1995, июнь. Москва, городская клиническая больница № 15

Утром долетели до Москвы. Скорая забрала Сергея прямо с летного поля. Довезли до больницы, посадили в приёмной.

Воскресенье, в пустых коридорах не было ни души. Обе ноги и плечо сильно ныли. Прошло полчаса, а Милицкий все сидел один.

— Чего сидишь? Пойдем, посмотрю, — из-за какой-то двери наконец появился дежурный хирург.

— Сквозное ранение голени, неприятненько. Вынимаю жгут. Вторая нога нормально, рану прижгли, трогать не будем. В предплечье осколок. Потерпишь?

— Потерплю, — ответил Милицкий.

Хирург скальпелем раздвинул края раны и вынул осколок. Серега лежал, сжав зубы, и молчал.

— Готово, — сказал хирург.

— Да это все фигня. С глазом-то что?

— Я хирург, глаз офтальмолог будет смотреть. В палату тебя сейчас положим, она туда придет.

Хирург проводил Милицкого до палаты и оставил. Офтальмолог все не шел. Сережа пытался как-то почувствовать глаз, пытался им вращать, но ничего не чувствовал. Наконец в палату зашла молодая девушка.

— Добрый день, Сергей Владимирович, я дежурный офтальмолог, я вас осмотрю.

Девушка потянулась к лицу и начала рассматривать здоровый глаз.

— Странно, зачем здоровый-то, — подумал Серега, но промолчал.

— Глаз Вы, к сожалению, потеряли, — начала врач.

— Что? Ничего нельзя сделать? — на всякий случай спросил Милицкий.

— К сожалению, нет. Второй глаз постараемся оставить.

— Что значит постараемся оставить? — не понял Сергей. — Он же здоровый!

— По раненому глазу долго не принимали меры. Могла пойти инфекция в здоровый. Понаблюдаем до завтра. Завтра Вас осмотрит завотделением и примет решение.

Врач вышла. Серега остался сидеть на кровати. Мощный двадцатишестилетний боец стал инвалидом под списание. А может быть, вообще слепым. Это решится завтра. Но как дотянуть до завтра?