Суда-ловушки

Суда-ловушки

Этот тип кораблей англичане придумали, скорее всего, просто от отчаяния. Ведь с начале войны практически никаких способов борьбы с подводными лодками не существовало в принципе. До середины Второй Мировой войны, когда появились реактивные бомбометы "Хеджехог" и "Сквид", надежного средства уничтожения подводных лодок просто не было. Поэтому англичане были просто вынуждены пойти на крайние меры. Ведь экипаж судна- ловушки добровольно подставлял себя под вражеские торпеды и снаряды. Не просто рисковал, как команда транспорта или военного корабля, а совершенно сознательно превращался в живую приманку. Опасность подобной работы нельзя переценить, ведь подводная лодка могла уничтожить судно-ловушку торпедами, не поднимаясь на поверхность. Ставка делалась на стремление германских капитанов экономить драгоценные торпеды. Уничтожать мелкие безобидные пароходики они предпочитали артиллерией, приберегая торпеды для более ценной добычи.

Это и определило внешность судна-ловушки. Как правило, это был небольшой пароход или траулер, укомплектованный моряками Королевского Флота. Он был вооружен несколькими тщательно укрытыми орудиями. Когда подводная лодка поднималась на поверхность рядом с таким судном, на нем начиналась паника. Точнее, ее изображала специальная "паническая партия". Люди метались по палубе, спускали шлюпки, которые часто переворачивались, шум, крики… А в это время артиллеристы, укрытые за фальшбортами, тщательно наводили орудия и ждали приказа капитана. Как только командир лодки забывал об осторожности, на мачту судна-ловушки взлетал военный флаг, и орудия выпускали первые снаряды. Начиналась смертельная игра. Если лодка не будет уничтожена первыми же залпами, она успеет погрузиться, и тогда судно-ловушка будет потоплено торпедами. Разумеется, для повышения живучести трюмы таких судов набивали пустыми бочками или бревнами, но все равно участи разоблаченной ловушки позавидовать было нельзя.

Впервые идею создания таких судов выдвинул в ноябре 1914 года командир военноморской базы в Портсмуте адмирал сэр Хедуорт Мъё (Мы встречались с ним во время суда над адмиралом Трубриджем в первом томе нашей работы). 29 ноября в плавание вышло первое судно-ловушка "Викториэн", за ним последовали другие. Но результата пришлось ждать довольно долго. Лишь в июне 1915 года была уничтожена первая вражеская лодка, причем другим вариантом судна-ловушки.

Для борьбы с германскими субмаринами англичане старались использовать все доступные средства, в том числе и свои подводные лодки. Хотя они были не слишком полезны в открытом океане, в Северном море британские лодки добились некоторых успехов.

Первые эксперименты были проведены с рыболовными судами. Адмиралтейство полагало, что если одна-две германские лодки бесследно пропадут после атаки траулеров, остальные могут отказаться от атак рыбацких судов на Доггер-банке. Единственным возможным типом оружия была подводная лодка, так как любой другой корабль насторожит противника еще до атаки. А подводная лодка могла следовать на буксире у траулера, даже не поднимая перископ.

Технические проблемы оказались не слишком сложными. После экспериментов по буксировке лодок в подводном положении выяснилось, что траулер может буксировать малую лодку типа "С" совершенно свободно. Было сконструировано приспособление, которое позволяло лодке отдать буксирный трос, находясь под водой. Также были отработаны методы связи между траулером и буксируемой лодкой. Решение и здесь оказалось до изумления простым. На мостике траулера установили телефонный аппарат, а на другом конце линии находился командир подводной лодки.

Первый успех пришел к англичанам 23 июня 1915 года. Траулер "Таранаки" под командованием капитан-лейтенанта Эдвардса патрулировал вместе с группой обычных рыбацких судов на Доггер-банке. Он выглядел точно так же, как остальные траулеры, однако вместо трала за ним на глубине 40 футов следовала подводная лодка С-24 лейтенанта Тэйлора. Буксир был сделан из 100 фа-томов 3,5-дюймового стального троса и 100 фатомов 8-дюймового пенькового каната.

В 9.30 посреди рыболовной флотилии всплыла германская подводная лодка. По счастливой случайности в качестве первой цели она выбрала именно "Таранаки" и дала предупредительный выстрел. Тэйлор услышал этот выстрел, но ошибочно принял его за взрыв сигнального патрона, приказывающий всплыть. Он запросил по телефону у Эдвардса подтверждение приказа, но вместо этого ему сообщили, что на расстоянии 1000 ярдов появилась вражеская подводная лодка. Началась игра в кошки-мышки.

Тэйлор немедленно приказал отдать буксир, но оказалось, что замок заклинило.

Несколько секунд моряки пытались с ним справиться, но напрасно. На траулер передали просьбу отдать их конец буксира, что и было сделано. С-24 освободилась, но у нее на носу висели 200 фатомов каната и троса.

Этот вес придал лодке дифферент 5° на нос, что сделало невозможным использование перископа. Продувать одну из цистерн было опасно, так как воздушные пузыри немедленно выдали бы С-24. Но Тэйлор не собирался сдаваться. Работая моторами и рулями глубины, он сумел поднять С-24 на перископную глубину и удержать ее на ровном киле. В перископ на расстоянии 1000 ярдов он увидел германскую лодку, которая обстреливала "Таранаки". С-24 пошла на сближение. Тэйлор вышел на траверз вражеской субмарины и в 9.55 с дистанции 500 ярдов выпустил торпеду. Торпеда попала в цель, и С24 всплыла, чтобы подобрать спасшихся немцев. Из воды подняли только командира лодки U-40 и унтер-офицера. У С-24 возникли новые проблемы, так как на вал винта намотался телефонный кабель.

