Таинственный посох

Таинственный посох

У меня до сих порне было никаких подробных данных о путешествии Теодора Морде через джунгли, и иногда я невольно задумывался, не выдумал ли он его. Тогда я начал обзванивать еще живых родственников Морде в надежде пролить свет на загадки его жизни в качестве исследователя и шпиона, а также на обстоятельства экспедиции в гондурасские джунгли. Через некоторое время мне удалось побеседовать по телефону с двумя его племянницами и внуком. Все они в один голос советовали мне обратиться к проживающему в Северной Каролине племяннику Теодора Дейву Морде.

До этого момента я не задумывал никаких специальных исследовательских поездок, но после разговора с Дейвом быстро изменил планы. «У меня есть кое-какие документы, которые могут помочь вам в поисках, – сказал он мне по телефону. – Целая гора его записок и прочих бумаг. Почему бы вам не приехать ко мне в гости?»

Воодушевившись вероятностью гигантского прорыва в расследовании истории Морде, я ответил, что буду у него уже в течение ближайшей недели.

Я вылетел в Северную Каролину, и Дейв встретил меня в аэропорту Роли на своем пикапе «Тойота» цвета свежей грязи. Дейву, бывшему авиадиспетчеру, было 70 лет. На бампер его пикапа был наклеен стикер с вопросом: «Есть ли жизнь до первой чашки кофе?» По пути к нему домой он сказал мне: «Дядя Тед был нашим Индианой Джонсом».

Дейв с женой Дайаной живут в зеленом пригороде в большом фермерском доме. Там царит уют, полы застелены коврами, в комнатах – мягкая мебель и фотографии улыбающихся внуков и внучек. Мы с Дейвом сразу отправились в расположенный в подвале кабинет, где он, включив настольную лампу, открыл коробку и вытащил из нее стопку путевых журналов, топографических карт, газетных вырезок и дневников. Все документы были изрядно потрепаны временем, многие, протершиеся на сгибах, прихвачены ленточками прозрачного скотча. Был там и дневник, в котором детально описывалось путешествие Теодора Морде через гондурасские джунгли к потерянному городу. «Семейные тайны», – с улыбкой произнес Дейв. До меня эти бумаги не видел почти никто. Пожелтевшие, хрупкие и обтрепанные по краям страницы грозили рассыпаться у меня в руках. «Поверить в это не могу», – выдохнул я.

Проходил час за часом, а мы никак не могли оторваться от дневника. Каждый раз, когда Дейв переворачивал страницу, я чувствовал затхлый запах плесени, от которого у меня щекотало в носу. В дневниках подробно описывалось все путешествие Морде в дикие дебри Гондураса, и я живо представлял себе, как он ведет записи в лодке, плывущей по реке Патука, остановившись на ночевку в деревне индейцев или взирая с холма на долину, где скрывается Ciudad Blanca.

Впрочем, в этих бумагах не было самого главного – в них не говорилось о том, где конкретно находится город. Но намеки все-таки присутствовали… в одной записи Морде отметил, что руины, окруженные высокими полуразрушенными и сплошь покрытыми дикой растительностью стенами расположены «между реками Вампу и Платано».

«Тед был очень скрытным человеком, – сказал Дейв в ответ на мой вопрос, как он сам считает: правду ли говорил его дядя о городе или это всего лишь какая-то грандиозная афера. – Вы же знаете, он был самый настоящий шпион».

Чуть позже Дайана принесла нам сандвичи с яичным салатом и большой поднос изумительно вкусного шоколадного печенья. Когда мы закончили трапезу, Дейв вытащил из коробки выцветший лист бумаги размером с университетский диплом и протянул его мне. Это было свидетельство о смерти его дядюшки.

Морде умер летом 1954 года. В свидетельстве о смерти, как и в прессе, было написано, что он покончил с собой, повесившись у себя дома, но у Дейва и других родственников на этот счет были серьезные сомнения. «У него хватало могущественных врагов, – сказал мне Дейв, – поэтому я склоняюсь к мысли, что его просто убрали».

В его взгляде мелькнула глубокая печаль. В момент смерти дяди ему было всего 13 лет, но я видел, что боль этой потери не отпускает Дейва до сих пор.

«Вы думаете, его кто-то убил?» – спросил я.

Дейв предполагал, что поводом для ликвидации Морде могла послужить его деятельность в качестве американского шпиона на Ближнем Востоке. Возможно, его смерть как-то связана с тем, что он знал о Белом Городе… это могли быть духи джунглей, о которых говорил Вудман. Позднее я узнаю, что подобные подозрения есть и у других родственников Морде, а также не раз встречусь со слухами о его убийстве в Интернете. В частности, согласно одной из сетевых теорий заговора, он вообще погиб в Лондоне. Его якобы преднамеренно сбила машина как раз в тот момент, когда он начал планировать повторную экспедицию в потерянный город. Порой у меня создавалось впечатление, что настоящего Морде почти невозможно рассмотреть за завесой Морде мифического. Достоверно известно было лишь одно: после того как он покинул джунгли и отправился на войну, в его жизни произошли какие-то кардинальные и необратимые изменения. Казалось, он начал задаваться вопросом, что дали ему все эти долгие, потраченные на путешествия и приключения годы. Дейв предположил, что, разгадав тайну потерянного города, я смогу разгадать и тайну жизни и смерти самого Теодора Морде.

У меня начали возникать подозрения, что я совсем не представляю себе, во что ввязываюсь.

Наконец, Дейв заявил, что у него есть еще одна штуковина, которую мне необходимо увидеть. Он поднялся наверх и вернулся обратно с кривым и сучковатым куском деревянного посоха.

«Вот эта вещь», – сказал он.

Я взял деревяшку и повертел ее в руках.

«Это часть его походного посоха», – пояснил Дейв. Поверхность почернела в тех местах, где Морде, наверно, сжимал его в своих потных ладонях, продираясь через непролазные джунгли. На одном гладком участке дерева стоял штамп с надписью «Третья гондурасская экспедиция». Но Дейв хранил этот артефакт не только как память о дяде, в нем была и практическая ценность. С каждой из четырех сторон по всей длине посоха тянулись вырезанные ножом и закрашенные чернилами последовательности координат. Казалось, Морде записывал путь к какому-то очень важному месту.Комбинации выглядели, например, так: СВ 300; В 100; С 250; ЮВ 300.

Я принялся гадать, не приведут ли меня эти цифры к самому сердцу тайны.

«Вы думаете, – спросил я Дейва, – здесь указана дорога к потерянному городу?» Да, он думал, что так оно и есть.

Я должен был в этом убедиться.