1966

1966

Умирает отец Агджи. Судя по всему, под конец жизни он уже не бывал трезвым и начал бить мать. Восьмилетний Мехмет Али становится главой семьи. Ему приходится зарабатывать, чтобы содержать мать, братьев и сестер. Он продает воду и сладости в поездах.

Мать любит его безоговорочно. Она верит, что ее сын пойдет очень далеко. Может, он станет врачом? А может, даже профессором? Кем бы он ни стал, мир наверняка о нем услышит.

3

Аднан Агджа — вылитый брат, только волосы у него еще темные (Мехмет Али уже полностью поседел). Он приветствует меня на пороге квартиры, ведет в комнату. На нем темный заношенный свитер, а на ногах дешевые шлепки марки KicKars.

— Мой брат эту квартиру не знает. Мы сюда переехали из Хекимхана, когда он уже сидел в итальянской тюрьме. Аллах, Аллах, Бог мой, сколько лет прошло!

Сестра Фатма сидит в углу возле печки-буржуйки — здесь теплее всего. Она пристально рассматривает меня, но стоит мне взглянуть в ее сторону, как она сразу же опускает глаза. На голове у нее мусульманский платок.

— Сами мы не очень религиозные, — предупреждает Аднан. — В Курбан-байрам, наш главный праздник, мы стараемся дать бедным хотя бы курицу. В исламе милостыня очень важна. Это одна из основных заповедей. Но на пятничный намаз мы ходим редко.

В квартире находятся и дядья: Али и Мухаммед. Они пришли с визитом, погреться и поговорить. Есть еще дети: трое Аднана и трое Фатмы. Я привез им из Польши конфеты “Птичье молоко” и чернослив в шоколаде, но они меня стесняются и хихикают в прихожей.

Я кладу правую руку на грудь и почтительно кланяюсь в сторону младшего из братьев Агджа. Благодарю за то, что он согласился со мной побеседовать. Уже много лет он не дает интервью. Недавно он отказал телевидению из Бразилии, хотя они вроде бы два дня стояли и мерзли под его домом.

Аднан кланяется в ответ. Да, это правда, он писак не любит.

— Они пишут вздор о моем брате, — кивает он головой. — Я говорю, что он спит хорошо, они — что ему снятся кошмары. Я — что он мечтает о спокойствии, они — что он будет писать книги и сниматься в кино. Но ты из страны папы, — Аднан Агджа смотрит на меня с уважением. — Папа никогда нам не отказывал, так разве могу я отказать тебе. Садись рядом с нами и спрашивай о чем хочешь, ты наш друг, — добавляет он и улыбается.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.