Глава 56
Глава 56
Мурсия и сплошная коммерция. Дения с забавными официантками и барменшами. Полицейское сопровождение и укачивающая мостовая в Аликанте. Уличные разговоры о политике. Джакузи Мэрилин
Наша подруга Ирина по делам прилетела из Москвы в Дению, и мы с Джеймсом решили привезти ее к нам в гости, а заодно и ту часть Испании посмотреть. Едем туда на машине, и за Гранадой виды открываются необыкновенные: цепь заснеженных гор, ослепительное солнце и рощицы тополей – их тут высаживают кучками, совсем рядом друг к дружке, и стоят они как прямые тонкие свечки с золотыми огоньками листьев – на дворе-то уже ноябрь.
На заправке я на минуту выскочила из машины – надо же, насколько тут холоднее, чем у нас на побережье! А отъехали-то мы от него всего километров на двести.
Пообедали мы в баре маленькой деревни недалеко от шоссе. На полу у стойки там поначалу валялись использованные салфетки и куча другого мусора, но, пока мы усаживались и решали, что будем есть, все это быстренько подмели, столы накрыли чистыми белыми листами бумаги, уложили на них приборы – и все сразу стало чинным и пристойным. И еда оказалась отличной…
А вскоре после обеда мы очутились в провинции Мурсия. Вот где я ни за что не хотела бы жить! Плоская долина в окружении гор, химические заводы, нескончаемые теплицы и поля овощей. И даже на рощи апельсиновых деревьев с их чудным запахом и цветами накинуты безобразные сетки. Сплошная коммерция, и никакого романтизма деревенской жизни…
В Дению мы прирулили под вечер и поселились в гостинице, местном центре гольфа и гольфистов. В темноте ничего особо разглядеть не удалось, но, когда на следующее утро мы с Ириной сели заниматься йогой на балконе с видом на поле с ухоженной травкой, оказалось, что место это очень даже симпатичное.
Днем мы гуляли по Дении, а потом остановились в баре чего-нибудь выпить, и толстушка за барной стойкой выдала мне мой сок с огромным кусищем льда. Я расстроилась, потому что не люблю напитки со льдом, а она поняла, в чем дело, и просто-напросто подставила мне свою ладошку, и я туда этот кусок льда положила. А в другом баре в тот же день (подруга-то наша в отпуске, ну вы понимаете) Джеймс принялся жаловаться нам на барменшу: мол, и неприветливая она, и по-английски ничего не понимает. А была она молодой, симпатичной и уверенной в себе. Вежливостью, правда, действительно не отличалась. Зато, когда ей надоело дожидаться Джеймса, чтобы он сам забрал порцию еды со стойки, она просто засунула пальцы в рот и залихватски свистнула на всю округу. И он к ней сразу же побежал как миленький, а весь бар покатился со смеху. И в следующий раз, когда еще одна порция еды была готова, все принялись изображать свист – для непонятливого англичанина. И Джеймс был вынужден признать за барменшей отличное чувство юмора.
Там он, кстати, попробовал ужасную закуску, “пататас али-оли”, – холодную вареную картошку с майонезом и крупно порезанным чесноком. А паштет из мидий оказался очень даже ничего…
На следующий день мы втроем отчалили в Аликанте, где нам ну никак не удавалось найти парковку. Я тогда, пока мы все стояли на светофоре, высунулась из окна машины и спросила у полицейского на мотоцикле, где бы нам припарковаться. Он улыбнулся и говорит: “Следуйте за мной!” И мы в почетном полицейском сопровождении поехали на стоянку. А под конец он нам отсалютовал и с рыком мотора усвистел дальше.
Из всех достопримечательностей в Аликанте мне больше всего запомнилась “волнистая” мостовая на аллее пальм: если все время смотреть себе под ноги, ее узор начинает “укачивать”, – так и до морской болезни недалеко.
И еще у нас там была забавная встреча. Мы не могли найти проход к лифту, чтобы подняться в крепость на горе, и я попросила помощи у какого-то старикана. Он тогда не просто показал нам дорогу, но и отправился нас провожать и по пути прочитал целую лекцию о том, что из всей этой затеи Евросоюза ничего не получится, – просто потому, что, по его мнению, для этого у всех должен быть один язык. Забавная такая беседа на улице с незнакомцами, если учесть, что они и сами-то едва говорят по-испански…
А по дороге домой в Эстепону мы решили навестить нашу общую подругу Мэрилин. Она, хоть и канадка, живет в Испании давным-давно и обустроилась совсем неплохо: на первом этаже дома у нее терраса, а сразу за ней начинается сад с цветущими деревьями лимонов, бугенвиллеей и другими красотами. Посреди сада с видом на горы и море стоит джакузи, и Мэрилин всегда радушно приглашает своих гостей в этом джакузи посидеть. Мы охотно в него залезли – отдохнуть после долгой дороги и выпить по бокальчику вина. А Мэрилин хлопотала вокруг и была нам ужасно рада, особенно Ирине, потому что они не видели друг дружку несколько лет.
Более 800 000 книг и аудиокниг! 📚
Получи 2 месяца Литрес Подписки в подарок и наслаждайся неограниченным чтением
ПОЛУЧИТЬ ПОДАРОКДанный текст является ознакомительным фрагментом.
