Bonus #Таиланд #Бангкок #Патайя #Пхукет Восемь тысяч верст до рая

Bonus #Таиланд #Бангкок #Патайя #Пхукет

Восемь тысяч верст до рая

Tags: А это что еще за фрукты? Гимн рамбутану и дуриану. – Семь полов Воннегута и четыре пола Таиланда. – Массаж, хирургия, острова, слоны, крокодилы и прочие удовольствия, включая запретные.

– Ты, – сказали друзья, – сумасшедший. Ты всерьез советуешь ехать туда? Там революция. Блокируют аэропорты. Кризис правительства. Знаем мы это дело: нехорошо!

– Ха! – отвечаю друзьям я. Каждый раз, когда я в Таиланде, там революция и кризис правительства. Только они особые, тайские, кукольные.

Таиланд вообще – очень специальная страна. В смысле, экзотическая не по причине кокосовых пальм, обезьян в монастырях и кораллов в Андаманском море, а по своему устройству. У Таиланда, например, два флага – родины и государства. И революции касаются исключительно государства, но не трогают родины. И король там – такая же данность, как кораллы, пальмы и море. А еще там не два пола, как у нас, а как минимум четыре, и никто не делает круглые глаза, когда трансвеститы водят с детьми хороводы. Трансвеститы – лучшие друзья детей, а кто же еще?

В Таиланде вообще все иначе. Я на днях встретил своего однокурсника Сережу Пархоменко, который кулинар, книгочей, оппозиция и программа на «Эхе Москвы»: «Серега, откуда такой загар?» – «Из Таиланда!» – «Революцию видел?» – «Ты что, с ума сошел?!»

Нет, друзья, вслед за Пархоменко – в путь, в путь, в путь.

БАНГКОК

В Бангкоке турист обычно задерживается на день, редко – на два, дивясь из окон автобуса на ступы – буддистские, в виде колоколов с иглами-хвостами, храмы, разбросанные там и сям по муравейному, небоскребному, трущобному городу. Туриста везут в Ват Пхракео и в Королевский дворец.

«Ват» – это монастырь. Ват Пхракео – это сумасшедший дом. Даже если бы в Таиланде вообще ничего не было, кроме Ват Пхракео, поездка стоила бы свеч. Это как если бы семилетние дети взялись играть в Волшебника Изумрудного города, собрав сокровища с маминого трюмо, – и вдруг все эти флаконы из-под духов, бисер и фальшивый жемчуг, застежки и брошки выросли в размере в тысячу раз. Монастырь Пхракео – это разноцветные башни и храмы, на их ступенях драконы, демоны и крылатые обезьяны, это монахи, солдаты и гиды-трансвеститы (артель трансвеститов взяла под себя этот бизнес, и оттого экскурсия сопровождается аффектированным жестом – на редкость уместным среди резьбы, золота, перламутра, смальты, брызг зеркал и крашеного стекла). Это бот (храм) с Изумрудным Буддой, это виханы, чеди, прасат и пхрамонтхиентхам, что на тайском значит «библиотека» (правильный язык! «Политика» по-тайски будет «наеба»). А в королевском дворце – слоны и колонны коринфского ордера вперемежку. До свидания, крыша!

Важно только не упустить, что Бангкок этим не ограничивается. Не в смысле маршрутов – любой путешественник легко найдет, куда ему отправиться: в Ват Сакет с Золотой горой, на вершину которой ведут 320 ступенек, или в Ват Пхо, где ученики школы массажа тренируются на посетителях, или на плавучий рынок на реке Чаопрайя, – все это известные штуки. И даже не ограничивается ночной вылазкой в район Патпонг с бурлящим рынком, где в несметных количествах предлагаются поддельный Gucci, реальные проститутки, а шмыгающие зазывалы показывают (в качестве паллиатива между Gucci и проститутками) картонки, на которых посредством пиктограмм изображено, из каких именно мест будет вынут во время шоу фокусницы-девицы, условно говоря, кролик (за неимением цилиндра).

