РЕФОРМИРОВАННАЯ ПИКТСКАЯ ЦЕРКОВЬ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

РЕФОРМИРОВАННАЯ ПИКТСКАЯ ЦЕРКОВЬ

После этого впечатляющего образа пиктского короля, окруженного своими «самыми учеными людьми», церковная история пиктов снова становится тайной за семью печатями. Все, что у нас есть, – это обрывки материала в источниках, датируемых уже Новым временем. Мы не знаем, как жила и действовала эта новая, уже истинно пиктская церковь после того, как ее основы заложил Нехтон. Неизвестно, действительно ли был построен каменный храм. Если он был построен (а у нас нет никаких причин полагать, что он построен не был), тогда, возможно, именно он стал административным центром новой церкви. Скин в «Кельтской Шотландии», рассказывая об этом периоде, обратился к поздним легендам, касающимся жившего в VI столетии папы Бонифация. К этому его привело как посвящение церкви именно святому Петру, так и упоминание о деятельности короля по имени Нехтон. Аргументы Скина основаны на целой цепи отождествлений, но ни одно из звеньев этой цепи не выдерживает научной критики. Анализируя этот материал, Скин пришел к выводу, что каменная церковь была построена в Розмарки в графстве Росс, но это ничем не доказано. Скорее следует полагать, что церковь была построена на юге страны пиктов.

Недавно было высказано предположение, что Нехтон в ходе предпринятой им реорганизации церкви учредил местное епископство в Абернети (графство Энгус). Автор XV века Боуэр в своем «Скотихрониконе» делает интересное замечание: по его словам, Абернети был резиденцией епископов и королей пиктов, и именно здесь было три избрания епископов в тот период, когда во всей стране пиктов был только один епископ. Эти поздние и ничем не подтвержденные данные, конечно, вызывают сомнение, однако Боуэр утверждает, что у него был доступ к хронике церкви в Абернети, и вполне возможно, что там содержался какой-то подлинный материал.

Есть свидетельство о том, что «episcopus Scoriae Pictus» посещал собор в Риме в 721 году. Обычно считается, что речь идет об ирландском епископе пиктского происхождения, но это с таким же успехом мог быть и пиктский епископ ирландского происхождения[43]. Присутствие какого-то представителя пиктской церкви в Риме в этот период кажется вполне уместным.

Таким образом, у нас есть отдельные данные, которые позволяют считать, что пиктская церковь при Нехтоне, как этого следовало ожидать, теряла свой в основном монастырский характер и двигалась к римской церковной системе, в которой центром служил епископский престол.

Самое лучшее свидетельство успехов христианства в VIII веке – это огромное количество камней с барельефами, которые обнаруживаются по всем областям расселения пиктов. На одной их стороне изображены богато орнаментированные кресты. Мы можем полагать, что эти памятники были заказаны христианскими патронами. Стиль украшений и иконография, которые фигурируют на большей части этих камней, говорят о живости и восприимчивости пиктской церковной жизни. Мнения относительно точной даты появления этих плит с крестами разнятся, однако они почти определенно были воздвигнуты после романизации пиктской церкви.

Царствование Нехтона закончилось периодом беспрецедентных политических беспорядков. До тех пор пока Энгус, сын Фергуса, не утвердился на троне, церковные дела, должно быть, мало волновали пиктских правителей. Кеолфрид в своем письме нарек Нехтона «благочестивым королем». Энгуса же, по контрасту, нортумбрийский писец посмертно назвал «тираном и убийцей»[44]. Хотя, конечно, Энгус ни в коем смысле не был «святым на троне», он мог хотя бы ради престижа заложить собственный храм или монастырь.

Имя Энгуса, сына Фергуса, встречается в двух поздних легендах, где он назван основателем Сент-Эндрюса в Файфе, – церкви, которая по меньшей мере с X века стала одной из ведущих в Шотландии. Действительно ли имелся в виду знаменитый король VIII века или его правивший в IX веке тезка, пока неясно.

Здесь мы не можем детально обсуждать трактовку этих легенд в книге Скина, однако два его предположения завоевали широкое признание, и здесь следует о них упомянуть.

По легенде, святой Регул принес мощи святого Андрея к пиктам, и именно он вместе с королем Энгусом, сыном Фергуса, основал церковь Сент-Эндрюса. Скин пытался отождествить этого Регула с ирландским святым Риагалом с Мукиниша, современником святого Колумбы. Такое отождествление базируется в основном на близости дней этих двух святых в календаре. Еще в конце XIX века епископ Дауден убедительно опровергнул этот аргумент, но его статья была забыта, а гипотеза Скина продолжает жить[45]. Скин, кроме того, полагал, что основанный Риагалом храм существовал одновременно со скитом, который заложил на том же месте святой Кайннех[46]. Связь Кайннеха с Килримонтом (Сент-Эндрюсом) основана на очень поздней глоссе в одной ирландской мартирологии, и ее нельзя принять в качестве дополнительного довода в пользу существования в этой области в VI веке христианской общины.

Вторая гипотеза Скина, которая требует комментария, – это то, что церковь, посвященная святому Андрею, была воздвигнута на месте кельтского монастыря Аккой из Хексэма во время периода его изгнания из Нортумбрии после 731 года. Хексэм действительно был посвящен святому Андрею, а Акка был известным собирателем всякого рода реликвий. Поэтому Скин предположил, что именно Акка, а не Риагал основатель кельтского монастыря, и принес мощи святого Андрея к пиктам. Эта теория вызывает много возражений. Главное из них то, что фактически нет данных о каких-либо посвящениях святому Андрею в Килримонте до X века. Само присутствие Акки в стране пиктов – всего лишь гипотеза, и без посвящения святому Андрею предположение о связи с Аккой теряет силу. Кроме того, если Акка действительно был основателем, маловероятно, что в Сент-Эндрюсе его бы полностью забыли. Акка был важным церковным деятелем, память о котором навеки запечатлелась в трудах Беды.

