Глава 1 Некоторые предварительные комментарии

Глава 1

Некоторые предварительные комментарии

Не секрет, что при Камер-Фурьерской Части Высочайшего Двора состоял целый штат дворцовой прислуги, в задачу которой входил самый широкий круг служебных обязанностей.

В первую очередь, это были штатныеи комнатныеслуги, некоторые из них после многолетней службы стано-вились, так сказать, «своими людьми» при Августейших Особах.

Так, например, при Императрице Александре Фёдоровне состояло шесть горничных. Старшая из них – Меделайн (Маргарита) Францевна Занотти, итальянка по происхождению, до того, как попасть в штат Государыни, на протяжении многих лет состояла на службе у Великих Герцогов Гессенских. Мария Густавовна Туттельберг (которую с лёгкой руки Государыни в узком кругу приближённых иногда называли «Тутель» или «Тутельс») была родом из Ревеля и в негласной служебной иерархии занимала второе место. Обе эти горничные жили на втором этаже Александровского Дворца, а их комнаты располагались напротив комнат Великих Княжон. В свою очередь, им подчинялись четыре помощницы-камеристки, выходившие на службу три дня в неделю, в обязанности которых входило одевать и раздевать Государыню. Но, несмотря на сравнительно невысокий статус камеристок, все эти девушки были, хотя из небогатых, но дворянских семей.

Самой любимой няней Августейших Детей Их Императорских Величеств была Александра Александровна Теглева (которую все звали Шурой и которая впоследствии вышла замуж за П. Жильяра), поступившая на службу в 1901 году и служившая Царской Семье верой и правдой на протяжении 17 лет. Не менее близкими слугами Государыни были Лиза и Нюта (Елизавета Николаевна Эрсберг и Анна Александровна Демидова). Причём последняя, когда её брали на службу, принадлежала к купеческому сословию, что противоречило существующим правилам, и только лишь по прошествии лет была возведена в дворянское достоинство.

Однако указанными лицами далеко не исчерпывался весь штат слуг Государыни. Полный штат «людей» (так зачастую Члены Августейшей Семьи за глаза называли своих слуг), непосредственно обслуживающих только одну Государыню, состоял из 18 человек. А именно: Камер-Фрау, две Камер-Юнгферы, Камер-Медхен, Гладильщица, три Комнатные Женщины, два Камердинера, Гардеробский Помощник, три Камер-Казака (личная охрана), три Лакея I разряда и один Работник.

Во-вторых, некоторое количество дополнительных слуг всегда сопровождали Царскую Семью во время Её путешествий. Их главной задачей было создание необходимого комфорта в пути следования Августейших Особ. Так, для обслуживания Августейших Особ и примерно десяти человек приближённых на борт Императорской Яхты «Штандартъ» брали около 50 человек прислуги – лакеев I, II и III разряда. (Это не считая всей прочей челяди: поваров, буфетчиков, кухонных рабочих, музыкантов и певчих хора, общее количество которых превышало 100 человек.) Следует также отметить, что Лакеи I разряда обслуживали только Царскую Семью, II разряда – Её ближайшую Свиту, а Лакеи III разряда – всех остальных сопровождающих.

На службу при Высочайшем Дворе попадали разными путями: по наследству (заменяя на придворных должностях престарелых родителей), по протекции и просто «со стороны». Причём, их категории последних в штат руководящего состава низового звена дворцовых слуг зачастую попадали вышедшие в отставку унтер-офицеры и солдаты Лейб-Гвардейских полков, прошедшие наивысшую школу воинской дисциплины и воспитанные в духе верноподданнических традиций.

В дни Февральской Смуты 1917 года, когда всё столь привычное рушилось и менялось в одночасье, находившаяся в Александровском Дворце прислуга вела себя по-разному. Так, к примеру, в корне изменил своё отношение к Наследнику Цесаревичу Отставной Кондуктор А. Е. Деревенько, который, как выяснилось впоследствии, на протяжении многих лет обкрадывал Царскую Семью на предмет детских носильных вещей, которые втайне отправлял к себе на родину.

Свидетель тех дней Баронесса С. К. Буксгевден писала, что «все слуги, заботившиеся о хозяйстве, сбежали», но при этом «во дворце остались лишь члены личной свиты Александры Фёдоровны». [560]И, тем не менее, уже 16 марта «во дворец пешком вернулось несколько наших слуг, находившихся в Петрограде». [561]И это несмотря на то, что периодически инспектировавшие Александровский Дворец члены Петроградского Совета неоднократно пытались оказать на них давление, всячески понося их за то, что «те продолжали работать на «тиранов». [562]

Следует также отметить, что после отречения Государя в Гофмаршальской Части Министерства Императорского Двора и Уделов был составлен документ-вопросник, адресованный «г. Комиссару исполнительного Комитета Государственной Думы», на который новая власть ответила следующим образом:

«– Должна ли Гофмаршальская Часть переименовывать свои официальные бланки?

– Нет.

– Должна ли Гофмаршальская Часть сменить печать?

