ПРИЛОЖЕНИЕ Михаил Агурский БЛИЖНЕВОСТОЧНЫЙ КОНФЛИКТ И ПЕРСПЕКТИВЫ ЕГО УРЕГУЛИРОВАНИЯ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Отношения между Израилем и СССР

Ввиду того, что в течение десятков лет ближневосточный конфликт освещался в СССР без учета израильской точки зрения, более чем необходимо дать представление советскому читателю о том, какова эта точка зрения, включая исторические корни конфликта. При этом можно высказать уверенность в том, что касается непосредственно отношений между Израилем и СССР: большая часть конфликтной ситуации является мнимой и объясняется отсутствием должной коммуникации. Это вовсе не отрицает того факта, что в основе ближневосточного конфликта имеется реальная конфликтная ситуация, но она всецело носит региональный характер — речь идет об арабо-израильском конфликте, который возник как арабская реакция на сионистское движение и создание государства Израиль.

Прежде всего хотелось бы заметить, что враждебность к сионизму со стороны русской социал-демократии была унаследована от Бунда, который, как известно, рассматривал сионизм как своего главного врага на еврейской улице и вел против него самую непримиримую борьбу. И хотя вскоре большевики сами вошли в острейший конфликт с Бундом, требовавшим федеративной структуры социал-демократической партии, они бессознательно унаследовали непримиримую враждебность к сионизму.

Вообще, следовало бы подчеркнуть, что вплоть до тридцатых годов главными и почти исключительными врагами сионизма в СССР были сами же евреи как вне, так и внутри большевистской партии, игнорировавшие тот факт, что еврейский вопрос в России и затем в СССР не фикция, а реальность, имеющая тяжелые исторические корни.

Сионизм возник в 1897 году как еврейское национально-освободительное движение, ставившее перед собой, по существу, две задачи: создание еврейского государства на исторической родине еврейского народа, а также, что не менее важно, сионизм был движением, направленным против сложившейся системы социальных отношений внутри еврейских общин диаспоры, против неограниченной власти традиционных религиозных кругов и еврейской буржуазии.

Целью первоначального сионизма было не просто создание еврейского государства, но государства, основанного на идеях социальной справедливости, на идее возвращения еврейского народа к производительному физическому труду и т. д.

Первоначальный сионизм исходил из ошибочного представления о том, что Палестина является свободной и как бы незаселенной страной, где еврейскому народу будет само собой обеспечено мирное существование, а массовое переселение евреев в Палестину из стран рассеяния раз навсегда покончит с антисемитизмом, корни которого усматривались в ненормальном социальном существовании еврейского народа в этих странах.

Отцам сионизма не приходило в голову, что право будущего еврейского государства на существование будет ожесточенно оспариваться местным арабским населением, которое, надо заметить, было в то время сравнительно малочисленным. В 1911 году в Палестине проживали 600 тысяч неевреев, куда, кроме арабов, входили турки, греки, армяне и другие меньшинства. Численность арабов тогда вряд ли превышала 400 тысяч.

История сионизма, приведшая к созданию государства Израиль в 1948 году, была тесно связана с попыткой реализации социалистических идеалов так, как их понимали социалистические сионистские партии.

Сионистскому движению пришлось быстро убедиться в растущем недовольстве местного арабского населения, но это недовольство рассматривалось сионистами-социалистами с классовой точки зрения, и предпринимались огромные усилия наладить отношения с арабским «пролетариатом», но феодальное арабское общество, привыкшее рассматривать евреев лишь как терпимую группу, относилось к сионистам с тотальной враждебностью.

Несмотря на декларацию Бальфура 1917 года, арабские феодальные круги пользовались растущей поддержкой английских властей, которые вдобавок начиная с победы Гитлера в Германии в 1933 году стали опасаться, что, если Англия будет продолжать поддержку сионистов, нацистская Германия не преминет привлечь арабов на свою сторону.

С самой революции 1917 года социалистические круги еврейской Палестины смотрели на Советскую Россию как на модель своего собственного социального эксперимента. В то же время в тех же кругах было глубокое разочарование в том, что в Советской России запрещается культура на языке иврит и преследуется сионизм, который в то время в самой Советской России носил преимущественно социалистический и порою прокоммунистический характер.

Недовольство в сионистских кругах резко усилилось, когда с 1928 года, после прихода к власти Сталина, начались массовые аресты и высылки активистов молодежного левосионистского движения «Хашомер хацаир». Надо при этом сказать, что сионисты как внутри СССР, так и в Палестине видели главными виновниками этих преследований не саму советскую политическую систему, а так называемую Евсекцию и вообще коммунистов еврейского происхождения, которые были тогда для сионистов-социалистов главными врагами.

В самом деле, в СССР всегда были те, кто сознавал, что сионистское движение является национально-освободительным движением и социальной революцией, движением, которое боролось против тогдашнего британского империализма и арабской феодальной реакции.

Здесь необходимо прежде всего назвать такие имена, как Горький, Луначарский, Чичерин, Калинин, Каменев, Потемкин. Особенная роль в этом принадлежит Горькому, который на протяжении двадцатых-тридцатых годов старался сделать что только мог, чтобы поддержать культуру на иврите, чтобы изменить отрицательное отношение СССР к еврейской Палестине. В 1930 году он безуспешно пытался опубликовать в СССР правдивую информацию о еврейском погроме 1929 года в Хевроне, он не публиковал в своем журнале «За рубежом» отрицательной информации о сионизме, он открыто провозгласил в 1934 году Бялика гениальным писателем.

