3. Анализ положения на Кубе, ее настоящее и будущее

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

3. Анализ положения на Кубе, ее настоящее и будущее

Более года прошло с того момента, когда в результате длительной гражданской вооруженной борьбы кубинского народа диктатор бежал из страны. Достижения нашего правительства в социальной, экономической и политической областях велики. И все же мы подвергнем их анализу, с тем, чтобы по достоинству оценить каждое мероприятие и показать народу подлинный размах революции на Кубе. Наша национальная – в основе своей аграрная – революция, хотя в ней и принимают активное участие рабочие и представители среднего класса (а в последнее время ее поддерживают и промышленники), приобретает значение не только для Латинской Америки, но и для всего мира. Она опирается на несокрушимую волю кубинского народа. Ее вдохновляют стоящие перед ней цели.

В наше намерение не входит давать даже самый краткий обзор принятых законов, хотя все они, несомненно, отвечают народным интересам. Мы остановимся лишь на некоторых из них и в то же время проследим ход событий, что позволит нам ознакомиться со всевозрастающими заботами государства об удовлетворении нужд кубинского народа.

Вопреки расчетам паразитических классов страны революционная власть уже на первых порах выступила с рядом конкретных мероприятий. Один за другим были приняты законы о снижении квартирной платы, платы за электроэнергию, об установлении контроля над деятельностью телефонной компании с последующим снижением тарифов. Люди, которые принимали Фиделя Кастро и всех тех, кто совершил эту революцию, за политиканов старого образца или за недалеких марионеток с единственным отличительным признаком – бородой, стали понимать, что происходит нечто более серьезное, идущее из самых глубин кубинского народа, и что их привилегиям очень скоро может прийти конец. Тогда-то руководителям победоносного партизанского движения стали приклеивать ярлык коммунизма, а слово «антикоммунизм» стало сплачивать всех «пострадавших» и лишившихся несправедливых доходов.

Закон о необрабатываемых участках и закон о продаже земли в рассрочку вызвали беспокойство у представителей ростовщического капитала. Но это были мелкие стычки с реакцией; она полагала, что все будет хорошо, все образуется, что «этот сумасшедший парень», Фидель Кастро, послушавшись доброго совета Дюбуа или Портера, станет на правильный «демократический» путь. Нужно лишь дождаться лучших времен.

Закон об аграрной реформе явился для реакции сильным ударом. Теперь уже «пострадавшие» прекрасно все помяли. Но еще ранее глашатай реакции Гастон Бакеро предугадал дальнейший ход событий и убрался из страны, найдя приют у испанского диктатора. Кое-кто все еще надеялся, что дальше принятия закона о реформе дело не пойдет, ибо и другие правительства на словах ратовали за принятие законов, отвечающих интересам народа. Претворение же их в жизнь – это совсем другой вопрос. На этого резвого и трудного ребенка, чье имя обозначалось сокращенно ИНРА[1] в начале смотрели по-отечески ласково и нежно авторы социальных доктрин и почтенных теорий о народных финансах, недоступных невежественным партизанам. Но ИНРА[2] двигался вперед, подобно трактору или танку (он является одновременно и тем и другим), сметая на своем пути ограды латифундий, утверждая новые принципы землепользования.

Аграрной реформе на Кубе присущи черты, имеющие исключительно важное значение для нашего континента, Конечно, она носит антифеодальный характер, поскольку, уничтожая на Кубе латифундии, отменяет все договоры, предполагающие выплату земельной ренты деньгами, уничтожает крепостнические отношения, которые до тех пор сохранились в производстве таких основных наших сельскохозяйственных продуктов, как кофе и табак.

При всем этом аграрная реформа осуществляется в капиталистических условиях. Она направлена на освобождение отдельных крестьян и целых коллективов от гнета монополий, на предоставление им возможности честно обрабатывать свою землю и производить товары без страха перед кредитором или хозяином.

Особенность реформы заключалась в том, что уже в первые дни ее проведения крестьянам и сельскохозяйственным рабочим, получившим землю, была предоставлена необходимая техническая помощь специалистами, машинами, а также финансовая помощь в виде кредитов ИНРА или государственных банков. Огромную помощь и поддержку оказала крестьянам Национальная ассоциация народных магазинов. Вначале деятельность этой ассоциации наибольшее распространение получила в провинции Ориенте, а в настоящее время она с успехом протекает и в других провинциях, где государственные магазины, установив разумные цены на урожай и, выплачивая справедливую компенсацию, вытесняют лавочников и ростовщиков.

