VIII О певческом хоре

VIII

О певческом хоре

После смерти регента Лебедева на его место был приглашен в августе 1870 года Федор Михайлович Дунин, стоявший во главе певческого хора почти шестнадцать лет — до апреля 1886 года.

Сам Дунин — человек внушительной и красивой наружности, высокий и стройный, обладал довольно недурным баритоном и пользовался в обществе большим успехом как знаток своего дела. При нем в хоре существовала очень строгая дисциплина, и учитель он был строгий и требовательный; злые языки говорили даже, что порой любил и физическое внушение, но ноты при нем певчие знали очень твердо, так как он как энергичный и настойчивый человек, видимо, умел добиться своего.

Отвечая требованиям того времени, пение при Дунине отличалось стройностью, мощностью, торжественностью и даже легкой крикливостью, так как в то время тихое пение не признавалось и не было любимо публикой.

Пение хора в войсковом соборе всегда привлекало массу молящихся. Желавших послушать прекрасное исполнение хором молитвенных песнопений; в особенности же хор славился исполнением концертов Бортнянского и других. Существовало даже в то время в Екатеринодаре выражение: «идти на концерт», так как немалая часть интеллигенции шла в церковь слушать только концерт, мало интересуясь остальным пением обедни, хотя и последнее почти всегда исполнялось безукоризненно и хорошо.

Во все время управления Дуниным войсковым хором последний всегда находился на высокой степени совершенства; правда, временами он слегка приупадал от чисто внешних, не зависящих от Дунина условий, но это продолжалось обыкновенно недолго, набирались в хор новые голоса, дело по — прежнему налаживалось, и хор по — прежнему становился безукоризненным.

Последнее время своей службы в войсковом хоре Дунин занимал также место регента в Кубанском Александровском реальном училище, где поставил хор также очень хорошо; кроме того, он состоял еще преподавателем классного пения в Екатеринодарском духовном училище.

Вообще это была крупная сила в вокальном мире, и память о нем сохраняется в войске и до настоящих дней как об образцовом и талантливом регенте.

28 мая 1876 года певческий хор также поступил в ведение Войскового Штаба; заведующим хором в это время был сотник Погорелов; 1–го августа 1878 года его заменил сотник Образ, а с 24 ноября того же года заведующим хором был назначен экзекутор Войскового Штаба коллежский регистратор Селютин, пробывший в этой должности до 1 января 1888 года, когда, согласно новому штату 1887 года, отдельная должность заведующего певческим хором была упразднена, и оба хора, музыкантский и певческий, были поручены одному заведующему, хорунжему Головатому.

С 1 мая 1886 года регентом певческого хора приглашен был Михаил Стефанович Городецкий, пробывший в этой должности до 1–го февраля 1891 г. Городецкий регентское образование, также как и Дунин, получил в С. — Петербургской консерватории и был человек очень способный, но, к сожалению, пагубная страсть к запою нередко отвлекала его от хора почти на целый месяц, и если хор продолжал оставаться по — прежнему в хорошем виде, то только благодаря неутомимой и энергичной работе очень способного и даровитого старосты хора Акима Мовчана, который заменял на это время Городецкого.

В сентябре 1888 года, во время приезда ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА III с АВГУСТЕЙШЕЙ СЕМЬЕЙ в войско, ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО осчастливил своею благодарностью войсковой певческий хор за отличное исполнение им музыкальных программ и, обратив МОНАРШЕЕ внимание на штатное его устройство, ВСЕМИЛОСТИВЕЙШЕ изволил повелеть озаботиться расширением и улучшением этого хора.

Во исполнение этой ВЫСОЧАЙШЕЙ воли войсковым начальством были выработаны новые положение и штат певческого хора и представлены в августе 1889 года на утверждение.

<…>

Положением военного совета, ВЫСОЧАЙШЕ утвержденным 17 сентября 1891 года, постановлено:

1) увеличить состав войскового певческого хора Кубанского казачьего войска двенадцатью певчими, оставив без изменения положенное ныне по штату число учеников.

