Глава вторая ДОМАШНИЕ КРАЖИ, КРАЖИ В ЛАВКАХ, КОФЕЙНЯХ, РЕСТОРАЦИЯХ И ПРОЧ.

Глава вторая

ДОМАШНИЕ КРАЖИ, КРАЖИ В ЛАВКАХ, КОФЕЙНЯХ, РЕСТОРАЦИЯХ И ПРОЧ.

Эти кражи ужасны, потому что их совершают люди, которым мы доверяем; уберечься от них трудно; потому и афоризмы наши будут немногочисленны. Нам остается лишь привести самые прославленные примеры.

1

Почтенные особы, которые, по прискорбному недостатку средств, вынуждены нанимать исключительно кухарок, должны, ради собственной безопасности, неустанно печься об их нравственности.

Большая часть домашних краж совершается во имя любви.

Любовник способен вдохновить кухарку на многие подвиги.

Вы знаете свою кухарку, но не знаете ее любовника.

Вы не имеете права запретить вашей кухарке иметь любовника, ибо:

1) любовники от кухарок независимы;

2) если ваша кухарка собирается выйти замуж, естественное право на ее стороне;

3) она всегда убедит вас, что завела любовника из самых лучших побуждений.

Итак, любовники и кухарки суть бедствия неотменяемые и нерасторжимые.

2

Обойдите все лотерейные конторы вашего квартала и выясните, покупают ли ваши слуги лотерейные билеты, и если покупают, то на какую сумму; весь вопрос в том, ограничиваются ли они своим жалованьем.

3

Ваши лошади всегда будут иметь вдоволь воды; овес — другое дело.

Проверить, что на самом деле происходит в конюшне, — задача не из легких.

4

Если вы сдаете свою квартиру, люди потянутся к вам косяком; не оставляйте ничего без присмотра.

5

Требовать, чтобы повар или кухарка, закупая провизию, не удерживали в свою пользу часть выданных им денег, — чистое безумие.

Вас обворуют больше или меньше, вот и вся премудрость.

6

Ваша горничная непременно будет щеголять в ваших платьях, ваш лакей будет примерять ваши фраки и снашивать ваше белье.

Отъезд в загородное поместье — превосходный предлог для того, чтобы избавиться от докучных посетителей, но он сулит вам немало бедствий.

Не успеете вы уехать, как челядь возьмется за дело: если у вас есть рог, трубить в него будет ваш камердинер; ваш ключник спустится в погреб за вином, лакей отправится на прогулку в вашем тильбюри вместе с горничной, которая без зазрения совести накинет на плечи хозяйскую кашемировую шаль; одним словом, в доме начнутся настоящие сатурналии.

7

Бойтесь полумер: либо доверяйте слугам во всем, либо не доверяйте ни в чем.

8

Кухарка, у которой любовник всего один, — женщина благонравная; остается выяснить, кто таков этот любовник, на что он живет, каковы его вкусы и пристрастия.

Если ваша домашняя полиция действует расторопно, вы не рискуете быть зарезанным.

9

Менялам непременно стоит обнести свою конторку прочной решеткой. Мы не раз восхищались отвагой ювелиров, которым защитой служит одно лишь стекло, а между тем они лучше, чем кто бы то ни было, знают цену брильянтам.

10

Искать слуг в конторах по найму — последнее дело; а по газетным объявлениям? — еще хуже.

11

Один умелец наделал ложек из посеребренной меди; каждый день он посещал по нескольку кофеен и везде ловко подменял ложки; этот промысел кормил его очень долго.

Хозяевам кофеен и рестораций на заметку.

12

Парижским розничным торговцам воры грозят больше, чем кому бы то ни было. Боевые действия здесь не прекращаются ни на минуту.

Однажды утром г-на Э…, известного врача, пользующего умалишенных, посетила дама лет сорока, еще моложавая и свежая. Госпожа графиня де*** прибыла к знаменитому доктору в экипаже.

Она приказывает проводить ее прямо в кабинет доктора и, едва сдерживая рыданья, обращает к нему такую речь: «Сударь, перед вами несчастнейшая из женщин. У меня есть сын; он дорог мне так же, как и моему супругу; это наше единственное дитя…»

Из глаз посетительницы рекой текут слезы — горючие слезы, какие Артемисия Галикарнасская проливала над могилой своего супруга Мавсола.

«Такое горе, сударь, такое горе!.. с некоторых пор мы дрожим от страха за нашего сыночка… В его возрасте так легко стать жертвой страстей… Он не знал отказа ни в чем, мы давали ему и деньги, и свободу, но в последнее время стали всерьез опасаться за его разум. Он постоянно толкует о драгоценностях, о брильянтах, которые он то ли продал какой-то женщине, то ли купил у нее; понять невозможно. Мы подозреваем, что он влюбился в женщину, быть может, женщину недостойную, и вошел ради нее в большие долги. Впрочем, сударь, мы с его отцом ничего не знаем наверняка; это только наше предположение.

