообщила, что на повестке дня сегодняшнего заседания министров стояли следующие вопросы:

1. Репарации с Германии, Австрии и Италии.

Народный комиссар иностранных дел СССР передал государственному секретарю США и министру иностранных дел Великобритании проекты советской делегации о репарациях с Германии и об авансовых поставках из Германии в счет репараций.

Было решено поручить экономической комиссии предварительно рассмотреть оба проекта, а затем обсудить их на следующем заседании трех министров.

2. Экономические принципы в отношении Германии.

Обсуждению подверглись пункты 13, 18 и предложенный советской делегацией новый 19-й пункт. Советская делегация заявила, что она снимает поправку, предложенную ею по пункту 13-му, и предложила снять пункт 18-й с тем, чтобы затрагиваемые этим пунктом вопросы были обсуждены союзными органами в Германии и после этого разрешены Контрольным советом или, в случае недостижения соглашения в Контрольном совете, – по договоренности между правительствами. Соглашения достигнуто не было, и было решено передать вопрос о пункте 18-м на разрешение глав трех правительств.

Что касается предложенного советской делегацией нового пункта 19, то государственный секретарь США заявил о неприемлемости этого пункта для США. Советская делегация предложила альтернативный проект пункта 19-го, согласно которому утвержденный Контрольным советом экспорт из Германии для покрытия импорта должен выполняться в первую очередь по сравнению со всеми другими поставками. Во всех других случаях приоритет предоставляется репарациям. Соглашение не было достигнуто, и было решено передать этот вопрос на разрешение глав трех правительств.

3. О Совете министров иностранных дел.

Представленный редакционной комиссией проект утвержден без поправок.

4. О подопечных территориях.

Обсуждался проект советской делегации. Министр иностранных дел Великобритании заявил, что в первую очередь должен быть решен вопрос о том, будут ли итальянские колонии отторгнуты от Италии и какие именно. Этот вопрос должен быть решен при составлении мирного договора с Италией. Вопрос о том, кому должна быть поручена опека над всеми бывшими итальянскими колониями, которые будет решено отторгнуть от Италии, должен быть решен международной организацией Объединенных Наций. Государственный секретарь США предложил отложить решение этого вопроса до заключения мирного договора с Италией, когда будут решаться все территориальные вопросы, касающиеся Италии. Народный комиссар иностранных дел СССР предложил передать советский меморандум на рассмотрение первого заседания Совета министров иностранных дел в Лондоне в сентябре с. г. Английский министр заявил, что, по его мнению, нет надобности передавать советский меморандум Совету министров иностранных дел, так как при выработке мирного договора с Италией вопрос об итальянских колониях встанет автоматически. Народный комиссар иностранных дел СССР просил принять к сведению, что вопросы, затронутые в советском меморандуме, будут поставлены Советским правительством на сентябрьском заседании Совета министров иностранных дел в Лондоне.

5. О директивах союзным главнокомандующим в Германии.

Условились довести до сведения всех главнокомандующих союзными оккупационными войсками в Германии все касающиеся их решения конференции после согласования этих решений с Временным правительством Французской республики.

Решено создать для этой цели комиссию в следующем составе: от США – Мэрфи и Риддлберджер; от Великобритании – Стрэнг и Хэриссон; от СССР – Гусев и Соболев.

6. О сотрудничестве в разрешении срочных европейских экономических проблем.

Для предварительного рассмотрения меморандума, представленного делегацией США, было решено создать комиссию в составе: от США – Клейтон и Поули; от Великобритании – Брэнд и Коулсон; от СССР – Арутюнян и Геращенко.

7. О Танжере.

Обсуждался советский проект. Решено:

1) Принять первый абзац проекта советской делегации, а именно следующее:

«Рассмотрев вопрос о зоне Танжера, мы условились, что эта зона, включающая г. Танжер и прилегающий к нему район, ввиду ее особого стратегического значения, должна остаться международной».

2) Весь вопрос о Танжере обсудить в ближайшее время на совещании представителей четырех держав – СССР, США, Великобритании и Франции – в Париже.

8. Утверждение текста обращения к правительствам Китая и Франции.

Решено послать обращение за 48 часов до опубликования коммюнике о результатах конференции.

9. О повестке дня заседания глав трех правительств 23 июля.

Условились рекомендовать главам трех правительств следующую повестку дня:

1) О черноморских проливах и других международных внутренних водных путях.

