Бунт

Бунт

Доведенные до отчаяния бедственным положением крестьяне департамента Матагальпа уходят в партизаны СФНО1...

В пригороде Чинандеги в засаду партизан попал армейский патруль. Убит офицер и три солдата...

Из сообщений газеты «Баррикада» 2 за ноябрь 1977 года.

Луис Альфонсо Веласкес

Дата рождения: 31 июля 1969 года

Место рождения: Манагуа

Место постоянного жительства: Манагуа, район Максимо Херес

Гражданство: Никарагуа

Образование: три класса начальной школы

Приметы: глаза карие, волосы черные, общителен, подвижен

Отец: Даниэль Педро Веласкес

Мать: Валентина Флорес де Веласкес...

Из полицейского досье.

Плавно скользят ученические ручки по бумаге. Тишина в классе такая, что слышно, как в углу бьется муха в сетях паука.

Луис низко склонился над тетрадкой, рассеянно оглядывая рядки цифр. Странное чувство одолевает. Контрольная по математике, скорее бы надо решать задачки, а он не спешит. Не спешит, потому что этот урок последний в его школьной жизни. Так он решил.

Не раз уже подумывал Луис бросить школу. Да все откладывал. Надеялся, как-нибудь одолеют Веласкесы нужду.

Не одолели. Вчера отец принес домой пятьсот кордоб3. Заработок за полмесяца изнурительной работы. Как на такие деньги прокормить семью! Три сестры и два брата у Луиса. А работает только отец. Тех грошей, что он зарабатывает плотницким ремеслом, хватает, чтобы не умереть с голоду. Куда уж тут выкроить сотню кордоб на школьную форму, на учебники, на тетради, на школьный завтрак для единственного ученика в семье — Луиса!.. А отец так хотел, чтобы он окончил школу.

Луис вздыхает. Хорошо бы найти работу... Только попробуй найди, когда столько безработных взрослых! Уж если старшие братья Энрике и Роберто не устроились, то на что надеяться ему, восьмилетнему мальчишке? Проклятая жизнь... Скорее бы покончили с Коротышкой!4 Скорее бы революция вышвырнула из Манагуа богатеев!

Испугавшись своих мыслей, Луис косится на учителя, тощего и горбатого сеньора Переса. Ученики прозвали его Кочергой.

В руках у Кочерги длинная деревянная линейка. Мальчишки остерегаются этой линейки, испробовали ее на своих спинах.

У Луиса больше других было стычек с Кочергой. И, пожалуй, больше других Кочерга недолюбливает Луиса. Да что там недолюбливает — ненавидит! Впрочем, кого же он любит? Разве только сынков господ, что разъезжают в шикарных лимузинах. Помнит Луис, как любезничал однажды Кочерга с одним из таких задавак, подкатившим к школе на отцовском «мерседесе». А вчера, рассматривая в газете снимок молодого парня, убитого бандитами из «Мано бланка» 5, удовлетворенно хмыкнул: «Поделом этим «красным»! Порядочным людям жить спокойно не дают...» Это Кочерга — порядочный человек?! Или тот юнец в «мерседесе»?!

Луис разволновался. Неделю назад он попал в полицейскую облаву у отеля «Интерконтиненталь» и видел, как полицейские били девушку-студентку. У девушки не оказалось удостоверения личности.

Луис приметил, как из окон отеля спокойно, даже с улыбками, следили за избиением какие-то важные господа. По виду янки6. И это в понимании Кочерги добропорядочные граждане?

Его тогда отпустили, наградив приличным подзатыльником. Но куда больнее было видеть ту девушку. И осознавать, что завтра ты можешь запросто оказаться на ее месте...

Скользят ученические ручки по бумаге, убыстряя свой бег. Приближается конец урока.

Вдруг резкий крик вспугнул класс. Вопил Хуан Четага, друг Луиса. Вопил, тщетно пытаясь увернуться от учительской линейки.

— Свинья! — ругался сеньор Перес, осыпая ударами спину и плечи Хуана. — Я тебе покажу, как спать на уроках! Ты меня запомнишь, на всю жизнь запомнишь!..

Все в классе знали, что у Хуана заболел отец. Боясь потерять место на табачной фабрике, отец договорился с мастером посылать пока вместо себя Хуана.

Это бы ничего, да работать приходилось в ночную смену. А после фабрики уроки в школе...

— Вы не имеете права его наказывать! — Голос Луиса перекрыл причитания Хуана. — Четага всю ночь не спал. Он по ночам на табачной фабрике работает...

На какое-то мгновение сеньор Перес замер, будто налетел на невидимую стену. Потом брезгливо скривил губы и не спеша пошел к своему столу.

— Зачем только правительство учит вас! — Сеньор Перес с нескрываемым презрением глядел на мальчишек. Приступ гнева у него прошел, и только глаза смотрели остро и зло. — Вам всем один путь — на табачную фабрику. Зачем же вам грамота?! — задержав взгляд на Веласкесе, процедил: — А ты, гаденыш, еще вспомнишь этот день! Вспомнишь! Ты у меня еще наплачешься! Я тебе обломаю бока!

— Не успеете! — Луис дерзко смотрел в глаза сеньору Пересу. Куда только подевалась робость — Луис готов был врукопашную схватиться с Кочергой! — Я ухожу из школы. Только не подумайте, что я испугался вас. Революция скоро вышвырнет с нашей земли вас и таких, как вы. И тогда я вернусь.

— Что-о?! — взревел сеньор Перес и бросился с кулаками на Луиса.

Но Луис увернулся и вскочил на стол.

— Долой реакционеров! — закричал что есть сил. — Долой Переса!

Луис не ожидал, но его голос подхватили сорок мальчишеских глоток. Наверно, у мальчишек тоже накопилось достаточно ненависти к Кочерге и ему подобным «добропорядочным» гражданам, что носить ее в себе они уже не могли. Сорок пар мальчишеских башмаков отчаянно забарабанили по полу. Громовое эхо покатилось по коридорам:

— Долой реакционеров! Долой Переса! Долой реакционеров! Долой Переса!