Язык и устная литература

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Язык и устная литература

Язык науатль приятен слуху, с легким произношением и обладает богатым словарным составом. Подобно греческому и немецкому языкам, науатль имеет обыкновение строить длинные, сложные слова посредством того, что М. Леон-Портилья назвал лингвистической инженерией – вид языковой структуры, позволяющей с легкостью создавать абстрактные термины, в которых можно выразить философские или поэтические идеи.

Таким образом, разговорный науатль обладает большой гибкостью, но, к сожалению, ацтекская система письма была не способна запечатлеть сложные или абстрактные суждения. Антонио де Геррера, хронист короля Филиппа II, проницательно заметил:

«…Оттого, что их письмо не так совершенно, как наше собственное, они не в состоянии точно все записать и отражают лишь суть своих мыслей. Однако они заучивают множество речей, молитв и песен. Они очень заботятся о том, чтобы молодые люди учили их наизусть, и для этого создают школы, в которых старики обучают группы молодежи. Только так тексты сохраняются во всей своей полноте». И действительно, заучивание наизусть было важной частью образования детей – в особенности посещавших школу телъпочкалли, где чтению и письму не обучали.

Рис. 12. Вырезанная из дерева черепаха длиной 8 см. Некогда была частью посоха или трещотки.

В силу невозможности использовать иероглифы для записи поэзии с ее утонченными мыслями и языком окрепла устная традиция – она сохранила литературу, написанную на языке науатль. Самые значительные песни и речи передавались из поколения в поколение. В одном из своих стихов Нецауалькойотль сказал так:

Мои цветы никогда не увянут,

моим песням не суждено быть забытыми:

Я, певец, исполню их,

и они разнесутся повсюду.

Эта поэма была сочинена, должно быть, незадолго до смерти правителя (1427 г.), но ее все еще исполняли в XVI веке, когда испанцы разработали алфавит и стало возможным записывать ацтекскую литературу. Около 2 тысяч различных текстов были зафиксированы таким образом. Среди них – гимны; эпические поэмы; лирические поэмы, воспевающие красоту цветов или скорбящие о быстротечности человеческой жизни; драматические произведения и фрагменты театральных пьес; песни, передающие ацтекские легенды и исторические песни; произведения на философские темы; поэтические сообщения (о болезнях, кометах, происшествиях на охоте), а также произведения комического характера. Основными категориями прозы были исторические хроники и так называемые «Наставления старших» – пространные менторские речи, адресованные молодым людям.

Как мы говорили, поэзия была предназначена в основном для пения или декламирования под аккомпанемент. Это оставило свой отпечаток на структуре стихов – мексиканская поэзия имеет характеристики, обычные для устной литературы во всем мире. Такие испытанные приемы, как повторение, параллелизм и использование рефренов, обнаруживаются везде, где устное творчество преобладает над письменным (например, в псалмах, а также в оперных ариях, народных песнях, политических речах и детских стишках). Они выполняют двойную функцию – делают стихи более легкими для запоминания и в то же время снижают темп повествования, так что у аудитории достаточно времени, чтобы постичь смысл произведения.

Поэзия науатль нерифмованная. Она достигает музыкального эффекта благодаря ритму и балансу ударных и безударных слогов, комбинированных с искусным использованием цезур и естественных пауз. Популярные приемы – ассонанс и аллитерация. Язык – возвышенный, наполненный метафорами, параллелизмами и скрытыми аллюзиями. Последнее в особенности характерно в отношении гимнов, которые по-настоящему были понятны только жрецам и людям образованным. Некоторые из этих произведений – магические заклинания, повторяемые снова и снова с незначительными вариациями, как в этой песне, адресованной богине маиса:

О семь початков, пробудитесь, встаньте. Наша мать,

теперь ты покидаешь нас;

ты уходишь в свой дом в Тлалокан.

Пробудитесь, встаньте. Наша мать,

теперь ты покидаешь нас;

ты уходишь в свой дом в Тлалокан.

Вся поэзия науатль, религиозная или светская, полна образности. В одной военной поэме поле битвы описывается как место,

где разлит божественный пылающий напиток,

где божественные орлы почернели от дыма,

где рычат тигры,

где рассыпаны драгоценные камни и богатые украшения,

где бесценные перья волнуются, как пена,

там, где воины ранят друг друга

и знатные вельможи разгромлены наголову.

Благодаря образности поэту удалось запечатлеть весь блеск и все смешение ацтекской битвы. Он был уверен, что его аудитория поймет намек на воинов Орла и Ягуара и на кровь – «божественный напиток», – ибо она часто проливалась на алтарях во славу богов.

Еще одним излюбленным приемом, используемым как в прозе, так и в поэзии, было совмещение двух слов или фраз так, чтобы навести на мысль о понятии, которое прямо не обозначалось. Эти совмещения всегда использовались метафорически, и прямое их значение было отчасти или полностью утрачено:

«в мешке и в сундуке» = тайна;

«в облаках, в тумане» = таинственно;

«жадеит и прекрасные перья» = красота;

«место преткновения и перекрестки» = нравственная проблема.

Словосочетание «цветок и песня» обозначало саму поэзию и являлось повторяющейся метафорой в ацтекских стихах, как в этой элегии, воспевающей поэта:

Изумруд упал на землю,

расцвел цветок, твоя песня!

Всякий раз, когда ты исполняешь свои песни здесь,

в Мексике,

солнце сияет вечно.

Ацтекские речи сегодня представляют собой весьма скучное чтение. «Наставления старших» многословны и высокопарны, полны иносказаний и повторений, отягощены образностью и витиеватыми фразами, которые считались признаком изысканного стиля. Впрочем, вся литература – это продукт своего времени, и простота, которой мы так восхищаемся сегодня, всего лишь отражение скорости и суеты современной жизни. Ацтекская литература сочинялась в более спокойные времена, когда у человека было больше возможностей спокойно сидеть и слушать, когда больше значили древние традиции и было больше условностей в повседневной жизни. Наши деды, воспитанные на длинных проповедях и многотомных романах, возможно, выказали бы ацтекской наставительной литературе свои симпатии.

Итак, в XVI веке были записаны тексты речей, поэтических представлений и пиктографических кодексов. Приведем фрагмент из манускрипта 1576 года – все изложенные в хронике события реальны:

«10-й год Кремня.

Чимальпопока умер. Тепанеки ушли с ним.

13-й год Дома.

В этот год солнце было проглочено (то есть было затмение): появились все звезды. Это случилось, когда умер Ашайякатль.

11-й год Кролика.

В этот год была буря с градом. Вся рыба в воде погибла».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.