ЛУЧШИЕ ГОДЫ НАШЕЙ ЖИЗНИ

ЛУЧШИЕ ГОДЫ НАШЕЙ ЖИЗНИ

Cэм Голдуин не мог дождаться возвращения Уайлера с фронта, у продюсера были обширные планы.

Во-первых, согласно контракту, Уайлер должен был снять еще одну картину, во-вторых, Голдуин лелеял честолюбивые мечты о создании фильма о генерале Дуайте Эйзенхауэре. К моменту возвращения Уайлера были подготовлены все необходимые документы для того, чтобы начать работу в Вашингтоне. Однако строптивый режиссер не выразил никакого восторга по поводу планов Голдуина. Он не хотел снимать обычный комплиментарный игровой фильм: увиденное и пережитое во время войны не отпускало его, не давало покоя.

Решение пришло неожиданно: Голдуин прочитал в журнале Time историю о моряках, вернувшихся домой после войны, о трудностях адаптации к новой жизни, об их разочарованиях и ошибках. Голдуин поручил писателю-историку МакКинли Кантору написать повесть о ветеранах, вернувшихся с войны. МакКинли, который во время войны был военным корреспондентом и совершал боевые вылеты вместе с восьмой воздушной дивизией, рьяно принялся за работу, и через три недели рукопись под названием «Слава для них» была готова. Голдуин заплатил за нее двенадцать с половиной тысяч долларов, и в тот же день показал повесть Уайлеру. «Я буду это снимать!» – воскликнул режиссер. Уайлеру была близка тема повести, ее события. Его привлекало то, что героями были простые солдаты, а не генералы. Работа над сценарием была поручена знаменитому сценаристу Роберту Шервуду.

Он, трижды лауреат премии Пулитцера, бывший спичрайтер президента Рузвельта, сразу принялся за сценарий. Работа над фильмом шла вдохновенно. Говорят, что продюссер Сэм Голдуин как-то воскликнул: «Пусть я останусь без копейки, пусть я продам последнюю рубашку, но я хочу, чтобы этот фильм вышел на экраны, и я его выпущу! Я хочу чтобы этот фильм посмотрел каждый мужчина, каждая женщина, каждый ребенок». Фильму было дано название: «Лучшие годы нашей жизни», и он был запущен в работу. Это – психологическая драма, которая напоминает лучшие романы Эрих Мария Ремарка, повествующие о потерянном поколении мужчин, вернувшихся с войны домой.

Фильм, как саму жизнь, невозможно пересказать, он смотрится на одном дыхании, чему, конечно, способствует звездный состав, в котором никого нельзя выделить. Пехотинец Эл Стивенсон (Марч), летчик Фред Дерри (Эндрюс) и моряк Хомер Перриш (Расселл) возвращаются в родной город. Они вместе летели домой на борту бомбардировщика, а потом каждый взял такси и поехал по своему адресу. И с этого момента жизнь, объединявшая их, для каждого складывается по-разному. Их трагедия состоит в том, что они постепенно осознают, что страшные и кровавые годы, проведенные на фронте, были лучшими в их жизни. Элу удается устроиться на работу в банке, но забота о выросшей дочери не дает покоя. Фред возвращается к красивой, пустой и неверной жене, думающей только о нарядах и развлечениях. Деньги быстро кончаются, а работу найти нелегко. Знакомство с дочерью Эла окрыляет его. Хомер приходит с фронта инвалидом, без обеих рук, и только любовь преданной Вилмы помогает ему выжить…

С самого начала Уайлер решил, что фильм будет «честным», лишенным всяческого голливудского «гламура». Все костюмы, даже женские платья, покупали в обычных универмагах. Актерам было отдано распоряжение начать их носить за несколько недель до съемок, чтобы они не выглядели новыми. Грим накладывался лишь в самых необходимых случаях. Перед Уайлером встала проблема – где найти актера с протезами вместо рук. Им оказался тридцатитрехлетний Гарольд Расселл, единственный непрофессиональный актер, потерявший обе руки во время войны.

Вспоминая о работе с Уайлером, Расселл сказал, что, когда ему позвонил человек, который сказал, что его приглашают на пробы в Голливуд, Расселл чуть не послал его матом, будучи уверен в том, что это розыгрыш. «Сами посудите, – говорил он, – кому нужен я, калека!» Однако встреча с режиссером состоялась, и Расселл был утвержден на роль. «Мы хотели, чтобы люди нам поверили, чтобы они знали: этот фильм напрочь лишен голливудского шика и обмана».

…Заканчивались напряженные съемки фильма, которые для Уайлера были особенно сложны из-за проблем со слухом. Однако он нашел выход из положения, соединив наушники с микрофоном. Это позволяло ему слышать отчетливо каждое слово, произносимое на площадке. «Смотри, как здорово, – демонстрировал он свое изобретение Расселлу, – ты ведь тоже пользуешься протезами вместо рук, которые прикреплены к твоим крючкам на локтях. Мы с тобой – два инвалида войны».

