1993. 5 октября, Измайлово

Сообщать о гибели мужа, сына и отца — самое тяжёлое, что нам приходится делать. Мы тянем до последнего. Как же боимся мы того момента, когда открывается дверь квартиры, и жена или мать видят нас. И сразу все понимают. Мы могли ничего не говорить. Вестники смерти. Я в такие моменты старался смотреть в пол. Не мог вынести этого взгляда, потому что он ищет в наших глазах надежду.

А сейчас нужно было сообщить жене Гены Сергеева, что он погиб.

Долго собирались духом, чтобы поехать к ней. Выехали только в два часа следующего дня. В Измайлово, домой к Елене, поехали три сослуживца и друга Гены — как когда-то на обед. На той же самой «копейке».

Лена потом вспоминала, что не хотела открывать дверь. Потом всё-таки открыла. Там стояли её знакомые, друзья Гены — Толик Данилин, Алексей Кузин, Александр Голембевский. Они молчали и отводили глаза. Гены среди них не было.

Данилин всё-таки выдавил из себя:

— Лена, крепись.

Она поняла не сразу. Переспросила:

— Ранен или убит? — И потом: — Он раненого спасал? И услышала:

— Да.