2) О районе Кенигсберга.

3) О Сирии и Ливане.

4) Об Иране).

<…>

Трумэн. Разрешите мне изложить свои взгляды в отношении черноморских проливов и международных внутренних водных путей вообще.

Наша позиция в этом вопросе такова: мы считаем, что конвенция в Монтрё должна быть пересмотрена. Мы думаем, что черноморские проливы должны стать свободным водным путем, открытым для всего мира, и право свободного прохода через проливы для всех судов должно быть гарантировано всеми нами. Я много думал над этим вопросом. Откуда возникают все эти войны? За последние 200 лет все они начинались в районе между Средиземным и Балтийским морями, между восточными границами Франции и западными границами России. И последний раз мир во всем мире был нарушен в первую очередь Германией. Я думаю, что долгом нашей конференции, а также будущей мирной конференции является недопущение повторения подобных явлений.

Сталин. Правильно.

Трумэн. Я полагаю, что мы в значительной мере поможем достижению этой цели, если установим и гарантируем, что водные пути сообщения будут свободны для всех наций.

Сталин. Например, какие?

Трумэн. У меня есть предложение относительно свободы путей сообщения, и я думаю, что мы должны постараться добиться такого положения, при котором Россия, Англия и все другие государства получат свободный доступ ко всем морям мира. Вот это предложение. (Передает проект предложения.)

Наш проект предусматривает установление свободной и неограниченной навигации по всем международным внутренним водным путям. Правительство США считает, что такая свободная и неограниченная навигация должна быть установлена по таким внутренним водным путям, которые проходят по территории двух или более государств, и что она должна регулироваться международными органами, в которых будут представлены все заинтересованные государства.

Мы считаем, что такие органы следует создать как можно скорее. В первую очередь необходимо создать временные навигационные органы для Дуная и Рейна. Функциями этих временных органов должны быть восстановление и развитие навигационных средств на указанных реках, наблюдение за речным судоходством в интересах обеспечения равных возможностей для граждан различных национальностей и установление единых правил для использования этих средств, а также правил навигации, таможенных и санитарных формальностей и другие подобные вопросы. Членами этих органов должны быть Соединенные Штаты, Соединенное Королевство, Советский Союз, Франция и суверенные прибрежные государства, признанные правительствами этих держав.

Я думаю, что такая же процедура должна быть применена к Кильскому каналу, и в том же духе должна быть изменена конвенция в Монтрё. Таким образом, у нас будет свободный обмен в этих районах.

Я вношу эти предложения потому, что в течение ближайших 25 лет не хочу участвовать еще в одной войне, которая возникла бы из-за проливов или Дуная.

Наше желание – видеть Европу свободной и экономически здоровой, которая будет содействовать процветанию Советского Союза, Англии, Франции и всех других государств и с которой Соединенные Штаты смогут торговать на равных правах и к взаимной выгоде. Я думаю, что наше предложение может явиться шагом вперед в этом направлении.

Черчилль. Я энергично поддерживаю предложение относительно исправления конвенции в Монтрё для того, чтобы обеспечить Советской России свободный и беспрепятственный проход через проливы ее торгового и военного флота как в мирное, так и в военное время. Я полностью согласен с президентом и с его предложением относительно того, что свободный режим в этих проливах должен быть гарантирован всеми нами. Гарантия великих держав и заинтересованных государств безусловно будет эффективной.

Что касается других водных путей, упомянутых президентом, то мы в принципе согласны с общими линиями заявления президента. Мы согласны также с предложением президента относительно того, чтобы Кильский канал был свободным и открытым, гарантированным всеми великими державами. Мы также придаем большое значение свободной навигации по Дунаю и Рейну.

Трумэн. Нет никакого сомнения относительно общности наших взглядов по вопросу об исправлении конвенции в Монтрё.

Черчилль. А также относительно целей, ради которых нужно ее исправить.

Сталин. Нужно вчитаться в предложения президента, на слух тут не все поймешь. Может быть, пока перейдем к другим вопросам?

Трумэн. Следующий вопрос повестки дня – это вопрос о передаче Советскому Союзу района Кенигсберга в Восточной Пруссии. Советский документ по этому вопросу был передан вчера.

Сталин. Президент Рузвельт и г-н Черчилль еще на Тегеранской конференции дали свое согласие на этот счет, и этот вопрос был согласован между нами. Мы бы хотели, чтобы эта договоренность была подтверждена на данной конференции.