Вскоре пришел новый успех. 20 июля победу одержали С-27 капитан-лейтенанта Добсона и траулер "Принцесса Луиза" лейтенанта Кенти. Снова англичане столкнулись с трудностями, так как порвался телефонный кабель. Как развивались события, лучше всего расскажут рапорты командиров. Добсон видел все это так:

"7.55. Лейтенант Кенти с траулера "Принцесса Луиза" сообщает мне по телефону, что замечена вражеская с лодка на расстоянии 2000 ярдов слева по носу. Он сказал мне, пока не отдавать буксир. После этого телефонный кабель порвался.

В 8.00 я услышал выстрелы и отдал буксирный конец. Повернул вправо, чтобы отойти от траулера, и подвсплыл на глубину 18 футов, чтобы осмотреться. Приблизился к противнику на 500 ярдов и выпустил торпеду из левого аппарата в 8.12. Торпеда попала во вражескую лодку сразу позади рубки. Я продул главные балластные цистерны и подобрал 7 человек (капитан, 2 офицера, 4 матроса). Так как погода стала слишком плохой, чтобы снова заводить буксир, я вернулся в гавань".

В рапорте "Принцессы Луизы" написано:

"7.55. Заметил вражескую лодку в 3 румбах слева по носу на расстоянии 2500 ярдов. Сообщил С-27 и приказал пока не отдавать буксир. Вражеская лодка перерезала мне курс. 7.56. Телефонная связь с С-27 оборвалась. 8.03.

Буксир отдан. Противник сделал 7 выстрелов. Экипаж траулера начал спускать шлюпку и бегать по палубе, изображая панику. 8.10. Увидел перископ С-27 на правой раковине, она атаковала противника. 8.12. Увидел торпеду С-27, которая прошла за кормой. Приготовил к бою орудие правого борта. Противник снова открыл огонь и начал поворачивать влево. Я открыл огонь, поднял па мачте военный флаг. В этот момент торпеда попала во вражескую лодку сразу позади рубки. Столб воды и дыма поднялся на 80 футов. Когда он рассеялся, из воды под большим углом торчало около 30 футов носовой части вражеской лодки".

Англичане потопили LT-23, которая оказалась последней лодкой, потопленной таким способом. Чтобы добиться новых успехов, требовалось сохранить в тайне используемый метод, однако он стал немедленно известен всем рыбакам. К. несчастью, экипажу U-23 позволили встретиться с германскими гражданами, которые ранее были интернированы, а сейчас ожидали репатриации. Атаки рыболовных судов прекратились, но после этого подобным способом не была потоплена ни одна германская лодка.

Позднее немцы снова начали топить траулеры, но англичане больше не использовали буксировку подводных лодок. Защита от подводных лодок была возложена на экипажи самих траулеров. В каждой флотилии имелся один или два корабля со скрытыми орудиями. Они тоже добились некоторых успехов.

А вскоре на дно пошла первая германская лодка, потопленная артиллерийской ловушкой.

Вечером 21 июля 1915 года в морю вышел маленький угольщик "Принс Чарльз", которым командовал лейтенант Уордлоу. Кроме обычной команды, на нем находились 9 матросов военного флота. Корабль был вооружен 1 – 76-мм и 1 – 51-ми орудиями. Он должен был крейсировать в районе острова Порт Рона, где в последнее время часто появляясь германские лодки. 24 июля в 18.20 с "Принс Чарльза" заметили какой-то пароход, стоящий на месте. Это был датский пароход "Луизе". Через 15 минут была замечена подводная лодка, стоящая рядом с ним.

Лейтенант Уордлоу притворился, что не видит лодку, и подождал следовать прежним курсом. Артиллеристы заняли места у орудий, а "паническая партия" собралась на палубе. U-36 бросила датчанина и направилась навстречу "Принцу Чарльзу". Около 19.00 с дистанции около 1000 ярдов ледка оделяла выстрел и приказала судну остановиться.

Снаряд пролетел над мачтами ловушки, Уордлоу поднял торговый флаг и застопорил машины. Команда начала лихорадочно спускать шлюпки, изображая поведение до смерти перепуганного "купца". Второй снаряд пролетел между трубой и фок-мачтой. Когда дистанция сократилась до 600 ярдов, лодка развернулась бортом и открыла огонь на поражение. Уордлоу должен был принять роковое решение: продолжать изображать жертву или дать опор. Так как немцы явно не собирались больше приближаться, он выбрал второе.

На мачту поднялся флаг Св. Георгия, и левое орудие дало первый выстрел. Эффект был потрясающий. Германские артиллеристы в панике бросили орудие и стремительно бросились в рубку. В это время снаряд "Принса Чарльза" попал в корпус лодки примерно в 5 метрах позади рулей. Лодка развернулась другим бортом и попыталась погрузиться, но было поздно. Угольщик пошел на сближение, ведя беглый огонь, и добился нескольких попаданий. Лодка сильно села кормой, и ее команда начала выбегать на палубу. Вскоре она скрылась под водой, и " Принс Чарльз" сумел подобрать лишь 15 человек из 33.

Выяснилось, что U-36 за время похода успела утопить 8 траулеров и 1 пароход, Победа судна-ловушки особенно замечательна, так как лодка была вооружена 88-мм орудием.