Однако в Бангкоке следует задержаться по генеральной причине – потому что это удивительно живой азиатский город. Вот идут в школу чистенькие, какие-то фарфоровые, в одинаковых костюмчиках, детишки, – хоть сейчас заполняй ими детскую книжку. Вот на уровне третьего этажа обрывается недостроенный шестирядный автобан, потому как министр украл деньги: по этому поводу была предыдущая революция. Вот курят благовония и возлагают гирлянды в домашних храмах. Вот девушки-пассажирки на мотоциклах сидят амазонками, свесив ноги по одну сторону сиденья…

Хорошо гулять по тропическому, влажному, жаркому Бангкоку!

Вот женщина рубит мачете гигантский фрукт.

– Что это у вас такое, дражайшая Солоха?

И, отложив тесак, она объясняет, что это дуриан, полезен для женского и мужского здоровья, только в гостиницу с ним нельзя, потому что он невыносимо прекрасно для окружающих пахнет, типа сыра рокфор – ей-ей, так и скажет она на своем языке, и улыбнется, и приложит к груди сложенные ладошки.

И вы поймете каждое слово.

TUTTI FRUTTI

Таиланд – то место, куда можно ехать за кухней, но лучше не пробовать уличную еду. То есть можно, но туристическую, – там, где надписи на английском.

Дело не в гигиене и не в количестве перца. Просто к местной пище европейский желудок адаптируется долго, но, адаптировавшись, потом расстраивается от еды европейской. Зачем расстраивать собственные внутренние органы?

Счастливое исключение – фрукты. Их в Таиланде тьма.

Во-первых, прозванный королем местных фруктов дуриан. Шишковатый, вспухший до размеров футбольного мяча плод царствует лишь с мая по сентябрь, но какова вертикаль его власти! Половина попробовавших дуриан от него в полном восторге, другая половина пожимает плечами, но и те, и другие не могут внятно описать вкус. По-английски это ближе всего к custard – молочному крему из яиц, только еще с привкусом клубники, личи, ананаса… М-да, не описать. Проблема дуриана в содержащихся ферментах: поспевая, он мгновенно забраживает – отсюда и запах, так что есть дуриан надо сразу, на улице или рынке.

А вот с рамбутаном (красным, волосатым, неприлично мохнатым) проблем нет – покупай, вези, храни. На рынках рамбутаны связывают в огромные снопы-веники, а для освежения обмакивают в воду.

На третье место поставим «глаз дракона» – устрашающе розовый плод кактуса. Но если его разрезать, объявится съедобная белая сердцевина, нашпигованная сотнями черных маковинок, как будто их вручную туда втыкал отряд прилежных азиатов.

А еще есть мангустин, они же мангостан – вопреки названию, ничуть не походящий вкусом на манго, а внешне похожий на плод любви сливы и цукини. А еще – чомпу, или розовое яблоко (зелено-розовая не то груша, не то перец, по вкусу действительно напоминающий водянистое яблоко с кислинкой, приятной в жару). А еще – ноина, гуава, джекфрут, канун и жожоба, лонгкон и лонган, папайя, ракам, сантол, тамарин, танжерин и ламуд…

В общем, Кузнечный и Черемушкинский рынки сегодня у нас будут закрыты на переучет возможностей.

ПАТАЙЯ

Вообще-то Патайя – никакая не ПатАйя. Она – ПатайА. А патайА – это такой ветер с моря, отгоняющий в сезон дождей от побережья тучи, что оценили в 1960-х американские летчики, устроившие в Патайе авиабазу с целью бомбить Вьетнам, а заодно превратившие тихую рыбацкую деревушку (от Бангкока часа три езды) в американский у-солдата-выходной-и-прочее рай.

Ныне этот рай имеет все черты отдыха в Сочи – по крайней мере, предолимпийском.

В Патайе по мутным водам вовсю гоняют на «бананах» и вейках, катаются на водных лыжах и поднимаются в небо на парапланах, а если кому все же понадобится чистое море – пожалуйста, катер за полчаса доставит на коралловую отмель. В промежутках же между парапланом и бананом – крокодиловая и змеиная фермы («очень апасна! астарожна!» – кричит окруженный гадами дрессировщик, освоивший русский в московском Университете имени Патриса Лумумбы) на покатушки на слонах. Говорят же вам: Сочи, и публика та же: ставящая целью загореть на всю оставшуюся жизнь.

