ДОПРОС ПОДСУДИМОГО РАТАЙЧАКА

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ДОПРОС ПОДСУДИМОГО РАТАЙЧАКА

Суд переходит к допросу подсудимого Ратайчака, бывшего начальника Главного управления основной химической промышленности.

Тов. Вышинский задает ряд вопросов, выясняющих некоторые моменты биографии Ратайчака. В частности, на допросе 2 октября Ратайчак показал, что он немец и родной его язык немецкий, а в анкетах, относящихся к 1920–22 гг. и позже, указывал — поляк, родной язык польский.

Вышинский: Когда вы вступили в коммунистическую партию, вы скрыли, что вы немец?

Ратайчак: Да.

Вышинский: Не было ли еще каких-нибудь неправильных сведений в анкете?

Ратайчак: Я в анкете допустил еще одну неточность. Я приписал себе революционные заслуги с 15 года. На самом деле этого не было.

Вышинский: Для чего вы говорили в анкетах, что были агитатором, что три раза бежали из военного лагеря, что руководили тремя забастовками, что были секретарем союза металлистов и т. д. Какую цель вы преследовали? В ваших показаниях на следствии вы дали такой ответ: «Я желал приписать себе несуществующие в действительности революционные заслуги». Правильно?

Ратайчак: Правильно.

Вышинский: Какую должность вы занимали в феврале 1936 года?

Ратайчак: Начальника Главного управления химической промышленности.

Вышинский: Вы знали Крапивского?

Ратайчак: Знал. Это был один сотрудник в Волынском губернском совете народного хозяйства, где я был заместителем председателя.

Вышинский: Чем занимался Крапивский?

Ратайчак: Он был начальником отдела снабжения.

Вышинский: Чем он занимался неофициально?

Ратайчак: Спекулировал на перепродаже государственного имущества.

Вышинский: Коротко говоря, крал государственное имущество?

Ратайчак: Да, так.

Вышинский: Почему же вы, зам. председателя губсовнархоза, держали у себя на работе жулика, обкрадывающего государственную казну?

Ратайчак: (Молчит.)

Вышинский: Вы материально как-нибудь были с ним связаны?

Ратайчак (еле слышным голосом): Был связан. Я жил у него.

Вышинский: Не жили у него, а жили на его счет?

Ратайчак: И так можно сказать.

Вышинский: Значит, вы подтверждаете, что вы прикрывали уголовное преступление Крапивского, будучи заместителем председателя совнархоза, потому, что он с вами делился награбленными деньгами. Правильно это?

Ратайчак: Может быть не совсем точно, но смысл в основном этот.

Вышинский: Теперь переходите к вашей троцкистской деятельности.

Ратайчак: Моя активная троцкистская работа началась с 1934 года.

Вышинский: Кто вас ввел в троцкистскую организацию?

Ратайчак: Пятаков. Первый разговор с Пятаковым я имел в начале 1934 года, а активная работа началась с проведения вредительства в плане строительства 1934 года.

Вышинский: Были связаны со шпионской работой?

Ратайчак: Был.

Вышинский: Через кого?

Ратайчак: Через Пушина и Граше.

Вышинский (к Пушину): Подсудимый Пушин, правильно, что через вас Ратайчак был связан по шпионской линии?

Пушин: Через меня, а также непосредственно.

Вышинский: Вот этого последнего он не сказал. (Обращаясь к Граше): Подсудимый Граше, через вас Ратайчак был связан с агентами германской разведки?

Граше: Да, он был связан с агентами германской разведки.

Вышинский: В чем это заключалось?

Граше: В передаче материалов, секретных сведений о работе химической промышленности.

Вышинский (к Ратайчаку): Следовательно, вы передавали германской разведке шпионский материал, каким располагали по должности?

Ратайчак: Да.

Вышинский: О террористической организации знали?

Ратайчак: Я знал установки Троцкого от Пятакова.

Вышинский: На террор против кого?

Ратайчак: Против вождей партии и правительства.

Вышинский: В чем выразилась ваша диверсионная работа?

Ратайчак: По моей директиве, переданной Пушину, было совершено три аварии-диверсии на Горловском заводе и еще две аварии — одна на Невском заводе и одна — на Воскресенском химическом комбинате.

Вышинский: На Горловском заводе была авария в отделении нейтрализации цеха аммиачной селитры?

Ратайчак: Была.

Вышинский: Какая именно?

Ратайчак: Взрыв. Цех и завод в целом на несколько дней вышли из строя. Погибли трое рабочих.

Вышинский: Вам известны их имена?

Ратайчак: Забыл.

Вышинский: Я вам напомню: Куркин Леонид Федорович, 20 лет, комсомолец, ударник, стахановец, Мостец Николай Иванович, слесарь, Стрельникова Ирина Егоровна, 22 лет, фильтровальщица. Кто их убил?

Ратайчак: Мы.

Вышинский: Вы — начальник Главного управления химической промышленности? (Ратайчак молчит.) Второй случай когда был?

Ратайчак: Второй случай был без человеческих жертв — обрыв запасного газопровода. Завод работал несколько дней с большими перебоями.

Вышинский: Третий случай?

Ратайчак: Третий случай — в ноябре 1934 года взрыв в отделении воздушных кабин, благодаря чему одна из воздушных кабин вышла из строя.

Вышинский: Погиб кто?

Ратайчак: Тоже, кажется, двое рабочих.

Вышинский: Не помните? Я напомню: Лунев Иван Егорович, ударник, лучший аппаратчик цеха, Юдин Владимир Андреевич, 26 лет, студент последнего курса Томского политехнического института, работавший на производственной практике. Помните?

Ратайчак: Правильно.

Вышинский: На Воскресенском химическом комбинате была произведена диверсия по вашему заданию?

Ратайчак: Да.

Вышинский: Погибли там люди?

Ратайчак: Нет.

Вышинский: А 17 рабочих убитых и 15 раненых?

Ратайчак: Это относится не к этому случаю, гражданин прокурор.

Вышинский: А вот мы сейчас разберем. Когда этот пожар был?

Ратайчак: В 1936 году.

Вышинский: В ночь с 1 на 2 августа?

Ратайчак: Да.

Вышинский: Пожар вы организовали?

Ратайчак: Нет. Я показывал о диверсии, которая была в апреле—мае 1934 года, когда по моему заданию был организован вывод из строя одного из кислотных цехов.

Вышинский: Значит было две диверсии: одна по вашему указанию о выводе из строя одного из цехов и другая — пожар в ночь на 2 августа 1936 года?

Ратайчак: Да.

Вышинский: А было так, что после этого пожара вы велели немедленно приступить к расчистке, хотя это было связано с опасностью для жизни рабочих?

Ратайчак: Потребовал, да.

Вышинский: Известно вам, что произошел обвал стены?

Ратайчак: Я с самого начала руководил всеми работами на месте…

Вышинский: И было убито 17 рабочих?

Ратайчак: Верно.

Вышинский: И 15 ранено?

Ратайчак: Верно.

Вышинский: Вы руководили так, что 17 рабочих было убито и 15 ранено. Правильно?

Ратайчак: (Молчит.)

Вышинский: Кто вам поручил заниматься шпионажем?

Ратайчак: Пятаков.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.