А вот другой пример, о котором расскажет один из членов экипажа судна-ловушки.

"Группа маленьких парусников покинула Фалмут в сопровождении вооруженного траулера "Гарлех Кастл" и "замаскированной" бригантины "Пробус". Они взяли курс на Бретань, траулер шел в 1 миле впереди, бригантина – в 4 милях позади. Два дня спустя "Пробус" заметил на правой раковине парусник с оснасткой кеча, двигающийся тем же курсом.

Когда стало ясно, что незнакомец обходит "Пробус", его капитан заподозрил, что здесь используется более мощный двигатель, чем паруса.

Подозрения полностью подтвердились в 14.30, когда "кеч" внезапно открыл огонь. "Пробус" сразу лег в дрейф, экипаж разбежался по местам, подготовив орудия. Пока подводная лодка приближалась, ведя оживленную стрельбу, начали вываливать шлюпки. Большинство снарядов падало недолетами. Вскоре стало ясно, что враг может атаковать невооруженные парусники, прежде чем подойдет на помощь траулер. Поэтому капитан "Пробуса" приказал: "Открыть 12-фунговку правого борта. Поднять военный флаг". Первый выстрел судно-ловушка сделало с дистанции 3600 ярдов, получился недолет 500 ярдов. Тем не менее, немцы немедленно прекратили стрельбу и бросились в рубку. А второй выстрел "Пробуса" оказался прямым попаданием в середину корпуса. Затем в бой вступила 12фунтовка левого борта, четвертым выстрелом снесшая фальшивую мачту и паруса врага. Было сделано еще 13 выстрелов, и субмарина прекратила огонь, села кормой, легла на левый борт, перевернулась и затонула".

Рассказ о судах-ловушках будет, разумеется, неполным если мы не упомянем о знаменитом "Баралонге". Это судно знаменито не только тем, что уничтожило U-27 и U41, но и тем, что с ним был связан довольно громкий скандал. В августе 1915 года немецкие лодки неплохо поохотились у юго-западных берегов Ирландии. Было уничтожено много британских судов, в том числе и лайнер "Арабик", на котором погибли несколько американцев. Это вызывало очередную вспышку напряженности в отношениях между Германией и Соединенными Штатами. 12 августа "Баралонг" находился примерно в 100 милях к югу от Куинстауна. Он был замаскирован под американское судно, на бортах красовались огромные американские флаги. Около 15.00 "Баралонг" заметил странно маневрирующий пароход. Это был "Никозиэн", который вез мулов для британской армии. Вскоре от него было получено сообщение, что его преследует подводная лодка, а потом – что пароход захвачен немцами. "Баралонг" повернул туда. К этому времени команда "Никозиэна" находилась в шлюпках, а лодка U-27 принялась расстреливать транспорт. Она была вооружена 2 – 88мм орудиями.

Германская лодка пошла навстречу "Баралонгу", который немного уклонился в сторону, как бы намереваясь подобрать шлюпки с "Никозиэна". Пока германская лодка была скрыта корпусом этого парохода, на "Баралонге" подняли военный флаг и опустили щиты, укрывающие орудия. Поэтому когда U-27 появилась из-под носа "Никозиэна", ее ждал горячий прием. Англичане сразу открыли беглый огонь. Так как дистанция не превышала 600 ярдов, лодка сразу получила множество попаданий и быстро затонула.

Вместе с лодкой погиб ее командир, один из лучших германских подводников капитан-лейтенант Вегенер.

Но на этом инцидент не был исчерпан. Англичане заметили, что около десятка немцев по талям и штормтрапу пытаются вскарабкаться на борт "Никозиэна". Командир "Баралонга" лейтенант Годфри Херберт заподозрил, что они могут попытаться затопить пароход. Справедливы были опасения или нет – не известно. Однако он приказал морским пехотинцам открыть огонь из винтовок. И все-таки 4 немца успели спрятать в трюме судна. Капитан "Никозиэн" сообщил, что в штурманской рубке судна имеются винтовки и патроны. Тогда Херберт подошел к борту "Никозиэна" и высадил абордажную партию. Морским пехотинцам было приказано отбить судно любой ценой. Немцы были обнаружены в машинном отделении, и морские пехотинцы их просто перестреляли, так как полагали, что именно эта лодка уничтожила "Арабик". После этого команда "Никозиэна" вернулась на свое судно и привела его в Бристоль, несмотря на пробоины.

Немцы сразу постарались раздуть скандал вокруг "инцидента с "Баралонгом". Берлин обвинил командира корабля и команду в преднамеренном убийстве и пригрозил им в случае пленения судом военного трибунала. Лондон выразил готовность передать дело на рассмотрение нейтрального трибунала, одновременно потребовав рассмотрения дела "Арабика". На этом бумажная война заглохла.

Не прошло и месяца, как "Баралонг" сумел отличиться во второй раз. Правда, теперь судно-ловушка носило название "Виандра" и командовал им лейтенант Смит, но это был все тот же "Баралонг". U-41 лейтенанта Хансена уже имела неприятный опыт столкновения с судном-ловушкой. В июле 1915 года она была атакована траулером "Перл" и получила серьезные повреждения. Однако лодка сумела вернуться в порт, была отремонтирована и 12 сентября вновь покинула Вильгельмсхафен, выйдя в свой четвертый поход. 23 сентября стало для Хансена удачным днем, он потопил пароходы "Энгло-Коломбиэн", "Ченслер", и "Хизион" примерно в 80 милях на юго-запад от Фастнета.

