Дания

Дания

04 июня. Трудно поверить, но сегодня в Дании опять выходной! Пятидесятница, что ли? Предыдущий праздник по поводу Вознесения был не далее, как в прошлый четверг и как-то незаметно распространился и на пятницу. Ну чем не жизнь у датчан?

05 июня. Однако… Сегодня в Дании опять праздник — день Конституции (предыдущий праздник был вчера)! Формально датчане в этот день должны отдыхать полдня, но фактически они все подошли к этому вопросу предельно рационально — в институте вообще никого нет, столовые и магазины закрыты наглухо, и т. д. Но говорят, этот праздник последний — летом праздников не будет, потому что все и так будут в отпусках.

09 июня. Вчера был в гостях в русской семье, которая живет в Орхусе уже около шести лет; они недавно купили дом и устроили что-то вроде новоселья. Сначала все было очень по-европейски — легкое вино, закуски, мясо и, наконец, чай с пирожными. А когда гости допили чай и собрались чинно откланяться, хозяин сказал: "Мало выпили!" и принес откуда-то четыре бутылки водки и гитару. Вот тут оно все и началось.

14 июня. Середина июня. Зимой термометр с утра показывал +5 градусов, теперь он показывает +10 — вся разница.

Каникулы с семьей.

21 июля — 04 июля. В Дании началось лето. А у меня гостили мои мама с дочкой. Я встретил их в Копенгагене, а потом мы бродили по Орхусу, съездили в Эбельтофт и Химмельберг (это вторая по высоте точка Дании, почти 150 метров высотой!), ходили на пляж, гуляли по паркам, сходили на праздник сожжения ведьм в ночь летнего солнцестояния (немножко жутковато, хотя вроде бы на кострах на берегу моря горели только чучела), съездили в Копенгаген…

Удивительно, что все прошло гладко, то есть всем дали визы, никто не опоздал на самолет, не заболел (хотя попытки и были), и так далее. Последнюю ночь провели в студенческой гостинице в центре Копенгагена. После нашего тихого дома в Орхусе это был настоящий ад — под окном ревели машины, у соседей всю ночь играл рэп… Но мы все это пережили. И разъехались.

08 июля. Целую неделю стоит невероятная по датским меркам жара — 25–27 градусов! Вода в заливе прогрелась до +20, и я каждый вечер по дороге домой заезжаю на пляж и купаюсь, точнее, плаваю — в отличие от датчан, которые не отплывают от берега дальше нескольких метров. Они, похоже, ловят немногочисленные летние дни и сидят на пляже безвылазно. Зрелище это не для слабонервных, потому что здешние леди предпочитают загорать topless или вообще голышом независимо от возраста и тактико-технических характеристик, — и пляж напоминает картину Сальвадора Дали.

Вчера моя хозяйка устраивала вечеринку для друзей. Гости пришли в час дня, сели в саду и начали потреблять еду и напитки и общаться, и занимались этим до часу ночи. Я здесь живу уже почти год, и до сих пор не понимаю, как они это выдерживают.

Фотосервис.

10 июля. За этот год я отснял и отпечатал в Дании штук 15 пленок, и еще ни разу мне не напечатали мои фотографии правильно и в срок. Это при том, что нормальный срок здесь — 2 дня, а не 1 час, как во всем мире.

На прошлой неделе, проводив свое семейство, я, естественно, понесся проявлять две последние фотопленки. Дальше события развивались так:

Среда. Пленки у меня не взяли, сказав, что у них кончились бумажные пакеты для заказов (как в лучшие дни, когда над пунктами приема бутылок висели надписи "нет тары").

Четверг. Пленки взяли, но предупредили, что у них много заказов. Для датчан, это, естественно, не повод ускориться или поработать лишний час.

Суббота. Попросили придти во вторник.

Вторник. Выдали мои фотографии в двух экземплярах. Одна пленка напечатана нормально, а вторая — на черно-белой бумаге! Пытались взять с меня 300 крон вместо 75, объясняя мне, что я принес им черно-белую пленку, а черно-белая печать — процесс гораздо более трудоемкий, чем цветная. От этого я совершенно ошалел, несколько минут хватал ртом воздух, потом догадался посмотреть на эту самую пленку, потом в течение 45 минут доказывал по очереди младшему продавцу, затем старшему, и затем менеджеру, что пленка цветная, а они — дальтоники. В конце концов весь этот ворох пленок и фотографий у меня забрали и попросили придти в пятницу.

Пятница. Что будет в пятницу — понятно, через это я тоже проходил. Они попросят придти во вторник, а во вторник окажется, что они напечатали один экземпляр вместо двух — это их коронный номер при повторной печати. Опять придется им доказывать, что я уже заплатил за два экземпляра… Вообще их фантазия безгранична. Однажды я заказал напечатать 2 пленки в 2-х экземплярах, и они напечатали в 2-х экземплярах первую половину первой пленки и вторую половину второй пленки. Дальше все шло по описанному выше сценарию, и я ходил к ним 5 раз.