2) Соответственно сему: а) добавить — 1800 руб. к штатному отпуску на содержание певчих, б) увеличить сумму, отпускаемую ныне на ремонт пюпитров и мебели в школе и на учебные пособия хору, на 50 руб., в) увеличить денежный отпуск на отопление и освещение хора на 46 р. 56 к., г) к отпускаемой сумме на наем помещения добавить 162 руб.

Согласно этого положения хор должен был состоять из 36 певчих и 12 учеников.

Из числа добавленных певчих приказом по войсковому штабу назначено: 2 чел. — в 1–й разряд, 3 чел. — во 2–1 разряд и 7 чел. — в 3–й разряд.

29 марта 1891 года нанят был для певческого хора регент, окончивший курс в Московской практической академии коммерческих наук и в регентском классе Придворной капеллы, Александровский 2–й гильдии купец Сергей Григорьевич Семенов на один год<…>.

По прошествии года Семенов, желая остаться еще на три года, просил прибавить ему жалованья или же доплату за занятия грамотностью, но Наказный Атаман не согласился, почему Семенов оставил место, а временное управление хором поручено было фельдфебелю хора Ткаченко.

По уходе Семенова войсковой штаб приглашал бывшего регента Городецкого занять место, но последний ответил из Нижнего Новгорода, что теперь он приехать не может, тогда по контракту, заключенному 1–го июня 1892 года, был нанят регентом бывший учителем пения и музыки в Ладожской учительской семинарии и имеющий от Придворной певческой капеллы диплом на звание регента Григорий Митрофанович Концевич на один год<…>.

Григорий Митрофанович Концевич, родом казак станицы Старонижестеблиевской, в 1883 году окончил курс в учительской семинарии на звание учителя 2–классного училища, но пробыв несколько лет учителем, он в 1887 году поступает на регентские курсы при ИМПЕРАТОРСКОЙ Придворной капелле, где с полным успехом прошел 3–х годичный курс. По окончании курса он продолжил свою службу в семинарии до 1892 г., когда 1 октября занял место регента в войсковом певческом хоре, на котором и пробыл свыше 14 лет. Столь долгая служба не могла не отразиться на работе войскового хора и была благотворна по своим результатам.

С вступления его в должность из года в год работа хора все увеличивалась больше и больше. Вследствие ежегодных требований взрослых певчих в Тифлис и Петербург войсковое начальство вменило в обязанность регенту Концевичу собирать певчих по станицам Кубанского войска, приготовлять и куда ежегодно их командировать от 6–8 человек. По условию вменялось ему в обязанность вести школу грамоты по курсу одноклассных училищ. При нем, кроме обязательных занятий, певчие, по преимуществу дети, занимались игрою не только на скрипках, но и на духовых медных и деревянных инструментах. По просьбе Концевича и с разрешения Начальника Штаба было отпущено несколько музыкальных инструментов: флейты, корнеты, кларнеты, барабаны, скрипки и другие. Был составлен даже небольшой оркестр, человек 20–25 с участием взрослых певчих, самого регента (скрипка) и помощника Ткаченко (тоже скрипка). Этот оркестр настолько усовершенствовался, что однажды в день Покрова Богородицы 1 октября, празднуемый ежегодно войсковым певческим хором, имел возможность встретить все штабное начальство во главе с Начальником Штаба в своем помещении на крепостной площади торжественным маршем под управлением Концевича, чем немало удивил всех и доставил большое удовольствие. После молебна, во время завтрака, оркестр вполне самостоятельно играл легкие пьесы. Многие из этих певчих — музыкантов по спадке голоса были зачислены в войсковой музыкантский хор, и некоторые служат и до настоящего времени в нем.

Умственному развитию и воспитанию уделялось особенное внимание.

