ЕВРЕИ И «ПРОТОКОЛЫ»

ЕВРЕИ И «ПРОТОКОЛЫ»

Анонимный автор «Протоколов» считает, что за сложным диалектическим витком традиция-свобода-деспотия стоит единая воля группы еврейских лидеров - крайних шовинистов и манипуляторов, одержимых идеей мирового господства («Мудрецы»). Эти Мудрецы, согласно «Протоколам», презирают рядовых членов своей общины, используют и поддерживают антисемитизм как средство удержания «братьев меньших», наивных простых евреев, в сетях своих правил. Мудрецы - патологические ненавистники гоев, они стремятся разрушить культуру и традиции других наций, в то же время оберегая свою собственную. Их цель состоит в том, чтобы создать мировое правительство и управлять однородным и глобализированным миром.

Их цели и намерения оглашаются в чрезвычайно неприятной манере. Солженицын заключает: «ни один трезвый разумный деятель не может излагать свои излюбленные идеи даже среди замкнутых единомышленников столь порочащим их и себя образом, столь саморазоблачающим языком: «нам пришлось брать золото из потоков крови и слез»; «крохи, которые мы им бросаем с нашего стола»; «мы заинтересованы в вырождении гоев»; «наша власть - в хроническом недоедании рабочего»; революционеры - «наш живой инвентарь»; «чисто животные мозги гоев»… По его мнению, всё это - слова, приписываемые евреям их врагами. Еврей предпочёл бы выразиться по элегантнее.

Это не стопроцентный аргумент. Некоторые выражаются иносказательно, другие - без обиняков. Один армянин из столицы Азербайджана Баку сказал мне в давно минувшем 1988 году: «Азеры - наш скот. Без армянских мозгов их страна развалилась бы в течение нескольких дней, потому что они - глупые ослы». (Через несколько месяцев волна местного насилия вытолкнула умных армян из Азербайджана, и с тех пор азеры вполне успешно справляются сами.)

Давид Бен-Гурион, первый правитель еврейского государства, отчеканил столь же высокомерный лозунг: «Кого заботит, что говорят гои? Только одно имеет значение - что делают евреи!» Эта фраза - почти прямая цитата из «Протоколов».

«Протоколы» приписывают сионским мудрецам такое изречение: «В глазах Бога каждая еврейская жертва стоит тысячу гоев». Эта вершина высокомерия - не пустая выдумка антисемитов. Два министра правительства Шарона - Ури Ландау и Ивет (Авигдор) Либерман - требовали убивать тысячу палестинских гоев за каждого убитого еврея. На демонстрации, посвящённой строительству иудейского храма (18.11.2002), один еврейский экстремист призвал каждого еврея убить тысячу палестинских гоев. Очевидно, некоторые идеи «Протоколов» совсем не чужды некоторым евреям.

Покойный израильский исследователь Исраэль Шахак и американский еврейский автор Нортон Мезвински в своей совместной книге «Еврейский фундаментализм в Израиле» представили множество высказываний еврейских раввинов, которые словно взяты из «Протоколов». «Разница между еврейской душой и душой нееврея больше и глубже, чем между человеческой душой и душой скотов» (p. IX). Шахак и Мезвински доказали, что ненависть еврейских шовинистов не различает между палестинцем, арабом и гоем вообще. Иными словами, то, что происходит с палестинским народом, могло бы случиться с любой другой общиной, оказавшейся на пути евреев.

Реализованный сионистами проект создания еврейского государства подверг реальной проверке тезис Достоевского и подтвердил опасения великого писателя. Достоевский писал: «А между тем мне иногда входила в голову фантазия: ну что, если бы то не евреев было в России три миллиона, а русских; а евреев было бы 80 миллионов - ну, во что обратились бы у них русские и как бы они их третировали? Дали бы они сравняться с собой в правах? Дали бы им молиться среди них свободно?

Не обратили бы прямо в рабов? Хуже того: не содрали ли бы кожу совсем? Не избили бы дотла, до окончательного истребления, как делывали они с чужими народностями в старину, в древнюю свою историю?» В Палестине евреев около половины всего населения - и то неевреи загнаны в гетто и служат мишенью для еврейских пушек, ракет и бомб.

