ВЫЗОВ К КОМАНДАРМУ

ВЫЗОВ К КОМАНДАРМУ

День выдался на редкость хороший: безоблачное голубое небо, яркое солнце, ослепительный снег, безветрие, бодрящий морозец. Дышалось легко и свободно.

Город, освобожденный две недели тому назад, почти не пострадал. Все указывало на то, что бегство немцев было поспешным.

Близость фронта чувствовалась на каждом шагу. На центральной площади дымилась походная кухня, вокруг толпились бойцы с котелками в руках, неподалеку стояла замаскированная брезентом автоматическая зенитная установка, управляемая женским боевым расчетом. Девушки в форме артиллеристов о чем-то весело разговаривали с двумя пехотинцами, подошедшими к зенитке.

По улицам, оставляя за собой клубящиеся струйки выхлопных газов и громыхая на колдобинах, проходили военные грузовики, специальные и легковые машины; изредка, оглушая рокотом, проносились мотоциклисты. Гражданского населения почти не было видно, встречались главным образом военные. Многие из них были в белых маскировочных халатах, накинутых на полушубки.

Начальника особого отдела на месте не оказалось. Принявший Тарова дежурный сообщил, что он в штабе дивизии, но, вероятно, скоро должен приехать.

К счастью, ждать пришлось недолго.

Таров доложил об инструкциях относительно розыска вражеской агентурной радиоточки и координации действий оперативной группы с особистами.

После обсуждения всех деталей Таров сказал, что, вероятно, следует обо всем этом поставить в известность командование армии. Полковник кивнул в знак согласия и, сняв телефонную трубку, тотчас же связался с адъютантом командарма Рокоссовского, попросил его доложить о представителе Центра, у которого имеется срочная информация. Адъютант попросил подождать у телефона и через несколько минут передал приказ прибыть в штаб вместе с представителем Центра.

В приемной штаб-квартиры командующего их встретил адъютант и тотчас же проводил к командарму.

Командарм, склонившись над длинным четырехугольным столом, рассматривал лежавшую на нем карту, разрисованную цветными карандашами.

Увидав полковника и Тарова, он выпрямился, вышел из-за стола, поздоровался и указал на кресла: прошу садиться.

— Слушаю вас, полковник.

— Прежде всего позвольте представить вам работника Центра, товарища Тарова, который прибыл в расположение нашей армии с оперативной группой для выполнения специального задания.

Командующий перевел взгляд на Тарова, на три кубика в петлицах его гимнастерки, и в глазах у него на миг блеснули веселые искорки, а лицо озарила чуть заметная улыбка. Видимо, решил Таров, представитель Центра показался не очень представительным. Это смутило его, и он начал доклад, с трудом поборов волнение.

Выслушав его и уточнив отдельные детали, командующий обратился к полковнику:

— Надо оказать товарищам действенную помощь, обеспечьте всем, что им нужно. Если потребуется содействие командования, обратитесь к Михаилу Сергеевичу (начальник штаба М. С. Малинин. — Примеч. авт.), сославшись на мое распоряжение. Мобилизуйте для розыска преступников все ваши возможности. Да, и не забудьте позаботиться о харчах для гостей, а то, не дай бог, наголодаются тут.

— Все сделаем, товарищ командующий! Относительно взаимодействия мы уже договорились, проинструктируем и особистов в частях.

— А может быть, для ускорения дела, — заметил командарм, — стоит предупредить и командиров частей.

— Тут есть одна опасность, — вставил Таров. — Широкая огласка может привести к расконспирации, и слухи о розыске шпионов дойдут до противника, который постарается их предупредить.

— Пожалуй, вы правы, — согласился командарм. — Но иногда и шум помогает. Вот нашумели мы, убедив противника, что на Сухиничи идет шестнадцатая армия в полном составе, и господин фон Гельс преподнес нам город, можно сказать, на блюдечке, отдав его без боя. А сейчас кусает локти и огрызается, почти каждый день поливая нас из орудий. Придется укрощать.

Командарм подошел к карте.

— Значит, вы считаете, что прежде всего надо проверить участок нашего правого фланга, вот здесь (он провел указкой по намеченному маршруту). Правильно я вас понял?

— Так точно, — ответил Таров.

— Какими соображениями это вызвано?

— Так рекомендуют наши радиоспециалисты, основываясь на пеленгаторных данных. По их предположениям местонахождение шпионов наиболее вероятно именно в данном районе.

— Ну что же. Наш правый фланг для немцев должен представлять большой интерес. На этом направлении мы глубоко вклинились в расположение противника, и надо полагать, что он не оставляет намерений выправить положение. Поэтому заброска сюда вражеских лазутчиков вполне логична. Правда, не следует забывать, что в таком хитроумном деле, как разведка, возможны самые неожиданные ходы со стороны противника, вопреки всякой логике. Остается одно — начать действовать, и чем быстрее, тем лучше. Желаю удачи. Когда поймаете этих мерзавцев, непременно доложите.

Поблагодарив командарма за добрые пожелания и распрощавшись с ним, чекисты вышли.

— Ну как? — спросил Тарова полковник, когда сели в «эмку», направляясь в особый отдел.

— Все, по-моему, прошло хорошо. Правда, в самом начале я немного растерялся. Показалось, что он посмотрел на меня с недоверием, дескать, вот так представитель Центра!

— Ну нет. Это вам действительно показалось. К молодым он относится с доверием и большой симпатией.

Простившись с полковником, Таров вернулся на квартиру, где его ждали товарищи.