На наш взгляд, самое существенное отличие аграрной реформы на Кубе от трех других крупных аграрных реформ, проведенных в Мексике, Гватемале и Боливии, состоит в решимости довести ее до конца без каких-либо оговорок или уступок. Наша аграрная реформа считается лишь с правом народа, она не направлена ни против какого-либо конкретного класса, ни против какой-либо страны. Наш закон об аграрной реформе в одинаковой степени направлен как против «Юнайтедфрут компани» и «Кинг рэнч», так и против местных латифундистов.

В этих условиях интенсивно развивается производство важнейших для страны продуктов, таких, как рис, масличные культуры и хлопок. Это создает основу для планирования. Однако страна на этом не останавливается: она намерена вернуть все то, что у нее было отобрано. Богатства ее недр – объект беспрерывных ссор и драк алчных монополистов – с принятием закона о национализации нефти снова стали достоянием народа. Этот закон, подобно закону об аграрной реформе и другим законам, изданным революцией, отвечает кровным интересам Кубы, насущным потребностям народа, который хочет стать свободным, который хочет стать полновластным хозяином своей страны, процветать и достигать в своем развитии все более высоких целей. Именно поэтому закон о национализации нефти служит примером для всего континента, именно поэтому он наводит такой страх на нефтяные монополии. И это вовсе не потому, что Куба наносит серьезный ущерб этим монополиям. Ни у кого нет никаких оснований считать нашу страну крупным районом по добыче такого ценного вида топлива, как нефть, хотя мы и надеемся, что сможем полностью удовлетворить свои потребности в нефти. Зато этот закон является наглядным примером для братских народов стран Латинской Америки, одни из которых служат источником наживы для монополий, а другие занимаются распрями, играя тем самым на руку конкурирующим трестам. Одновременно этот закон показывает, насколько реальна возможность его осуществления в любой латиноамериканской республике в определенный момент.

Крупные монополии поглядывают на Кубу с тревогой. Еще бы! Небольшой остров Карибского моря осмелился посягнуть на наследство Фостера Даллеса – «Юнайтед фрут компани» и на владения империи Рокфеллера. Силу народной кубинской революции ощутила и группа «Ройял датч шелл».

Закон о национализации нефти, подобно закону о национализации шахт и рудников, является ответом народа тем, кто пытается сломить его демонстрацией силы, воздушными налетами и всевозможными угрозами. Некоторые утверждают, что закон о национализации шахт и рудников имеет такое же значение, как и закон об аграрной реформе. Вообще для экономики страны он, по нашему мнению, не имеет такого большого значения. Но суть не в этом. 25 процентов денежных средств от продажи всех экспортных товаров, которые должны нам выплатить компании, продающие наши полезные ископаемые за границей, не только способствуют повышению благосостояния кубинцев, но и увеличивают относительную мощь канадских монополий в их борьбе с теми, кто занимается эксплуатацией нашего никеля.

Кубинская революция, ликвидируя латифундии, ограничивает тем самым доходы иностранных монополий и иностранных посредников с их паразитическими капиталами, наживающихся на импорте, показывает миру образец новой политики на латиноамериканском континенте, осмеливается отвергнуть монополистический статус крупнейших горнорудных монополий, ставя, по крайней мере, одну из них в весьма затруднительное положение.

Это новое грозное предупреждение соседям из страны – родины крупнейших монополий. Эхом проносится оно по всей Латинской Америке. Кубинская революция сметает все барьеры, установленные информационными агентствами, она, подобно быстрому потоку, несет правду латиноамериканским народам, мечтающим о лучшей жизни. Куба – это символ новой страны, Фидель Кастро – это символ освобождения.

В силу простого закона тяготения маленький остров площадью в 114 тысяч квадратных километров и с населением в 6,5 миллиона человек стал во главе всей антиколониальной борьбы в Латинской Америке. Куба заняла героическую, славную и опасную позицию авангарда. Экономически слабо развитые страны колониальной Латинской Америки, где национальный капитализм развивается неравномерно, в постоянной и подчас жестокой борьбе с иностранными монополиями, постепенно уступают ведущую роль в антиколониальной борьбе этому маленькому свободному государству, так как их правительства не располагают достаточными силами, чтобы вести борьбу.