Он также пытался блокировать тогдашнюю антисионистскую литературу, исходившую почти преимущественно от еврейских авторов. Так, например, в 1934 году он написал сокрушительную рецензию на рукопись С. Гехта «Две родины», где автор противопоставлял сионизму Еврейскую автономную область. Горький сурово упрекал Гехта в том, что тот не показал идеалистически настроенных сионистов, таких, как П. Рутенберг, таких сионистов, которые освоили запущенную землю, построили Тель-Авив и т. д.

Важная роль принадлежит и В. Потемкину. По образованию гебраист, Потемкин начиная с двадцатых годов занимал важные дипломатические посты. Будучи в середине тридцатых годов советским послом во Франции, Потемкин сказал в беседе с видным еврейским деятелем Нахумом Гольдманом, что лично он целиком сочувствует сионизму и полагает, что в этом можно убедить и Сталина, но что пока главное препятствие к этому он видит в продолжающемся влиянии на Сталина со стороны евреев-коммунистов. В то время Потемкин, вероятно, прежде всего имел в виду Л. Кагановича и Л. Мехлиса. (Отметим, что Мехлис, который одно время до революции был членом левосионистской партии Поалей Цион, должен был отличаться особой враждебностью к сионизму.)

В 1937 году Потемкин становится первым заместителем наркома иностранных дел, а с 1940 года вплоть до своей смерти в 1946 году Потемкин занимал пост наркома просвещения РСФСР. Есть много оснований предполагать, что до конца жизни Потемкин продолжал линию, высказанную им в беседе с Гольдманом, и сделал многое для будущего признания еврейского государства в 1947-1948 годах.

Большую роль в подготовке признания Израиля сыграл и посол СССР во Франции Богомолов. Именно в Париже начиная с 1945 года под покровительством советского посольства во Франции издавалась газета «Советский патриот», которая энергично поддерживала еврейское национально-освободительное движение в Палестине в его борьбе против английского империализма и арабской феодальной реакции.

Так, например, в статье, опубликованной 8 февраля 1946 года, говорится, что Англия «делает ставку на арабский феодализм, который еще не так давно находился «психологически» в фашистском стане… Духовный вождь арабов Ближнего Востока, великий иерусалимский муфтий на протяжении всей войны находился в ставке Гитлера, откуда призывал арабское население к бунту против демократий». Автор статьи подчеркивал, что еврейская колонизация в Палестине носит «исключительно социалистический характер». По его мнению, эта колонизация, развиваясь, «может эмансипировать арабскую массу, что положит предел феодальному режиму страны и одновременно освободит Палестину от господства британского империализма, а также откроет дверь истинно демократическим идеям о равноправии и братстве».

В статье, опубликованной 14 февраля 1947 года, говорилось, в частности, что «английские агенты в течение многих лет проповедовали миру об опасности сионизма как большевистского и макиавеллистского движения… Для Эттли и Бенина антисионизм является таким же могучим ферментом, каким был расовый антисемитизм для Гитлера. «Можно ли, — спрашивает автор, — жертвовать жизнью полумиллиона евреев в Палестине и вечным заключением в лагерях другого полумиллиона ради осуществления панмусульманского заговора против России?».

У СССР были, разумеется, свои стратегические соображения поддержать в то время создание еврейского государства, но и эти соображения основывались на идее о том, что молодое еврейское государство будет естественным союзником СССР.

Действительно, как указывал на это автор статьи из «Советского патриота», не только в Англии, но и в США высказывались серьезные опасения о том, что еврейское государство окажется прокоммунистическим советским сателлитом и создаст прямую угрозу Западу. В русской эмигрантской прессе сионизм иногда даже приравнивался к сталинизму.

Хотя в Палестине были тогда и коммунисты, как евреи, так и арабы, они никогда не представляли крупной политической силы, и сионистское движение никогда не было прокоммунистическим. Но зато там, а особенно после создания государства Израиль, были исключительно сильные симпатии к СССР как к государству, которое, во-первых, спасло еврейский народ от уничтожения во время Второй мировой войны, а во-вторых, оказало огромную политическую и военную помощь Израилю в его борьбе за независимость. Огромной популярностью пользовался А. А. Громыко за его речи в ООН в поддержку еврейского государства.

В Израиле установилось даже идеализированное представление о СССР и его тогдашнем вожде, и подавляющее большинство израильтян просто не хотели слышать никакой критики в адрес СССР, большие трудности приходилось переживать тем израильтянам, которые, как, например, Ю. Марголин, прошли ад концлагерей ГУЛАГа и пытались рассказать об этом…

Известно, что резолюция ООН 1947 года о создании на территории Палестины двух государств была принята евреями и отвергнута арабами, отрицавшими право еврейского государства на существование в принципе. После провозглашения государства Израиль в мае 1948 года соединенная армия арабских стран напала на Израиль. В то же время арабские феодальные круги пошли на далеко идущую провокацию, подстрекнув массовое бегство арабов с территорий, оказавшихся под контролем израильской армии. Это бегство было задумано как кратковременная эвакуация (типа эвакуации советских граждан во время войны) перед скорым изгнанием евреев из Палестины. Не все, однако, арабы бежали, а те, что остались, получили возможность беспрепятственного экономического и культурного существования в новом государстве.

За то, что в свое время не было создано арабское государство, за то, что возникла проблема палестинских беженцев, несут ответственность арабские феодальные круги. Это объясняется не только их национально-религиозным фанатизмом, но и тем, что в борьбе против Израиля арабские феодалы увидели удобное средство отвлечь арабов от реальных проблем и отдалить неизбежные социальные потрясения в своих странах. Тогда израильские коммунисты, как евреи, так и арабы, иначе понимали социальную расстановку сил, и один из нынешних руководителей израильской компартии Тевфик Туби, выступая в Париже на Всемирном конгрессе сторонников мира в апреле 1949 года, говорил: «С помощью арабских реакционных кругов они (англоамериканцы. — М. А.) пытались вести открытую борьбу против решения Организации Объединенных Наций от 29 ноября 1947 года. Эти интриги были отчасти расстроены мужественным отпором еврейского народа в новом государстве Израиль и решительным сопротивлением арабских демократических сил, помешавшим империалистам добиться окончательного успеха… В арабских странах под прикрытием фраз о войне «во имя спасения Палестины» тысячи людей гибнут ради успеха империалистической авантюры… Многие сыны и дочери еврейского народа пролили свою кровь, защищая независимость Израиля».