Когда об этом стало известно в Фалмуте, судно-ловушка немедленно вышло в море.

Обогнув мыс Лизард, оно направилось прямо в район действия германской лодки. Хансен пока не подозревал о грозящей ему опасности. Он полагал, что ему по-прежнему везет.

Утром 24 сентября он остановил пароход "Урбино" и приказал команде покинуть его.

После этого лодка начала артиллерийские учения – иначе назвать расстрел беспомощного парохода назвать трудно.

В 9.45 "Баралонг" увидел впереди на расстоянии 8 миль горящий "Урбино". Пароход имел большой крен. На судне-ловушке была объявлена боевая тревога. Когда дистанция сократилась до 5 миль, стала видна рубка подводной лодки, которая в этот момент погружалась. "Баралонг" повернул на юг, чтобы вынудить лодку всплыть, если ее командир решит атаковать еще одно судно. Хитрость удалась, Хансен увидел новую жертву и приказал всплывать. U-41 полным ходом бросилась в погоню. "Баралонг" привычно поднял американский флаг, в ответ на это Хансен приказал ему остановиться и прислать для досмотра корабельные бумаги. Противников сейчас разделяли 2,5 мили.

"Баралонг" остановился, однако капитан, незаметно подрабатывая машинами, постепенно сокращал дистанцию. Судно развернулось носом к лодке и начало медленно спускать шлюпку. Нельзя сказать, что немцы проявили полную беспечность. Носовое орудие под командованием старшего помощника командира обер-лейтенанта Кромптона было наведено на пароход, но других мер предосторожности Хансен не принял. Смит привел U-41 на правый крамбол и продолжал потихоньку подкрадываться все ближе.

Судно-ловушку и лодку разделяли уже только 700 ярдов.

"Баралонг" развернулся бортом якобы для спуска шлюпки, но на самом деле, чтобы ввести в действие правое носовое и кормовое орудия. Смит приказал поднять военный флаг и открыть огонь. Упали щиты, и ошеломленные немцы увидели наведенные на них орудия. Противник был захвачен врасплох, Кромптон успел дать только 1 выстрел, но снаряд пролетел далеко от цели. Зато англичане уже вторым залпом накрыли лодку.

Одновременно морские пехотинцы с полуюта "Баралонга" открыли огонь из винтовок. U41 сразу получила несколько попаданий, одним из снарядов на куски был разорван Хансен. Лодка накренилась и все-таки успела погрузиться. Но тут же выяснилось, что это была напрасная попытка – прочный корпус был продырявлен в нескольких местах, а трюмные помпы вышли из строя. Кромптон приказал продуть цис7ерны, и лодка снова выскочила на поверхность. Англичане увидели, как из открытого рубочного люка валят клубы дыма и пара, а лотом лодка снова скрылась под водой.

Но это было ее последнее погружение. Лишь большой пузырь воздуха и масляное пятно отметили могилу U-41. Из открывшегося люка успели выскочить только 2 человека, находившиеся в центральном посту – сам Кромптон и рулевой. Весь остальной экипаж лодки погиб.

В это время "Урбино" тоже затонул от полученных пробоин, и "Баралонгу" пришлось подбирать шлюпки с его экипажем. На следующий день судно-ловушка благополучно вернулось в Фалмут.

Среди командиров судов-ловушек трусов просто не могло быть. И все-таки даже на этом фоне выделяется кавалер Креста Виктории капитан-лейтенант Гордон Кэмпбелл, командир "Фарнборо", "Пэргаста" и "Данрейвена". В начале войны он командовал старым угольным дестроером, а в октябре получил грузовое судно "Лодерер", которое было приказано переоборудовать в судно-ловушку. Это было сделано в Девенпорте, после чего "Фарнборо" (так теперь назывался этот корабль) перешел в Куинстаун.

Но прошло 5 месяцев, прежде чем "Фарнборо" встретился с неприятелем. 16 марта 1916 года из устья реки Эмс вышла U-68, которая должна была действовать у западных берегов Ирландии. Утром 22 марта "Фарнборо" вышел из Куинстауна, и в 6.40 один из матросов заметил лодку, шедшую в надводном положении в 5 милях слева по носу. Через несколько минут лодка погрузилась, но Кэмпбелл приказал следовать прежним курсом. Немцы сначала попытались потопить пароход торпедой, но та прошла перед самым форштевнем "Фарнборо". Расходовать вторую торпеду на старый трамп командир немецкой лодки не стал и через несколько минут всплыл за кормой парохода примерно в 1000 ярдов от него.

U-68 дала предупредительный выстрел под нос "Фарнборо".

Кэмпбелл приказал застопорить машину и стравить пар. "Паническая партия" под командованием старшего механика покинула корабль, в то время как артиллеристы заняли свои посты. Германская лодка подошла на расстояние всего 800 ярдов к пароходу, который теперь выглядел брошенным командой. Через несколько минут лодка дала выстрел, но снаряд упал с недолетом.

После этого Кэмпбелл решил действовать. На мачту поднялся военный флаг, и три 76-мм орудия открыли бешеный огонь. Одновременно затрещали винтовки и пулеметы.