Действительно, если бы «Протоколы» не имели никакой связи с действительностью, они вероятно не приобрели бы такую популярность. Евреи обладают достаточной силой, чтобы позволить себе мечтать о мировом господе i ве, и некоторые из них так и делают. Очевидно, что некоторые еврейские идеи отражены (возможно, гротескным образом) в тексте. Другие мысли приписаны евреям но принципу qui bono [кому по выгодно].

Самая невероятная инсинуация «Протоколов» - предположение об исключительной древности еврейского затовора, направленного на захват власти над миром. Столь же неправдоподобно и крайнее семитофильское мнение, которое отказывает евреям в способности действовать сообща и представляет их как отдельных индивидуумов, объединённых только молитвой. Это мнение отвергают сами евреи, кроме того оно расходится с элементарным здравым смыслом.

Солженицын не верит в существование сионских мудрецов, хотя «га"дружность и упорство, с которыми евреи повсюду действовали для укрепления своего положения и влияния ещё в античности натолкнула многих авторов (начиная с Цицерона) трудно представить себе тот единый центр, «мировой кагал», который этим напором планомерно руководит». Но и без такого мирового центра, без организации заговора, евреи понимают друг друга и способны координировать свои действия.

Евреи прекрасно могут координировать свои действия, но я сомневаюсь, что люди вообще, будь то евреи или англичане, русские или китайцы, способны разрабатывать столь долгосрочные планы, по времени охватывающие столетия, а географически - целые континенты. Никто не смог бы доказать, что такой заговор существует. Обычно «антисемиты» (то есть люди, сомневающиеся в добрых намерениях евреев по отношению к другим или отрицающие их) приводят доводы в пользу заговора на основании слов Генри Форда, автомобильного короля, который сказал: «Единственное, что я могу заявить по поводу «Протоколов» - это то, что они соответствуют тому, что происходит». Без сомнения, они соответствуют, восклицает Виктор Марсден, переводчик «Протоколов» на английский.

Однако, это ещё не доказательство еврейского заговора. Можно получить те же результаты, целиком отвергая линию заговора, но применяя концепцию эгоистической заинтересованности к реальному еврейскому сообществу, как это было сделано Шахаком и Мезвинским. Мы можем доказать, что сложная концепция «скрытой руки» или сионских мудрецов совершенно не нужна.

Традиционная еврейская община имела структуру «опрокинутой пирамиды». По словам сионистских теоретиков, в ней было слишком много людей богатства, науки и управления, и очень мало рабочих. Это кажется странным, пока не поймёшь, что сионисты искусственно рассматривают евреев в отрыве от общества, в котором они живут. Еврейская «перевёрнутая пирамида» не могла бы существовать без реальной, расширяющейся к низу пирамиды нееврейских низших классов. Евреи сражаются с местными элитами нееврейских обществ за право эксплуатировать нееврейского рабочего и крестьянина. Modus operandi (принцип работы) двух конкурентов различён. Местные элиты разделяли некоторые ценности с низшими классами, и обычно допускали некоторую вертикальную мобильность для выдвиженцев из низов, но еврейская община имела собственную структуру и ценности.

Экономически она стояла за капиталистическую или квазикапиталистическую эксплуатацию туземного населения, а идеологически провозглашала верность своим лидерам, отказ от общих с туземцами человеческих ценностей, крайний этноцентризм и чувство расового и религиозного превосходства над туземцами. Еврейская община оставалась маргинальным сообществом, избегавшим договоров, смешанных браков и дружбы с туземцами. Как маргинальная община, еврейское сообщество не заглядывало вперёд, в отличие от местных элит.

Например, украинская еврейская община XVII века была коллективным сборщиком налогов и арендатором, собирая с местных жителей в ШЕСТЬ раз больше налогов и пошлин «с головы», чем помещик-нееврей, пишет в книге, недавно изданной в Иерусалиме, видный еврейский украинский историк Саул Боровой. Еврейские общины стран Магриба поддерживали колониальные власти, выступая против своих соседей-неевреев, и даже призывали Францию оккупировать и колонизовать Марокко. Их традиции запрещали поддерживать нормальные отношения с туземцами.