И советская печать единодушно поддерживала Израиль в войне за независимость.

К сожалению, иррациональные процессы, происходившие в СССР в конце правления Сталина, привели к резкому ухудшению советско-израильских отношений и даже к их временному разрыву в феврале 1953 года. Охлаждение отношений началось уже в конце 1948 года, но их резкое ухудшение произошло в 1951 году, когда в Чехословакии был провокационно арестован один из лидеров левосоциалистической израильской партии МАПАМ — Мордехай Орен. Он был ложно обвинен в подрывной деятельности против Чехословакии, а впоследствии включен в провокационный процесс Сланского в 1952 году, на котором впервые был открыто сформулирован миф о всемирном сионистском заговоре против социалистических стран.

Арест Орена вызвал бурю в Израиле. Для многих израильтян это было пределом, и они перестали верить в СССР как великую модель социализма и интернационализма. Но по-прежнему оставались многие, кто, несмотря на все, слепо продолжал верить не только в СССР, но и в Сталина как великого вождя всех народов. Произошел раскол кибуцного движения, следы которого можно наблюдать и поныне.

Так был нанесен тяжелый удар израильскому левому движению, был нанесен огромный урон симпатиям к СССР, еще более усугубившийся процессом Сланского в Чехословакии и процессом врачей в СССР в 1953 году. Начавшееся ослабление израильского социализма было вызвано именно этим предательским ударом.

Но надо подчеркнуть, что даже в период резкого ухудшения отношения СССР к Израилю СССР не стал поддерживать арабские страны в их конфликте с Израилем, и отношение к арабским странам со стороны СССР оставалось весьма сдержанным.

Оттепель в отношениях СССР и Израиля после смерти Сталина, которая привела к восстановлению отношений, оказалась недолгой. С 1955 года началась односторонняя поддержка СССР арабских стран в арабо-израильском конфликте, хотя арабские страны не скрывали своего желания уничтожить Израиль. Поддержка эта сопровождалась не только поставками оружия. Израиль стал систематически представляться беспричинно агрессивным государством, а арабские страны миролюбивыми жертвами неспровоцированной агрессии. Замалчивалось, что арабские страны (тогда все без исключения) отрицали право Израиля на существование. В особенности искажалась позиция президента Египта Насера, который наиболее энергично призывал к уничтожению Израиля.

Замалчивались акты арабского террора, а поэтому все ответные акции Израиля выглядели в глазах советского человека проявлениями злостной агрессивности по отношению к миролюбивым странам.

Первая крупная ответная военная операция Израиля — синайская кампания 1956 года, — вызванная непрестанным террором на границе с Египтом, была представлена как не оправданная ничем агрессия против мирного Египта.

Интересно, что позиция Израиля скрывалась не только на уровне средств массовой информации, но и на уровне служебной информации. Так, например, в сборнике советского Министерства иностранных дел по вопросу о Ближнем Востоке, изданном в 1958 году для служебного пользования, в котором содержится 131 документ, имеется только два израильских документа:

1. Нота израильского МИДа от 17 февраля 1957 года по вопросу о прекращении поставок нефтепродуктов из СССР в Израиль.

2. Письмо представителя Израиля в ООН Эбана по поводу вывода израильских войск из сектора Газа и западного берега Акабского залива.

Сборник этот был издан в количестве 300 экземпляров.

Особенно ухудшилось отношение к Израилю в 1966 году, что в конечном счете привело к развязыванию шестидневной войны 1967 года. Как известно, в мае 1967 года была выдвинута небезызвестная версия о том, что будто бы Израиль собирается напасть на Сирию. Если верить египетским источникам, не кто иной, как тогдашний Председатель Президиума Верховного Совета СССР Николай Подгорный и первый замминистра иностранных дел Владимир Семенов, были теми, кто передал Анвару Садату, находившемуся тогда в Москве в качестве главы египетской парламентской делегации, «доказательства» якобы готовившейся тогда израильской «агрессии».

Когда по приказанию Насера были блокированы Тиранские проливы, над Израилем нависла смертельная угроза. Это был casus belli и не в связи с той или иной акцией Израиля. Тогда под контролем Израиля не было ни западного берега реки Иордан, ни сектора Газа, не было и того, что называется сейчас палестинской проблемой. Насера не устраивал сам факт существования Израиля. Так называемая израильская «агрессия» 1967 года была законной оборонительной акцией в ответ на неспровоцированную агрессию Египта, полностью поддержанную Сирией. В первый день войны Израиль предупредил короля Иордании Хусейна, что Израиль не имеет никаких намерений начинать военные действия против Иордании, но король опасался упустить свою долю при дележе неубитого медведя и начал обстрел Иерусалима.

Израильская армия вынуждена была открыть военные действия и против Иордании, и таким-то образом под израильским контролем оказался злосчастный западный берег Иордана.

Шестидневная война была использована в СССР для того, чтобы разорвать отношения с Израилем. Мало того, против Израиля в средствах массовой информации СССР началась беспрецедентная кампания, приведшая к демонизации страны и всего народа. За эту кампанию ухватились круги в самом СССР, которые давно искали возможности начать далеко идущую ревизию советской истории.

