ОЧЕРК ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТЫЙ

ОЧЕРК ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТЫЙ

Присоединение к СССР Западной Украины и Западной Белоруссии. Положение евреев на территориях‚ занятых Советским Союзом‚ и в немецкой зоне оккупации Польши

1

По окончании Первой мировой войны образовалось в Европе независимое государство – республика Польша; треть ее населения составляли украинцы‚ белорусы‚ немцы‚ а также евреи‚ количество которых приближалось к трем миллионам. На мирной конференции в Париже Польша – совместно с другими странами – подписала договор о правах национальных меньшинств‚ а потому польская конституция 1921 года гарантировала евреям право на национальную школу‚ признавала субботу выходным днем для еврейского населения страны‚ запрещала любые формы дискриминации по расовым‚ религиозным и национальным признакам. Конституция провозгласила право каждого народа‚ живущего в Польше‚ следовать своим национальным традициям‚ однако на деле всё было иначе‚ представители польской власти ущемляли права национальных меньшинств‚ в том числе и еврейского населения.

Польские евреи жили в основном в городах и местечках – мелкие торговцы‚ ремесленники‚ владельцы и рабочие небольших предприятий швейной‚ пищевой‚ кожевенной‚ металлообрабатывающей промышленности; они занимались также сельских хозяйством‚ а в крупных городах были евреи-адвокаты‚ журналисты‚ врачи. Правительство национализировало многие отрасли промышленности‚ ввело государственную монополию на продажу табака‚ спичек‚ соли и спиртных напитков‚ поддерживало торговые и ремесленные кооперативы для поляков‚ предоставляя им кредиты и налоговые льготы‚ и оттого доля евреев в экономике страны резко сократилась‚ евреи-ремесленники‚ мелкие торговцы и предприниматели теряли заработки и уходили в большие города‚ где сталкивались с конкуренцией польских купцов и ремесленников. В 1929 году разразился всемирный экономический кризис‚ в результате которого количество безработных евреев оказалось почти в два раза больше‚ чем у представителей других национальностей.

Сионистское движение в Польше состояло из разных групп и направлений‚ одни из которых критически относились к коммунистическим идеям‚ а другие придерживались марксистской идеологии; более половины евреев–депутатов Сейма состояли членами сионистских партий. Еврейская социал-демократическая партия Бунд занималась профессиональной организацией еврейских рабочих; объединение "Агудат Исраэль" пользовалось поддержкой большинства ортодоксальных евреев; евреи участвовали в работе демократических партий страны‚ были они и среди коммунистов‚ существовали молодежные еврейские организации‚ а также Союз евреев – участников борьбы за независимость Польши. Ассимилированные евреи объединялись в Союз поляков иудейского вероисповедания‚ призывая "к слиянию с польским народом"‚ а юдофобы заявляли в ответ‚ что считают для себя оскорбительным с ними "сливаться".

После прихода Гитлера к власти возросли в Польше антисемитские настроения‚ провозгласили лозунг "Польша для поляков!"‚ представители радикальной партии требовали изгнания евреев из страны‚ а более умеренные предлагали создать для них такие условия‚ чтобы евреи ушли добровольно. Работал Комитет по содействию эмиграции евреев из Польши; пытались добиться согласия Великобритании на переселение в Палестину‚ послали даже комиссию на остров Мадагаскар у восточного побережья Африки‚ чтобы проверить‚ нельзя ли переселить туда миллион "лишних евреев".

В стране существовала негласно процентная норма для еврейского населения при поступлении в учебные заведения. Над студентами-евреями всячески издевались‚ в университетских аудиториях устанавливали особые "еврейские скамьи"‚ чтобы христиане не сидели рядом с евреями‚ – окончивших университеты почти не принимали на государственную службу‚ ограничивали в школах прием учителей-евреев. Экономическое положение еврейского населения непрерывно ухудшалось‚ безработица и нищета возрастали; многим приходилось заниматься уличной торговлей‚ среди них – людям с высшим образованием‚ которым не нашлось работы по специальности. Дети приходили в классы голодными‚ а в зимние месяцы многие не посещали школы‚ потому что не было обуви.

