Неприятная история с Эком

Неприятная история с Эком

В феврале 1944 года в Индийский океан вышла новая группа из 6 лодок, из которых только 5 достигали своей цели, так как U-177 была потоплена 6 февраля «Либерейтором» к западу от острова Вознесения. U-852 (капитан-лейтенант Хайнц Эк) при переходе через Южную Атлантику встретила греческое судно Peleus (4695 брт). Peleus шло одно из Фритауна в Буэнос-Айрес, когда 13 марта северо-восточнее острова Вознесения его атаковала двумя торпедами и потопила U-852. Эк хотел, чтобы от торпедирования не осталось никакого следа, и совершил бесчеловечный и противоречащий всем морским традициям акт: расстрелял из пулеметов оставшихся в живых после кораблекрушения моряков. Трое из них уцелело в этой бойне, и 6 неделями позже им удалось достичь западного побережья Африки.

Между тем U-852 ушла в Индийский океан. 1 апреля она двумя торпедами потопила британское судно Dahomian водоизмещением 7000 тонн. 3 мая перед островком Сокотра подводную лодку обнаружил самолет Королевских ВВС с авиабазы в Адене, он атаковал лодку, и она получила такие тяжелые повреждения, что командир решил затопить лодку. Капитан-лейтенант Хайнц Эк, который со своим экипажем попал в плен, позже был обвинен в расстреле из пулеметов потерпевших кораблекрушение моряков с Peleus. В октябре 1945 года он со своей командой предстал перед британским военным трибуналом в Гамбурге. Хайнц Эк, трое его офицеров и унтер-офицер были приговорены к смертной казни и 30 ноября 1945 года расстреляны. Нескольких членов экипажа приговорили к тюремному заключению.

Карл Дёниц в ходе допросов на процессе пытался спасти своего офицера. Он объяснял: «Я хотел бы сказать, что капитан-лейтенант Эк столкнулся с очень тяжелым решением. Он нес ответственность за лодку и за свой экипаж, и эта ответственность лежит на войне. Если бы он принял другое решение, то, как он считал, был бы сразу обнаружен и уничтожен, и это соображение небезосновательно, так как в том же самом районе и в то же самое время, насколько я знаю, велась бомбардировка 4 подводных лодок. Если по этой причине он пришел к такому решению, то немецкий военный трибунал, без сомнения, должен был бы это учесть. Я думаю, что все после войны смотрят на вещи несколько иначе и не чувствуют той огромной ответственности, которая лежала на бедном командире»¹⁰.

В другом же месте немецкий адмирал пишет: «Я не мог одобрять поведение командира, так как солдат не может отходить от нравственных принципов боевого руководства».