Нельзя утверждать, что, оказавшись в положении вынужденного оккупанта, Израиль повел себя самым благоразумным образом. Разгорелись великодержавные аппетиты, появились мечты о большом Израиле, возникли нездоровые мессианские настроения, воинственный национализм, шовинизм и мания национального величия. Это было грозным симптомом. В то же время не имелось никакой цементирующей идеологии, которая связывала бы евреев Израиля и арабов контролируемых территорий. Было лишь два фактора, обеспечивавших временную относительную устойчивость: военная сила Израиля и огромные экономические преимущества, которые получило арабское население западного берега Иордана и сектора Газа в результате их включения в экономическую систему Израиля. Уровень жизни арабского населения быстро возрос. Кроме того, исчез полицейский произвол и коррупция монархической Иордании.

Но вся эта относительная устойчивость была построена на песке. Отношения, которые были бы вполне нормальными в XIX веке, не могли быть нормальными во второй половине XX века, тем более в отношениях между евреями и арабами. Если бы Израиль провел свободные выборы вскоре после войны 1967 года, вероятно, сформировалась бы умеренная палестинская администрация, но это не было сделано, и это было роковой ошибкой.

Наличие дешевого арабского труда, с одной стороны, стимулировало израильскую экономику, но, с другой стороны, оно стало оказывать резко отрицательное социальное и моральное влияние на израильское общество. Стали исчезать старые сионистские идеалы физического труда, который в нарастающей мере стал исполняться арабами. Это задерживало механизацию и автоматизацию ряда отраслей экономики.

Вскоре начала маячить и демографическая проблема, ибо у арабов рождаемость намного выше, чем у евреев, и можно было видеть, что рано или поздно численность арабского населения на новых территориях дойдет до предела, когда Израилю будет физически трудно его контролировать. Нарастало новое поколение, выросшее в условиях существенной политической свободы и не знавшее иорданского полицейского режима.

Тем временем было видно, что в СССР борются две точки зрения на ближневосточный конфликт. Анализ предпраздничных тезисов ЦК КПСС показывает, что с 1967 по 1971 год Израиль вообще не рассматривался в СССР как самостоятельный фактор, ибо ближневосточный конфликт считался конфликтом между империализмом и социализмом, а Израилю отводилась роль вооруженного форпоста мирового империализма, задачей которого якобы является свержение «прогрессивных» режимов в соседних арабских странах. Эта опасная глобальная трактовка ближневосточного конфликта, по существу, исключала его политическое урегулирование, ибо он рассматривался как идеологический. Но в этот период и не было идеи политического урегулирования, а было лишь требование «ликвидации последствий израильской агрессии», которое можно было толковать самым расширительным образом, включая уничтожение Израиля.

Лишь после 1971 года, когда в СССР после измены Анвара Садата могли воочию убедиться, насколько зыбки и утопичны надежды на установление идеологически близких режимов в арабских странах, тезисы ЦК КПСС стали подвергаться фундаментальному пересмотру. Ближневосточный конфликт стал толковаться как преимущественно региональный, хотя и с массированным вмешательством США. Теперь Израиль рассматривался как региональный агрессор, но это было уже значительным шагом вперед, ибо обвинение в агрессии, по существу, было политическим обвинением с вытекающей возможностью политического же урегулирования, и такая идея не замедлила появиться в советских политических документах.

С другой стороны, на оперативном уровне советской внешней политики право Израиля на существование никогда не оспаривалось, и Громыко это много раз подчеркивал. Однако и в этом случае арабские страны односторонне поддерживались в своем противостоянии Израилю.

СССР не поколебался установить отношения с ООП, когда единственным основополагающим документом этой организации была «Палестинская хартия», полностью отвергавшая право Израиля на существование и требовавшая установления вместо Израиля двунационального государства во главе с ООП. Террор ООП против гражданских лиц, варварский захват заложников, в том числе детей, либо замалчивался, либо представлялся как операции против военных объектов.

Миллионными тиражами издавалась «антисионистская» литература, по существу, литература антисемитская, в основе которой находился миф, заимствованный из нацистских источников советской истории как проявления всемирного «еврейско-масонского» заговора, участниками которого якобы являлись почти все партийные и государственные деятели еврейского происхождения.

В течение почти двух десятилетий происходила активная демонизация Израиля, целиком игнорировалось политическое и социальное расслоение этой страны, тот факт, что большинство населения страны рассматривает разрыв отношений с СССР и враждебность со стороны СССР как историческую трагедию, тот факт, что власти Израиля делают все возможное, чтобы исключить противостояние Израиля и СССР в любых областях. Все израильские политические партии, кроме коммунистов, были объявлены тотально враждебными СССР, причем утверждалось, что между ними существует лишь распределение ролей. Неблагоприятную роль сыграло в этом и руководство компартии Израиля, которое доказывало, что, кроме коммунистов, все в Израиле враждебны миру и СССР. При этом надо заметить, что во внутриполитической жизни Израиля коммунисты сыграли положительную роль, будучи единственной еврейско-арабской партией.

Враждебность СССР к Израилю не могла не способствовать дальнейшему поправению израильского общества.

Таково было тяжелое наследие, оставленное сталинизмом и периодом застоя в ближневосточном конфликте и в отношениях между Израилем и СССР.

Египет

Необходимо признать, что Кэмп-Дэвидские соглашения 1978 года и установление дипломатических отношений между Израилем и Египтом сыграли исключительно положительную роль в начале процесса разблокирования ближневосточного конфликта и в создании прецедента мирных отношений между Израилем и арабской страной. Хотя этот мир далек еще от нормальных отношений между соседними странами, если бы такой мир существовал и с другими арабскими странами, это был бы выдающийся шаг вперед. Можно с удовлетворением отметить, что в конечном счете СССР косвенно признал Кэмп-Дэвидские соглашения, нормализовал свои отношения с Египтом, и в настоящее время Египет снова является наиболее важным советским арабским партнером, хотя и на иной, более здоровой, основе, чем во времена президента Насера.

