Насилие в эпоху антропоцена

Насилие в эпоху антропоцена

В 1972 году с запуском «Ландсат-1» политика — как фотография с длинной выдержкой — отчетливо проявилась на поверхности планеты. «Ландсат-8», запущенный в феврале 2013 года (на сегодняшний день — последний спутник, выведенный на орбиту в рамках этой программы), окончательно узаконил ограничения разрешающей способности в мониторинге земной поверхности: они позволяют наблюдать взаимопроникновение природной и рукотворной среды, оставляя детали неразличимыми. Данные c «Ландсата» говорят о непрерывных трансформациях, которые претерпевает облик планеты в результате деятельности человека. Регулярный мониторинг материковой части позволяет визуализировать эти трансформации в виде длинной череды изображений, которые могут накладываться друг на друга или сополагаться. Регистрация зримых, близких к инфракрасным коротковолновых и термальных участков спектра дает гораздо больше информации, чем способен воспринять невооруженный глаз. Сенсоры «Ландсата» позволяют вести мониторинг изменений растительной мозаики (например, превращение лесов в поля), температурных аномалий (лесных пожаров), загрязнения воздуха — и даже выявлять присутствие археологических структур под тонким слоем земли: они часто определяют рисунок растительности на многие поколения вперед.

Эти картинки позволяют воочию увидеть то, что эколог Эжен Стермер и специалист по химии атмосферы Пауль Крутцен называли антропоценом, — геологическую эпоху, которая, по их мнению, уже сменила собой голоцен. В эпоху антропоцена деятельность человека стала геологическим фактором, который формирует облик нашей планеты с той же силой, что и вулканы, землетрясения и тектоника плит. Это утверждение, пока имея статус гипотезы, ставит под вопрос разделение между деятельностью человека и окружающей средой, между рукотворным и природным — и, таким образом, опять же, между фигурой и фоном. Осмысление архитектуры в эпоху антропоцена означает не просто понимание того, что человек строит на земле свое обиталище, — речь идет о том, что оно определяет ее новый облик[24].

В лексиконе экологов и геологов, которые разрабатывают гипотезу антропоцена, сам этот термин служит предупреждением о воздействиях, которые прогресс, эксплуатация ресурсов и глобальная экономическая деятельность оказывают на климат, и о том, что в понимании ученых является приближающимся экологическим армагеддоном. Желание предотвратить разрушения в будущем может затмить собой то обстоятельство, что в сегодняшнем взаимодействии человека и материальной среды многое уже определяется конфликтом. В эпоху антропоцена конфликты могут быть лучше всего поняты не как баталии, которые разворачиваются в ландшафте, и даже не как войны за территорию, а скорее как процесс производства новых территорий.

Камбоджа, к северо-западу от Пномпеня, «Ландсат», 1973 и 1985[25]. На снимке «после» видна сеть каналов

Последние сорок лет истории Камбоджи — какими они предстают на снимках со спутника «Ландсат» — демонстрируют всю сложность переплетения конфликтов и средовых изменений. В январе 1973 года, меньше чем через пять месяцев после вывода «Ландсат-1» на орбиту, была произведена первая подробная съемка Камбоджи из космоса. На тот же год пришлась и самая активная фаза секретной камбоджийской кампании, развернутой администрацией Никсона. Почти три миллиона тонн бомб были сброшены на Камбоджу между 1965 и 1973 годом; это больше, чем где-либо до и после, и почти вдвое больше общего числа бомб, сброшенных на Германию за годы Второй мировой войны (1,6 миллиона тонн). Около двух миллионов человек были вынуждены покинуть села и перебраться в город; около миллиона беженцев хлынуло в Пномпень. Деревни, поля и леса были уничтожены ковровыми бомбардировками, которые выворачивали наизнанку земную поверхность. Британский корреспондент Джон Свэйн в репортаже для Sundy Times сообщал в мае 1975 года, что «вся сельская местность изрыта воронками от бомб, сброшенных американскими B-52. Они сравняли с землей целые города и деревни». Изменения топографии повлекли за собой изменения гидрологического цикла, направлений водных путей и образование болот. Новый ландшафт, возникший в результате бомбардировок, — подтверждение тезиса о центральной роли войны в эпоху антропоцена.

Однако фотография 1973 года приобрела известность не благодаря тому, что она показывала, — она стала фотографией «до», условно принятой за нейтральную точку отсчета, в сравнении с которой было зарегистрировано новое преступление — зверства полпотовского режима красных кхмеров. Иногда их называют «самоуничтожением», и эти преступления были совершены на тех же самых разоренных территориях, позже получивших известность как «поля смерти».

Спутниковая съемка 1985 года, сделанная через шесть лет после уничтожения режима красных кхмеров вьетнамскими коммунистами, фиксирует еще одну мощнейшую перемену, произошедшую на поверхности земли, — на ней словно выжжена необычная решетка. Своим возникновением она обязана не бомбам, а труду порабощенного населения, вытесненного из городов, — включая беженцев, которые только что туда прибыли. Их согнали на строительство ирригационной системы — они рыли каналы, рвы и траншеи, при этом ориентируясь не на контуры рельефа, а на километровую сетчатую разметку, которую для облегчения ориентации наносили на свои карты китайские военные. Этими картами и пользовались красные кхмеры. Опираясь на ирригационную систему, режим строил дальнейшие планы крестьянизации страны и закладывал основы устойчивой аграрной утопии[26]. Каналы прямыми линиями прорезали камбоджийские сельхозугодья, уже опустошенные бомбардировками. «Поля смерти» и стали местом осуществления масштабного проекта, получившего название «большого скачка» — если пользоваться маоистской терминологией, или «нового Ангкора» (возведенного на квадратах ирригационной системы) — если пользоваться терминологией националистической.

Спутниковая съемка 1973 и 1985 годов (Финская следственная комиссия назвала эти годы «десятилетием геноцида»[27]), таким образом, фиксирует следы двух преступлений, совершенных в Камбодже, — сначала американскими ВВС, а затем красными кхмерами. Из двух этих событий камбоджийской истории американские бомбардировки задокументированы хуже. Считается, что отчасти причина этого состоит в том, что, хотя бомбардировки 1973 года и были зафиксированы камерой «Ландсата», для этого снимка отсутствует фотография «до», с которой его можно сравнить, — но звучит это не очень убедительно[28].

Камбоджа, территории рядом с Пномпенем, «Ландсат», 1995 и 2009[29]: до и после обширного наводнения

Третья мощная разрушительная сила, воздействию которой подверглась Камбоджа, — это климатические изменения. Современные спутниковые съемки Камбоджи показывают, что ирригационная система, построенная красными кхмерами, не только остается в рабочем состоянии, — с тех пор она была расширена. Это случилось благодаря финансовой помощи Всемирного банка и других международных институций и способствовало росту производительности земли и экономической самостоятельности Камбоджи. Но даже при всей своей нынешней развитости ирригационная система не в состоянии справиться с муссонными наводнениями, которые в связи с климатическими изменениями становятся все более частыми и мощными. Камбоджа — одна из тех стран, которые меньше всего способствовали климатическим изменениям, но платят за них самую высокую цену. В 2011 году во время самого сильного наводнения, зарегистрированного в истории Камбоджи, были затоплены три четверти ее территорий, около 80 % урожая оказалось уничтожено. В таких случаях, как случай Камбоджи, необходимо смещать фокус правозащитной работы с действий репрессивных режимов в сторону комбинированных конфликтологических и экологических исследований. И у военных, и у правозащитных организаций этот комплекс проблем получил название «экологической безопасности».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.