Предположим, что такая община действует на основе чисто эгоистических интересов. Забудем о заговоре, об учёных или неучёных сионских мудрецах. Единственная цель еврейской общины - забота о собственном благополучии. Если для местных элит собственное благополучие связано положительным образом с благополучием низов, для маргинальной группы оптимальный вариант - максимальный отрыв от местного населения при минимизации опасности возмездия. Иными словами, для маргинальной группы выгодно обнищание местного населения. Достоевский это заметил: «еврейству там и хорошо, где народ ещё невежествен, или несвободен или мало развит экономически, - тут-то, стало быть, ему и лафа! .. .еврей, где не поселялся, там ещё пуще унижал и развращал народ, там ещё больше приникало человечество, ещё больше падал уровень образования, ещё отвратительнее распространялась безвыходная, бесчеловечная бедность, а с ней и отчаяние». Правда, Достоевский совершенно неверно объясняет это явление («двигали евреем столько веков одна лишь к нам безжалостность и одна только жажда напиться нашим потом и кровью»). Так же и лес мог бы отозваться о топорах дровосеков. Но евреи не видели в туземцах себе ровни, или даже «таких же людей, как мы». Как маргиналы, они не заботились о населении, но старались от него оторваться.

Этот же приём евреи применили и в Палестине. Сарра Рой назвала еврейскую тактику «de-development», «развитие наоборот». Относительно богатые арабские города - Яффа и Газа - захирели, их заводы разрушены, экономическая деятельность задавлена. Ярче всего это видно в Иерусалиме. В 1967 году Восточный Иерусалим был куда более развитым, чем Западный (завоёванный евреями в 1948 году). На востоке было больше гостиниц, ресторанов, мелкой промышленности. Я проводил всё свободное время на востоке города, потому что на западе было нечего делать. Прошли годы, гостиницы были удушены, рестораны закрыты, и сейчас Восточный Иерусалим - тень своего недавнего прошлого. На этом фоне возвысился Западный Иерусалим.

Как маргинальная группа, евреи, естественно, поддерживали -ради своих собственных интересов - любое мероприятие, направленное против местных элит, будь оно инициативой короля (так евреи поступали до Французской революции) или взбунтовавшихся низших классов. Такую позицию они занимали не из еврейской любви к демократии или к бунту, но ради укрепления своих собственных позиций. Идеальной ситуацией для евреев является физическое уничтожение или изгнание местных элит. Тогда члены еврейской общины могли присвоить «освободившиеся» позиции и должности. Именно это и случалось в Советской России эпохи ЧК, в Советской Венгрии эпохи Бела Куна после Первой мировой войны. Резня и изгнание местных элит освободили место для конкурентов-евреев, сделав доступными для них доминирующие позиции власти и влияния.

Личная заинтересованность объясняет и еврейское участие в аппарате ЧК. До 1937 года евреи занимали весь высший эшелон этого предшественника КГБ, в то время как миллионы русских людей расстались со своей жизнью или свободой. Убивая русских дворян, специалистов, инженеров, профессоров - палачи объективно освобождали рабочие места и жилплощадь для своих соплеменников-евреев. После убийства и изгнания российской элиты евреи были готовы к соревнованию «на равных»: сын раввина мог легко конкурировать с сыном русского рабочего или крестьянина, хотя не способен был соревноваться с сыном русского дворянина.

Подобным образом евреи в Израиле предоставили в 1966 году «ограниченное равенство» палестинцам - после конфискации 90% земель местных жителей и изгнания 90% населения. На всякий случай они не допускают палестинцев на позиции власти. Мы постоянно ссылаемся на сионистскую практику, поскольку считаем, что, с учётом горячей поддержки еврейством государства Израиль, нет никаких причин полагать, что еврейский modus operandi в Палестине существенно отличается от намерений евреев «в изгнании».

Солженицын пишет:

«Массами расстреливаемые пленные и заложники: офицеры были русские, дворяне - русские, священники - русские, монахи - русские, депутаты, земцы, деятели - русские. В конце двадцатых годов прошла полоса инженерных процессов - избивали и убирали всю старую инженерию, а она была подавляюще русская по составу. Директор психоневрологического института… был сослан, традиционные сотрудники (русские) частью сосланы, частью изгнаны, - кто ж естественно занял их места? Евреи, почти сплошь». Лучшие интеллектуальные и артистические русские кадры были убиты, а евреи в это время делали карьеры и процветали в эти (смертельные для русских) годы».