В 1932 году избивали евреев на улицах Львова‚ в 1935 году – в Гродно; погромная волна усиливалась из года в год‚ власти запретили употреблять в газетах слово "погром"‚ ввели взамен новое понятие – "происшествие"‚ однако все прекрасно понимали‚ что это означает. В 1936 году лишь в Белостокском воеводстве насчитали 348 "происшествий"; кровавые погромы прошли в Бресте и Ченстохове; молодежь создавала группы самообороны‚ охраняя еврейские районы городов и местечек. Из заявления евреев–депутатов Сейма: "Мы находимся в разгаре беспримерной неравной борьбы. Нет безопасности для жизни‚ здоровья и имущества еврейского населения‚ нет для нас даже права на самозащиту. Экономический бойкот‚ осуществляемый грубейшим способом‚ доводит еврейское население до полного разорения..."

С первых лет существования независимой Польши евреи стремились уехать в другие страны и десятки тысяч польских евреев приехали в Эрец Исраэль в 1920-х годах. Затем англичане ввели ограничения на въезд; в другие страны тоже было невозможно попасть – в 1939 году‚ к началу Второй мировой войны‚ еврейское население Польши составило 3‚3 миллиона человек.

В. Жаботинский (1938 год): "Я обращаюсь к вам‚ евреи Польши‚ украшение еврейства всего мира! Я продолжаю предупреждать вас‚ что надвигается несчастье... Слушайте меня в этот час‚ час двенадцатый! Именем Всевышнего – спасайтесь‚ пока не поздно‚ ибо времени осталось мало!"

2

Интерес к Советскому Союзу был огромен среди польского‚ украинского‚ белорусского и еврейского населения Польши – одни опасались восточного соседа‚ другие на него надеялись.

Из воспоминаний о Польше предвоенных времен: "Бог знает‚ что представляли себе под коммунизмом несчастные мечтатели польского гетто... В день смерти Ленина‚ в январе‚ где-нибудь поперек улицы появлялся на телеграфных проводах красный флаг‚ и еврейские молодые люди били стекла в еврейских же магазинах на Пиотроковской. Радикальная интеллигенция зачитывалась стихами Броневского о "печах Магнитогорска". В варшавских театриках декламировали под гром аплодисментов "Гренаду" Светлова... Не было такого года и месяца‚ чтобы через границу не переходили нелегально перебежчики‚ люди‚ не желавшие оставаться в капиталистической Польше и стремившиеся в обетованную землю‚ "родину всех трудящихся"‚ в поисках справедливости и свободы... Это были маленькие люди‚ анонимы‚ опилки‚ как магнитом притянутые мечтой о лучшем мире... Мы ничего не знаем о дальнейшей судьбе этих людей. Почему ни один из них не дал о себе знать?.."

В сентябре 1939 года Красная армия заняла восточные районы Польши – Западную Украину и Западную Белоруссию. Через месяц там прошли выборы в Народные собрания‚ которые приняли резолюции о национализации промышленных предприятий‚ банков‚ транспорта‚ помещичьих и монастырских земель и ходатайствовали о принятии в состав республик Советского Союза. Верховный Совет СССР удовлетворил просьбу: районы с преобладающим украинским населением вошли в Украинскую ССР‚ а населенные в основном белорусами – в Белорусскую ССР. На присоединенных территориях находилось более 11 миллионов украинцев‚ белорусов‚ поляков‚ представителей других народов‚ в том числе и 1‚3 миллиона евреев‚ к которым добавилось не менее 200 000 евреев-беженцев‚ сумевших уйти из зоны немецкого правления.

Евреи присоединенных земель встретили установление советской власти со смешанными чувствами. Владельцы торговых и промышленных предприятий опасались за свою судьбу. Беднота надеялась на прекращение безработицы и улучшение условий жизни. Интеллигенция ожидала устранения социальной и национальной несправедливости и борьбы с антисемитизмом. Беженцы из Генерал-губернаторства рассказывали о бесчеловечном отношении нацистов к еврейскому населению; установившаяся советская власть провозглашала равенство и дружбу народов‚ ее первые шаги порождали иллюзии и вызывали симпатии у еврейского населения. Со страниц газет исчезли антисемитские статьи. Отпали ограничения при поступлении на работу и в институты‚ а потому возросло количество евреев–студентов и государственных служащих. Многодетные семьи – в том числе и еврейские – переселялись в реквизированные квартиры. Евреи получили равные со всеми политические права‚ однако на выборах в Верховный Совет СССР в марте 1940 года среди депутатов от Западной Украины и Западной Белоруссии не оказалось ни одного еврея.

