Явные и тайные дома московского шалопая

Явные и тайные дома московского шалопая

Кто, зная тебя,

не поверит тебе на слово своего имения,

тот сам не стоит никакой доверенности.

Письмо Пушкина Нащокину

Эта история началась много лет назад, когда я услышала, как моя 10-летняя подружка-ровесница разговаривает со своей бабушкой.

– Сейчас съездим в «Детский мир», ну а потом, если купим, заглянем на улицу Фурманова.

Подружка кивнула и подошла к своей вешалке в раздевалке. Дело происходило после уроков в школе, куда бабушка пришла встречать внучку. Пока мы одевались, подружка прошептала:

– Ладно уж, сгоняем на этого Фурманова… Может, и вправду домик купим…

– Какой домик? – не поняла я.

– В «Детский мир» кукольные домики привезли. Вот бы повезло, чтоб купили!

Кукольный домик!.. По советским временам это была недостижимая мечта каждого ребенка – и не только девочки. Мальчики тоже охотно занимались кукольными домиками. Вот только обладали ими счастливчики, те, кому родители ухитрились привезти волшебную игрушку из-за границы. Да я бы за ней на край света пошла, не то что в «Детский мир» поехала…

Вот и у подружки Ларочки уже глазенки горели – хотелось игрушку мечты!

Вечером она позвонила:

– Беги ко мне! Купили!!!

И я побежала. Подружка жила в доме, примостившемся с обратной стороны нашего. Только вот до него действительно надо было «бежать», то есть идти минут десять, потому что прямого прохода не существовало. Наши дома стояли между кривых и тесных московских проулочков и закоулков.

Словом, ввалилась я к Ларочке запыхавшаяся. От нетерпеливого предвкушения удовольствия даже пальто швырнула на вешалку, не глядя, и ринулась в Ларочкину комнату.

На столе стояло ЧУДО. Светлое, деревянное, покрытое лаком. Две комнаты внизу и одна большая наверху. Крыша из деревянных жердочек съемная. Задняя стенка сплошная, а в боковых вырезано по огромному окну для каждой комнатки. Передней стенки, естественно, нет. Ларочка достала маленькую куклу сантиметров с восемь и ввела ее в новое жилище. Прислонила к стенке:

– Теперь будешь здесь жить!

Потом подружка повернулась ко мне:

– А ты свою взяла?

У меня тоже была такая же куколка, мы даже наряды для них шили вместе, но я не сообразила взять ее с собой. Вот дура!

– Завтра принеси! – почему-то шепотом проговорила подружка. Наверное, от очень уж большого восторга.

И было от чего прийти в восторг: наши куклы станут жить в собственном домике!

Но тут нам вдруг стало как-то невыразимо печально. Мы посмотрели друг на друга.

– Мебели нет! – несчастно проговорила Ларочка.

– И посуды, и игрушек! – чуть не всхлипнула я. – В доме должны быть игрушки…

– Игрушки можно взять от маленькой елочки, – сообразила Ларочка. – У тебя была где-то…

– Ага! – немного утешилась я. – А мебель… а посуду?..

– Бабушка! – завопила Ларочка. И когда бабуля вошла, заплакала. – Мебели нет!

С тех пор бабушка с внучкой стали частенько ездить в магазин «Детский мир». Дефицитную кукольную мебель и посуду можно было купить только там.

И однажды вечером раздался долгожданный звонок:

– Мебель купили! Беги скорей!

Я влетела к подружке, когда обе наших куклы уже гордо восседали на крошечных стульчиках, спинки которых, как и вся другая мебель, были раскрашены красными цветами. Красота! Уют!

– Представляешь, после магазина бабушка потащила меня опять на улицу Фурманова. Мы даже замерзли там! – говорила подружка.

Но я, глядя на волшебную картинку домика и мебели, пропустила ее слова мимо ушей.

Вспомнила только потом, когда через пару месяцев Ларочка с бабушкой ухитрились купить еще и посуду куклам в домик.

– Опять на Фурманова катались! – сообщила подруга. – И вот! Угадай, что ба под домик положила?

Конечно, я не угадала, хоть и перечислила много чего. Но Ларочка отогнула угол скатерти, на которой расположился домик, и я увидела десятку – большие деньги по тем временам! Надо же… И зачем?!

Расспрашивать я постеснялась. Ну а потом, после окончания учебного года, подруга объявила мне, что она уезжает за границу. Родителей назначили какими-то там представителями, и они берут ее с собой. Больше подружки я уже не видела. Потому что к тому времени, когда ее семья вернулась в Москву, бабушка уже обменяла их ветхое и разваливающееся жилье на новую квартиру.

А вот о кукольном домике, переулке Фурманова и денежной купюре под скатертью я узнала совершенно поразительную мистическую историю. Оказалось, все это теснейшим образом связано одно с другим. А во главе угла лежат конечно же тайны московских улиц.