К концу съемок у четы Уайлеров родился долгожданный сын. Его назвали Билли. Это была огромная радость. «Родился сын, это прекрасный знак. Жизнь побеждает, этот фильм принесет нам победу», – верил Уилли. Так и случилось. Фильм «Лучшие годы нашей жизни» был номинирован на Оскар и получил шесть премий как лучший фильм года. Награды получили режиссер, исполнитель главной роли, актер второго плана, композитор, продюссер. Специальной номинацией Оскара «За мужество» был отмечен также Гарольд Расселл.

Все складывалось блестяще – успех фильма «Лучшие годы нашей жизни» был поистине ошеломительным, он принес огромные кассовые сборы. Уилли, Тэлли и трое детей составляли счастливую семью, впереди было много планов. «Это были, действительно, лучшие годы нашей жизни», – вспоминала Тэлли.

Невозможно было ожидать, что наступивший 49-й год станет столь трагичным для семьи Уайлеров. На лето они сняли огромный дом в Малибу. Ближайшими соседями были Чаплины – Чарли, его жена Уна и их дети. Впрочем, это была целая колония знаменитых актеров Голливуда. Дни были наполнены купанием, игрой в теннис, чтением вслух, домашними концертами, выступлениями детей.

С неостывшими еще летними впечатлениями, семья Уайлеров решила провести вместе праздник Дня Благодарения в Палм-Спрингс. «Мы все взгромоздились в машину, – рассказывала Тэлли, – погода была великолепная, в воздухе летали тонкие паутинки бабьего лета. Мы приехали в большой дом и начали праздничный обед». Тут она умолкла, слезы не давали ей говорить.

А произошло вот что: маленький Билли внезапно покрылся испариной, у него началась рвота, он задыхался. Врач, который его лечил, находился в Лос-Анджелесе. Уилли хотел послать за ним самолет, но местные врачи уговорили родителей положить младенца в больницу. После сложных анализов, исключивших полиомиелит, эпидемия которого тогда свирепствовала, Билли стало совсем плохо. Врач уговорил обессилевших родителей пойти перекусить. Когда они вернулись, им сообщили страшную весть: ребенок умер.

Невозможно описать горе родителей, тяжелую обстановку в семье. Онемевшие от горя и слез, они пытались, как могли, утешить своих дочерей, – обе нуждались в помощи психологов. 10-летняя Кэтти не могла спать, 7-летняя Джули кричала ночью от мучивших ее страхов.

Еще и еще раз несчастные родители задавались вопросом: что они сделали не так? В чем был просчет? «Я знала, что должна родить ребенка, – говорила Тэлли, – это единственное, что могло спасти всех нас». Спустя год после смерти Билла, родилась девочка Мелани, названная так в честь матери Уилли.

Нужно ли говорить о том, как тяжело переживал Уайлер смерть сына! Он полностью погрузился в работу – это было единственное средство забыться, уйти от страшных переживаний. Он начал работу над фильмом по роману Теодора Драйзера «Сестра Кэрри». На главную роль он планировал пригласить Элизабет Тэйлор. В ту пору ей было 18 лет. Юная, невероятно красивая, искренняя и эмоциональная, Элизабет казалась идеальной актрисой для этой роли. Перед этим она удачно снялась в фильме «Место под солнцем», по роману Драйзера «Американская трагедия», и Уайлер планировал работать с ней над новым фильмом. Элизабет тогда переживала свой медовый месяц с Конрадом Хилтоном, наследником гостиничной империи, была совершенно счастлива и мечтала об этой роли. Но случилось так, что студия MGM, с которой у Элизабет был контракт, отказалась «одолжить» ее Уайлеру, и общая работа не состоялась. В результате многих переговоров, споров и проб, роль досталась молодой жене Дэвида Селзника – Дженнифер Джонс. На главную мужскую роль Хэрствуда режиссер пригласил Лоуренса Оливье.

Его актерская слава была в самом разгаре, он блестяще справился с нелегкой ролью. Однако время для этого фильма оказалось далеко не лучшим. Был разгар холодной войны, разгул маккартизма, ура-патриотам повсюду виделись шпионы и коммунисты. В Голливуде составлялись списки неблагонадежных, коммунистов и сочувствующих им. Талантливые писатели, сценаристы, режиссеры легко могли быть обвинены в антиамериканской деятельности. Под эту категорию попал фильм Уайлера «Сестра Кэрри». Он долгое время пролежал на полке и был выпущен на экраны в переделанном виде лишь в 1952-м году.

Многие друзья Уайлера стали жертвами Комитета по расследованию антиамериканской деятельности. Они находились в, так называемых, «черных списках» долгие годы. Это означало запрещение на работу, нищету, отлучение от профессии. По доносу одного из режиссеров, под расследование комитета попала и Лиллиан Хеллманн. Уайлер и сам едва не угодил под арест, его спасло лишь начало работы над новым фильмом «Римские каникулы».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.