— Ну что же, сударыня, привезите вашего сына ко мне…

— Конечно, сударь, завтра же в полдень.

— Договорились.»

Доктор провожает даму до кареты: он видит герб, видит лакеев.

Назавтра так называемая графиня отправляется к знаменитому ювелиру, выбирает украшение ценой в тридцать тысяч экю[31], долго торгуется, сомневается и наконец решается его купить.

Она забирает украшение, небрежным движением достает из сумочки кошелек, вынимает оттуда банковские билеты на сумму десять тысяч франков и кладет их на прилавок, но тут же забирает назад и говорит ювелиру: «Лучше пошлите со мной кого-нибудь, у меня нет при себе всей суммы, а дома муж заплатит вашему приказчику».

Ювелир делает знак своему помощнику и тот, радуясь возможности прокатиться в экипаже, отправляется вместе с графиней к господину Э…

Графиня стремительно входит в кабинет доктора, говорит ему: «Оставляю вам моего сына». Потом выходит и говорит приказчику: «Мой муж там, в кабинете, ступайте к нему, он вам заплатит». Юноша входит к доктору, а графиня быстро спускается по лестнице и садится в экипаж; лошади бегут рысью, а затем переходят на галоп.

— Ну-с, молодой человек, — говорит врач, — вы знаете, зачем вас сюда привезли. Расскажите мне, что вы чувствуете?.. Что творится в этом юном сердце?..

— То, что творится в моем сердце, сударь, не имеет ни малейшего отношения к вот этому счету за брильянтовое украшение…

— Эту историю я знаю, — отвечает доктор, тихонько отодвигая от себя счет, — отлично знаю.

— Если вы, сударь, знаете сумму, что вам мешает расплатиться?

— Ладно-ладно! Успокойтесь; скажите лучше, откуда вы взяли эти брильянты? И что с ними сталось?.. Объясните мне все не торопясь, я вас слушаю с величайшим вниманием.

— С вас, сударь, причитается девяносто тысяч франков.

— С какой это стати?

— Что значит с какой стати?! — восклицает молодой приказчик, и в глазах его вспыхивает огонь.

— Вот именно, с какой стати я должен их заплатить?

— Потому что госпожа графиня только что забрала брильянты у нас.

— Опять за свое; да о какой графине речь?

— О вашей жене!.. — И приказчик протягивает доктору счет.

— Должен вам заметить, юноша, что я имею счастье быть врачом и холостяком.

Тут будущий ювелир пришел в ярость, доктор призвал своих слуг, и они схватили приказчика за руки и за ноги, что окончательно вывело его из себя. Он стал кричать, что его ограбили, зарезали, поймали в ловушку. Однако спустя четверть часа он успокоился, объяснил все толком, и доктору открылась ужасная правда.

Как ни пытались оба одураченных отыскать ложную графиню, эта удивительная кража, задуманная так остроумно и имевшая последствием такую оригинальную сцену между врачом и приказчиком, осталась неотомщенной. Воровка замела следы очень тщательно: в роли лакеев выступали ее сообщники, карета была взята напрокат; так что история эта пребудет в памяти ювелиров как непревзойденный шедевр ловкости.

13

Хуже всех приходится рестораторам: они ведь не могут потребовать вернуть проданный товар назад.

Против таких краж наука бессильна.

14

Направляясь в покои госпожи де Помпадур, Людовик XV замечает человека, стоящего на стремянке и роящегося в шкафу; боясь, как бы человек не упал, король подходит поближе, чтобы придержать стремянку.

Скоро госпожа де Помпадур узнает, что ее обворовали; расспрашивая о подробностях, король понимает, что помог вору.

Это был один из самых блистательных подвигов в летописях мошенничества.

15

Торговцы должны с особенным подозрением относиться к тем людям, которые заказывают товары на дом.

В этом случае торговец должен самолично сопровождать заказанное как можно дольше или посылать с товаром приказчика.

Вообразите приказчика из транспортной конторы, который, сговорившись с мелким воришкой, закажет в торговом доме партию лент или партию драгоценностей, причем попросит, чтобы товары выслали в такую-то транспортную контору, а счет — в его торговый дом.

Когда господин торговец получит счет, он изобразит величайшее изумление; а в транспортной конторе скажут, что видеть не видели этого товара.

16

Парижские привратники вообще слывут людьми исключительной честности, однако и им случается сыграть свою роль в больших домашних кражах.

Вообще от них требуется:

1) немного смекалки;

2) тонкий слух и прекрасное зрение.