Читайте также
Глава XXV
Глава XXV Сихем. – Могила Иосифа. – Колодец Иакова. – Силом. – Лестница Иакова. – Рама, Бероф, могила Самуила, Бейрский источник. – В стенах Иерусалима. Узкое ущелье, где расположен Наблус, или Сихем, прекрасно возделано, и почва здесь черноземная и необыкновенно
Глава XXX
Глава XXX Корабль – наш дом родной. – Джек и его наряд. – Отцовское напутствие. – Египет. – В Александрии. – На улицах Каира. – Отель «Приют пастуха». – Мы отправляемся к пирамидам. Какое счастье снова оказаться в море! Какое облегчение сбросить груз всех забот – не
Глава 1
Глава 1 Занзибар, 28 января 1866 г. После двадцатитрехдневного перехода мы прибыли из Бомбея к острову Занзибар на корабле «Туле», подаренном правительством Бомбея занзибарскому султану. Мне дали почетное поручение вручить подарок. Губернатор Бомбея хотел показать этим,
Глава 2
Глава 2 1 мая 1866 г. Мы идем теперь по сравнительно безлесной местности и можем продвигаться без непрестанной рубки и расчистки. Прекрасно, когда можно обозревать окружающую природу, хотя почти все вокруг кажется покрытым массами тенистой листвы, большей частью
Глава 3
Глава 3 19 июня 1866 г. Прошли мимо мертвой женщины, привязанной за шею к дереву. Местные жители объяснили мне, что она была не в состоянии поспевать за другими рабами партии и хозяин решил так с ней поступить, чтобы она не стала собственностью какого-нибудь другого владельца,
Глава 5. Глава внешнеполитического ведомства
Глава 5. Глава внешнеполитического ведомства Утрата гитлеровской Германией ее завоеваний стало следствием не только поражений на полях сражений ее войск, отставания в области вооружений и банкротства ее расистской идеологии, на основе которой были предприняты попытки
Глава 23. Глава кровавая, но бескровная, или суета вокруг дивана
Глава 23. Глава кровавая, но бескровная, или суета вокруг дивана Комиссия МВД обследовала также подземный кабинет Гитлера, а кроме того, все помещения по пути из кабинета к запасному выходу из фюрербункера.Сразу же отметим несоответствия в исходящей от Линге информации: в
Глава 15
Глава 15 «Издевательство над чужими страданиями не должно быть прощаемо». А.П. Чехов В нашей камере новый обитатель — молодой китаец. Я попросил потесниться и дать ему место на нарах. Он явно изумлен. Из разговора с ним (а он довольно сносно объясняется по-русски) я понял,
Глава 16
Глава 16 «Выдержите и останьтесь сильными для будущих времен». Вергилий Прежде чем перейти к моим путешествиям по этапу, т.е. из одного пересыльного лагеря в другой, я кратко расскажу, как по недоразумению попал на этот этаж тюрьмы, где были одиночки-камеры для осужденных
Глава 17
Глава 17 «Самая жестокая тирания — та, которая выступает под сенью законности и под флагом справедливости». Монтескье Не помню, в апреле или начале мая меня с вещами вызвали на этап. Точно сказать, когда это было я затрудняюсь. В тюрьме время тянется медленно, но серые
Глава 18
Глава 18 «Истинное мужество обнаруживается во время бедствия». Ф. Вольтер Вероятно, тюремная камера, несправедливость «самого справедливого суда» в Советском Союзе, понимание безнадежности своего положения — все это как-то ожесточило меня, я мысленно простился с
Глава 19
Глава 19 «Рожденные в года глухие Пути не помнят своего. Мы — дети страшных лет России — Забыть не в силах ничего». А. Блок Нас провели через боковые вокзальные ворота на привокзальную площадь. Здесь нас ждали уже «воронки», небольшие черные автомобили с закрытым
Глава 20
Глава 20 Ты смутно веришь этой вести, Что вероломно предана любовь. Узрел… бушует чувство мести — За оскорбленье льется кровь. М.Т. Орлан служил в одном из гарнизонов Дальневосточной Красной армии. Вполне возможно, что и в том, где служил я. Он и его жена, которую он горячо
Глава 21
Глава 21 «Помнишь ли ты нас, Русь святая, наша мать, Иль тебе, родимая, не велят и вспоминать?» Федор Вадковский. «Желания» Время от времени нас по ночам выгоняли из барака для «шмона», Так на воровском жаргоне называют обыск. Нас выстраивают рядами, у наших ног лежат
Глава 22
Глава 22 «Сострадания достоин также тот, кто в дни скитанья, С милой родиной расставшись, обречен на увяданье». Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре» Дни бежали, а мы ждали этапирования и, конечно, на Колыму. Я уже не помню всех рассказов и воспоминаний моих коллег по
Глава 33
Глава 33 «Отечество наше страдает Под игом твоим, о злодей!» П.А. Катенин Лежа на верхних нарах в этой «слабосилке» и наслаждаясь теплом, когда, как мне казалось, каждая молекула моего тела с жадностью впитывала нагретый воздух, я предавался своим мыслям. Ничто не