Очерк 14. КТО «НАЕХАЛ» НА СССР?!

Очерк 14. КТО «НАЕХАЛ» НА СССР?!

МОЛЧАНИЕ ШЕЙХА ФАДЛАЛЛЫ

В укрытии близ советского посольства терпеливо ожидали смуглые мужчины в автомобилях. Курили, перебрасывались пустыми словами — у мужчин тянулся обычный «рабочий» день. На коленях лежали привычные «инструменты» — автоматы Калашникова. Наконец ворота посольского двора распахнулись: выкатился один автомобиль, следом другой.

Смуглые водители сорвались с мест. Едва посольские машины вырулили на улицу, как перед ними пыхнули стоп-сигналы, и пришлось остановиться. Тут же застучали автоматные очереди — пули просвистели над крышами. Смуглые мужчины окружили русских, приказали на ломаном английском:

— Hands up! Руки вверх! Come on! Живо!

Один из русских что-то крикнул и бросился к посольству. Вслед простучали две короткие очереди. Матюкнувшись, беглец полетел на асфальт с простреленной ногой. Смуглые мужчины подхватили его и запихнули вслед за остальными русскими в свой автомобиль. На месте похищения остались сиротливо стоять лишь посольские машины с распахнутыми дверями.

Шли часы, а о судьбе врача Николая Свирского, офицеров КГБ Валерия Мырикова и Олега Спирина, раненого в ногу консульского работника Аркадия Каткова не было ничего известно. Свыше десяти лет Ливан находился во власти враждующих отрядов, и беспредел на бейрутских улицах стал притчей во языцех. Советских дипломатов не раз грабили, и одних только автомобилей посольство теряло по несколько штук в год. Но до 30 сентября 1985 года никто не смел похищать граждан сверх-державы. Да и про арабская политика СССР хорошо была известна. Чекисты ломали головы: кто «наехал» на СССР?!

Наконец глухой мужской голос по телефону потребовал остановить операции сирийских войск в северном Ливане. Там, в окрестностях города Триполи, сирийцы добивали сейчас боевиков арафатовского ФАТХа. Сирийцев призвали арабы-христиане, чтобы обуздать терроризировавшие страну банды Арафата.

Поскольку в военном плане Сирия всецело зависела от СССР, задача для Москвы была вполне реальной. Второе требование было связано с войной в Афганистане. Похитители поставили ультиматум: если эта война не будет остановлена, советское посольство должно быть закрыто, иначе заложников убьют, а посольство захватят.

Резидентура КГБ в Ливане лихорадочно искала исполнителей и организаторов дерзкого похищения. Руководитель ФАТХа Ясир Арафат вот уже два года жил в далеком Тунисе, куда сбежал от собственных взбунтовавшихся офицеров. Обратились за помощью и к нему: как-никак Кремль снабжал Арафата оружием, обучал его командиров в школах КГБ, обеспечивал Организации освобождения Палестины дипломатическую поддержку.

«Преданный друг» советского народа с восточной эмоциональностью изобразил возмущение и пообещал срочно «принять меры». Однако день проходил за днем, а заложники оставались в плену. Каково же было изумление чекистов, когда они установили имя организатора теракта! Им оказался 31-летний Имад Мугния, бывший телохранитель Арафата. Он давно переметнулся из рядов ФАТХа в «Хизбаллу», но симпатии к бывшим сослуживцам остались, и Мугния решил им помочь.

Чтобы русские побыстрее выполнили его требования, спустя неделю Мугния собственными руками изрешетил из автомата раненого Каткова и пообещал поступить так же с остальными. Чекисты и прежде знали о чрезвычайной опасности этого человека. Он первым в современную эпоху стал использовать террористов-смертников: в апреле 1983 года подготовленная Имадом «живая бомба» подорвала в Бейруте посольство США.

А уже в марте 1984-го боевики Мугнии похитили самого Уильяма Бакли — резидента ЦРУ в Ливане. Это была сенсация. Американские дипломаты и ЦРУ предпринимали отчаянные усилия по освобождению полковника Какли, подключили к делу западногерманскую разведслужбу БНД, израильский Моссад, британскую разведку МИ-5… Все было безрезультатно.