Сирия

До сих пор Сирия не признает право Израиля на существование. Ее не может удовлетворить та или иная уступка Израиля, которая рассматривается Сирией лишь как тактическая победа для достижения конечной цели, так как Сирия считает Палестину частью Великой Сирии, впрочем, как и Ливан. Сирия открыто поддерживает наиболее непримиримые круги палестинцев, как, например, группировки Абу-Муссы, Джибриля, Абу-Нидаля, и в целом следует считать, что именно эта страна является в настоящее время главным препятствием к установлению мира на Ближнем Востоке. В течение многих лет Сирия старалась втянуть СССР в прямое вмешательство против Израиля, преднамеренно создавая провокации и вынуждая СССР делать предостерегающие заявления изумленному Израилю. В последнее время можно с удовлетворением отметить, что СССР перестал поддаваться на сирийские провокации и действительно превращается в главный сдерживающий фактор по отношению к Сирии. Особенно важным было заявление М.С. Горбачева на приеме в Москве президента Сирии Асада в 1987 году, что СССР не считает нормальным отсутствие дипломатических отношений между СССР и Израилем.

Ливан

Хотя Ливан практически не существует как государство, его население и его территория остаются важной составляющей частью ближневосточного конфликта. Он остается ареной неутихающей войны между различными общинами и фракциями, войны, в которую активно вмешиваются различные арабские государства, как Сирия, Ливия, Ирак. На примере Ливана приходится признать, что религия сама по себе не является объединяющим фактором, как это склонны утверждать некоторые люди. В условиях Ближнего Востока это разъединяющий, взрывоопасный фактор.

Ливан оказался территорией, на которой экстремистские группы могли создавать свои вооруженные базы и совершать оттуда акты террора против Израиля или же акты международного террора. Обстрел израильских поселений, непрестанные попытки проникновения на израильскую территорию с целью совершения террористических актов, захват заложников, международный террор привели к тому, что в 1982 году Израиль был вынужден провести акцию в Ливане с намерением положить всему этому конец. Однако эта акция, которая имела почти всенародную поддержку вначале, когда официально ставились ее очень ограниченные цели, оказалась частью скрытого от населения необдуманного плана установить израильское политическое влияние в Ливане, опираясь на маронитов. В конце концов израильской армии пришлось уйти из Ливана, сохранив свой контроль лишь над узкой полосой вдоль северной границы Израиля, власть в которой принадлежит южноливанской армии. Это жизненно необходимо для защиты населения северных районов Израиля от обстрела и террористических актов. Одним из последствий авантюристической попытки установления Израилем своего влияния в Ливане оказалось пробуждение там в качестве политической силы шиитского экстремизма, оформившегося, в частности, в фанатическую организацию Хизбалла, практиковавшую террор не только против Израиля, но и против СССР. В настоящее время Хизбалла и экстремистские фракции палестинцев продолжают попытки проникновения в Израиль для совершения там террора. Израильская и южноливанская армии постоянно отражают эти попытки. Вряд ли служит интересам мира изображение ответных акций израильской армии против баз террористов в Ливане как неоправданные атаки на ливанских патриотов…

Западный берег Иордана и сектор Газа

Центральным событием в жизни арабов западного берега Иордана и сектора Газа является так называемая интифада, которая спонтанно вспыхнула в конце 1987 года. Интифада — это реакция арабов на совершенно ненормальное социальное и политическое положение, в котором они находятся. В особо тяжелом социальном положении находятся многочисленные жители лагерей беженцев, особенно в секторе Газа. Здравомыслящие израильтяне давно предупреждали, что рано или поздно следует ожидать открытого неповиновения со стороны арабской молодежи, которая родилась или выросла уже после 1967 года. Никакие экономические соображения старшего поколения, как указывалось, не смогут удержать их в повиновении. Интифада и оказалась бунтом арабской молодежи, но не только против Израиля, а и против Иордании, против планов короля Хусейна вернуть себе контроль над западным берегом Иордана и, возможно, сектором Газа. Если бы даже Израиль и успел договориться с Иорданией о передаче этих районов или же их части под ее контроль, интифада вспыхнула бы еще ранее, так как арабы западного берега и Газа совершенно не хотят возвращаться под полицейский контроль Иордании.

Но было бы заблуждением видеть в интифаде мирное восстание людей, жаждущих лишь свободы и равноправия. Как камни, так и тем более бутылки с зажигательной смесью — это орудия убийства, и употребляют их именно с этой целью главным образом против гражданских автомобилей, в результате чего есть немало жертв. Есть случаи нападения и убийства одиноких пешеходов, главным образом стариков. Участники интифады не останавливаются перед таким варварским средством, как поджог лесов, полей и садов на всей территории Израиля.

Далее, только часть участников интифады признает ООП своим руководством.

Растущая часть арабов западного берега и Газы — это непримиримые мусульманские фанатики, считающие ООП предателями и мечтающие об уничтожении Израиля. Интифада не представляет собой военной угрозы для Израиля, но она является для него серьезной экономической и морально-политической проблемой, приносящей значительный вред Израилю как внутри страны, так и в области международных отношений.

Одним из, казалось бы, неожиданных последствий интифады является начавшееся смягчение позиции ООП. Впервые за все время своего существования руководство ООП сделало ряд заявлений и были приняты важные решения, которые продвинули эту организацию в сторону реальной оценки действительности, хотя надо признать, что процесс этот находится еще в своей начальной стадии. Поскольку не отменена так называемая «Палестинская хартия», любые решения ООП и заявления ее руководства могут быть всегда истолкованы в арабском мире как тактический шаг.