Тем не менее пиктский король, связанный с основанием Сент-Эндрюса, был назван Энгусом, сыном Фергуса, и никак иначе, и это требует объяснений. Если имелся в виду живший позднее и менее известный Энгус, тогда, возможно, растет вероятность того, что мы имеем дело с подлинной традицией. С другой стороны, здесь мог иметь место обычный мотив клириков – установить старшинство своего монастыря. Если в данном случае можно продемонстрировать связь Сент-Эндрюса именно с пиктами (в противоположность скоттам), то покажется весьма правдоподобным, что самый прославленный король пиктов выступает в качестве основателя самой знаменитой церкви в Шотландии. Такая легенда могла оказаться очень полезной в споре за старшинство с конкурентами, например Данкелдом.

Есть два, несомненно, ценных свидетельства, которые касаются ранней истории церкви в Сент-Эндрюсе. Во-первых, ирландские анналы в 747 году фиксируют кончину аббата Кеннригмонайда (Килримонта). Аббата Килримонта часто также называют аббатом Сент-Эндрюса, однако в записи о Сент-Эндрюсе никаких упоминаний нет. Скин считал, что это был последний аббат его гипотетического «кельтского» монастыря, основанного Риагалом. Таким образом, мы знаем, что во время царствования Энгуса, сына Фергуса, в Килримонте действительно существовал монастырь. Конечно, эта запись появилась чисто случайно. О пиктских монастырях в ирландских анналах регулярных записей нет[47]. Этот аббат мог быть и первым, и последним, или просто одним из последовательно сменявших друг друга аббатов.

Второе свидетельство – великолепная рака, обычно называемая Саркофагом из Сент-Эндрюса. Историки искусства пытаются найти в письменных источниках подтверждение своей стилистической датировки орнамента на этом памятнике. На самом деле историкам гораздо нужнее выводы искусствоведов, а не наоборот. Гипотезы о датировке самые разнообразные – от VIII до X века. Автору этой книги VIII век кажется более вероятной датой, и в одной из следующих глав будут приведены аргументы в пользу такого предположения. Сама величественность раки заставляет думать, что монастырь, в котором она хранилась, был важным – настолько важным, что он действительно мог находиться под покровительством царствующего монарха – Энгуса, сына Фергуса. Однако мы не можем сказать, действительно ли он был основателем монастыря в Килримонте.

Позднейшие версии списка пиктских королей добавляют к имени короля Константина, сына Фергуса, царствовавшего примерно с 789-го по 820 год, примечание: «Он построил Данкелд». Это объяснялось как попытка короля, правившего и пиктами, и Дал Риадой, организовать общий религиозный центр, который помог бы примирить оба народа. К несчастью, единственное свидетельство, связывающее Константина с Данкелдом, – эта поздняя пометка. Пометки клириков, связанные с поздними вариантами списков королей, в основном являются малоценными: они основаны на позднем легендарном материале, вроде того, что представлен в преданиях о Бонифации и Регуле.

Обычно считается, что Кеннет, сын Альпина, вновь основал Данкелд после того, как он победил пиктов примерно в 850 году. В шотландской хронике говорится, что он перенес «мощи святого Колумбы в церковь, которую построил». Название церкви не упоминается, однако позднее, в рассказе о нашествии данов, говорится, что они опустошили «страну пиктов до Клуни и Данкелда». Возможно, данов привлек богатый монастырь в Данкелде.

Первое ясное упоминание о Данкелде встречается в ирландских анналах, где под 865 годом отмечена кончина клирика, который именуется аббатом Данкелда и первым епископом Фортриу. «Первый» в данном контексте, как было убедительно доказано, означает не «первый по времени», а «главный». Таким образом, этот титул предполагает главенство Данкелда над несколькими другими епископатами в объединенном королевстве пиктов и скоттов. То, что аббат Данкелда был в то же время и епископом – чисто кельтская черта, вполне обычная в тот период. Данкелд, обладавший мощами Колумбы, над которым властвовал аббат-епископ, осуществлял контроль над скоттами и пиктами и был близок к возрождению золотого времени Ионы и церкви Колумбы VI столетия, конечно, насколько позволяли условия того времени.

Конец реформированной Нехтоном пиктской церкви настал, как кажется, в конце IX века, когда царствовавший король дал «свободу церкви скоттов, которая была до этого времени в рабстве по обычаю и манере пиктов». Что это было за «рабство», мы не знаем, однако кажется, что пиктские короли продолжали политику Нехтона и контролировали все церковные дела.

История пиктской церкви как таковой – то есть последовательной хроники ее развития и изменения – едва ли существует. Полное отсутствие местных источников и недостаток информации в зарубежных источниках означает, что ни ее основатели, ни ее священнослужители не оставили следа в истории. При тщательном рассмотрении поздних письменных источников для поиска в них подлинных деталей у нас может скопиться информация, которая бросит новый свет на пиктскую церковь, однако наиболее перспективным источником новых сведений об этом сейчас представляется археология. Недавние интересные раскопки на острове Святого Ниниана (Шетлендские острова) позволили обнаружить остатки храма, построенного здесь до викингов, который, таким образом, может быть пиктским. Постепенное увеличение числа таких находок – это еще один источник для написания истории пиктской церкви на основе фактов, свободных от паутины пристрастий и туманных гипотез, которую, по мере своих сил, плели все последующие поколения исследователей.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.