Наша борьба не так проста. Она не лишена опасностей и трудностей. В Латинской Америке мы ведем ее одни. Вот почему столь важна для нас поддержка народа, его готовность пойти на все. Этот передовой пост пытались удержать малые страны: Гватемала кетцаля – птицы, символизирующей свободу, которая не живет в неволе и умирает, когда ее запирают в клетке; Гватемала Текума Умана – индейца, ставшего жертвой прямой агрессии колонизаторов; Боливия Морильо – одного из первых героев борьбы за латиноамериканскую независимость, страна, не устоявшая перед великими трудностями борьбы, хотя она тоже вначале показала три примера, сыгравшие существенную роль и в кубинской революции: она ликвидировала старую армию, приняла закон об аграрной реформе и закон о национализации шахт и рудников. Она показала три примера, которые одновременно напоминают и о наших несметных богатствах и о безмерных страданиях. Кубе известны примеры прошлого, ей знакомы трудности и неудачи. Но она знает также, что начинает новую эру мира. Под натиском народов, борющихся за свою национальную независимость, рушатся устои колониализма в странах Азии и Африки. Теперь уже не общность религии и обычаев и не этническая общность объединяет народы, а сходство их экономических и социальных стремлений, общее желание добиться прогресса и восстановления прав. Азия и Африка протянули друг другу руки в Бандунге, а в Гаване Азия и Африка встретились с колониальной индейской Америкой, и там протянули друг другу руки народы трех континентов.

В борьбе с народами отступили крупные колониальные державы. Бельгия и Голландия стали теперь жалкими пародиями на империю; Германия и Италия потеряли свои колонии; Франция зажата в тисках войны, которую она, безусловно, проиграет. Дипломатически изобретательная и ловкая Англия теряет свою политическую силу, еще сохраняя, правда, свои экономические позиции.

Североамериканский капитализм вытеснил некоторые старые капиталистические колониальные державы в странах, ставших независимыми. Однако он знает, что все это – временное явление, ибо он не чувствует себя уверенно в этом районе своих финансовых махинаций. Подобно спруту, он может присасываться, но не может прочно удержать своих присосок. Лапа имперского орла подсечена. Колониализм мертв во всех странах мира или же находится в стадии умирания.

Совсем другое дело – Латинская Америка. Прошло много времени с тех пор, как британский лев отвернул от нее свою прожорливую пасть, а набирающиеся сил молодые американские капиталисты, установив «демократический» вариант английских клубов, навязали свое безраздельное господство каждой из двадцати республик.

Латинская Америка стала колониальной вотчиной североамериканских монополий, «задворками собственного дома», смыслом их жизни на данном этапе и единственной возможностью ее поддержания. Если бы все латиноамериканские народы подняли знамя борьбы в защиту собственного достоинства, как это сделала Куба, то пошатнулись бы основы монополий; они вынуждены были бы смириться с новой политической и экономической ситуацией и навсегда расстаться со значительной частью своих прибылей. Но монополия мне по душе расставаться с ними, и кубинский пример – этот «дурной пример» национального и интернационального достоинства – распространяется на страны Латинской Америки. Каждый раз, когда какая-либо истерзанная страна бросает клич освобождения, – обвиняют Кубу. И в некоторой степени Куба повинна в этом, ибо именно она указала путь – путь вооруженной народной борьбы против якобы непобедимых армий, путь борьбы в сельской местности с целью измотать и уничтожить противника за пределами его баз, короче говоря, указала путь борьбы в защиту собственного достоинства.

Что и говорить, «дурной», очень «дурной» пример подает Куба! Монополии не могут спать спокойно, пока этот «дурной» пример будет оставаться и, невзирая ни на какие опасности, звать к лучшему будущему. «Такой пример нужно устранить!» – вопят глашатаи монополий. «Нужно организовать интервенцию против этого коммунистического бастиона!» – вопят прислужники монополий, скрывающиеся под маской парламентариев. «Положение на Кубе вызывает у нас огромное беспокойство», – говорят самые коварные защитники трестов. Однако все мы знаем, что они хотят сказать: «Кубу надо уничтожить».