Польские евреи – в отличие от советских – вели традиционный образ жизни‚ особенно в малых городах и местечках. Партийные и государственные работники‚ присланные из СССР‚ обнаружили там синагоги‚ переполненные молящимися‚ хедеры и иешивы со многими учениками‚ дворы цадиков‚ к которым съезжались многочисленные последователи. В еврейских общинах содержали на общественные средства больницы‚ дома сирот‚ инвалидов и престарелых; были объединения еврейских купцов и ремесленников‚ кассы взаимопомощи и беспроцентного кредита; в стране существовала автономная система еврейского образования, школы на идиш и иврите‚ детские сады‚ профессиональные училища; в Варшаве работал Институт еврейских исследований, во Львове – Еврейский педагогический институт и Еврейский народный университет. В Кракове‚ Варшаве, Вильно‚ Львове‚ Лодзи‚ Белостоке ставили спектакли в еврейских театрах‚ устраивали выставки художников‚ концерты еврейской музыки‚ снимали кинофильмы на еврейские темы‚ печатали книги, издавали десятки еврейских газет на идиш и на иврите‚ а также на польском и немецком языках. Пришельцы из Советского Союза столкнулись с сионистами и бундовцами‚ не скрывавшими своих взглядов‚ со сторонниками религиозных объединений‚ а также с "буржуями" разных национальностей – торговцами‚ предпринимателями‚ владельцами ремесленных мастерских‚ о которых в СССР уже забыли.

Представители советской власти обладали немалым опытом подавления национальной‚ культурной и общественной жизни‚ который они применили на практике на вновь присоединенных территориях. Закрыли газеты и журналы‚ распустили политические партии и общественные организации‚ запретили профессиональные объединения врачей‚ адвокатов‚ учителей‚ торговцев и ремесленников. Провели национализацию банков‚ торговых и промышленных предприятий‚ а также ремесленных мастерских и лавочек‚ хозяева которых оказались безо всяких средств к существованию. Закрыли хедеры и иешивы‚ арестовали многих "служителей культа"‚ запретили продажу молитвенников‚ обязали евреев работать в субботние и праздничные дни. Ликвидировали прежнюю систему еврейского образования‚ иврит объявили "языком контрреволюции"‚ школы с преподаванием на идиш перевели на советские учебные программы‚ отменив изучение еврейской истории и традиций народа; учеников обязали вступать в пионеры‚ повязывать красные галстуки‚ посещать занятия по субботам.

Жизнь менялась стремительно‚ менялся облик городов и поселков: новые вывески на учреждениях‚ обилие плакатов и транспарантов с коммунистическими призывами‚ портреты Сталина и памятники Ленина‚ улицы Советская‚ Колхозная‚ Красноармейская. Взамен прежних "отцов города" появились кадровые работники‚ которые внедряли иной образ жизни партийной и административной номенклатуры‚ иной стиль руководства. Разросся управленческий аппарат в учреждениях. Снизилась производительность труда на фабриках и заводах. Ухудшилось качество выпускаемой продукции и появились обязательные стенгазеты с критикой и самокритикой. Непременной принадлежностью каждого города‚ поселка или местечка стали громкоговорители‚ установленные на столбах‚ которые – по описаниям очевидца – "не переставали изрыгать с утра до вечера (а иногда с утра до утра) речи‚ музыку‚ статьи‚ песни‚ новости‚ объявления‚ призывы... заверяя граждан‚ что они живут хорошо и счастливо".

По радио звучали теперь незнакомые мелодии‚ в кинотеатрах показывали фильмы советского производства с положительными и отрицательными героями‚ на собраниях говорили непривычные речи с непременной здравицей в честь "великого вождя и учителя" – ко всему этому надо было привыкнуть‚ приспособиться‚ продолжить жизнь в иных условиях.

Из "народных" песен на идиш:

3

После присоединения Западной Украины и Западной Белоруссии сразу же начались аресты среди местного населения. Отправляли в Сибирь‚ на Урал‚ в Среднюю Азию бывших польских офицеров и государственных чиновников‚ депутатов Сейма‚ промышленников и банкиров‚ священников‚ монахов и монашек‚ сионистов‚ бундовцев‚ активистов религиозных партий "Агудат Исраэль" и "Мизрахи"‚ членов организации "Бней Брит"‚ "неблагонадежных" социалистов и коммунистов. В число репрессированных попали и активные евреи-ассимиляторы‚ так как любая общественная деятельность‚ не одобренная властями‚ считалась "контрреволюционной".

Польские исследователи утверждали‚ что "в 1940–1941 годах большевики депортировали из Восточной Польши более миллиона человек‚ направляя их частично в лагеря‚ а частично – на поселение... Около тридцати процентов из числа депортированных составляли евреи... которых считали классово чуждым элементом" (по советским официальным данным‚ к июню 1941 года депортировали из Польши в СССР полмиллиона человек).

