Предчувствие

Предчувствие

23.12.1988-го года я получил указание вылететь в Ереван для работы с пострадавшими при землетрясении, которое произошло 7-го декабря.

Армянская диаспора, даже судя по наблюдениям в Саратове, в эти дни сжалась как пружина. Аэропорт был забит армянами. Вылететь было невозможно. Подумалось, а у русских это чувство возможно? Было ли такое когда-нибудь? Разве что в ноябре 1941-го года при обороне Москвы.

Лететь в Армению было страшно. Готов ли я был к тому, что там меня ожидало? Было известно, что уже в первые дни после землетрясения погибло 25 тысяч человек и было ранено и искалечено еще 18 тысяч жителей республики.

Что я раньше знал о землетрясениях и массовых трагедиях?

1948-ой год. Москва. Учитель географии на уроке задумчиво, как бы размышляя, говорит нам – ученикам 9-го класса, – что вчера, по его мнению, где-то в северном полушарии земли произошло сильное землетрясение: в комнате у него ни с того, ни с сего, скрипя, медленно открылась дверка массивного шкафа, которую и руками-то открыть было невозможно. Позже сообщили, что произошло разрушительное землетрясение в Ашхабаде. Тогда на помощь пострадавшим пришел весь Советский Союз.

Малые трагедии. Здесь, в Саратове, ночью взорвался газ и рухнул дом, погребя под обломками 11 чел. Обвалился потолок аварийного дома и балками придавил спавшую семью – ребенка и его молодых родителей. Это было только что, в начале декабря 1988-го года.

Выкарабкаться пострадавшим было невозможно. Через раскрытую кровлю рванул ледяной холод, а из прорванной трубы отопления на распятые тела лился кипяток.

Когда мужчину привезли в ожоговый центр (в это время он и был нами осмотрен), он еще не знал, что его жена и дочь погибли на месте.

Эти воспоминания и наблюдения, рождая тоскливые предчувствия, готовили меня к встрече с чем-то куда более страшным.

27-го декабря мне удалось-таки вылететь в Ереван.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.