Но каковы же возможности агрессии, направленной на устранение этого «дурного» примера? Одну из них мы могли бы назвать чисто экономической. Эта возможность начинается с ограничения североамериканских банковских кредитов кубинским торговцам, нашим банкам, в том числе и самому Национальному банку Кубы. Подобная работа ведется также через североамериканских акционеров во всех западноевропейских странах. Но одного этого недостаточно.

Отказ предоставить кредиты наносит первый сильный удар по нашей экономике. Но она немедленно восстанавливается, торговый баланс выравнивается, и на-ка страна привыкает к необходимости жить, сообразуясь с обстановкой. Давление тем временем не ослабевает. Начинает свою пляску сахарная квота: да-нет, нет-да. Счетные машины монополистических агентов проделывают всевозможные операции, и монополии приходят к заключительному выводу: уменьшать сахарную квоту – небезопасное дело, а аннулировать ее невозможно.

Почему? Потому что такая мера была бы неразумной с политической точки зрения, а, кроме того, это пробудило бы аппетиты десяти-пятнадцати стран-поставщиков и вызвало бы перебранку между этими странами, которые всегда будут рассчитывать на нечто большее. Сахарную квоту невозможно ликвидировать потому, что Куба является самым крупным, эффективным и дешевым поставщиком Соединенных Штатов, и потому, что 60 процентов капиталов, вложенных в производство и сбыт сахара, принадлежит США. Кроме того, и наш внешнеторговый баланс благоприятен для Соединенных Штатов Америки. А если мы не сможем продавать, то не сможем и покупать. Это привело бы к разрыву соглашения.

Мы позволим себе отметить еще один момент. «Дарованные» нам североамериканцами три надбавки к ценам на сахар, существующим на мировом рынке, говорят лишь об их неспособности производить дешевый сахар. Высокий уровень заработной платы сельскохозяйственных рабочих США и низкая продуктивность земли мешают великой державе производить сахар по кубинским ценам. Прикрываясь этой более высокой ценой, по которой США платят за продукт, они навязывают обременительные договоры не только Кубе, но и всем производителям.

Мы не думаем, что своими бомбардировками и поджогами плантаций сахарного тростника монополии смогут оказать давление на экономику, с тем, чтобы подорвать производство сахара в нашей стране. Эта мера преследует одну цель – посеять неверие в силу революционного правительства. Тут и изуродованный труп североамериканского наймита, чья кровь на доме кубинца и на политике тех, кто его послал; тут и далеко идущая политика; тут и чудовищный взрыв на пароходе с оружием, которое предназначалось для повстанческой армии.

Оказать давление на кубинскую экономику можно ив области снабжения ее сырьем, например хлопком. Однако хорошо известно, что в мире наблюдается перепроизводство хлопка, и поэтому наши затруднения с хлопком были бы временными.

Ну, а как обстоит дело с топливом? Этот вопрос заслуживает особого внимания. Без топлива экономическая жизнь страны была бы парализована. Куба добывает очень мало нефти. Она имеет некоторые виды топлива, которые, в конце концов, могут привести в действие машины и различные транспортные средства. Но в мире много нефти. Ее могут продавать Египет, Советский Союз и, возможно, в скором времени Ирак.

Говоря о возможности агрессии, заметим, что если наряду с экономическими санкциями по отношению к нам последует еще и провокация со стороны какой-либо «карманной державы», скажем Доминиканской Республики, то в этом случае обстановка обострится. Но, в конченом счете, должна будет вмешаться Организация Объединенных Наций, и из этой провокации ничего не выйдет.

Новый путь, по которому идет ОАГ, создает опасный прецедент для интервенции. Прикрываясь избитой фразой об агрессии нашей страны против вотчины Трухильо, монополии втихомолку воздвигают трамплин для агрессии. Можно лишь сожалеть, что Венесуэла поставила нас в весьма трудное положение, не оказав нам поддержки в разоблачении трухильистской клеветы о пресловутой интервенции Кубы против Доминиканской Республики. Какую добрую услугу оказали пиратам нашего континента!

В новых агрессивных планах предусмотрено и физическое уничтожение «сумасшедшего парня» Фиделя Кастро, который навлек на себя особый гнев монополий. Конечно, следовало бы принять меры по уничтожению и двух других опасных «международных агентов» – Рауля Кастро и автора этих строк. Что и говорить, мысль более чем заманчивая! И если был бы достигнут удовлетворительный результат по всем трем пунктам или, по крайней мере, по одному (мы имеем в виду уничтожение нашего вождя), это было бы лишь на руку реакции. Но не забывайте о народе, господа монополисты и их местные прислужники! Не забывайте о всемогущем народе, который в случае подобного преступления уничтожит и раздавит в своей ярости всех тех, кто прямо или косвенно будет связан с покушением на вождей революции? Этой карающей руки не остановит ничто.