Этим можно объяснить возвышение евреев в России. Возвышение евреев, как и в Палестине было вызвано массовым изгнанием элит, а затем регулярным отстрелом наиболее мобильных кадров.

Новая еврейская элита (подробно описанная Слезкиным) до конца не отождествляла себя с Россией, особенно после возникновения еврейского государства. Это привело в 1991 году к трагическому результату, когда свыше 50% евреев (для сравнения - только 13% русских) поддержали прозападный переворот Ельцина. В 1995, согласно публикации еврейского социолога доктора Ривкиной, в книге «Евреи в постсоветской России» (1996), 81% евреев проголосовал за прозападные партии и только 3% за коммунистов (в противоположность 46%о русских),

В растущей Америке евреям не пришлось убивать или изгонять местную элиту. Они сделались важной частью общества, контролируя дискурс и обладая значительным финансовым влиянием. Но и американские евреи не отождествляют себя с гойской Америкой: каждый год они вынуждают Конгресс и Администрацию выделять пять миллиардов долларов их «дочерней фирме» - Израилю, а теперь ещё и вынуждают Америку участвовать в их войне в Ираке. Они дискриминируют обычных американцев, иначе 60% главных постов в средствах массовой информации не занимали бы евреи.

И во Франции евреи не отождествляют себя с Францией. «Их самоидентификация с Израилем настолько сильна, что затеняет их связь со страной, в которой они живут», - пишет Даниэль Бен Симон в газете Haaretz. «Эту двойную лояльность продемонстрировал мне врач-еврей в Ницце: «Если стоит выбор между Израилем и Францией, то вне всякого сомнения Израиль мне ближе», - сказал он без малейшего колебания. Он родился и вырос во Франции, поступил в медицинскую* академию во Франции, его пациенты - французы, он говорит по-французски со своей женой и детьми. Но в глубине души еврейское государство ему ближе», - пишет Бен Симон.

В Палестине евреи не испытывают сострадания к аборигенам. Они ездят по отдельным («еврейским») сегрегированным дорогам, учатся в сегрегированных школах, в то время как еврей потребляет в десять раз больше водных ресурсов, чем гой, и имеет зарплату как минимум в семь раз выше. Таким образом, отдельное существование евреев в диаспоре плавно перерастает в апартеид в Палестине.

Ради собственного благополучия евреи вынуждены камуфлировать своё привилегированное положение, богатство и власть следующими средствами:

Разговоры о Холокосте - помогают сбить зависть и мобилизовать солидарность.

В моноэтническом обществе евреи единственное чужеродное тело, и потому выделяются и привлекают внимание, тогда как в мультикультурном они едва различимы. По этой причине евреи поддерживают иммиграцию из неевропейских стран.

Политкорректность - механизм, запрещающий обсуждение еврейского влияния.

Борьба против христианства и церкви имеет смысл для нехристианской общины: если бы церковь была сильна, христиане предпочли бы свою собственную, христианскую элиту еврейской.

Глобализация - естественный выбор для группы, разбросанной по всему земному шару, и не придающей особого значения местным особенностям.

Обнищание туземцев - всего лишь обратная сторона возрастающего богатства еврейской общины.

Подведём итоги: большая часть идей, хотя и не все идеи, приписываемые Анонимом евреям - это идеи, полезные или необходимые для процветания еврейской общины. Нет никакой нужды в фанатической ненависти к неевреям и/или руководстве мифических сионских мудрецов. Как ни парадоксально, если бы не Израиль, этот тезис оставался бы весьма спорным, а без израильского апартеида анализ разрушительного влияния евреев диаспоры остался бы уделом маргиналов. Но нет оснований предполагать, что есть сущностная, принципиальная разница между отношением евреев к гоям Палестины и любой другой страны. Ведь и в Палестине 20-х годов евреи отрицали, что собираются владычествовать во всей стране, исключив туземцев из управления. И в Палестине они пестовали рассказы о погромах и преследованиях со стороны местных жителей, параллельно вытесняя палестинцев. И в Палестине, когда им говорили, что они собираются стать хозяевами страны и обездолить местных жителей, они отвечали: «Вы начитались «Протоколов»». Если бы евреи диаспоры выступили против политики апартеида в Палестине, они доказали бы тем самым ложность «Протоколов». Но увы, этого не произошло.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.