ГЛАВА XII Конкурента отодвинули

ГЛАВА XII

Конкурента отодвинули

К середине 1950 года у советских ядерщиков появилась новая задумка — на основе более мощной обжимающей взрывчатки сделать необычайную бомбу деления, энерговыделение которой по расчетам могло доходить до 1–2 мегатонн.

Причем не в какой-то отдаленной перспективе, а в ближайшее время, поскольку самые основные явления в делящейся бомбе были более или менее изучены, отработаны и рассчитаны. Но этот заряд, получивший индекс РДС -7, был окончательно разработан только в 1953 году, до испытания «слойки», поскольку ему уделялось меньше времени и сил, хотя он был вполне конкурентноспособным с РДС -6с.

Поскольку мощность термоядерного заряда предполагалась неограниченной, «слойке» и «трубе» было отдано предпочтение, РДС -7 даже не стали испытывать, что поставило Арзамас-16 в печальное положение. Ибо вскоре выяснилось, что возможности «слойки» более ограниченны, чем РДС -7.

Но в 1950 году такого понимания еще не было. В конце этого года Харитон пишет отчет, в котором он выражает удовлетворение ходом работ по «слойке» и «трубе», хотя американцы к тому времени уже отчетливо понимают безнадежность «трубы», и работу над ней совсем забросили.

Однако, советская разведка не может добыть эту информацию, поскольку в значительной степени разгромлена, а оставшиеся еще довольно многочисленные агенты не в состоянии «дотянуться» до ученых-ядерщиков высокого уровня, которые высказывают и претворяют в жизнь основополагающие идеи.

Поэтому в СССР еще несколько лет будут муссироваться и пережевываться бесплодные принципы одноступенчатой дейтериевой бомбы, добытые еще до 1949 года. Так, например, в том же отчете Харитона, говорится о рассмотрения роли трития для более успешного поджигания дейтерия, о промежуточном узле со смесью дейтерия и трития — словом все выброшенные на помойку американцами идеи, которые Клаус Фукс передал еще в 1948 году.

Впрочем, Фукс передал через советскую разведку и схему двухступенчатой бомбы с радиационной имплозией, которую он разработал сам совместно с Нейманом и запатентовал в США еще в 1946 году. В этой схеме бомба деления (инициатор) в первой ступени находилась в легкой оболочке, прозрачной для рентгеновского излучения, которое во время взрыва первой ступени вылетало во вторую и направлялось на сжатие дейтерия.

В советской же «трубе» поджигающая урановая бомба пушечного типа находилась в массивной, толстой оболочке, совсем непрозрачной для излучения.

И это — несмотря на то, что переданная Фуксом информация по двухступенчатой водородной бомбе была под рукой, она хранилась в арзамасском КБ-11. Но, как уже говорилось, ни Харитон, ни Курчатов, ни талантливейший Зельдович, у которого было прямо-таки особое четье на свежие и оригинальные идеи, никто из них не обратил должного внимание на гениальное предложение Фукса.

Его схему посчитали слишком сложной и расчетами не проверили. В США тоже своевременно не оценили Фукса и потратили годы на тупиковую схему.

Позже, после взрыва «Майка» Эдвард Теллер скажет, что если бы сразу заинтересовались той двухступенчатой схемой, то Америка имела бы водородную бомбу в 1947 году.

Но ведь тогда и Фукс, вне всякого сомнения, передал бы всю информацию — идеи, схемы, чертежи, результаты испытаний — советской разведке, и в СССР водородная бомба появилась бы не в 1955 году, а значительно раньше.