Трумэн. В принципе я согласен. Я только прошу дать мне возможность изучить условия, но я уверен, что никаких возражений с нашей стороны не будет. Я согласен с тем, что Россия должна получить определенные районы этой территории.

Сталин. Хорошо.

Черчилль. Генералиссимус совершенно правильно отметил, что вопрос этот был поднят еще в Тегеране, а потом мы обсудили его снова в октябре 1944 года.

Сталин. В Москве.

Черчилль. Да, это было в Москве, и это было в связи с разговором относительно линии Керзона.

Сталин. Правильно.

Черчилль. 15 декабря 1944 года я выступил по этому поводу в парламенте. Я разъяснил, что британское правительство симпатизирует советской точке зрения. Единственный вопрос, который возникает, – это юридическая сторона передачи этого района. Советский проект, который здесь представлен, как будто требует, чтобы мы признали, что Восточной Пруссии больше не существует и что район Кенигсберга не находится под контролем Союзного контрольного совета в Германии.

Что касается британского правительства, то мы поддерживаем желание Советского правительства включить эту территорию в состав Советского Союза. Я это заявляю в принципе. Мы, конечно, еще не рассмотрели точную линию по карте. Но я еще раз заверяю Советское правительство о нашей постоянной поддержке русской позиции в этой части света.

Сталин. Мы большего и не предлагаем. Для нас достаточно, если американское правительство и правительство Великобритании в принципе одобряют это предложение.

Черчилль. Согласен.

Трумэн. Согласен.

Черчилль. Потребуется маленькое исправление этого документа. Если это будет частью коммюнике по окончании конференции, то я предлагаю более общую редакцию этого документа.

Сталин. Я не возражаю.

Трумэн. Таким образом, мы в принципе соглашаемся с проектом предложения советской делегации.

Следующий вопрос повестки дня – это вопрос о Сирии и Ливане.

Черчилль. В настоящее время бремя поддержания порядка и мира в Сирии и Ливане целиком упало на наши плечи. Мы не имеем ни намерения, ни желания получить какие-либо преимущества в этих странах, за исключением тех, которыми пользуются и другие страны. В то время, когда мы вступили в Сирию и Ливан, чтобы выкинуть оттуда немцев и войска Виши, мы пришли с Францией к соглашению, по которому мы должны были признать самостоятельность Сирии и Ливана. Ввиду длительных исторических связей между Францией и этими странами, мы заявили, что не стали бы возражать, если бы Франция имела там преимущественное положение, при условии достижения соглашения с новыми самостоятельными правительствами этих стран.

Мы сообщили де Голлю, что, как только Франция заключит договор с Сирией и Ливаном, который будет удовлетворительным для этих стран, мы немедленно отведем наши войска. Если бы мы сейчас отвели наши войска, то последовала бы резня французских граждан и небольшого количества французских войск, которые там находятся. Мы не хотели бы, чтобы это случилось, так как это вызвало бы большое беспокойство среди арабов, а это нарушило бы, может быть, мир и спокойствие в Саудовской Аравии и Ираке. Начало таких беспорядков в этой части света повлекло бы за собой возникновение беспорядков и в Египте. Не могло быть худшего момента для таких беспорядков среди арабов, чем сейчас, потому что линия коммуникаций с Суэцким каналом была бы поставлена под угрозу, а через эту линию идут вооружения и подкрепления для войны на Дальнем Востоке. Линия коммуникаций для ведения войны против Японии имеет важное значение не только для Великобритании, но также и для США.

Генерал де Голль поступил очень неразумно в этом районе; вопреки нашим советам и нашим просьбам он послал туда на корабле 500 человек, и их появление послужило поводом для беспорядков, которые не прекратились до сих пор. Как это было глупо, ибо что могли сделать эти 500 человек. Однако их появление послужило искрой для возникновения беспорядков.

Эти беспорядки, направленные против французов, немедленно вызвали беспокойство в Ираке, правительство и народ которого хотели прийти на помощь Сирии. Весь арабский мир пришел в волнение из-за этого события. Однако теперь генерал де Голль согласился передать так называемые специальные войска правительству Сирии.

Я надеюсь, что мы достигнем если не соглашения, то урегулирования этого вопроса с французами, которое гарантировало бы независимость Сирии и Ливана и обеспечило бы Франции некоторое признание ее культурных и коммерческих интересов.

