РАПСОДИЯ В СТИЛЕ БЛЮЗ, ИЛИ РАПСОДИЯ В ГОЛУБЫХ ТОНАХ

РАПСОДИЯ В СТИЛЕ БЛЮЗ, ИЛИ РАПСОДИЯ В ГОЛУБЫХ ТОНАХ

Безусловно, не найдется ни одного поклонника и знатока джаза, чье бы сердце не дрогнуло от этих слов. Изысканная, причудливая музыкальная тема «Рапсодии», ее острые джазовые синкопы никого не оставляют равнодушным. Лучшие музыканты и оркестры мира исполняют это произведение.

Однако с того дня, когда 16-летний Джордж, как бы предчувствуя свою мировую славу, отстаивал свое право заниматься музыкой, и написанием «Рапсодии», лежит промежуток в 10 лет. За это время он стал блестящим пианистом, замечательным оркестровщиком, автором множества произведений, среди которых мюзиклы, оркестровые произведения, одноактная опера. Как в полифоническом музыкальном произведении несколько самостоятельных тем сливаются в богатой гармонии, так и музыкальные произведения раннего Гершвина кристаллизовались в «Рапсодии в голубом».

…Мелодия, ставшая сердцевиной этого произведения, родилась импровизационно. Джордж «думал» за роялем, подолгу фантазируя, импровизируя. Под его гибкими пальцами рождалось множество мелодий. Но вот та, что стала основной музыкальной темой нового произведения, покорила его сразу, осталась в памяти, композитор часто возвращался к ней, пока, наконец, не решил создать новое произведение. Форма рапсодии привлекла его большими возможностями для импровизации. На одном из музыкальных вечеров он играл фрагменты будущего сочинения, которое для себя назвал «Американская рапсодия», как бы в ответ на «Венгерские рапсодии» Листа, – произведение, которое он любил.

Окончательный выбор имени для нового произведения принадлежит Айре Гершвину. Как-то во время посещения Метрополитен-музея, рассматривая картину американского художника Уистлера «Ноктюрн в серых и голубых тонах», Айра сказал брату: «Твоя «Рапсодия» так близка по настроению этим картинам. Почему бы тебе не назвать ее «Рапсодия в голубых тонах?» Джордж не возражал. Название было принято.

Вначале Гершвин писал «Рапсодию» для исполнения на двух роялях. Впоследствии она была оркестрована для рояля и оркестра, и в таком виде представлена на суд музыкальной общественности в фешенебельном Палас Ройяле. Было приглашено тридцать человек – цвет музыкального Нью-Йорка. Презентация прошла удачно, и можно было готовиться к премьере. Музыкальная критика обьявила, что с появлением «Рапсодии в голубых тонах» настала новая эра профессионального джаза. «Большая премьера» состоялась 12 февраля 1924 года.

В концерте, который длился более трех часов, участвовали лучшие музыканты. «Рапсодия» должна была исполняться в самом конце, завершая концерт. Все было обставлено наилучшим образом: прекрасно изданные буклеты-программки, нарядное убранство зала, изысканный буфет – все предвещало необыкновенный вечер. Так и произошло. Были приглашены знаменитости: Сергей Рахманинов, Игорь Стравинский, Леопольд Стоковский, Чарли Чаплин, Артур Рубинштейн, Яша Хейфец, кинозвезды, знаменитые писатели и журналисты. Оркестр звучал великолепно, рояль – белый Стейнвей, за которым сидел Джордж Гершвин в черном фраке, казалось, перекрывал оркестр своим звучанием. Концерт закончился бурной овацией, не смолкавшей одиннадцать минут – это был настоящий триумф Джорджа Гершвина, которого провозгласили великим американским композитором. Концерт был повторен несколько раз в самых престижных залах Америки. «Рапсодия» облетела мир – ее исполняли во Франции и Англии, Италии и Австрии. Всюду музыка встречала восторженный прием. «Гершвин – король джаза», – это почетное звание он пронес через всю, столь короткую и яркую жизнь.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.