Вступление

Вступление

В 2000-е ГОДЫ ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА БЕЗОПАСНОСТИ России, наследница советской тайной полиции (Комитета государственной безопасности, КГБ), постепенно взяла на себя роль новой элиты, постоянно расширяя сферу своих полномочий и будучи недосягаемой для какого бы то ни было контроля со стороны общественности и парламента. Восемь лет подряд ветеран этой организации, Владимир Путин, был президентом Российской Федерации, после чего занял пост премьер-министра. Бюджет ФСБ не публикуется, общее количество сотрудников — не разглашается, но даже по самым скромным оценкам, численность персонала ФСБ составляет не менее 200 000 человек. Путин сделал ФСБ главной спецслужбой России: в эту организацию влились подразделения бывшего КГБ, ей было дано право действовать за границей: как собирать информацию, так и проводить спецоперации. При Путине бывшие и действующие агенты спецслужб заняли места в бизнесе и правительственных структурах, а сама ФСБ начала последовательно возрождать культ былых идолов КГБ: основателя и главы ЧК Феликса Дзержинского и самого известного председателя КГБ Юрия Андропова1.

В 2000 году, когда Путин победил на президентских выборах, — положение российских спецслужб было весьма плачевным. В 1990-е годы, когда рыночные реформы и становление демократии напоминали гонку без правил, они оказались на обочине. Соблазн больших денег вырвал из их рядов самых толковых сотрудников, бросившихся ловить рыбу в мутной воде нового российского капитализма. Ну а тем, кто остался, пришлось работать в беспрецедентно сложной ситуации: затянувшаяся война в Чечне, захваты заложников, разгул терроризма, докатившегося до Москвы и других городов. Изнутри ФСБ разъедала коррупция, масштабы которой были невероятны для советских времен. Негативное отношение общества, обусловленное как репутацией советского КГБ, так и неразберихой первого постсоветского десятилетия, тоже не могло не сказываться на ее деятельности. С бывшими коллегами из КГБ, перешедшими в другие спецслужбы, разгорелась жестокая война за влияние и ограниченные государственные ресурсы. Новый президент дал ФСБ новую и намного более важную роль — обеспечивать стабильность действующего политического режима, т. е. власти самого президента.

Не следует думать, что все эти изменения означали возрождение советского КГБ, хотя многие бывшие диссиденты, журналисты и даже сами спецслужбы трактовали ситуацию именно так. При всем своем могуществе, Комитет госбезопасности был подотчетен политической структуре: все его управления, отделы и подразделения контролировались КПСС. Не случайно КГБ официально именовался «передовым отрядом» партии.

ФСБ же представляет собой беспрецедентно независимую организацию, не подлежащую ни партийному контролю, ни парламентскому надзору. Если у ФСБ и есть какая-то идеология, то это миссия поддержания стабильности и порядка. Сегодняшние сотрудники ФСБ считают себя наследниками не только КГБ, но и одновременно царской охранки, занимавшейся борьбой с политическим террором.

В конце 2000 года Николай Патрушев, сменивший Путина на посту директора ФСБ, по традиции дал интервью по случаю очередной годовщины основания ЧК. О сотрудниках ФСБ Патрушев сказал следующее:

— Не хочу говорить высокие слова, но наши лучшие сотрудники, честь и гордость ФСБ, работают не ради денег. Когда мне приходится вручать нашим ребятам правительственные награды, я внимательно вглядываюсь в их лица. Высоколобые интеллектуалы-аналитики, широкоплечие обветренные бойцы спецназа, молчаливые взрывотехники, строгие следователи, сдержанные опера-контрразведчики… Внешне они разные, но есть одно важное качество, объединяющее их, — это служивые люди, если хотите, современные «неодворяне»2.

Цель этой книги — показать, как происходил рост этого «неодворянства» и чем оно занималось в течение последнего десятилетия. В это время спецслужбы ощутили себя единственной силой, способной защитить страну от внутренних и внешних врагов, спасителями нации, потерпевшей крушение в бурях и хаосе 90-х. Возможно, под влиянием советских пропагандистских фильмов, в которых офицеры КГБ изображались представителями интеллектуальной элиты, нынешние сотрудники ФСБ считают себя цветом нации.

На самом деле все гораздо сложнее. Российские спецслужбы были вознесены на высокий пьедестал, однако, вступив в противостояние с терроризмом и коррупцией, они приобрели свойства, существенно отличающие их как от советских спецслужб, так и от разведок западных стран. Во многом ФСБ больше всего напоминает беспощадные «мухабараты» — спецслужбы в арабских странах Ближнего Востока: она занята защитой авторитарного режима, подотчетна только высшей власти, непроницаема, коррумпирована, использует жесткие и жестокие меры в борьбе с теми, кого подозревает в терроризме или инакомыслии. За десять лет ФСБ так и не стала проводником законности, а России еще очень далеко до подлинной демократии.