Второй, более элегантный вариант использования Патайи – это превращение ее в бивак для марш-броска в наилюбопытнейшие места. Скажем, в Ват Кхао Суким – где центральный храм упирается в небеса 119-метровым шпилем, так что веришь в тайскую реинкарнацию Церетели. Там, дожидаясь кремации, покоится уже несколько лет тело последнего бодхисатвы (кремировать можно, лишь когда прорастут положенные в гроб зерна – за ними следит видеокамера. «А вдруг не прорастут?» – «Такого не бывает. Прорастут»).

Или ехать в заброшенные монастыри, где с гор, прыгая по статуям Будд и осыпающимся храмам, как в мультфильме про Маугли, спускаются к визитеру обезьяны.

Или – в древнюю столицу Таиланда, Аютайю.

Или – в заповедник, где в ручьях под водопадами водятся черные карпы в таких количествах, что тебе предлагают «рыбный массаж».

Или вообще махнуть через границу – к кхмерам, в Камбоджу, и встретить рассвет в проглоченном джунглями монастыре Ангкор Ват, центре погибшей цивилизации.

В общем, имеются варианты.

Включая еще один – начинающийся (и заканчивающийся) в районе протоптанной американцами Walking Street. Вот там, чуть сядет солнце, все по полной злачной программе – тысячи торговцев, толпа, жаровни, бары, шоу, боа и перья, музыка, пиво, призывно галдящие тайские мальчики и призывно глядящие тайские девочки, на проверку оказывающиеся опять же тайскими мальчиками.

Но некоторые любят погорячее.

МУЖЧИНЫ, ЖЕНЩИНЫ, LADYBOYS, ТРАНСВЕСТИТЫ, ТРАНССЕКСУАЛЫ

У Воннегута в «Бойне номер пять» инопланетяне-тральфамадорцы информируют главного героя, что «обнаружили не меньше семи различных полов на Земле… Они сказали, что ни один земной житель не может родиться, если не будет гомосексуалистов. А без лесбиянок дети вполне могли появляться на свет. Без женщин старше шестидесяти пяти лет дети рождаться не могли. А без мужчин того же возраста могли…» – ну, и так далее.

Таиланд к этой глубокой мысли является иллюстрацией.

Вот, например, трансвеститы, то бишь мужчины, рядящиеся в женщин. В отличие от европейских трансов, демонстрирующих свои, так сказать, цветы зла в глухой ночи в каких-нибудь гей-клубах, в Таиланде они являются просто цветами. Шоу трансвеститов «Аказар» – часть туристической программы: зал на 1200 мест, 3 представления в день, окончание в 22:30, и к немыслимому разврату это имеет отношение не большее, чем петербургский мюзик-холл. Трансвеститы – это просто особый тайский пол.

Их, кстати, не надо путать с ladyboys, ледибойз – девочками, являющимися девочками лишь выше пояса (операция по появлению груди стоит $300 и является в Таиланде стандартной: как говорится, хозяйке на заметку). Если перед вами красивая и высокая тайская девушка – сто процентов, что это ladyboy, над которым никто и не подумает насмехаться (еще бы, днем их вполне можно встретить за прилавком).

Еще есть транссексуалы – мужчины, завершившие операцию по превращению в женщину, что тайцев тоже удивляет не больше, чем существование рыжих среди брюнетов и блондинов.

А еще тайские мужчины по природе своей женственны, склонны к эмоциям и быстрым слезам, в семьях они обычно женщинам подчиняются, – а вот их жены вполне могут побегать за ними со скалкой в руке…

Следует ли это тропическое разнообразие (напрочь отсутствующее, скажем, в соседних Лаосе, Вьетнаме или Камбодже) приписать особой толерантности Таиланда, массовому (секс)туризму, американским базам или чему другому – непонятно. Некоторые считают, что все дело попросту в недорогом и очень высоком качестве работы местных пластических хирургов.

В Бангкоке в Siam Hotel, где я жил, существует даже особый этаж, отделенный от остальных, с персональной зоной завтрака и прочей приватностью. Там снимают номера европейские бизнесмены, и отнюдь не те, кто хочет переменить пол, – а те, кто хочет омолодиться, сохраняя incognito.