Английские артиллеристы показали отменную выучку и первыми же залпами нанесли лодке серьезные повреждения. U-68 начала тонуть. Кэмпбелл не собирался давать противнику никаких шансов на спасение. "Фарнборо" прошел над местом погружения лодки и сбросил глубинную бомбу. Взрывом U-68 чуть не выкинуло из воды. На поверхности показалась ее носовая часть до рубки, при этом отчетливо была видна большая пробоина в прочном корпусе. Кормовое орудие "Фарнборо" снова открыло огонь и добилось еще 5 попаданий. Лодка снова скрылась под водой, и Кэмпбелл приказал сбросить еще 2 глубинные бомбы. 105-мм орудие, значительно превосходящее по своим характеристикам артиллерию "Фарнборо", не спасло U-68 от гибели. 15 апреля "Фарнборо" встретился еще с одной лодкой противника, однако на сей раз она сумела ускользнуть. Зато 17 февраля 1917 года Кэмпбелл снова добился успеха.

Германские лодки начали активные действия в районе Фастнета, и "Фарнборо" был направлен туда. Кэмпбелл отдал не совсем обычный приказ по кораблю, с которым были ознакомлены под расписку все офицеры. Приказ гласил: "Если вахтенный начальник увидит приближающуюся торпеду, те должен, увеличивая или уменьшая скорость корабля, в зависимости от необходимости, обеспечить ее попадание". Чтобы отдать подобный приказ и выполнить его нужно обладать крепкими нервами. В состав экипажа вошли только добрев, льды. Поэтому, когда в 10.15 с мостика "Фарнборо" был замечен след торпеды, корабль не стал уклоняться от нее. Кэмпбелл лишь немного переложил руль влево, чтобы торпеда не попала в машинное отделение. Взрыв произошел позади него в трюме № 3, и корабль начал садиться кормой.

Одновременно прозвучал сигнал боевой тревоги, и артиллеристы разошлись по боевым мостам. "Паническая партия" спустила 3 шлюпки, изображая панику, а четвертую шлюпку только вывалили на талях. Кэмпбелл лежал на крыле мостика, пытаясь увидеть перископ. В это время механик по переговорной трубе сообщил, что машинное отделение постепенно заполняется водой Кэмпбелл приказал машинной команде оставаться на местах до последнего. Б это время примерно в 200 ярдах от тонущего корабля появился перископ. Лодка прошла вдоль правого борта "Фарнборо" на расстоянии не более 15 метров, так что Кэмпбелл отчетливо видел ее корпус под водой. Но командир U-83 пока не всплывал. Кэмпбеллу оставалось только ждать.

Наконец лодка прошла под носом "Фарнборо", вышла на левый борт и всплыла, чтобы подойти к шлюпкам, которые находились слева по носу у судна-ловушки. Она находилась в 300 ярдах от борта "Фарнборо". Теперь немцы отбросили осторожность, уверенные, что судно тонет и лодке не может грозить какая-либо опасность. Командир вышел наверх, чтобы полюбоваться на гибель очередной жертвы. Но Кэмпбелл дождался, пока лодка окажется на прицелах его орудий, и приказал открыть огонь. Это было сделано через 25 минут после попадания торпеды. Стрельба велась в упор, и промахнуться было невозможно. Первый же снаряд, попавший в рубку U-83, убил командира лодки.

Немцы растерялись и ничего не предпринимали, пока орудия судна-ловушки дырявили корпус лодки. Англичане сделали 45 выстрелов с дистанции около 100 ярдов, поэтому часть снарядов просто пробивала U-83 насквозь. Лодка быстро затонула с открытым рубочным люком, из которого успели выскочить несколько человек. Но спасательная шлюпка "Фарнборо" сумела подобрать только 1 офицера и 1 матроса. Само судно тоже оказалось в крайне тяжелом положении. Кормовые трюмы № 3 и № 4 были затоплены, переборка машинного отделения еле держалась. Кэмпбелл послал по радио сигнал "SOS", уничтожил секретные документы и карты и перепел команду в шлюпки. На борту "Фарнборо" остались лишь несколько человек. Корабль мог затонуть в любую секунду, но помощь подошла довольно быстро. Появился шлюп "Баттеркап". Судно-ловушка хотя и погружалось, но медленно, и Кэмпбелл вернул на "Фарнборо" 12 человек.

Наконец "Баттеркап" взял ловушку на буксир и повел к заливу Бантри. Но буксирный конец лопнул, и его пришлось заводить снова. Так продолжалось всю ночь. На следующий день около 14.00 "Фарнборо" резко накренился на борт, вода начала поступать в трюм гораздо быстрее. Команда снова получила приказ занять места в шлюпках.

Примерно в 15.30 прибыл шлюп "Лабурнум", но в этот момент на корме "Фарнборо" случайно взорвалась глубинная бомба. Командир "Баттеркапа" решил, что в судно попала еще одна торпеда с подводной лодки, и отдал буксир. Вскоре суматоха улеглась, но до рассвета брошенный всеми "Фарнборо" беспомощно качался на волнах. На следующий день Кэмпбелл опять вернулся на корабль, который теперь взял на буксир уже "Лабурнум".

"Фарнборо" держался на воде каким-то чудом. Крен достиг уже 20°, корма ушла в воду на 8 футов. Но, когда подошли траулер "Люнедо" и буксир "Флайинг Спортсмен", шансы на спасение увеличились. Упрямый Кэмпбелл довел свое тонущее судно до Берхэйвена, где оно было посажено на мель. "Фарнборо" спасли набитые деревом трюмы. Через несколько месяцев судно было снято с мели и отремонтировано. Однако оно больше не служило в качестве ловушки. А сам Кэмпбелл занялся подготовкой своего следующего корабля – "Пэргаст".

