Среда, 4 января

Среда, 4 января

Доктор Н. развешивает снимки с результатами моего последнего сканирования и вглядывается в них с улыбкой на лице. Мне кажется, что еще я вижу на его лице гордость. Мои легкие по-прежнему чисты. Он терпеливо слушает их с помощью стетоскопа. Этот человек точно помешан на своей работе. Я вздыхаю и кашляю, и он говорит, что все звуки чистые.

“Но это же фантастика!” – восклицает он в типичной манере профессора Лакмуса. И на этот раз он не боится поделиться со мной более оптимистичным прогнозом, что не в стиле доктора Л. Он говорит мне, что, по его мнению, моя опухоль и вся ее семейка окончательно испарились. Вы никогда не сможете быть полностью уверены, напоминает он мне. Но мне и этого вполне достаточно.

Теперь я должна отучить свое тело от лекарств. Давать ему не десять, а пять миллиграммов преднизона. Я записываюсь к местному физиотерапевту, чтобы вновь нарастить мышцы и вернуть былую выносливость. Три занятия в тренажерном зале и только две химии. Еще одно сканирование – и я свободна до лета. Лето! Это значит полгода без доктора Н. и чуть меньше – без доктора Л. и медсестер. Удивительно, но привыкнуть можно к чему угодно. Даже к химии.