О пользе, которую может принести привратнику о влиянии, которым он обладает:

Господин генерал П*** нанял в швейцары солидного нормандца и уехал в недавно приобретенное загородное поместье.

На следующий день в дом является старый обойщик с тележкой и козлами; господин генерал приказал ему вынести мебель из такой-то комнаты и доставить в поместье.

Привратник открывает двери и окна, раздвигает занавески, чтобы стало светлее, помогает обойщику выносить ковры и часы. Возвратившись в город, генерал узнал, во что обошлось ему простодушие нового привратника.

17

Если вашей кухарке обещано не только жалованье, но и стол, она, разумеется, получит право взимать с вашего бульона налог в пользу гренадера, нуждающегося в подкреплении своих слабых сил.

Это еще не беда. Это жертва, принесенная любви. Беда в том, что недостающий объем бульона она возместит водой, зачерпнутой прямо из Сены.

18

Есть слуги, которые оказывают такое значительное влияние на наши нравы, привычки и хозяйство, что от их верности зависит наше благополучие; обходиться с ними можно двумя противоположными способами: либо доверять им во всем, либо не доверять ни в чем.

Средний путь в этом случае совершенно непригоден.

Да будет нам позволено поместить здесь краткое рассуждение о слугах.

Слуга — член семьи в такой же степени, в какой судебный исполнитель был некогда членом парламента[32].

Если слуга выбран неудачно, виноват не он, а вы сами.

Если слуга выбран удачно, вы должны вести себя с ним определенным образом, исходя из следующего убеждения:

Слуга — человек; у него есть самолюбие и те же страсти, что и у вас, его господина.

Итак, не оскорбляйте самолюбие слуг. К какому бы сословию ни принадлежал человек, он редко прощает такую обиду.

Не говорите с ними ни о чем, кроме их непосредственных обязанностей.

Убедите их в том, что они вам небезразличны, а для этого и вправду не будьте безразличны к их делам; никогда не смейтесь вместе с ними, а главное, не смейтесь над ними в их присутствии, ибо они ответят вам той же монетой, а хозяин, над которым смеются слуги, — человек конченый.

Если у слуги есть дети, заботьтесь о них, платите за их учебу. Если слуга заболел, покажите его врачу.

Предупредите его, что ему не стоит ждать от вас пенсии после вашей смерти, но из года в год увеличивайте его жалованье таким образом, чтобы он был уверен: спустя какое-то время он станет получать солидную сумму, и все потому, что вы о нем печетесь.

Браните слуг редко, но сурово и только за дело.

Не будьте с ними жестоки.

Не доверяйте им ничего серьезного до тех пор, пока не исследуете их характер.

Есть еще одно важное условие, которое надобно соблюдать в тех случаях, когда вы не доверяете слуге; при нем не следует говорить ни о чем значительном: ни о вашем состоянии, ни о счастливых или несчастных происшествиях вашей жизни, а главное, надобно помнить о дверях и замочных скважинах, сквозь которые можно увидеть множество интереснейших вещей.

Выбор слуги — дело еще более серьезное, если вы собираетесь доверить ему своих детей.

Управлять одним человеком ничуть не легче, чем десятью; для этого надобно быть ничуть не менее тонким политиком. Комнатная дипломатия так же сложна, как и любая другая.

Один-единственный слуга, которого вы сделали своим другом, убережет вас от всех домашних краж.

19

Вы попадаете в роскошную, богато обставленную и богато украшенную квартиру; по ней расхаживает хорошо одетый человек, который беседует о делах с двумя другими господами или отсчитывает кому-нибудь банковские билеты; вы торговец, вы у этого господина впервые, вы боитесь его перебить, вы отдаете ему товар, робко протягиваете счет, он берет его и бросает на камин со словами: «Отлично, я к вам заеду!..» На вас он и не глядит, вы выходите в совершенном восторге, но на душе у вас все-таки немного неспокойно.

Сегодня таким манером не проведешь даже ребенка. Всем известно, что торговца можно принимать в доме друга, что квартиру можно нанять на две недели, и проч.

20

Продавцы оптом и в розницу, усвойте раз и навсегда коммерческую аксиому: «Незнакомым людям отдавайте товар только за наличные, а если продаете в кредит, сначала соберите самые подробные сведения о покупателе».

Когда любезный незнакомец услышит от вас, что вы торгуете только за наличные, вы оцените его кредитоспособность по выражению его лица.

21

Розничные торговцы всех разрядов, остерегайтесь меблированных комнат с двумя выходами. «Сейчас, сударь, я схожу за деньгами», — говорят вам, забирая товар, и уходят навсегда.

Вы героически ждете. Глупец, трижды глупец, вы поймете, что случилось, только после того, как хозяйка скажет вам: «Вы, сударь, кого-то ждете?» — или же сообщит вам, что квартира пуста, а прежний жилец заплатил по счету вчера, накануне пятнадцатого числа[33].