К тому же ООП является весьма аморфным конгломератом различных групп, часть из которых, как, например, организации, возглавляемые Жоржем Хабашем и Наймом Хаватма, до сих пор открыто требуют ликвидации Израиля, рассматривают всю его территорию как захваченную, открыто продолжают террор, в том числе по отношению к гражданскому населению. Так, например, журнал «Демократическая Палестина», издаваемый организацией Хабаша, продолжает открыто отрицать право Израиля на существование. Он упоминает слово Израиль только в кавычках, как искусственное образование, и рассматривает алжирские решения ООП не как диалог с Израилем, а как диалог с США.

Непонятна позиция СССР по отношению к этим организациям, ибо СССР как бы не замечает их экстремистский и террористический характер и поддерживает с ними официальные и даже дружественные отношения.

У Ясира Арафата нет контроля над этими организациями, и любое соглашение с руководством ООП, подписанное Арафатом, может оказаться клочком бумаги.

Совершенно ясно, что создание мини-палестинского государства под формальной эгидой ООП вызвало бы немедленную вооруженную борьбу внутри ООП, которая тут же привела бы к вмешательству Сирии — с одной стороны и Ирака — с другой, не говоря уже о том, что никакое руководство ООП не будет в состоянии закрыть дорогу в мини-палестинское государство Абу-Муссе, Джибрилю и Абу-Нидалю. Это предполагаемое государство с самого своего возникновения превратилось бы в новый Ливан, который к тому же стал еще одной базой террора против Израиля, хотел бы этого Арафат или нет.

Несомненно также, что в силу внутренней динамики событий такое мини-государство немедленно объявило бы себя правопреемником решения ООН 1947 года и потребовало бы себе всю территорию, которая отводилась этим решением государству вопреки новой реальности и признанию Израиля в границах 1967 года. Отсюда видно, что создание мини-палестинского государства не только не решило бы арабо-израильского конфликта, но еще более его усугубило, по крайней мере, в настоящий момент, пока не отсечены арабские экстремистские организации.

Иордания

Иордания исторически является главным виновником теперешней палестинской проблемы. Это она оккупировала в 1948 году территорию арабского государства, которое должно было быть создано согласно решению ООН 1947 года. Это она помешала абсорбировать палестинских беженцев, оказавшихся под ее контролем. Это она подавляла любые попытки палестинцев к самостоятельности до 1967 года. Это она вмешалась в войну 1967 года, несмотря на израильские предупреждения. Хусейн потопил в крови палестинскую интифаду 1971 года, которая вошла в историю как «Черный сентябрь».

Несомненно, что создание любого палестинского государства представляет для Иордании смертельную угрозу, ибо на территории Иордании проживают около 1 миллиона палестинцев, которые легко могут объединиться с новым государством в борьбе против монархии. Хусейн длительное время вел половинчатую политику, с одной стороны, давая авансы Израилю как его возможный партнер по переговорам, а с другой стороны, он явно был заинтересован в поддержании статус-кво, опасаясь палестинской реакции.

Интифада положила конец его декларативной дипломатии, и ему не оставалось ничего другого, как формально отказаться от своих претензий на западный берег Иордана.

Израиль

Интифада и продолжающийся арабский террор углубили всегда существовавший раскол в Израиле по вопросу об отношениях с арабами. Здесь следует подчеркнуть, что в резком отличии от таких стран, как Сирия, Ливия, Ирак и т. д., в Израиле всегда была и есть почти половина населения, готовая на широкие компромиссы ради мира и даже обвиняющая израильское правительство, что оно не идет на них. Эта часть населения прежде всего группируется вокруг партий Авода, МАПАМ, Шинуй, РАЦ. Многие сторонники этих партий согласны даже на переговоры с ООП и на создание палестинского государства. Часть из них руководствуется идеалистическими соображениями о том, что проявление доброй воли со стороны Израиля само по себе приведет к проявлению доброй воли с другой стороны. Большая же часть сторонников компромисса исходит из политического прагматизма, ибо сознает невозможность эффективного контроля над растущим арабским населением и тот вред, который такой контроль причиняет самому Израилю.

Как известно, план Аллона, принятый партией Авода в качестве предвыборной программы на выборах 1988 года, предусматривает отход израильских войск с большинства густонаселенных арабских территорий западного берега Иордана и сектора Газы с сохранением границы безопасности Израиля на реке Иордан и полную демилитаризацию оставленных израильскими войсками районов.

Нельзя, однако, считать, что за пределами вышеуказанных партий находятся одни непримиримые шовинисты или же люди, лишенные полностью политической реальности. Сторонников плана Аллона можно много найти и в партии Ликуд, но они полагают, что только партия Ликуд сможет осуществить такой план. Партия Ликуд, в руках которой находится сейчас управление внешней политикой, сделала большой шаг вперед в попытке вывести Израиль из политического тупика.

Не следует забывать, что мир с Египтом и уход Израиля с Синая были осуществлены правительством Ликуда, возглавлявшимся Бегином. В настоящее время лидеры Ликуда Ицхак Шамир и министр иностранных дел Моше Аренс отдают себе отчет в том, что палестинская проблема нуждается в срочном решении, но, по их мнению, отвод израильских войск (даже частичный) с западного берега Иордана и из сектора Газа создаст непосредственную угрозу существованию Израиля. Они не питают никакого доверия к ООП, а в особенности к Ясиру Арафату, считая все его заявления лишь тактическими уловками. В этом они выражают настроения своих избирателей, травмированных войнами, навязанными Израилю арабскими странами, и непрекращающимся террором. План Шамира, который предусматривает свободные выборы в местные органы управления на западном берегу Иордана и в секторе Газа, это максимум, который Ликуд может себе позволить, чтобы не потерять поддержку у своих избирателей, и в самом деле, мы видим оппозицию плану Шамира в его собственной партии.