Этот корабль имел мощное вооружение: 1 – 102-мм, 4 – 76-мм орудий, 2 пулемета и 2 торпедных аппарата. Его боевая служба началась 28 марта 1917 года. На этот раз Кэмпбеллу ждать слишком долго не пришлось. Туманным утром 7 июня произошла встреча, которая стала роковой для подводного заградителя UC-29.

Началось все благоприятно для немцев. Около 8.00 торпеда совершенно неожиданно для англичан попала в борт "Пэргаста", и судно было серьезно повреждено. Взрывом был пробит борт в районе машинного отделения, при этом было также затоплено и котельное отделение. Не выдержала переборка, и вода начала поступать в кормовые трюмы "Пэргаста".

Кэмпбелл приказал "панической команде" покинуть корабль, и от него поспешно отошли 3 шлюпки. После этого с левого борта корабля немного впереди траверза показался перископ. Но командир лодки сначала проявил похвальную осторожность и выждал полчаса. Он осмотрел поврежденное судно с обоих бортов, после чего всплыл и пошел вдогонку за одной из шлюпок. На рубке UC-29 появился человек, который потребовал, чтобы шлюпка подошла к лодке. Однако спасательная шлюпка по-прежнему гребла к судну, что обозлило немцев. А далее разные источники расходятся в описании событий.

По одним сведениям немцы продолжали сигналить шлюпке, по другим – обстреляли ее.

Но в любом случае, командир UC-29 забыл об осторожности и привел лодку прямо на прицелы орудий "Пэргаста". В 8.36 судно-ловушка открыло огонь, и первый же 102-мм снаряд попал в рубку, снеся оба перископа. Англичане выпустили около 40 снарядов, большая часть которых попала в цель. Лодка сильно накренилась на левый борт, команда выскочила на палубу и подняла руки. UC-29 быстро садилась кормой, и вокруг нее расплываюсь масляное пятно.

Решив, что немцы сдаются, Кэмпбелл приказал прекратить огонь, но тут лодка дала полный ход и попыталась удрать. В 8.40 "Пэргаст" возобновил огонь. В носовой части UC-29 произошел сильный взрыв, и она легла на борт. На мгновение в воздух поднялся форштевень, после чего лодка затонула. С нее удалось подобрать только двух человек.

Но теперь "Пэргасту" следовало позаботиться о собственном спасении. Он не затонул только благодаря набитому в трюмы дереву. В 12.30 прибыл шлюп "Крокус", который взял поврежденную ловушку на буксир и повел в Куинстаун. Их охраняли шлюп "Цинния" и американский эсминец "Кашинг". Караван прибыл в порт вечером на следующий день.

За свою третью победу Кэмпбелл получил следующее звание, но не успокоился, а 28 июля вышел в море на новом судне "Данрейвен" (1 – 102 мм, 2 – 76 мм, 2 ТА 356 мм). Менее чем через 2 недели ему пришлось участвовать в самом жестоком бою, который когда-либо вели ловушки с подводными лодками.

"Данрейвен" 8 августа находился в Бискайском заливе и шел зигзагом со скоростью 8 узлов, как это обычно делали торговые суда. На корме красовалась небольшая пушка, так как к этому времени большая часть британских транспортов получила оборонительное вооружение.

Около 11.00 в 2 румбах впереди правого траверза "Данрейвена" неожиданно появилась лодка UC-71. Ею командовал Зальцведель – один из лучших подводников Фландрской флотилии. Заметив пароход, он сначала решил выждать. Определив скорость и курс "Данрейвена", Зальцведель сначала погрузился, но потом решил, что жалкая пушчонка ему не опасна, и в 11.43 снова всплыл справа по корме у ловушки. С дистанции 5000 ярдов UC-71 открыла огонь. Кэмпбелл приказал отвечать из кормового орудия, давая намеренные недолеты. Одновременно он снизил скорость до 7 узлов и немного повернул, позволяя лодке приблизиться. "Данрейвен" начал посылать по радио истерические призывы о помощи. Лодка, чтобы быстрее догнать судно, временно прекратила огонь и дала полный ход. Потом она снова развернулась бортом к "Данрейвену" и открыла огонь.

Теперь Кэмпбелл решил "прекратить" сопротивление. Через 40 минут после начала боя он изобразил попадание в машину. Пароход окутали густые клубы пара, выпущенные из специальной трубы, и он остановился. Так как судно горело, "паническая партия" поспешно отвалила от борта, оставив одну шлюпку висеть вкось на талях. От команды жалкого трампа и не следовало ждать чего-то иного. Однако Зальцведель аккуратно держался за кормой "Данрейвена" и не входил в сектора действия бортовых орудий. В то же время германские артиллеристы продолжали хладнокровный и методичный расстрел.

Это был самый тяжелый момент в бою для любого судна-ловушки. Требовались очень крепкие нервы, чтобы неподвижно стоять под вражеским огнем и не отвечать. Но у Кэмпбелла была отличная команда. Англичане терпеливо ждали, когда вражеская лодка подойдет ближе, чтобы поскорее покончить с упрямцем. Тем временем "Данрейвен" пылал уже всерьез. Палуба на корме раскалилась докрасна, появилась угроза взрыва кормовых погребов. И все-таки расчет кормового орудия, которым командовал унтерофицер Эрнест Питчер, оставался на месте.