11 июля. Лето благополучно кончилось, наступил дождливо—ветреный сезон продолжительностью в одиннадцать с половиной месяцев. Однако хуже другое, а именно то, что мой паспорт у меня забрали для продления визы, а вернуть с новой визой вместо одного месяца обещали месяца через два-три "по причине загруженности и летних отпусков". По моей просьбе институтская администрация надавила на визовые власти, но в этой стране быстро не делается ничего. Неважно, о чем идет речь — о печати фотографий, визе или рентгеновском обследовании при острой боли, своей очереди ждать надо месяцами. Интересно все-таки, как эта страна умудряется так бессовестно процветать при таком стиле работы.

Джаз-фестиваль.

19 июля. В Орхусе проходит джаз-фестиваль. Вчера я был с нашими ребятами на джаз—концерте, слушал живую легенду — саксофониста Jimmy Heath, игравшего в свое время соло у Диззи Гиллеспи, Майлза Дэвидса, Чарли Паркера и др. Происходило все не в концертном зале, а в джаз—баре — оказывается, есть в Орхусе и такое — продымленный кабачок всего с тремя старыми деревянными прожженными столами, так что во время концерта за столами можно поместить всего человек двадцать и за стойкой десятерых, и еще остается угол для музыкантов. Саксофон был — я такого в жизни не слышал, а саксофонист — компактный чернокожий, подвижный и обаятельный парень 74 лет от роду.

Когда мы пришли в этот кабак за час до начала, чтобы занять места за столиками, он уже играл — разминался, а потом выдал 3 часа концерта с потрясающим драйвом. Кстати, занять места нам удалось с трудом — хотя удовольствие недешевое, желающих все равно было гораздо больше, чем мест. Зато после концерта все желающие могли пообщаться и выпить с музыкантами, что я и не преминул сделать.

Мне очень понравилась публика в этом кабаке — гораздо меньше тупых бюргерских морд на душу населения, чем в обычных кафе, в основном 50–60–летние хиппи—переростки и любители джаза.

А мои молодые коллеги меня опять удивили — после концерта они отправились из этого кабака прямиком в Мак—Дональдс на предмет закусить выпитое в джаз—баре пиво гамбургером. О вкусах, конечно, не спорят, но, по-моему, трудно было придумать более идиотское продолжение вечера.

Немного о Принцах Датских. Раз уж я начал помещать на своей страничке чужие фотографии — вот еще одна, отсканированная с открытки: Датская Королевская семья (еще раз).

Это к вопросу о том, как должны выглядеть настоящие Принцы Датские. Младший из них (справа) женился по любви на китаянке из Гонконга, причем даже не из аристократической, а из буржуазной семьи, что в свое время наделало много шуму. Все-таки датская королевская династия — старейшая в Европе (она находится в близком родства с семейством Романовых, и сына датского принца и китайской красавицы назвали Николаем). А муж Ее Величества — француз, за 30 лет так и не освоивший толком датский язык, так что чего уж от бедных физиков требовать…

Гримасы социализма.

04 августа. Несколько слов о "гримасах социализма".

Дания — страна победившего социализма, несмотря на все монархические прибамбасы. Местные жители мне рассказывали забавную историю о датском мальчике, поехавшем на год с родителями в Америку.

В школе учительница попросила его рассказать о жизни в Дании, и он рассказал, что "мы в Дании платим большие налоги, и чем больше человек получает, тем больше процентов он платит. Зато у нас бесплатная медицина для всех, и бесплатное образование, включая высшее, и рабочие не боятся потерять работу, потому что если они ее потеряют, они будут получать высокое пособие по безработице…"

Через несколько дней учительница позвонила родителям мальчика и сказала, что родители других учеников засыпали ее жалобами и угрозами, потому что "ваш сын на уроке вел коммунистическую пропаганду"! Более того, самые грамотные из этих американских родителей где-то нашли карту мира, отыскали на ней Данию, а затем Россию и заявили, что теперь им все понятно — Дания находится так близко от России, что коммунистическое влияние неизбежно.

На самом деле социализация здешней жизни действительно иногда принимает совершенно причудливые формы. Так, все магазины здесь, кроме самых крупных универмагов, в рабочие дни закрываются в 17:30, а по субботам — в 14:00 (в воскресенье они вообще закрыты), и вовсе не потому, что их хозяева не понимают, что такое "базарный день" и не видят своей выгоды. Есть закон, охраняющий права работников торговли и запрещающий им работать дольше, как бы им ни хотелось.

И ладно бы только торговля, но ведь заботой государства охвачены все. Скажем, врач не имеет права задержаться на работе лишний час или сделать лишнюю операцию сверх положенного ему в день количества. Результат — если человеку нужно обратиться к врачу—специалисту, он должен ждать своей очереди несколько месяцев, а если ему нужна операция — полгода, год, и так далее. Интересно, что если болезнь мешает человеку работать, государство (или фирма) оплачивает ему все время вынужденного ожидания, и, как правило, выплачивает больше, чем стоит сама операция. Недавно здесь случилась одна история, получившая широкую огласку — руководство одной компании, поняв, что ему придется выплатить заболевшей сотруднице изрядную сумму за то время, пока она ждет операции, решило оплатить ей операцию в частной клинике. И было немедленно оштрафовано на еще более крупную сумму — оказывается, они не имели права делать это! Оказывается, по мнению "левого" датского правительства все датчане должны быть равны перед бесплатной датской медициной. Сказано — ждать год, значит, жди, а шаг в сторону — попытка к бегству.