Несомненно, что интифада сдвигает Израиль вправо как тем, что подтверждает утверждения о том, что арабам нельзя доверять, так и тем, что происходит эрозия внутри партии Авода и ее расслоение на левую и правую части. Победа партии Ликуд с перевесом на одно место в кнессете в значительной мере обязана арабским террористическим актам, которые были совершены накануне выборов 1988 года, в особенности гибелью молодой матери с двумя детьми в сгоревшем автобусе, куда была брошена бутылка с зажигательной смесью.

Но в Израиле действуют и крайне правые силы, для которых контроль над всей территорией западного берега Иордана и сектора Газы не вопрос безопасности, а дело принципа. Так же как арабские экстремисты и мусульманские фанатики, еврейские экстремисты и религиозные фанатики рассматривают вопрос о территории с мессианско-религиозной точки зрения, утверждая, что любая территориальная уступка есть святотатство и предательство. Есть и такие крайне правые круги, которые мечтают об изгнании всех арабов с западного берега и из сектора Газа.

Еврейские и арабские экстремисты зависят друг от друга и копируют друг друга. Их сила и влияние взаимно обусловлены. Любой акт арабского террора усиливает позиции еврейских экстремистов, а любой акт еврейского экстремизма усиливает арабский экстремизм. Иногда приходится наблюдать, как экстремисты каждой стороны сознательно провоцируют экстремизм во враждебном лагере.

Но правые экстремисты представляют меньшинство в Израиле, чего нельзя сказать о многих арабских странах. К тому же следует добавить, что большинство ортодоксальных евреев в Израиле весьма равнодушны к проблемам западного берега и сектора Газа и готовы идти на поводу любой партии, которая выделит им больше денег и даст больше льгот.

Так или иначе, демографические изменения и интифада ставят Израиль перед необходимостью решить каким-то образом палестинскую проблему.

СССР

Положительные сдвиги в ближневосточной политике СССР наметились еще до начала периода гласности и перестройки. Но вряд ли эта политика подверглась такому фундаментальному пересмотру, как советская политика по отношению к США, Европе или Китаю. Вероятно, что этот пересмотр займет еще некоторое время.

Пока что СССР, во-первых, отказался от идеи, что ближневосточный конфликт — это конфликт глобальный. Уже в 1982 году советские представители подчеркивали, что СССР не ищет конфронтации с США на Ближнем Востоке.

Во-вторых, СССР резко уменьшил степень своей вовлеченности в ближневосточный конфликт. В частности, он перестал поддаваться на провокации Сирии с ее утверждениями, что Израиль в очередной раз намеревается на нее напасть, в расчете получить еще раз предостерегающее заявление СССР и задержать процесс нормализации советско-израильских отношений.

Но вместе с тем в политике СССР наблюдаются очевидные противоречия. СССР продолжает поддерживать Сирию, Ливию и даже откровенно террористические фракции ООП. Продолжаются поставки наступательного оружия Сирии и Ливии, хотя, быть может, и вовсе не так, как этого хотелось бы этим странам. По-прежнему обходится молчанием экстремистская позиция Сирии, ее упорное нежелание признать право Израиля на существование, ее открытая поддержка крайних фракций палестинского движения, ее открытая критика ООП за начавшийся пересмотр ее позиций. СССР по-прежнему продолжает поддерживать экстремистские фракции ООП, которые не подчиняются руководству ООП и открыто провозглашают свое желание уничтожить Израиль, продолжая при этом террор. Эти экстремистские организации ничем не отличаются ни по своей психологии, ни по своим целям от небезызвестных Красных бригад. Столь же непонятно, почему СССР прямо или косвенно поддерживает экстремистские движения в Ливане, квалифицируя их как патриотические силы. Единственное объяснение этому, вероятно, находится в инерции прошлого, хотя, возможно, существует и опасение, что, оттолкнув от себя эти организации, СССР рискует сам стать жертвой их террора.

Нет сомнения в том, что Ближний Восток является для СССР жизненно важным районом, и не потому, что СССР должен здесь охранять подступы к своей южной части от якобы возможного нападения, а потому, что исламский фундаментализм угрожает и СССР. О том, что эта угроза не призрак, достаточно напомнить, что в 1988 году в Лондоне проходила субсидированная Саудовской Аравией конференция, где обсуждался вопрос, как отбросить Россию к границам 1552 года!

США

США по-прежнему играют огромную роль на Ближнем Востоке. Они являются главным союзником Израиля, и в Израиле никто почти не подвергает сомнению необходимость теснейшего сотрудничества с США. Никакое политическое развитие не может происходить за счет американо-израильского сотрудничества. Однако формы и цели этого сотрудничества могут меняться.

В прошлом активная поддержка Израиля со стороны США объяснялась желанием уравновесить советское влияние в арабском мире и не дать возможности арабским странам уничтожить Израиль. Известно, что вскоре после советского вооруженного вмешательства в Афганистане США подписали с Израилем в 1980 году договор о взаимном понимании в области стратегии, ибо и США, и Израиль рассматривали тогда СССР главной стратегической угрозой. Когда ситуация стала в корне меняться, настало время пересмотреть эти соглашения, но не с тем, чтобы прекратить израильско-американское сотрудничество, а с тем, чтобы направить его в новое русло, а именно против региональных угроз, из которых самую серьезную опасность представляет исламский фундаментализм, и здесь, вероятно, заинтересованной стороной может оказаться и СССР.