В агрессивных планах монополий может быть предусмотрен один из аспектов гватемальского варианта. Вполне возможно, что Кубе откажут в снабжении оружием. Это вынудит ее покупать оружие в коммунистических странах, что, конечно, вызовет поток грязных, клеветнических измышлений. Результат всего этого легко предвидеть. «Возможно, на нас и нападут как на „коммунистов“, но нас не удастся уничтожить как глупцов», – сказал один из членов нашего правительства.

Тогда-то и начнут вырисовываться планы прямой агрессии со стороны монополий; ведь имеется много и других возможностей, которые будут обсуждаться и изучаться с учетом различных вариантов в «Интернешнл бизнес мэшинс корпорейшн». Возможен и испанский вариант агрессии. В этом случае используются высланные из своей страны люди, их поддерживают так называемые добровольцы – точнее, наемники или попросту солдаты одной иностранной державы. А для успеха дела большую помощь в их действиях окажут флот и авиация.

Можно ожидать и прямой агрессии со стороны какого-либо государства, например Доминиканской Республики, которая пошлет своих подданных – наших братьев, а заодно с ними и многих наемных солдат умирать на наших берегах, чтобы спровоцировать войну. Когда она начнется, монополии, вероятно, заявят, что у них нет ни малейшего желания ввязываться в эту «несчастную» братоубийственную войну и что они лишь не дадут ей выйти за определенные рамки. Им, дескать, это удастся сделать с помощью своих линкоров, крейсеров, эсминцев, авианосцев, подводных лодок, минных тральщиков, торпедных катеров и самолетов, которые будут контролировать воздушное и морское пространство этой части латиноамериканского континента. Может случиться так, что ревностные «поборники мира» на американском континенте не пропустят ни одного корабля, ни одного транспорта с каким-либо грузом для Кубы. В то же время некоторые, а то и все корабли, направляющиеся к берегам страны Трухильо, смогут обмануть «железную» бдительность «миролюбцев».

Интервенция может быть предпринята также с помощью какого-нибудь «авторитетного» межамериканского органа, чтобы положить конец «безумной войне», якобы развязанной на нашем острове «коммунизмом». Если же машина этого «влиятельного» американского органа не сработает, интервенция может быть начата самими «поборниками мира», якобы во имя защиты интересов своих подданных – то есть это будет корейский вариант.

Возможно, что первый шаг агрессии будет направлен не против нас, а против конституционного правительства Венесуэлы, чтобы ликвидировать наш последний опорный пункт на континенте. Если это случится, то возможно, что центр борьбы против колониализма переместится с Кубы на родину великого Симона Боливара. Народ Венесуэлы встанет на защиту своих свобод со всей энергией, сознавая, что это будет решающая битва, поражение в которой приведет к самой мрачной тирании, а победа – к светлому будущему Америки. Борьба народов нарушит спокойную жизнь монополий в наших братских порабощенных странах.

Мы в состоянии привести немало доводов против возможности победы врага. Два из них мы считаем основными. Первый довод – внешнего порядка – исходит из того, что 1960 год – это год экономически слаборазвитых стран и освобожденных народов, год, когда наконец миллионы людей, избавленные от «счастья» находиться под властью владельцев смертоносного оружия и капиталов, заставят себя уважать. Мы можем привести и другой не менее внушительный довод внутреннего порядка: в момент опасности 6 миллионов кубинцев все как один возьмут в руки оружие, чтобы встать на защиту своей родины и своей революции. Это и будет наша национальная армия. Куба станет тогда ареной сражения, а ее армия – частью вооруженного народа.

Если она потерпит поражение в обычной войне, возникнут сотни партизанских отрядов с самостоятельным управлением и единым центральным командованием, которые будут драться во всех пунктах страны. В городах рабочие будут насмерть биться у стен своих фабрик и заводов, в сельских местностях смерть будет подстерегать захватчика за каждой пальмой, на каждом клочке поля, вспаханного трактором, который революция дала крестьянам!