ПХУКЕТ

Остров, который не слишком велик (20 км в ширину), но и не слишком мал (50 км в длину), – Пхукет, словно Чичиков, хорош тем, что абсолютно всем может угодить. Там можно беззаботно плескаться в наипрозрачнейшем и наитеплейшем Андаманском море – а можно заниматься виндсерфингом. Можно затовариться по уши туристским продуктом (катание на слонах + буддистский монастырь + шопинг) – а можно взять машину с правым рулем и объехать остров по периметру, а затем в Пхукет-таун, где, кажется, туристов нет вообще, накупить на рынке сушеных рыб, кальмаров, морских гадов, соленых, сладких, кислых, перченых и все вместе. Можно провести невиннейший семейный отдых с детьми, для которых специально придумано колоссальное шоу со слонами Fantasea, – а можно поехать в Патонг и получить все запретные удовольствия мира, причем в одном флаконе. Там можно весь отпуск пролежать в джакузи на балконе отеля Thavorn Beach Village, к виллам которого постояльцев развозит электрический поезд, и где балконы устроены так, что с них видно все, а тебя не видит никто, – а можно устраивать ежедневно тайский массаж, который, к слову, не имеет ничего общего с мифами вокруг него.

И, что примечательно, все это разнообразие удивительным образом отделено друг от друга, так что двое людей могут не просто провести разные отпуска, но и на совершенно разных Пхукетах.

Единственное, что рекомендовано на Пхукете абсолютно всем – семейным, озабоченным, экстремалам, ботаникам, пожилым, подросткам, умным, глупым, искушенным, невинным – это поездка на острова, причем на любые.

На три коралловых острова Кхаи. На остров Пхи-Пхи (тайцы говорят: Пи-Пи), где снимался «Остров» с Ди Каприо. На остров Джеймса Бонда, Бонд-айленд, где снимался «Человек с золотым пистолетом», где посреди лагуны торчит палец-скала, на котором в фильме стояла секретная суперпушка и по пути на который тебя завозят в морские пещеры, фантастические настолько, что забываешь про Бонда, и когда проводник кричит: «Crocodile!» – подпрыгиваешь в ужасе, и только потом понимаешь, что рядом плыла игуана… Да, и плавать среди кораллов, в абсолютнейшем буйабесе, куда смеющиеся матросы крошат бананы, так что стада рыб устремляются к тебе, практически топоча, как слоны, – это, как говорится, местный must.

И это тоже Таиланд.

Таиланд, в котором в сезон дождей можно и не встретить дожди, а встречающиеся либо скоротечны, либо приятны; Таиланд, где можно снять комнату за 200 рублей за ночь, а можно найти отель, на пляж перед которым будут выползать, откладывая яйца, морские черепахи; Таиланд, в котором вдруг мгновенно заучиваешь значение канонических поз Будды и быстро понимаешь, что это не монахи собирают милостыню, а это верующие умоляют в дар храму принять бриллианты; Таиланд, в котором тебе улыбаются по семьсот раз на дню, кланяясь и молитвенно сжимая ладошки – и застывают, когда европеец повышает голос, потому что не верят, что на живого человека можно кричать.

Ну? Я же говорил, – чума, чудо! – надо лететь.

2008

COMMENT

В моей жизни были несколько Таиландов. В свой первый Таиланд, в 2004-м, я был потрясен Пхукетом. Я жил в JW Marriot c 12-километровым заповедным пляжем, где морские черепахи выползали на берег, где было полдюжины искусственных прудов, на которых, как огненные лотусы, в ночи вспыхивали факелы… Но машины не давали парковать под окнами: дно обследовали зеркалами на рукоятках на предмет магнитных мин, и от парковочной стены к номерам (с комнатами для медитации) их развозил электрокар…

Спустя четыре года кое-какие из знакомых мест я более не узнавал: застроили отелями.

Таиланд проявлял свойство многих азиатских государств игнорировать общественный интерес в угоду частному (сравните: во Франции на Атлантике близ границы с Испанией правительство в те же примерно годы выкупало прибрежную полосу с противоположной целью: чтобы не застраивали).

В общем, если хотите получить наслаждение от Таиланда – забирайтесь сегодня подальше от мест, где селится массовый турист. Куда-нибудь на Яуяй, Ланта или на Самуй, на мелкие острова, добираться на которые нужно паромами… Черт возьми, где, как не здесь, чувствовать себя дикарем?!

2012

Данный текст является ознакомительным фрагментом.