Позвольте мне еще раз повторить здесь, что Великобритания не желает оставаться там ни одного дня дольше, чем это необходимо. Мы будем рчень рады освободиться от этой неблагодарной работы, которую мы взяли на себя в интересах союзников.

Ввиду того, что этот вопрос касается только Франции и нас, а также, конечно, Сирии и Ливана, мы не приветствуем предложения о созыве конференции, в которой участвовали бы, наряду с Великобританией и Францией, США и Советский Союз и приняли бы совместное решение. Все бремя лежало на нас, мы действовали одни без всякой помощи, за исключением некоторой помощи со стороны Франции, но мы действовали в интересах всех. Поэтому мы не хотели бы, чтобы этот вопрос рассматривался на специальной конференции. Конечно, если бы США захотели занять наше место, то мы бы только приветствовали это.

Трумэн. Нет, спасибо. (Смех.)

Когда возник этот спор между Францией и Сирией и Ливаном, между мною и премьер-министром была переписка по этому вопросу. Когда премьер-министр сообщил мне, что в распоряжении Великобритании там имеется достаточно войск, чтобы поддержать мир в этом районе, я просил его сделать все необходимое для поддержания этого мира потому, что мы тоже интересуемся линиями коммуникаций с Дальним Востоком через Суэцкий канал. Может быть, у нас здесь имеются небольшие разногласия с премьер-министром.

Мы считаем, что ни одному государству не должны быть предоставлены преимущества в этих районах. Эти районы должны быть одинаково доступными для всех государств. Мы считаем также, что Франция не должна иметь никаких специальных преимуществ перед другими государствами.

Сталин. Я так понял, что США не признают никаких преимуществ Франции в Сирии и Ливане.

Трумэн. Да.

Черчилль. Наша позиция такова, что мы желали бы, чтобы Франция имела там преимущества, потому что мы обещали ей это, когда наше государство было слабо и мы должны были воевать там с немцами. Но это касается только нас, и мы, конечно, не имеем возможности и права связывать других. Кроме того, мы не обязались уж слишком стараться, чтобы Франция сохранила там свои привилегии. Если Франция сможет получить такие привилегии, мы не будем возражать, мы будем даже милостиво взирать на ее достижения.

Сталин. От кого французы могут получить эти привилегии?

Черчилль. От республик Сирии и Ливана.

Сталин. Только от них?

Черчилль. Только от них. Французы имеют там свои школы, археологические институты и т. д. Многие французы живут там давно, и у них есть даже песенка «Поедем в Сирию». Они говорят, что их претензии относятся ко временам крестовых походов. Но мы не намерены из-за этого ссориться с великими державами.

Трумэн. Мы хотим, чтобы в этих районах были равные права для всех государств.

Черчилль. И вы, г-н президент, будете препятствовать Сирии предоставить специальные права французам?

Трумэн. Конечно, не буду препятствовать, если сирийцы пожелают это сделать. Но я сомневаюсь, чтобы у них было такое желание. (Смех.)

Сталин. Русская делегация благодарит г-на Черчилля за информацию и снимает свое предложение.

Черчилль. Я благодарен генералиссимусу.

Трумэн. Я тоже благодарен.

Переходим к следующему вопросу. Это вопрос об Иране. У г-на Черчилля имеется предложение по этому вопросу.

Черчилль. Мы передали делегациям документ по этому вопросу и были бы рады узнать, какова позиция великих держав.

Трумэн. Что касается нас, мы уже давно были готовы отвести наши войска из Ирана, но у нас есть там большое количество различных материалов, которое мы хотим использовать для ведения войны на Тихом океане.

Сталин. Русская делегация считает, что Тегеран во всяком случае можно было бы освободить.

Черчилль. Мне хотелось бы перейти также и к остальным двум пунктам, чтобы с этим проектом можно было покончить. Об указании в договоре срока. В договоре указано, что не позже шести месяцев по окончании военных действий войска должны быть выведены из Ирана. К настоящему времени прошло только два с половиной месяца после окончания войны. Но мы обещали иранцам, что, как только кончится война с Германией, войска будут отведены.

Я предлагаю так: отвести войска немедленно из Тегерана, а вопрос о дальнейшем отводе войск обсудить в сентябре на Совете министров иностранных дел.

Сталин. Не возражаю.

Трумэн. Мы будем продолжать отводить наши войска из Ирана, потому что там есть войска, которые нам понадобятся на Тихом океане.