Во всех странах мира миллионы протестующих против агрессии людей, повинуясь долгу международной солидарности, преградят путь несправедливой войне. И тогда владельцы монополий увидят, как рухнут их подгнившие устои, как могучим порывом народного гнева будет сорвана завеса лжи и клеветы, состряпанная продажной прессой. Но допустим, осмелятся бросить вызов возмущенным народам мира. Что тогда произойдет в нашей стране?

Учитывая уязвимость нашего острова, отсутствие у нас тяжелого оружия, нашу слабую авиацию и военно-морской флот, на первый план выдвигается партизанское движение как решающий фактор обороны страны.

Наши сухопутные войска будут бороться со всей отвагой, упорством и воодушевлением – качествами, столь присущими сынам кубинской революции в эти славные годы ее истории. Мы готовы и к худшему случаю. Мы сделаем все необходимое, чтобы сохранить наши боевые подразделения и после разгрома нашей армии. Мы хотим этим сказать, что если наша армия потерпит поражение от превосходящих сил противника, она превратится в партизанскую армию. Такую армию будет характеризовать высокая мобильность, единоначалие командиров колонн. Ею будет руководить центральное командование, расположенное в любом пункте страны, задачей которого будет – действовать согласно выработанному им стратегическому плану и отдавать соответствующие приказы.

Последним оборонительным рубежом повстанческой армии, этого вооруженного организованного авангарда народа, станут горы. Но противнику придется вести бой за каждый населенный пункт, за каждый дом, за каждую дорогу, за каждую высоту, за каждую пядь земли нашей родной страны. И этот бой ему будет дан великим арьергардом, каковым станет весь народ, обученный и вооруженный в соответствии с положениями, о которых мы скажем далее. Так как у наших пехотных подразделений нет тяжелого оружия, их командованию придется обратить особое внимание на организацию противотанковой и противовоздушной обороны. При этом единственным видом оружия определенной мощности у них будут (за исключением нескольких минометных батарей) базуки, противотанковые гранаты, скорострельные зенитные пушки, мины различных типов. Нет никакого сомнения в том, что располагающий автоматическим оружием бывалый солдат будет бережно расходовать боеприпасы, зная цену каждому патрону. Подразделения нашей армии будут сопровождать походные мастерские по изготовлению патронов, обеспечивая эти подразделения боеприпасами даже в самых суровых условиях.

Что касается авиации, то в первые моменты вторжения она, по-видимому, понесет большие потери. Обо всем этом мы говорим, исходя из возможностей нападения на нашу страну сильной иностранной державы или наемных войск какого-нибудь маленького государства, тайно или открыто поддержанных этой сильной державой.

Наша авиация будет уничтожена или почти уничтожена; останутся только разведывательные самолеты или самолеты связи, и прежде всего вертолеты, на которые можно возложить выполнение вспомогательных задач.

Организация военно-морского флота также будет соответствовать такому стратегическому плану. Юркие военные катера, неуязвимые для противника, будут наносить ему удары в самых неожиданных местах. И тут, как и в ранее приведенных случаях, противник, к своему великому отчаянию, не обнаружит ни единого важного объекта, ни одной сколько-нибудь значительной цели, на которую мог бы он обрушить свой удар. Словом, он нигде не встретится с четко обозначенной линией фронта: он все время будет иметь дело с невидимым, чрезвычайно подвижным и совершенно неуловимым противником, который, отходя, не даст ему покоя ни на миг.

Но потерпев поражение в войне обычного типа, народная армия, прошедшая особую подготовку, все же, несмотря ни на что, уцелеет. Вокруг нее объединятся тогда два основных слоя населения – крестьяне и рабочие. Наши крестьяне уже показали, на что они способны, задержав шайку, которая мародерствовала в окрестностях Пинар-дель-Рио. Большинство крестьян пройдет военную подготовку по месту жительства, но командиры отрядов и вышестоящие офицеры, уже будучи таковыми, пройдут переподготовку на наших военных базах. Оттуда они будут направлены в тридцать сельских зон, на которые разделена вся территория нашей страны, с целью создания других многочисленных очагов крестьянской борьбы. Они будут до последнего дыхания защищать нашу землю, наши социальные завоевания, наши новые дома, каналы, плотины, наш богатый урожай, нашу независимость. Короче говоря, они будут защищать наше право на жизнь.