Отражением новой реальности на Ближнем Востоке является готовность США вести переговоры с ООП. Это явно связано с тем, что администрация Буша более не рассматривает СССР стратегической угрозой, а ООП, в свою очередь, не рассматривается ею клиентом стратегического противника.

В выгодном отличии от СССР США поддерживают хорошие отношения с большинством арабских стран, что могло бы служить примером и для СССР. Именно поэтому США являются наиболее влиятельной державой на Ближнем Востоке, и это является результатом того, что СССР, связав себя с экстремистскими арабскими странами, утратил возможность политического влияния, равного с США.

Перспективы урегулирования

Длительное время в СССР был принят тезис о том, что существует упускаемая возможность прочного, всеобъемлющего, справедливого и длительного урегулирования на Ближнем Востоке, которого вдобавок можно достичь почти по мановению ока, стоит только всем собраться на международную конференцию. Вероятно, этот тезис следует считать утопическим. Сложность ситуации, наличие неконтролируемых элементов процесса, наследие прошлого не позволяют надеяться на такое быстрое урегулирование. Тем не менее возможность урегулирования существует, но путь к нему еще долог. Это путь взаимных компромиссов, восстановления доверия и исключения экстремистских факторов из конфликта. Это, по существу, и есть то, что в СССР сейчас называют разблокированием конфликта, который представляет собой процесс.

Идея созыва международной конференции пользуется широкой популярностью среди мирового общественного мнения, и ее, что достаточно симптоматично, поддерживают арабские страны, включая и экстремистские. В Израиле общественное мнение расколото по этому вопросу. Как известно, лидер партии Авода и бывший министр иностранных дел Шимон Перес отстаивал эту идею. Однако Ликуд эту идею отвергает, и даже в партии Авода нет единства по вопросу о необходимости международной конференции.

Вероятно, все же есть широкое согласие в Израиле на то, чтобы обе сверхдержавы — США и СССР — были гарантами этой конференции на равных правах при условии, что СССР до этого восстановит дипломатические отношения с Израилем. Однако участие Англии, Франции и особенно Китая встречает энергичное сопротивление, ибо, приняв приглашение на такую конференцию, Израиль, как утверждают, окажется на трибуне, где будет проштамповано любое проарабское решение. В самом деле, международная конференция не цель, а средство, и она, вероятно, должна быть окончанием процесса, а не его целью.

Экстремистские арабские страны потому и хотят международную конференцию, так как знают, что они добьются на ней того, чего не могут добиться путем войны, причем без обязательств и без признания Израиля.

Израиль же теперь настаивает на прямых переговорах с арабскими странами под эгидой сверхдержав. Что касается ООП, не назрел еще момент для израильских переговоров с этой организацией, которая не отменила «Палестинскую хартию» и в рядах которой имеются фракции, ставящие задачу уничтожить Израиль и продолжающие террор.

Освободиться от левых и правых экстремистов — такова важнейшая задача ООП. Это создаст обстановку доверия к ней и резко сократит влияние еврейских экстремистов на израильскую политическую жизнь. Мировое сообщество должно ликвидировать экстремистские палестинские организации как часть борьбы с международным терроризмом.

СССР же не может восстановить доверие Израиля, если будет продолжать поддерживать в какой бы то ни было форме эти организации, которые руководствуются слепой ненавистью к Израилю, а также, как показывает демонстрация, проходившая 14 мая 1989 года в Москве, оказывают поддержку антисоветским и антисемитским кругам в самом СССР.

Далее, никакое урегулирование ближневосточного конфликта невозможно без фундаментального изменения сирийской политики, и следует приветствовать первые усилия СССР в этом направлении.

Непременным и важнейшим условием разблокирования ближневосточного конфликта является восстановление СССР дипломатических отношений с Израилем. Это должно не завершить процесс, но начать его. Только так СССР полностью восстановит доверие к себе в Израиле и добьется паритета с США в нашем районе. В противном случае СССР сам исключит себя из процесса мирного урегулирования.

Конечно, у СССР есть большое влияние на Ближнем Востоке и, по существу, есть и «право вето», так что без СССР нельзя продвигаться в сторону мира. Но такая возможность пока носит чисто отрицательный характер. Она означает возможность мешать процессу мирного урегулирования. Она не есть возможность конструктивного вклада.

Восстановление отношений с СССР резко ослабит крайне правые силы в Израиле, усилит позицию центра и левых и создаст новые возможности. Что мешает это сделать, когда не только США поддерживают отношения с разными сторонами конфликта, но даже Египет выходит из своей изоляции, вызванной Кэмп-Дэвидскими соглашениями?

Следовало бы также прекратить называть Израиль Тель-Авивом. Это старинное и далеко не безобидное клише вызывает множество подозрений. Столица Израиля — Иерусалим, а не Тель-Авив. Отождествление Израиля с Тель-Авивом заставляет думать, что СССР намеревается вернуть Израиль к границам 1947 года, тем более что в прошлом все советские карты показывали Израиль именно в этих границах.

Советско-израильские отношения вообще не следует связывать с ближневосточным конфликтом. Они охватывают более широкий круг взаимно важных для обеих стран вопросов, куда входят прежде всего экономические, научные и культурные связи. Израиль будет наиболее надежным партнером СССР в этом районе, ибо это партнерство будет основано не на союзе против третьей стороны, а на прочных исторических и культурных основах, лежащих в самой структуре израильского населения и в истории формирования государства Израиль.

Израильтяне и арабы должны наконец найти способ мирно жить друг с другом, не пугая и не унижая одни других. Они должны прекратить бесплодное истощение ресурсов своих стран. Нет вечных конфликтов. Народы, враждовавшие длительное время, иногда веками, в конце концов примиряются. Арабо-израильский конфликт не является историческим исключением. И он найдет свое благополучное решение.