Из воспоминаний заключенного: "Польские солдаты и офицеры стали нашими соседями по нарам. Их везли к нам в эшелонах – в военной форме и без формы. Непривычные к тяжелой работе и морозам‚ они умирали от истощения‚ не в силах заработать пайку. Среди них были замечательные люди. Недалеко от меня на нарах лежал знаменитый польский летчик..." В 1940 году примерно 15 000 польских военнослужащих – офицеров‚ военных врачей, армейских священников, полицейских – были расстреляны без суда возле Смоленска‚ Харькова и Калинина. Уничтожили, по-видимому, тех, кто в будущем мог возглавить борьбу за восстановление независимой Польши, – среди погибших оказалось около 700 евреев‚ в том числе главный военный раввин польской армии майор Б. Штайнберг.

В 1943 году немцы поведали миру‚ что германские оккупационные власти обнаружили в Катынском лесу неподалеку от Смоленска массовое захоронение казненных – более 4000 человек в польской военной форме; у убитых нашли письма и дневники‚ даты в которых заканчивались апрелем 1940 года. Советская пропаганда назвала это "гнусными измышлениями Геббельса"; после освобождения Смоленска специальная государственная комиссия из Москвы "установила"‚ что польских офицеров уничтожили немцы; эту версию советские власти отстаивали до 1990 года‚ пока, наконец, не признались в совершенном преступлении.

В Катыни возле Смоленска и в Медном неподалеку от Калинина открыли мемориальные кладбища; польский католический архиепископ сказал в своей проповеди: "Нельзя обвинять российский народ в катынской трагедии. Этот народ так же‚ как и мы‚ был угнетен‚ так же‚ как и мы‚ страдал от системы насилия".

В июне 1941 года на присоединенных территориях прошли массовые аресты "антисоветских буржуазных элементов"‚ а также беженцев из Генерал-губернаторства‚ не пожелавших принять советское гражданство; одних приговаривали к заключению в лагерях‚ других отправляли на спецпоселение в отдаленные районы страны под наблюдение работников НКВД. Высылаемым позволяли брать с собой лишь ручную кладь‚ их перевозили в товарных вагонах‚ условия в дороге и на местах были ужасными‚ первыми умирали старики и дети.

Летом 1941 года‚ к началу войны с Германией‚ в тюрьмах приграничных городов скопилось большое количество арестованных. Их не смогли эвакуировать из-за отсутствия транспорта‚ а потому перед приходом немецких войск расстреляли многих заключенных‚ среди которых были и евреи.

4

Действия‚ невозможные в мирное время‚ стали возможными во время войны‚ когда нацисты уже пренебрегали общественным мнением в других странах. Железнодорожные составы везли на восток немецких солдат‚ на вагонах красовалась надпись: "Мы едем в Польшу бить евреев!"

После захвата польских земель начались расправы над беззащитным еврейским населением: разрушали синагоги, устраивали в них немецкие казармы и конюшни‚ жгли свитки Торы и книги Талмуда‚ издевались над верующими евреями – одним брили головы тупыми бритвами‚ другим обрезали бороды. Проводили облавы на улицах и отправляли евреев на принудительные работы на шахтах и заводах‚ использовали их при прокладке дорог и осушении болот‚ на строительстве приграничных укреплений‚ – голод‚ болезни‚ невыносимые условия труда приводили к повышенной смертности. Национализировали еврейские предприятия и мастерские‚ конфисковали деньги из касс благотворительных организаций и заставили общины выплатить огромную контрибуцию‚ распустили еврейские партии‚ общества и союзы‚ запретили открывать еврейские учебные заведения. Врачи-евреи не имели права лечить пациентов-христиан, резникам не позволяли умерщвлять животных по еврейским законам‚ лишив население кашерного мяса; польские евреи не могли теперь получать пенсию‚ менять место жительства‚ ездить на поездах и городском транспорте; им не позволяли посещать библиотеки‚ а их детям – польские школы, они не могли ходить по тротуарам и появляться на улицах с девяти часов вечера до пяти часов утра.

Затем в городах появились гетто‚ куда свозили евреев из разных мест и где их заставили носить отличительный знак на одежде – шестиконечную звезду. В гетто Лодзи собрали более 150 000 евреев‚ в гетто Варшавы – около полумиллиона‚ загнав людей в малое огороженное пространство. Голод‚ ужасающая теснота‚ антисанитарные условия вызывали эпидемии‚ и смертность была очень высокой.

