ТО, ЧТО РАССКАЗАНО ЗДЕСЬ, ПОДТВЕРЖДАЮТ ТЫСЯЧИ СВИДЕТЕЛЕЙ

ТО, ЧТО РАССКАЗАНО ЗДЕСЬ, ПОДТВЕРЖДАЮТ ТЫСЯЧИ СВИДЕТЕЛЕЙ

Убитые, встаньте!

Мальчики играли в войну, пыхтели, пытаясь повалить друг друга, и сердились, если враг не падал. Кончилось тем, что были убиты все, кроме командира. Он оглянулся, вытер со лба пот и вдруг закричал:

— Убитые, встаньте! Родина приказывает.

Все поднялись и убежали для нового формирования.

— Где ты это слышал? — смеялась его мать, учительница из Петракова, Кустанович, укладывая вечером сына спать.

— Так теперь играют все мальчики, — ответил ребенок.

Он устал от «войны» и уснул, едва коснулся головой подушки.

И тогда пришла настоящая война. Загромыхали на улице орудия, раздались редкие выстрелы, запылал соседний дом.

После полуночи хлопнула входная дверь, и, топая сапогами, вошли немцы.

Мальчик проснулся разом, крикнул и ухватился за мать. Она стояла без кровинки в лице и прижимала к себе ребенка.

— Идите с нами и покажите, где остались командиры.

— Я не знаю, — ответила Кустанович и еще крепче прижала к себе мальчика.

Ее силой вытолкнули на улицу. Напротив пылал дом, пламя поднималось к небу.

— Если вы не укажете, где они, я брошу его в огонь, — сказал офицер.

Кустанович хорошо знала немецкий язык, но ей показалось, что она не поняла.

Офицер повторил еще раз, медленно и отчетливо:

— Я брошу ребенка в огонь.

На этот раз она поняла и судорожно ухватилась за мальчика. Он заплакал. Пламя поднималось к небу. Офицер ждал ответа.

— Я не знаю, — сказала тихо мать.

Офицер взял ребенка и бросил его в огонь.

Мать кричала так, что несколько женщин сошло с ума.

Пока ребенок горел, ее держали, чтобы она не бросилась ему на помощь.

Потом ее застрелили.

— Почему она кричала: «Убитые, встаньте»? — спросила после казни одна женщина у другой.

— Не знаю, — ответила та. — Мертвые не встают. Но такие мертвые поднимают миллионы живых.