№ 511 СРОЧНОЕ, ЛИЧНОЕ И СТРОГО СЕКРЕТНОЕ ПОСЛАНИЕ ОТ г-на ЭТТЛИ ПРЕМЬЕРУ СТАЛИНУ

№ 511

СРОЧНОЕ, ЛИЧНОЕ И СТРОГО СЕКРЕТНОЕ ПОСЛАНИЕ ОТ г-на ЭТТЛИ ПРЕМЬЕРУ СТАЛИНУ

1. Вчера произошло расхождение во мнениях по вопросу о составе Совета Министров Иностранных Дел для работы по подготовке мирных договоров. Дискуссия сосредоточилась на вопросе толкования Берлинского Протокола.

2. Г-н Бевин утверждал, что определяющим условием является решение об учреждении Совета, состоящего из Министров Иностранных Дел Соединенного Королевства, СССР, Китая, Франции и Соединенных Штатов Америки, для выполнения необходимой подготовительной работы по мирным договорам (пункты А и А(1) I-й части Протокола Берлинской конференции) и что Совет в целом отвечает, таким образом, за выполнение всех возложенных на него задач.

Поэтому он настаивал, что следующее решение, принятое Советом 11 сентября, является правильным:

«решено, что все пять членов Совета должны иметь право присутствовать на всех заседаниях и участвовать во всех обсуждениях, но, что по вопросам, касающимся мирного урегулирования, те члены Совета, правительства которых не подписывали соответствующих условий капитуляции, не будут иметь права голоса».

3. Я говорил с г-ном Иденом, который заявил мне, что, как он понимал на Потсдамской конференции, Совет может установить свою собственную процедуру и что он не связан рамками точных условий Потсдамского соглашения.

4. Г-н Молотов считает, что решение Совета от 11 сентября является нарушением Потсдамского соглашения, что оно должно быть отменено и что в будущем Совет для работы над мирными договорами должен состоять только из Министров Иностранных Дел стран, подписавших соглашения о перемирии, и что, в то время как Соединенные Штаты Америки будут включены в состав Совета, когда речь будет идти о Финляндии, Китай будет совершенно отстранен от участия в Совете, а Франция будет отстранена от обсуждения всех договоров, за исключением итальянского. Это не отвечает моему пониманию духа и целей решения, достигнутого в Потсдаме.

5. Решение Совета от 11 сентября было принято пятью присутствовавшими Министрами Иностранных Дел, включая г-на Молотова, и оно совпадает с точкой зрения, которой добросовестно придерживаются Государственный Секретарь Соединенных Штатов и Министр Иностранных Дел Великобритании. По моему мнению, Совет, бесспорно, имел право принять вышеупомянутую резолюцию (см. пункт А/4(Ь) II главы Берлинского Протокола). Кроме того, нельзя считать, что эта резолюция расходится в каком-либо отношении с потсдамским решением, поскольку ограничение в голосовании означает в действительности то, что Совет при принятии решений будет иметь тот состав, который для этого предусмотрен. Поскольку этот вопрос был передан мне, я хотел бы затронуть его более широко. Решение от 11 сентября было принято после обсуждения единогласно, и я с большим опасением рассматривал бы создание прецедента, который ставит под вопрос принятые таким образом решения и заключает в себе попытку изменить их и тем самым отвергнуть выводы, к которым пришел Британский Министр Иностранных Дел, действующий в искреннем согласии с другими Министрами Иностранных Дел. Это, я боюсь, изменило бы совсем в неблагоприятную сторону характер и даже ценность Совета Министров Иностранных Дел и внесло бы элемент путаницы в его работу. И я сомневаюсь в том, будет ли возможно добиться единодушного согласия Совета отменить его прежнее решение, и любая попытка это сделать явно нанесла бы глубокое оскорбление Франции и Китаю и была бы совершенно не понята в Англии общественностью и парламентом, которому мы честно заявили, что Совет будет действовать как Совет Пяти, что было с облегчением встречено в Англии. Г-н Молотов приводит тот аргумент, что его предложение значительно ускорит работу Совета. Даже если бы это было так, что ни в коей мере не доказано ходом переговоров, то это, конечно, не могло бы компенсировать того ущерба, который был бы нанесен таким оскорблением гармоничному сотрудничеству. По моему мнению, успех теперешней конференции и все будущее Совета, а по существу и вера в справедливый мир поставлены на карту. Поэтому я искренне надеюсь, что Вы согласитесь уполномочить Вашу делегацию придерживаться решения, принятого 11- сентября. В конечном счете мы стремимся установить мир, а это важнее, чем вопрос процедуры.

23 сентября 1945 года.