Но тут началась серия несчастий. Один снаряд пробил ют и вызвал детонацию глубинной бомбы. При взрыве был убит старший помощник Кэмпбелла лейтенант Боннер. В то же самое место попали еще 2 снаряда. Кэмпбелл решил, что взорвался погреб, и послал настоящий призыв о помощи. Но тут дым рассеялся, он увидел, что кормовая часть судна цела, и отменил свой сигнал. UC-71 начала приближаться к "Данрейвену", но в этот момент глубинные бомбы и патроны 102-мм орудия все-таки взорвались. Кормовое орудие взлетело высоко в воздух и упало на баке судна, его расчет был разбросан в разные стороны.

Это взрыв сорвал все намерения Кэмпбелла как раз в тот момент, когда он уже готовился пожать плоды своего нечеловеческого терпения. Хуже было другое. Сотрясение взрыва замкнуло цепь колоколов громкого боя, и по этому сигналу носовое орудие открыло огонь. Лодка немедленно начала погружаться. Один снаряд все-таки попал в рубку UC-71, но повреждения оказались невелики. Кэмпбелл понимал, что теперь немцы используют торпеды, но все-таки не отказался от борьбы. Хотя корма судна превратилась в огромный костер, он только приказал унести вниз всей раненых. Кэмпбелл собирался покидать судно и отправил по радио приказ остальным кораблям пока держаться в стороне.

Через 20 минут показалась торпеда, которая попала в кормовую часть "Данрейвена".

Чтобы обмануть немцев, Кэмпбелл отправил на плотике часть людей, оставив на корабле наиболее стойких. В течение часа Зальцведель крутился вокруг "Данрейвена", рассматривая его в перископ. На корабле бушевал пожар, время от времени рвались снаряды.

В 14.30 лодка всплыла за кормой ловушки и снова открыла по ней огонь. Одновременно она обстреляла из пулемета шлюпки. Это продолжалось около 20 минут, после чего лодка погрузилась. Кэмпбелл выпустил торпеду из левого аппарата, которая прошла рядом с UC71. Самое странное, что немцы ее не заметили. Лодка обошла вокруг судна, и Кэмпбелл выпустил вторую торпеду из правого аппарата, которая прошла рядом с перископом.

Лодка быстро погрузилась. Кэмпбелл решил, что его снова атакуют торпедами, и отправил третью "паническую партию", оставив на корабле только расчет носового орудия. Но Зальцведель больше не был склонен рисковать. Торпеды у него кончились, а в артиллерийский бой он ввязываться не собирался и просто ушел. Тогда Кэмпбелл послал настоящий призыв о помощи. Вскоре появилась вооруженная американская яхта "Нома" и британские эсминцы "Кристофер" и "Эттэк". Стонущего судна были сняты все раненые, и в 18.45 "Кристофер" начал буксировать "Данрейвен". Буксировка оказалась очень сложной. Корма судна погрузилась в воду, по юту прокатывались волны. "Данрейвен" практически не слушался руля. Утром следующего дня стало ясно, что дойти до Плимута не удастся, и команда покинула "Данрейвен". Корабль перевернулся и затонул с поднятым флагом. За этот бой лейтенант Джордж Боннер и унтер-офицер Эрнест Питчер были награждены Крестами Виктории посмертно. После Э7ого боя Кэмпбелл был назначен командиром легкого крейсера.

Но довольно часто успех приходил и к другой стороне. Капитан 2 ранга Гёттинг, командовавший U-153, описывает случай, происшедший 25 апреля 1918 года.

"11.25. Возле мыса Бланке. Радиограмма с U-154, капитан 2 ранга Герке, с ее позицией. Обнаружен пароход на WNW, 11 миль, курс S. После того, как U-153 заняла выгодную для перехвата позицию, мы открыли огонь из 150мм орудия с дистанции 11000 ярдов. Пароход поставил дымзавесу и пошел зигзагом в северо-западном направлении. Он начал отвечать из 102-мм орудия, одновременно открыв огонь на север. Вскоре мы увидели вспышки двух орудий U-154, она также обстреливала пароход. Когда U-153 сблизилась до 8300 ярдов, пароход получил первое попадание в корму.

После 5 новых попаданий на судне начался большой пожар, и оно спустило шлюпки. U-153 подошла, чтобы допросить спасшихся. U-154 запросила медицинскую помощь, она имела 8 убитых и 5 тяжело раненных Пароход, который оказался судном-ловушкой "Уиллоу Бранч", имел водоизмещение 3314 тонн и был вооружен 1-102-мм орудием на корме и 2 – 76-мм орудиями по бортам на носу. Он был потоплен торпедой U-153. Вечером командиры двух субмарин обсудили дальнейшие совместные операции, прежде чем направиться к Канарским островам. 11 мая в 18.25 возле мыса Сент-Винцент U-154 внезапно исчезла в высоком столбе воды и темном облаке дыма. Она была торпедирована британской подводной лодкой Е-35".

Можно рассказать и о действиях парусных ловушек, хотя они не добились таких успехов.

Это была уже настоящая экзотика, но воевали парусники по-настоящему. Например, в апреле 1917 года баркентина "Гелик", вооруженная 2 – 76-мм орудиями, провела бой с германской подводной лодкой. 19 апреля баркентина шла под всеми парусами в 48 милях южнее мыса Олд Хед оф Кинсейл. Так как ветер был довольно слабым, судно делало не более 2 узлов. Внезапно в 4 румбах справа по носу показалась подводная лодка. Она находилась в 5000 ярдов от ловушки.