При этом огромные суммы, собранные с датчан в виде налогов, тратятся в основном на строительство дорог и гигантских многокилометровых мостов, соединяющих датские острова между собой и с соседними странами, а также на поддержание функционирования датской бюрократии. Остатки этих налогов идут на оплату пособий профессиональным бездельникам и больным, ждущим своих операций, так что собственно на медицину не хватает. То есть не то, чтобы совсем не хватало, здешние больницы оснащены просто превосходно. Наверное, одного Орхусского госпиталя, состоящего из нескольких десятков 3–5–этажных зданий, набитых ультра-современной аппаратурой, хватило бы на весь Петербург — если бы врачи работали, как в России. Но нельзяяяя. Поэтому этого госпиталя не хватает и на 200–тысячный Орхус, и с каждым годом положение все ухудшается. Зато перед здешней медициной все равны, как перед Богом — все равно при здешней налоговой системе даже у самых процветающих датчан не хватает денег, чтобы пользоваться услугами немногочисленных частных больниц, которые, судя по всему, существуют за счет американских туристов.

Все эти радости я испытал на себе — мне тут ранней весной пришло в голову воспользоваться своей замечательной карточкой медицинского страхования. Я тогда и представить не мог, что от обращения к врачу до рентгеновского снимка пройдет 4 месяца, из которых 2 месяца я ждал приема у специалиста, месяц — очереди на рентген, а еще месяц ушел на неспешной циркулирование почты между семейным врачом, специалистом, госпиталем и пр.

Еще счастье мое, что большая часть этой истории не пришлась на период летних отпусков. Нормальная ситуация здесь — ты звонишь врачу, а автоответчик тебе сообщает, что врач в отпуске, или на курсах усовершенствования, или на свадьбе у племянницы, и будет доступен через три недели такого-то числа с 17:00 до 17:30, и попробуй дозвонись ему в течение этих 30 минут!

В общем, охоту болеть у меня отбили надолго.

Переезд.

На работе меня постиг давно ожидаемый удар — переезд лаборатории. В рамках университета молитвами моего начальника организуется новый научный центр, и нам уже выделены новые замечательные помещения в бескрайних просторах подвалов под Институтом физики, рядом с ускорителем заряженных частиц — правда, наши будущие соседи, работающие на этом ускорителе, не совсем согласны с этим планом и твердо намерены в соответствии со своим собственным планом расширения эксперимента запускать свой пучок заряженных частиц прямо через нашу новую лабораторию, а если придется — то и прямо через наши задницы.

Кроме этой гипотетической проблемы, есть еще две — во первых, у нашей новой территории нет пока что даже стен, не говоря об электричестве, воде, кондиционерах, вентиляции и прочих радостях.

А во-вторых, все наши замечательные установки придется разбирать, иначе их не перевезти. Тот, кто пытался разобрать, собрать и съюстировать установку, состоящую из трех сотен оптических элементов, часть из которых — диодные лазеры и микронного диаметра оптические волокна, может понять мои чувства по этому поводу. Поэтому я свою установку решил разобрать, и собрать в совершенно ином виде (издание улучшенное и дополненное) — все равно пора уже было ее переделывать. Но так или иначе, а со сборкой придется ждать, пока будет готова новая лаборатория. А до той поры, похоже, нам всем, кроме теоретиков, придется перетаскать вокруг здания не одну тонну оборудования — теоретикам, как всегда, живется гораздо легче. Конечно, носить приборы могли бы и они, да кто же им доверит?

Мой коллега Кристиан, похоже, решил перетаскивать свой двухтонный оптический стол с двумя сотнями оптических компонентов на нем, не разбирая — просто потому, что собиралась его установка несколькими поколениями аспирантов в течение многих лет, и повторить этот подвиг не под силу никому. Перетащить этот стол целиком вообще-то тоже невозможно, даже если забыть о том, что его нельзя переворачивать, качать и трясти, так что я надеюсь, что сумею в исторический день переезда оказаться в другой стране.

08 августа. Лето опять кончилось (в очередной раз), и с утра погода такая, что датчанин собаку на улицу не выгонит — проливной дождь в сочетании со штормовым ветром, и конца этому не видно. Я решил воспользоваться случаем и провести полевые испытания якобы дышащей, но абсолютно водонепроницаемой велосипедной куртки от "Хелли Хансен"; куртка выдержала (не обманула датская реклама!), и непромокаемые штаны — тоже, а вот резиновых сапог у меня не было, так что из кроссовок я после этой авантюры вылил литра два воды. Оно и к лучшему — из сапог вылил бы больше.

Зато, пока ехал, получил удовольствие по полной программе — вода снизу, вода сверху, машины рядом поднимают целые фонтаны воды, в трех метрах ничего не видно, — ощущение, как в автомобильной мойке.