Продавцы воздуха

Продавцы воздуха

В начале девяностых годов на моих глазах стали происходить действительно странные и просто непостижимые вещи. Еще вчера один мой знакомый ходил в рваных кедах и драных джинсах, а сегодня сигналит мне, проезжая мимо на шикарном авто. Еще только недавно другой мой кент занимал «червонец» до зарплаты, а тут он хвастает кейсом, полным неденоминированных рублей. И таких было много, я сам видел, как люди, как говорится, пролезали из грязи в князи. Становились миллионерами за несколько дней. Воздух был буквально пропитан ощущением легких денег. И большинство бросились с головой в этот омут. На меня это тоже подействовало, и я – человек эмоциональный, иногда склонный к авантюрам, тоже захотел иметь быстрые и большие деньги. Одним словом, черт попутал, и, послав журналистику подальше, я пополнил стройные ряды так называемых «продавцов воздуха». Заделался «вентилятором».

Если помните, то в начале девяностых стали как на дрожжах возникать всевозможные биржи, где продавали не сам товар, а как бы возможность купить его за твердую цену, то есть фьючерс, потому что инфляция была дикая. Например, автомобиль, стоивший сегодня сто тысяч рублей, завтра мог уже стоить сто двадцать и т. д. Тогда же появились и первые финансовые пирамиды – вполне легальные предприятия по отъему денег у доверчивого, но желавшего халявы населения. А в тени этого водоворота страстей, так сказать, Эвереста частной стихии, находились люди, которые работали в большей степени по телефону, на словах продавая большие партии товара – от колготок и зонтиков до комбайнов, тракторов, танкеров и газетной бумаги. Их и звали «вентиляторами».

Звонит мне такой «вентилятор» и говорит, что есть партия видеокассет, в то время видеокассеты были ходовым товаром. Ну, например, сто тысяч штук по тридцать рублей за штуку, а я уже по телефону звоню другому «вентилятору» и продаю эту партию, накрутив на каждую кассету по три рубля своего интереса. И чувствую себя миллионером. «А можно ли посмотреть товар?» – спрашивают меня через третьи руки возможные покупатели, которых инфляция поджимает. Продавцов и покупателей сводить было нельзя, иначе тебя элегантно обходили. Я передаю этот вопрос обратно и получаю ответ: «Товар в пути (либо в поезде, либо подлетает к Алма-Ате), можно будет посмотреть через три часа… два дня… и т. д. Но нужна предоплата за просмотр». «Согласны, – передают через меня, – но если товара нет, то будете платить штраф…» И тут же продавцы, такие же несчастные «вентиляторы», как и я, испаряются, потому что на самом деле товар этот еще находится на складах где-нибудь во Владивостоке или в Москве. И все это время просто «воздух гоняют».

Мало кто имел со всего этого настоящий навар. Зато случались вполне реальные трагедии – люди брали деньги в надежде на авось, что товар существует. А его не было, был только «воздух». Тогда людей ставили на «счетчик» – одни разорялись, другие сходили с ума, третьи спивались, подсаживались на наркотики, кто-то даже кончал жизнь самоубийством. Тогда-то я и понял суть блатного выражения «за базар ответишь». Быть «вентилятором» оказалось не совсем прибыльно, зато опасно. Вообще этот феномен «торговли воздухом», как мне кажется, был своего рода бессознательной истерией пассионариев, возжелавших шальных денег. Но, по большому счету, это была игра. Азарт брал такой – аж крышу сносило: сорвешь ли ты куш сегодня или опять будешь в пролете! И для многих бизнесменов, прошедших суровую школу «вентиляторства», это был бесценный опыт для будущих серьезных дел.

А вот самым успешным, по-моему, азартным и прибыльным делом в то время были кредиты. Берет человек в банке кредит в 50 миллионов рублей на год, когда курс рубля, к примеру, сто рублей за доллар. А возвращает через год, когда курс рубля 1000 рублей за доллар. Причем все знали, что маржа на этом деле просто бешеная. Многие банкиры сами сидели в доле от подобных кредитных сделок. И даже брали сами у себя кредиты через подставные лица или фирмы. Однажды мне удалось быть посредником при одной такой сделке, когда за кредит в 50 миллионов привезли стопроцентную предоплату в 10 процентов от общей суммы. Это было пять миллионов рублей, которые лежали в багажнике и на заднем сиденье «жигуленка» в нескольких мешках, причем часть из них были целлофановыми, из-под лука. Я никогда не видел такой кучи денег. А когда стали таскать эти мешки в квартиру к главному посреднику, то соседке, случайно увидевшей это зрелище, стало плохо. Когда мне отвалили 80 тысяч за эту операцию (при моей зарплате в 200 рублей), то я почувствовал себя Рокфеллером. Но потом в эти прибыльные операции влезли бандиты, и мне не захотелось иметь с ними дело.

Я снова вернулся к «вентиляторству». Пробыв им еще полгода и практически исчерпав свои финансовые ресурсы (только однажды мне удалось продать две видеодвойки одному богатому корейцу из колхоза-миллионера), я стал метаться в поисках заработка по городу и, о счастье, совершенно случайно наткнулся на одну «контору» (или «фирму»), которая занималась игорным бизнесом. (Хотя в последнее время я стал понимать, что ничего случайного в жизни не происходит). Одним из главных боссов в ней был мой знакомый. И я напросился туда на работу. Таким образом, мне тоже довелось некоторым образом соприкоснуться и даже поработать в системе Большой Игры. Это был поучительный опыт.