22

Имейте в виду, что нередко вы можете сделаться главным героем целого представления, которое два, три или даже четыре актера разыграют ради того, чтобы выманить из вашей лавки или вытащить из вашего кармана драгоценную панацею, имя которой — деньги!

Пример:

Однажды утром, около одиннадцати, некий англичанин подъезжает в превосходном кабриолете к прославленной бельевой лавке мадемуазель Ф… и входит внутрь. «Тут господин Шолен продает бумага? — спрашивает он на ломаном французском, но, оглядевшись, замечает белошвеек и уже было направляется к выходу, как вдруг оборачивается, показывает белошвейкам связку карандашей и говорит: — Мы, Англия, часто оставляем товар у разные торговцы; вот я привез контрабанда карандаши; здесь продавать дорого… Оставлю у вас? Вам прибыль сто процентов».

Хозяйка лавки не видит в предложении ничего опасного, да и вы бы не увидели. Что, черт возьми, можно тут заподозрить? Вот англичанин, вот конь, вот кабриолет, вот английский слуга в коротких штанах из красного плюша. Хозяйка соглашается.

«Товару на шесть сотен франков, — говорит англичанин, выгружая карандаши из кабриолета, — можно продавать за тысяча двести, остальное отдам торговцу писчей бумагой, а сам срочно ехать в Лондон».

Он садится в кабриолет и уезжает.

Белошвейки очиняют карандаш и пробуют его; карандаш отличный, мягкий, не крошится; настоящий «мидлтон». На окно приклеивают объявление для прохожих: «Склад карандашей фабрики „Мидлтон“».

Через день в лавку является прекрасно одетый и бесконечно любезный молодой человек, который сообщает, что он сын директора бордоского коллежа и хочет заказать роскошное приданое, потому что у него очень богатая невеста. Приданое он заказывает ценою в тысячу экю[34] и хочет получить его как можно скорее. Белошвеек посылают к нему на дом; любопытные болтушки докладывают, что директорский сын живет в превосходно обставленной квартире и, судя по всему, очень богат.

Однажды утром жених появляется в лавке, чтобы узнать, к какому дню будет готово приданое. Он хочет нарисовать форму воротника, а карандаша под рукой нет. Тут заходит речь о карандашах и молодому человеку вручают один из «мидлтонов».

О восторг! О радость! О упоение! «Какие вы счастливицы! Иметь такие карандаши! Как? Откуда? Да у вас тут сокровищ не меньше чем на полторы тысячи франков; ах, если бы я мог отвезти их батюшке, как бы он обрадовался!»

В самый разгар его восторгов приезжает англичанин в кабриолете и требует назад свои карандаши: он нынче же вечером уезжает в Лондон.

Молодой человек в присутствии белошвеек покупает карандаши; цену назначают в восемьсот франков, из них сотня причитается хозяйке бельевой лавки; однако англичанин желает получить деньги немедленно. Он уезжает нынче же и не успеет даже заехать к сыну директора коллежа.

Тот достает кошелек, в котором, увы, всего шестьдесят франков. Не беда: злополучная хозяйка бельевой лавки вручает англичанину недостающие семьсот франков, и он уезжает, а молодой человек намерен отправиться к себе домой за остальными деньгами; он предлагает хозяйке лавки послать с ним одну из бельевщиц, но она отказывается: ведь в залог остаются карандаши.

Кто, черт возьми, заподозрил бы здесь обман! Какое тонкое знание человеческой натуры, какой точный расчет! Хозяйка бельевой лавки радовалась тому, что, взяв на хранение карандаши, заработала за шесть дней сотню франков.

Назавтра она посылает одну из девушек к сыну директора коллежа: того нет дома; в лавке он не появляется, встревоженная хозяйка вновь посылает к нему белошвейку: его нет, он уехал.

Хозяйка лавки начинает подозревать недоброе; впрочем, утешает она себя, у меня ведь карандашей на целых полторы тысячи франков.

Месяц спустя она приглашает к себе хозяина писчебумажной лавки; тот осматривает карандаши; они неплохие и стоят в общей сложности девятьсот франков; однако обнаруживается, что у них есть один небольшой изъян: грифель совсем короткий, а по всей остальной длине сплошное дерево.

Как видите, в наши дни усовершенствуется все на свете, и мелкие воришки, трудясь в лавке, выказывают немалое остроумие.

23

Один почтенный портной изобрел способ пришивать к карманам фрака невидимые пуговицы. Изобретение неплохое, но еще дальше пошел изобретатель ложных нагрудных карманов.

Сколько-нибудь порядочный человек обзаводится в этом случае невесомыми носовыми платками, которые помещаются в боковых карманах; изящество фрака от этого только выигрывает.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.