Крестьяне окажут стойкое сопротивление наступающему противнику. Если же противник будет слишком силен, крестьяне изменят свои методы борьбы. Днем крестьянин будет мирным землепашцем, а ночью – неустрашимым партизаном, грозой захватчиков.

Примерно так же поступят и рабочие. Лучшие из них тоже пройдут подготовку, станут во главе своих товарищей и организуют упорное сопротивление врагу.

Однако задачи, стоящие перед теми или иными слоями населения, будут неодинаковы. Крестьянин будет вести типичную партизанскую борьбу. Он должен стать хорошим стрелком, научиться применяться к местности и незаметно исчезать. Говоря о рабочем, укажем, что ему благоприятствует одно обстоятельство: он находится как бы внутри огромной неприступной крепости, каковую является современный город. Но действия в городских условиях имеют и свою отрицательную сторону, так как передвижение в городе затруднено. Прежде всего рабочий должен научиться воздвигать на улицах баррикады, используя для этого всевозможные транспортные средства, мебель и т. д. Он должен превратить каждый квартал в крепость с ходами сообщения. Он должен овладеть таким действенным оружием оборонительного боя, как бутылки с горючей жидкостью, и уметь метко вести огонь из многочисленных бойниц) каковыми послужат окна домов современного города.

Рабочие, отряды национальной полиции и вооруженные силы, обороняющие город, составят могучую армию, которая сыграет решающую роль в борьбе. Борьба в пределах города, конечно, не будет такой подвижной и гибкой, как борьба крестьян. Здесь мы понесем немалые жертвы. Враг двинет против нас танки. Но народ, знающий уязвимые места этих танков, будет бесстрашно их уничтожать. Но каждый успех будет стоить народу больших жертв.

Наряду с крестьянскими и рабочими организациями будут существовать и другие, например отряды студенческой милиции, в которые войдут лучшие представители студенческой молодежи. Эти отряды будут действовать под руководством повстанческой армии. В борьбу включатся и другие молодежные, а также женские организации, которые, несомненно, сыграют большую роль в этой освободительной борьбе. Женщины окажут неоценимую помощь мужчинам. Они будут готовить пищу, лечить раненых, облегчать страдания умирающих, будут стирать белье – короче говоря, в трудные моменты женщина наравне с мужчиной всегда будет в первых рядах.

Все это будет достигнуто в ходе широкой организационной работы среди масс, а также в ходе кропотливой воспитательной работы. Речь идет о воспитании, которое дает элементарные знания. Оно строится на правильном толковании революционных событий.

Революционные законы следует комментировать, объяснять, изучать на каждом собрании, на каждой ассамблее, в любом пункте, где участники революционного движения, собравшись вместе, смогут обсудить волнующие их вопросы. На этих встречах необходимо зачитывать, комментировать, обсуждать выступления руководителей, в частности, если речь идет о Кубе, – выступления общепризнанного лидера. Это должно ориентировать массы. Необходимо поставить дело так, чтобы жители сельских районов могли слушать по радио (а там, где это возможно, и смотреть по телевидению) замечательные, всем понятные выступления нашего премьер-министра. Надо всегда помогать народу разбираться в тех или иных вопросах политики, поскольку она является выражением его чаяний, воплощенных в законах, декретах, резолюциях. Необходимо воспитывать массы в духе революционной бдительности, зорко следить за происками врага. Каждый партизан обязан свято блюсти революционную мораль. И это понятно, ибо в противном случае революция вступила бы на опасный путь. Об этом должен помнить каждый революционер, каких бы взглядов он ни придерживался. Прежние заслуги партизана могут явиться смягчающим обстоятельством, но это не значит, что его вовсе не нужно наказывать.

Следует пропагандировать труд, особенно коллективный, имеющий общие цели. Большее развитие должны получить добровольческие бригады, которые строили бы дороги, мосты, мельницы, плотины, школьные городки, были бы сплоченными, демонстрировали на деле свою любовь к революции.

Армия, органически связанная с народом, состоящая из крестьян и рабочих, хорошо обученная и психологически подготовленная к любым неожиданностям, непобедима. Эта армия станет тем более непобедимой, чем больше будет основания применить к ней и ко всему народу слова нашего бессмертного Камило: «Армия – это народ в военной форме». Поэтому, как бы ни стремились монополии к устранению «дурного примера» Кубы, наше будущее лучезарно как никогда.

*********************