Сталин. Это, конечно, ваше право. Мы со своей стороны обещаем, что никаких действий против Ирана со стороны наших войск не будет предпринято.

Трумэн. У меня нет возражений против того, чтобы передать этот вопрос на рассмотрение Совета министров иностранных дел в Лондоне.

Черчилль. У нас имеется еще вопрос о Вене. Я хотел бы сказать здесь относительно зон оккупации, которые предоставлены британским и американским войскам в Вене. Что касается британской зоны, то оказывается, что в этой зоне проживает 500 тысяч населения и, так как источники снабжения Вены продовольствием находятся к востоку от города, мы не можем принять на себя питание этих полумиллиона людей. Поэтому мы предлагаем прийти к временному соглашению, чтобы русские снабжали продовольствием это население до тех пор, пока будет выработано более постоянное соглашение. Фельдмаршал Александер сделает заявление относительно действительного положения.

Александер. Положение такое, как это было сейчас изложено премьер-министром. В нашей зоне имеется полмиллиона жителей. Я не имею продовольствия, которое могло бы быть отправлено из Италии. Имеются небольшие запасы в Клагенфурте, но этих запасов хватило бы на три недели или, самое большее, на один месяц. Поэтому если бы мы приняли на себя обязательство кормить это население, то продовольствие пришлось бы доставлять из США.

Трумэн. В нашей зоне около 375 тысяч населения. Наши корабли занимаются сейчас перевозкой грузов для военных действий против Японии, доставкой продовольствия в Европу и некоторых материалов в СССР. У нас ощущается недостаток в транспортных средствах, так что нам было бы затруднительно снабжать даже население нашей зоны.

Сталин. А как с французской зоной?

Александер. Мне это неизвестно.

Сталин. Разрешите мне переговорить с маршалом Коневым. Я думаю, что можно было бы на месяц отсрочить передачу снабжения венского населения нашим союзникам. На какое время понадобится организовать это снабжение – до нового урожая, или как?

Черчилль. Затруднение заключается в том, что эти 500 тысяч человек в нашей зоне и 375 тысяч в американской зоне всегда получали продукты питания из восточных районов страны.

Сталин. У нас имеется с австрийским правительством соглашение о том, что до сбора нового урожая мы отпускаем немного продуктов за товары. Я думаю, что это можно будет продлить до сентября. Но я должен все-таки переговорить предварительно с маршалом Коневым. Сегодня вечером или завтра утром я сумею это сделать и тогда дам вам ответ…

Черчилль. Положение таково, что фельдмаршал Александер вошел со своими войсками в Штирию, однако он затрудняется войти в Вену до тех пор, пока не разрешен вопрос о продовольственном снабжении населения.

Сталин. Разве продовольственное положение Вены такое уж плохое сейчас?

Черчилль. Мы не знаем, мы там не были.

Сталин. Там положение для населения неплохое.

Александер. Если вы сможете нам помочь в этом деле, то мы, конечно, готовы пойти вперед и взять на себя нашу долю работы.

Сталин. Я смогу сказать это завтра.

Черчилль. Благодарим вас.

Сталин. Хорошо было бы, если бы английские и американские власти согласились распространить соглашение с правительством Реннера и на свои зоны. Это не будет означать признания правительства Реннера или восстановления дипломатических отношений, но поставит правительство Реннера в такое же положение, в каком находится правительство Финляндии. Его компетенция была бы распространена и на эти зоны, и это облегчило бы разрешение вопроса.

Трумэн. Мы готовы обсудить этот вопрос, как только наши войска войдут в Вену.

Черчилль. Мы тоже согласны.

Я хочу поднять один процедурный вопрос. Г-ну президенту, должно быть, известно, а также и генералиссимусу, что г-н Эттли и я заинтересованы посетить Лондон (смех) в четверг на этой неделе. Поэтому нам придется выехать отсюда в среду 25 июля вместе с министром иностранных дел. Но мы вернемся к вечернему заседанию 27 июля или только некоторые из нас вернутся. (Смех.) Поэтому нельзя ли в среду устроить заседание утром?

Сталин. Хорошо.

Трумэн. Можно.

Черчилль. Я предлагаю, чтобы министры иностранных дел продолжали встречаться как обычно, только в отсутствие г-на Идена его заменит г-н Кадоган.

Сталин. Хорошо.

Трумэн. Условимся заседание 25 июля провести в 11 часов утра.

Завтра заседание в 17 часов.