Из записей узника варшавского гетто: "Квартал города был обнесен колючей проволокой‚ и за счет еврейской общины построили высокие стены... Дверь в жизнь захлопнулась за нами... Время от времени по гетто проезжают автобусы‚ из которых выглядывают лица любопытствующих. "Сила через радость" (туристско-спортивное нацистское общество) – для них это экскурсия в зоологический сад. Должно быть‚ Геббельс хочет показать‚ что означает власть и как нужно презирать людей чужой расы. Жалкие нищие уже едва напоминают человеческие существа... Однажды я спросил маленькую девочку: "Кем бы ты хотела быть?" Она ответила: "Собакой – ведь часовые их так любят"…" Раввин И. Ниссельбаум‚ погибший в варшавском гетто‚ говорил в те дни: "Когда враги покушались на наши души‚ евреи жертвовали собой‚ чтобы не осквернить имя Всевышнего (Кидуш га-Шем). Сейчас враги требуют наши тела‚ и мы обязаны защищаться‚ чтобы сохранить святость жизни (Кидуш га-хаим)".

С. Боровой‚ советский историк (беседа с профессором-евреем): "Когда я поделился с ним своей тревогой и болью по случаю поражения стран – тогдашних врагов Гитлера‚ он с удивлением сказал: какая разница между ними? И те и другие империалисты! На мою реплику‚ что есть отличие хотя бы в том‚ что одни сажают евреев в гетто... мой собеседник с упреком и удивлением сказал: "Нельзя подходить с такой узкой позиции к такому вопросу".

Из свидетельства польского еврея (1939 год):

"Лодзь взяли немцы... Сожгли главную синагогу‚ гордость общины. Когда пожар еще бушевал‚ я случайно проходил по бульвару Костюшко. Пожарники и польская полиция разгоняли любопытных и следили за тем‚ чтобы пожар не тушили... Солдаты издевались на улице над стариками-евреями. Среди них был служка синагоги портных. Его заставили расстелить на мостовой свиток Торы‚ а другим евреям приказали мочиться на пергамент. Тех‚ кто отказывался‚ били по голове прикладами... Что ни день – новая беда. То евреи должны немедленно сдать радиоприемники – кто нарушит приказ‚ будет расстрелян. То распоряжение о сдаче мехов – за нарушение расстрел. Евреям запрещено посещать кинотеатры и ходить по тротуарам‚ "предназначенным для людей"...

Немцы заняли Александрув. На следующий день сожгли синагогу и иешиву. Собрали свитки Торы и разложили на Базарной площади костер. Одному из жителей‚ который не успел спрятаться‚ офицер приказал порвать листы Торы перед тем‚ как бросить их в огонь. Жертвой оказался Мотель Гохман. Мотель затряс головой: "Не могу!" Офицер выхватил пистолет и велел ему стать к стене. Мотель увидел направленное на него дуло и закрыл глаза. "Шма, Исраэль"‚ – сказал он громко... Сильные руки бросили его плашмя‚ на спину обрушилась плеть... сознание его помутилось. Придя в себя и обнаружив‚ что он в еврейском доме‚ Мотель прежде всего спросил: "Это правда‚ что я не порвал листы Торы? "..."

***

Жил в Кракове Мордехай Гебиртиг‚ плотник по профессии‚ который сочинял песни во время работы. Он не получил музыкального образования‚ не знал даже нот‚ но была у его песен одна особенность‚ которая делала их народными: не успевал он пропеть новую‚ только что сочиненную песню‚ как ее тут же подхватывали соседи, а уличные певцы уносили ее в другие города. Он был уже известным‚ Мордехай Гебиртиг‚ уже вышел сборник его песен‚ которые исполняли в театрах и концертных залах‚ но всё так же он работал в мастерской и пел свои песни.

В 1938 году случился жестокий погром в польском городке Пшитыке‚ горели еврейские дома‚ были убитые и раненые‚ а Гебиртиг сочинил об этом песню – предупреждение евреям Польши:

 Горит‚ братья‚ горит!

Ой‚ бедный городок горит!

А вы стоите со сложенными руками‚

А вы стоите и глядите‚

Как наш городок горит...

Горит‚ братья‚ горит!..

В 1939 году немецкие войска вошли в Краков. Гебиртиг жил в гетто‚ писал песни надежды, тоски и отмщения; в 1942 году его отправили в лагерь смерти‚ и он исчез. Нет могилы. Нет камня надгробного. Остались лишь песни‚ которые поют по сей день. Осталось беспокойство народного певца и его предостережение будущим поколениям:

Горит‚ братья‚ горит!

Ой‚ бедный городок сгорит!..