Немцы, наученные печальным опытом, применили обычную тактику 1917 года – открыли огонь с большой дистанции. Лодка добилась 6 попаданий, при этом осколками снарядов были убиты 2 матроса и ранены 4. Кроме того, на баркентине был поврежден левый мотор и серьезно пострадал такелаж. Так как надеяться на сближение с противником не приходилось, в 18.50 баркентина открыла ответный огонь. Немцы сделали еще около 20 выстрелов, но потом предпочли не рисковать и с дистанции выпустили торпеду. "Гелик" сумел увернуться от нее, и торпеда прошла по правому борту парусника. Носовое орудие "Гелика" успело дать 4 выстрела, причем последний снаряд попал в лодку. После этого орудие сломалось, и "Гелику" пришлось разворачиваться, чтобы ввести в действие орудие другого борта. Перестрелка продолжалась до 19.00, после чего немецкая лодка развернулась и пошла на юго-запад, продолжая вести огонь.

Попадания немецких снарядов изрешетили палубную цистерну с пресной водой. Само по себе это было бы не слишком важно, однако вода хлынула в пробоину в палубе и залила правую машину. Так как ветер окончательно стих, "Гелик" полностью потерял ход, хотя оба орудия могли вести огонь. Немецкая лодка получила еще 2 попадания. Примерно в 20.10 лодка прекратила бой и погрузилась. Бой закончился вничью. Германская лодка получила повреждения, как и "Гелик", но этим все и ограничилось.

И все-таки англичане считают, что однажды парусник сумел добиться успеха. 17 мая 1917 года шхуна "Глен" (1 – 76-мм и 1 – 47-мм орудия) лейтенанта Тэрнбулла встретилась с подводной лодкой Фландрской флотилии UB-39. При этом лодка первой заметила шхуну и даже открыла по ней огонь. Англичане узнали о присутствии противника, лишь заметив вспышку второго выстрела. "Глен" потравил паруса, чтобы уменьшить скорость. UB-39 прекратила огонь, и совершенно неожиданно ее командир пошел на сближение с парусником. Объяснить такой поступок просто невозможно. Когда расстояние сократилось до 800 ярдов, "паническая партия" спустила шлюпку, но в этот момент лодка все-таки погрузилась. Когда расстояние сократилось до 200 ярдов, лодка легла на параллельный курс по правому борту шхуны. Совершенно неожиданно UB-39 всплыла всего в 80 ярдах за кормой "Глена". Это было уже форменное безумие. Тэрнбулл немедленно приказал открыть огонь. Первый же английский снаряд попал в рубку лодки.

В открывшемся люке показался кто-то из немцев, но ничего не успел сделать. Второй 76мм снаряд пробил прочный корпус лодки под рубкой и взорвался внутри. Немец пропал.

Англичане ясно видели еще несколько попаданий снарядов, после чего UB-39 с креном ушла под воду. Тэрнбулл думал, что потопил лодку, однако через некоторое время справа по носу была замечена другая лодка. "Глен" открыл по ней огонь, однако немцы не приняли боя и ушли. Вполне вероятно, что это была та самая лодка, с которой вела бой шхуна. Однако ряд источников указывает, что UB-39 погибла еще 15 мая на минах Дуврского барража.

Кое-кому может показаться, что мелкие пушечки, которыми англичане вооружали свои ловушки, были бесполезны. Чаще всего именно так и выходило, но все-таки вооруженный смэк (Одномачтовый рыбацкий парусник) "Инверлион" под командованием бывшего комендора Королевского Флота Эрнеста Джехана сумел уничтожить вражескую лодку, затратив всего 9 снарядов калибра 47 мм. Правда, это была совсем маленькая лодка, но все-таки…

В августе 1915 года "Инверлион" занимался "ловом рыбы" недалеко от Ярмута, но поймал он совершенно неожиданную "рыбку". Подводная лодка UB-4 лейтенанта Карла Гросса уже успела отличиться, потопив 10 апреля 1915 года британский пароход "Хэрпэлис". 16 августа примерно в 20.20 Гросс заметил рыбацкое судно и пошел ему навстречу. Тратить торпеду на такую мелочь он не собирался, рассчитывая затопить судно подрывным зарядом.

Джехан с некоторым удивлением увидел, что немцы даже не сочли нужным установить пулемет на треноге перед рубкой. Подойдя на 30 метров к смэку, Гросс крикнул, приказывая ему остановиться. Вместо этого Джехан выхватил свой револьвер и крикнул:

"Открыть огонь!" Первый же снаряд "Инверлиона" взорвался внутри рубки UB-4. Второй снаряд снес ограждение рубки, срубил флагшток и сбросил Гросса в воду. Третий снаряд снова взорвался внутри рубки. Послышались крики испуганных немцев, но англичане продолжали вести жаркий огонь. Вошедший в азарт Джехан четырежды перезаряжал свой револьвер. Несколько снарядов пробили прочный корпус и взорвались внутри лодки. UB-4 окуталась дымом и начала тонуть носом вперед. Джехан приказал прекратить огонь.

Корма лодки на мгновение поднялась в воздух, и UB-4 в последний раз ушла под воду.

Хотя англичане попытались вытащить из воды раненного командира лодки, он утонул. За этот бой Джехан был награжден Орденом за выдающиеся заслуга.

[38] Примечание: Из-за строгой секретности операций судов-ловушек, эти цифры и сегодня могут считаться лишь приблизительными.