Некоторые взрослые и отчасти мальчики, желая получить свидетель — ство на станичного регента за подписью регента и заведующего войсковыми хорами, кроме того, что изучали еще регентское дело: элементарную теорию музыки, сольфеджио, начало гармонии, церковный устав, знакомились с церковно — музыкальной и светско — музыкальной литературой, дирижированием хором. Многие из них, окончив действительную службу в хоре и имея вышеназванное свидетельство в знании первоначального регентского искусства, приглашались регентами в разные станицы и получают вознаграждение за свой труд от 300–700 руб. в год.

Войсковой хор совершенствовался с каждым годом, благодаря заботливому вниманию начальника штаба и заведующего хорами подъесаула Ассиера.

Хор и оркестр часто выступали публично на семейных вечерах в войсковом Собрании отдельно и вместе, привлекая почти всегда массу слушателей, не только членов Собрания, но и посторонних слушателей. Хор ежегодно давал духовные и светские платные концерты.

Кроме того, улучшению хора много способствовали поездки (на свой счет) регента Концевича в Петербург, Москву, Киев, Ростов, Воронеж для ознакомления с лучшими хорами, репертуаром, постановкой и проч. Все, что было лучшего в других хорах, по возвращении тотчас же применялось Концевичем и в войсковом хоре.

1–го октября 1906 г. Григорий Митрофанович Концевич ушел из войскового певческого хора; при его прощании с хором певчие поднесли ему глубоко прочувствованный адрес. Григорием Митрофановичем за последнее время издано пять выпусков малороссийских песен на 3 однородных голоса и для смешанного хора, которые рекомендованы приказом по Кубанскому казачьему войску 1910 г. № 37 к приобретению в хоры из казаков приготовительного разряда, в войсковых частях, в народной школе и к непременной выписке во все станичные правления и школы. Кроме того Григорий Митрофанович Концевич, ввиду его прежних заслуг войску, приглашен войском 1 октября 1910 г. в качестве учителя пения при войсковом певческом хоре и собирателя кубанских песен, в каковой должности он состоит и в настоящее время.

С 20 ноября 1906 года был приглашен регентом певческого хора Николай Дмитриевич Лебедев, кончивший регентские курсы по второму разряду при Придворной певческой капелле. Он пробыл в хоре около двух лет. Талантливый музыкант и хороший дирижер, он недурно владел скрипкой и фортепьяно, но отсутствие общего образования, педагогической подготовки, нравственной дисциплины в хоре и не регулярное занятие с певчими, значительно портило хор в музыкальном отношении.

На место Лебедева 1 сентября 1908 года был приглашен профессор пения и заслуженный артист ИМПЕРАТОРСКИХ театров Иван Васильевич Матчинский; он прослужил в хоре всего девять месяцев, но при нем знаменитый войсковой хор окончательно пал. Сам он, быть может, был и прекрасный солист и профессор по постановке голоса, но отсутствие регентских теоретических и практических познаний и сильное увлечение басовой партией (сам он обладал довольно сильным басом) вызывало в слушателях неудовольствие излишне крикливым исполнением. Об эстетическом наслаждении не могло быть и речи.

С 4–го июля 1909 года и по настоящее время заведующим войсковым певческим и музыкантским хорами состоит подъесаул Иван Терентьевич Бабаев.

С 1–го января 1910 года и по настоящее время регентом состоит Яков Михеевич Тараненко, казак станицы Новонижестеблиевской и ученик Концевича, он с детства поступил в ряды хора, в котором и провел много лет. За его выдающиеся способности и любовь к пению войско командировало его в С. — Петербург, где он в течение двух лет прошел регентские курсы Смоленского и кончил регентом 2–го разряда.

Прислушиваясь к лучшим хорам Петербурга, он, очевидно, усвоил манеру пения одного из лучших столичных хоров, Александро — Невской Лавры, и перенял некоторые приемы дирижирования у И. Я. Тернова (регент Лаврского хора). Новое направление духовных композиторов оставило заметный след. Хор заметно улучшается. Тихое, довольно стройное пение в соборе, в строго церковном стиле, дало хору новую оригинальную физиономию.