Одним из знаменательных нововведений при Путине стало то, что ФСБ получила право действовать за рубежом. И хотя вопрос об эффективности зарубежных операций остается открытым, сфера деятельности российских спецслужб значительно расширилась, причем при одобрении государства.

Много лет форма офицеров ФСБ защитного цвета очень напоминала армейскую. В 2006 году Путин сделал еще один шаг, подчеркивающий особый статус ФСБ, и подписал указ о смене цвета формы спецслужб на черный. Цвет ночи никогда не пользовался популярностью у российских спецслужб, однако решение Путина имело символическую подоплеку: это был намек на времена Гражданской войны, когда в Белой армии, проигрывавшей войну большевикам, для поднятия боевого духа были сформированы офицерские полки, основным цветом которых стал черный. Офицеры носили черные мундиры, подчеркивая тем самым отрешенность от мирских благ, и отличались исключительной набожностью. Полк генерал-лейтенанта Сергея Маркова именовался «братством рыцарей-монахов, принесших свою волю, свою кровь и свою жизнь на алтарь служения России»3.

ДОКОПАТЬСЯ ДО ПРАВДЫ о ФСБ очень нелегко, не только из-за исключительной секретности этого учреждения, но и потому что в авторитарном государстве люди часто избегают свободно высказывать собственное мнение и делиться информацией.

Собирая информацию о спецслужбах, мы действовали как независимые журналисты и использовали все возможные источники, но не обращались ни к официальным архивам, ни к документам, предназначенным для внутреннего пользования. При этом мы постоянно общались с сотрудниками спецслужб, готовыми беседовать с нами.

Эта книга в значительной степени основана на нашем журналистском опыте. Более десяти лет мы пишем о российских спецслужбах. В 2000 году мы основали сайт Agentura.ru — журналистский веб-ресурс, специализирующийся на мониторинге деятельности российских спецслужб. В течение нескольких последних лет нас вынудили уйти из четырех российских газет и неоднократно допрашивали в ФСБ.

В 2005 году «Московские новости» — один из самых популярных либеральных еженедельников конца 1980-х — начала 90-х годов перестали выходить. Мы оба работали в этом издании. В ноябре мы сидели и думали, что нам делать дальше. Евгения Альбац, известный политический журналист и автор книги о КГБ «The State Within a State» [ «Государство в государстве»] предложила нам написать серию статей о возрождении методов КГБ для онлайнового «Ежедневного журнала» (один из немногих сайтов, где по-прежнему можно публиковать независимые политические комментарии)4.

К тому времени в ведомство ФСБ были уже переданы радиотехническая разведка и охрана границ; ей было предоставлено право проводить разведоперации за рубежом; в рамках ФСБ уже возродилось подразделение, специализирующееся на политическом сыске; на штаб-квартире ФСБ вновь появилась мемориальная доска, посвященная Юрию Андропову, дольше всех занимавшему должность председателя КГБ. Поэтому поначалу идея сравнения ФСБ и КГБ представлялась нам очень перспективной. Многие считали, что по жестокости и вездесущности КГБ не знает себе равных: вспомним о тотальной поднадзорности населения Советского Союза, преследовании диссидентов, впечатляющих убийствах за границей. Советские спецслужбы пользовались столь чудовищной репутацией, что некоторые диссиденты утверждали даже, что и сам Путин был всего лишь незначительной марионеткой, частью грандиозного заговора Комитета госбезопасности, задумавшего вернуть себе власть после падения Советского Союза. На этом фоне усиление ФСБ представлялось очередным шагом на пути возрождения КГБ. Однако, проанализировав информацию, которую мы собирали на протяжении десяти лет, мы пришли к другим выводам.

Мы наблюдали за развитием бесланской драмы 2004 года, когда спецназ ФСБ штурмовал школу, захваченную террористами, и погибло 334 человека. Мы присутствовали на судебных процессах, где ФСБ выстроила новую систему борьбы со шпионажем, в рамках которой несколько российских ученых были обвинены в сотрудничестве с иностранными разведками и приговорены к многолетнему тюремному заключению. Мы освещали зарубежные операции российских спецслужб: убийство бывшего вице-президента Чечни Зелимхана Яндарбиева в Катаре (2004 год), череду загадочных убийств чеченцев в Азербайджане и Абхазии (2006–2007 годы). Авторы надеются, что эта книга поможет читателям понять движущие силы и особенности того процесса, в результате которого ФСБ стала тем, чем она является на сегодняшний день.