Наконец ЦРУ решилось на беспрецедентный шаг, установив контакт с министерством разведки и безопасности Ирана (МРБ) — страны, которая была злейшим врагом США. После захвата шиитскими фанатиками американского посольства в Тегеране у США с Ираном даже не было дипломатических отношений, однако американцы знали, чем заинтересовать Иран, который увяз в войне с Ираком. В обмен на жизнь Бакли и других похищенных в Ливане американских граждан правившим в Иране воинственным богословам была предложена партия современного оружия. Аятолла Хомейни одобрил сделку: «процесс пошел».

Но 30-летний Мугния имел на сей счет собственное мнение. В войне между двумя мусульманскими странами он не видел никакого смысла и не желал способствовать истреблению «правоверных». Чтобы узнать имена агентов ЦРУ на Ближнем Востоке, Мугния подверг американского резидента пыткам, после чего собственноручно застрелил. ЦРУ объявило о награде в два миллиона долларов за помощь в поимке Мугнии. С той поры так и не нашлось смельчака, которого прельстили бы эти деньги.

Между тем в американскую печать просочилась свидетельства о поставке американского оружия враждебному Ирану через… Израиль, которому Иран отказывал в праве на существование. Так благодаря Имаду Мугнии разразился страшный скандал, получивший название Ирангейта. Организаторы сделки в США поплатились своими высокими постами, а ликвидация Мугнии стала для американских разведчиков делом чести.

Весной 1985 года разлетелся на куски автомобиль у особняка шейха Мухаммада Фадлаллы — высшего руководителя «Хизбаллы». За сильнейшим взрывом стояли офицеры Моссада и ЦРУ. В доме погибли 75 человек, включая родного младшего брата Мугнии — Джихада. Но Имад остался жив и улизнул к своим покровителям в Иран.

И вот теперь он, как выяснилось, вернулся… Освобождение заложников и возмездие террористам стало для чекистов делом принципа: в Ливане достаточно было лишь Раз допустить слабинку, чтобы советские граждане стали мишенью новых атак. Кроме того, следовало защитить посольство. Чекисты обратились за поддержкой к влиятельному полевому командиру и сопернику «Хизбаллы» Валиду Джумблату, сыну убитого лидера просоветской социалистической партии Ливана,

Джумблат немедленно пригнал к посольству СССР танки и приготовился к круговой обороне. Секретчики Джумблата помогли установить имена других соучастников похищения и схватили одного из них — бывшего арафатовского телохранителя по кличке Хадж. В ходе «мужского разговора» Хадж назвал место содержания заложников.

Здание Мугния выбрал безупречно: приблизиться незаметно было невозможно. Пришлось отказаться от силового освобождения людей. Дамаск под давлением Москвы остановил наступление в районе Триполи. Ясир Арафат поклялся, что заплатил похитителям 100 тысяч долларов и скоро заложники выйдут на свободу. Но шли дни, а по-прежнему ничего не менялось. Лишь военной контрразведке Ливана удалось сделать телефонный перехват.

Узнав о его содержании, чекисты испытали новое потрясение: вероломный 56-летний лис Арафат потребовал от похитителей держать заложников в плену до тех пор, пока сирийская армия не прекратит операции против боевиков ФАТХа в окрестностях Бейрута точно так, как она уже сделала это под Триполи. Вот так друг! Но ничего не поделаешь: пришлось выполнять и новое требование. Москва опять нажала на Дамаск, после чего сирийцы отступили и от Бейрута.

Однако и теперь Мугния не освободил русских — на всякий случай, авось еще что-нибудь захочется потребовать. Резидент КГБ в Ливане Юрий Перфильев хорошо знал, что на Востоке привыкли подчиняться только силе. И чекист отправился на поклон к самому шейху Фадлалле. Поначалу духовный пастырь был непреклонен. Полковник Перфильев приводил довод за доводом, но кровожадный фанатик молчал.

Тогда чекист пригрозил, что Советский Союз нанесет ракетный удар по резиденции аятоллы Хомейни в священном для шиитов иранском городе Куме. После этих слов в комнате стало оглушительно тихо. Перебирая четки, Фадлалла переваривал услышанное. Наконец томительная пауза оборвалась: шейх пообещал, что «всё будет хорошо». И действительно, 30 октября 1985-го спустя ровно месяц после своего похищения — трое заложников вернулись в посольство. Четвертого было уже не вернуть…

Остановив сирийское наступление на ливанском севере, Мугния по собственной инициативе спас тысячи своих боевых товарищей. Арафат лишь воспользовался моментом, когда попросил подержать заложников до тех пор, пока сирийцы не угомонятся и под Бейрутом.