– Нет. Только следует убрать двуглавого орла, как символ самодержавия.

– Надлежит ли производить содержание Гофмейстрин, Фрейлинам и Гофлектриссе супруги отрекшегося Императора Николая II?

– Выплату содержания приостановить.

– Надлежит ли производить содержание Камер-Фрейлинам и Фрейлинам Вдовствующей Императрицы Марии Фёдоровны?

– Производить по-прежнему». [563]

Из этих ответов можно сделать однозначный вывод, что Временное Правительство сознательно предпринимало все меры к тому, чтобы лишить Венценосную Семью привычного для Неё окружения, в то время как окружения Вдовствующей Императрицы таковые не коснулись.

Представленные в этой части книги сведения на некоторых из слуг, добровольно последовавших за Царской Семьёй в изгнание, взяты из фондов Российского государственного исторического архива Санкт-Петербурга, в котором хранятся «Списки придворнослужителей Императорского Двора Управления Гофмаршальской Части (Ф. 476, оп. 1).

• Дело № 2081 – «Списки придворнослужителей по части кухни».

• Дело № 2082 – «Послужные списки комнатной прислуги Императорской Семьи, повесточных, писцов, садовых и сторожей».

• Дело № 2083 – «Послужные списки служащих при кладовых».

• Дело № 2085 – «Послужные списки по части кухни, пекарни и кондитерской должности».

• Дело № 2086 – «Послужные списки комнатной прислуги, повесточных, писцов при Квартирмейстере, служителей при Канцелярии Камер-Фурьера, ездовых и сторожей Гофмаршальской Части».

• Дело № 2087 – «Послужные списки служивых при кладовых в Придворно-прачечном заведении и штамповщиков [564]ведомства Гофмаршальской Части».

Каждое из этих дел представляет собой большую «амбарную книгу», в которую вписывались краткие сведения о том или ином служащем, состоящем при Гофмаршальской Части. А именно: дата и год рождения, место рождения, семейное положение, наличие детей и даты их рождения, дата поступления на службу, занимаемая должность, полученные награды, а также номер фото, каковые в своё время числились по Канцелярии Дворцовой Полиции. (К сожалению, в большинстве случаев фотографии не сохранились. А имеющиеся в наличии хранятся в деле «Фотографии служащих ведомства Императорского Двора (коллекция)» и зарегистрированы по Фонду № 508, описи 4.)

Однако сплошь и рядом сведения эти неполны. Так, например, в упомянутых формулярных списках никогда не указывались девичьи фамилии супруг вписанных в них лиц, а иногда информация вообще сведена до минимума, что наглядно видно из приведённых далее описаний.

В начале этой части помещены несколько более развёрнутые биографии Сестры Милосердия Военного Времени К. М. Битнер и Лейб-Хирурга В. Н. Деревенко, также добровольно последовавших за Царской Семьёй к месту Её сибирской ссылки.

Но здесь также следует оговориться, что К. М. Битнер приехала в Тобольск, чтобы быть ближе к своему жениху – Коменданту Царскосельского Александровского Дворца Полковнику Е. С. Кобылинскому, а В. Н. Деревенко [565]прибыл в этот город в качестве Врача «Сводного Гвардейского Отряда особого назначения по охране бывшего царя и его семьи».

Наряду со сведениями биографического характера в отношении К. М. Битнер и В. Н. Деревенко здесь представлены также и некоторые материалы Предварительного Следствия в виде протоколов допросов упомянутых лиц, а также Камер-Юнгферы М. Г. Туттельберг, сведения о которой дополнены несколькими документами из её формулярного списка.

Вместе с тем, в материалах Предварительного Следствия имеются также протоколы допросов С. И. Иванова и Е. Н. Эрсберг, большая часть которых сводится к опознанию предъявляемых им следствием вещественных доказательств. Но поскольку какие-либо сведения биографического характера об С. И. Иванове и Е. Н. Эрсберг в данной работе отсутствуют, то эти протоколы автором здесь и не приводятся.

Осенью 1933 года ПП ОГПУ по Свердловской области началось следствие по Агентурно-следственному делу № 2094 «Романовские ценности», главной задачей которого был поиск принадлежавших Царской Семье драгоценностей, сокрытых по просьбе Августейшей Четы разными лицами при посредстве верных Царских слуг. В ходе оперативно-следственных мероприятий часть этих бывших слуг, с годами рассеявшихся по разным городам и весям СССР, была выявлена и допрошена, после чего некоторые из них – арестованы. Так, к примеру, были подвергнуты аресту: П. К. Межанс, В. В. Николаева, А. П. Кирпичников и др. А поскольку к тому времени бывший Командир «Сводного Гвардейского Отряда по охране бывшего царя и его семьи» Полковник Е. С. Кобылинский был уже расстрелян, к данному делу была привлечена его вдова – К. М. Кобылинская.

Ну, а раз в данном деле присутствуют протоколы допросов и прочие материалы в отношении К. М. Кобылинской и А. П. Кирпичникова, то автор счёл для себя возможным дополнить их биографические сведения указанными материалами.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.